Андреас гурски: Telegram: Contact @ShrikeNews

Содержание

Муравейники из людей Андреас Гурски

Огромные, дерзкие, детальные, ошеломляющие – работы этого фотографа заставляют затаить дыхание. Муравейники из людей, конвейеры громадных фабрик, полки магазинов – его произведения переплюнули концепцию поп-арта и превратились в отдельное направление.

Этот творческий человек не мелочится с размерами: несколькими его полотнами можно завесить огромный зал музея. А ещё Андреас Гурски (Andreas Gursky) сделал самую дорогую фотографию в мире, она была продана за 4,3 млн. долларов!

 


 

«Я смотрю на мир не как человек, включённый в процесс, а как посторонний, как инопланетянин, которому интересно, но он понятия не имеет, что там внизу происходит. Я не пытаюсь объяснить мир, я стремлюсь только продемонстрировать его»

Свои работы он сравнивает с абстракциями Поллока. Для него не важны детали, роль играет лишь визуальный мир. Все фото имеют приблизительный размер два на четыре метра. При ближайшем рассмотрении можно увидеть самые мелкие частички композиции: тоненькие людские фигурки, провода, надписи. Все кадры сняты с максимально высоких точек. Андреас ради своих фото готов забираться на строительные краны, а также снимать с вертолёта.

Как у него получаются такие «плотно населённые картины»? Оказывается, он монтирует снимки, сделанные в разное время в одном и том же месте. В итоге создаётся ощущение, что все эти люди разом присутствовали в кадре. Ко всему прочему, фотограф обрабатывает изображения на компьютере, это нужно для того, чтобы появился эффект преувеличенной реальности. «Я стремлюсь создать произведение искусства, которое должно выгодно отличаться от натуры – я же не занимаюсь реалистичными фотографиями», − объяснил свои действия он.

Интересно, что Андреас Гурски очень любит вечеринки. Он даже посвящает клубам целые серии фотографий. А ещё он обожает музыку в стиле транс, потому что простота и симметрия этого жанра идеально сочетаются с его творчеством. Художник, вообще, предпочитает точность, геометрию и порядок. Он называет себя прилежным и аккуратным человеком и стремится перенести это ощущение на свои работы.

С каждым годом Андреасу всё проще заниматься любимым делом. Если раньше на поиск сюжетов уходило много времени, то с развитием технологий достаточно просто открыть газету или залезть в Интернет. Помогает фотографу и спутниковая навигация. Создание шедевров занимает у автора от нескольких месяцев до года.

Муравейник из людей в стеклянной коробке, с маленькими фигурками в квадратиках окон или же нескончаемые ряды популярной газировки на полке супермаркета – эпоха потребления и глобализации, оказывается, может быть красивой даже в своём гипертрофированном виде.

Андреас Гурски (Andreas Gursky)

Немецкий фотограф Андреас Гурски (Andreas Gursky) родился в 1955 году. Его авторский стиль узнаваем: огромные полотна фотографий с практически осязаемой текстурой, зачастую сделанные с высокой точки съемки.

На Гурски сильное влияние оказали его учителя — Хилла и

Бернд Бехер, известные своим особым методом систематической «каталогизации» индустриальных видов. Такой подход ощущается и в художественном почерке Андреаса.

Когда в конце 1980-х годов фотограф, наравне с другими учениками Бехера, стал завоевывать признание, творчество Андреаса интерпретировалось как продолжение эстетики его учителя. Однако полный спектр умений и навыков Гурски нашел отражение в зрелых его работах. Его фотографии — крупные, дерзкие, насыщенные цветом и деталями — являют собой одно из наиболее самобытных и, благодаря своеобразному стилю Гурски, одно из самых «сложносочиненных» достижений прошедших десятилетий.

До середины 1990-х годов он не обрабатывал свои снимки на компьютере, однако впоследствии стал прибегать к подобному виду работы с материалом, чтобы генерировать большее пространство, чем то, что было запечатлено камерой. Работа Гурски

«99 Cent II, Diptych» была продана с аукциона «Сотбис» за рекордную сумму в 1,7 миллиона английских фунтов стерлингов (около 3,3 миллиона долларов США). После этого Гурски попал в число самых дорогих фотографов мира.

Жизнь заводила фотографа в разные уголки планеты: он бывал в Гонконге, Каире, Нью-Йорке, Бразилии, Токио, Стокгольме, Чикаго, Афинах, Сингапуре, Париже, Лос-Анджелесе и многих других городах. И тематика ранних работ — воскресный отдых и туристические очерки — сменилась эстетикой огромных заводов, отелей, офисных зданий и складов. Семейные вылазки уступили место Олимпийским играм, лыжным марафонам по пересеченной местности с сотнями участников, немецкому парламенту, биржевым залам, завлекающим вывескам именитых брендов и полночному неистовству посетителей техно-концертов.

Мир 1990-х годов в глазах Гурски — огромный и всеобъемлющий. Это стремительно развивающийся мир хай-тека и глобализации, мир, где безымянный человек — всего лишь один из тысяч ему подобных.

Портфолио автора на artnet >>>

Обсудить на форуме zнята

Глобализация в работах самого дорого фотографа мира Андреаса Гурски

Как известно, фотографы смотрят на мир через объектив. И каждый из них видит абсолютно другой мир, который отличается от всех остальных. А вот показать увиденное другим людям — это и есть искусство фотографии.

Когда смотришь на что-то настолько прекрасное, что не поддается никаким словесным объяснениям, остается только наслаждаться моментом и быть признательным фотографу за приоткрытую завесу в неизведанное.

Андреас Гурски, фотограф из Дюссельдорфа, рассказывает свои истории посредством фотоснимков с 1980 года. Переняв любовь к запечатлению внешнего мира от отца, Андреас был погружен в мир искусства с самого детства, познавая все тонкости и нюансы работы. Увлечение переросло в желание заниматься фотографией профессионально, поэтому следующим шагом в жизни фотографа стало поступление в Академию искусств в Дюссельдорфе, которая известна во всем мире, как место зарождения авангарда. Работая с великими учителями, Андреас открыл для себя свое направление в фотографии, которое позже получило очертание так называемой глобализации. Внимание к мелким деталям на фоне массового хаоса принесло фотографу узнаваемость и востребованность. Еще одной отличительной чертой фотографа стал размер полотна, на котором он печатает свои работы. Андреас изначально использовал самые крупные форматы бумаги, которые мог найти, чтобы не упустить из вида ни одну деталь. На его выставках часто можно встретить работы, разделенные на несколько рядом стоящих полотен. Будь то пейзаж или индастриал, его фотографии настолько насыщенны действием, что иногда зритель начинает чувствовать легкую панику, как бы погружаясь куда-то далеко в мир, где была сделана фотография.


© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com

На фотографиях художника видны масштаб и величие окружающего мира, по сравнению с которыми люди теряют свою ведущую роль и выглядят, как если бы мы смотрели сверху на муравейник.

После окончания учебы Андреас отправился путешествовать по миру, заранее продумав каждый ракурс места или здания, которое стремился запечатлеть. Путешествуя, он начал с пейзажей, но быстро переключился на заводы, офисы и массовые мероприятия разных уголков планеты. Олимпийские игры не стали исключением. Он исколесил практически всю планету, собирая материалы, которые и по сей день пользуются бешеной популярностью. Андреас акцентирует внимание на технологиях и массовости, используя при этом яркие краски. Несмотря на неумолимость прогресса, он все еще снимает на широкоформатные пленочные камеры, после чего сканирует изображения. Часто одного его работа может быть результатом нескольких обработанных фотографий одновременно.


© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com

Не удивительно, что Андреас со своим особым виденьем стал самым дорогим фотографом за всю историю. Его работа «Рейн II» размером 1,85х3,63 м, сделанная им в 1999 году, ушла на аукционе за 4,34 млн. долларов США. Казалось бы, что особенного в фотографии реки? На самом деле, Андреас изобразил берега в том виде, который они имели много лет. Во время проведения съемки, местность была плотно застроена зданиями. Так что он вложил в эту работу совсем нешуточную философию, которую оценили почти в 4,5 миллиона. Неплохо, да?


© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com
© Andreas Gursky / andreasgursky.com

Разумеется, известность фотографа не ограничивается одной только фотографией. Сегодня даже самые ранние его работы разлетаются с молниеносной скоростью и за большие деньги сразу же, как появляются в качестве лота на аукционах. Если опустить эстетическую сторону, то это еще и удачное капиталовложение — картины Гурски стремительно растут в цене. Так что если вы хотите работу Андреаса к себе в личную коллекцию, то копить на нее нужно начинать уже сейчас.

Чтобы быть ближе к прекрасному, не забудьте заглянуть на официальный сайт Андреаса Гурски.

Автор: Екатерина Паланчук

2017

Что делает Андреас Гурски, и почему его фотографии такие дорогие

В странах западной Европы и Северной Америки живёт 1.2 миллиарда человек. Каждый день эти два континента сжигают около миллиона галлонов бензина, каждый день совершается 30000 авиаперелётов на 25 миллионов миль, каждый день происходит биржевых транзакций на 4 триллиона долларов, транспортируется 30 миллионов контейнеров груза, печатается 400 миллионов новых газет, делается 5 миллиардов телефонных звонков.

Это — западная цивилизация. Именно это изображает Гурски.

Гурски — художник из первого поколения Дюссельдорфской школы фотографии — фотографов, учившихся под началом супружеской четы Бехеров, благодаря которым фотография в принципе вышла за рамки журналистики и коммерции, и начала делать что-то совершенно своё в мире искусства. В общем-то, Дюссельдорфская школа дала нам первый, главный и единственный канон европейской художественной фотографии — не той, которая на стоках, или в спальнях, или в журналах, а той, которая в музеях. Для этой фотографии с самого начала были и совершенно другие требования качества, и совершенно другие правила игры. Она базировалась на определённой отстранённости и документалистике, где личное авторское проявлялось больше в методах и тематике, нежели в специфических художественных или технических приёмах. Техника была безупречной у всех — но конкретных фотографов мы знаем всё-таки за их поиски и за их темы.

Бехеры занимались историей и объективностью. Хёфер — культурой, лишенной зрителя. Хютте — природой, настолько красивой, что она перестаёт работать. Руфф пытался понять, что фотография вообще такое. Темой Гурски почти сразу стала западная цивилизация в её наиболее численной, серийной и обезличенной форме, и, на сегодняшний день, более цивилизационного фотографа, чем Гурски, на планете просто не существует. Все выбирают себе небольшие аспекты. Гурски пытается охватить всё.

Это сотворённые человеком здания и структуры, обслуживающие нужды цивилизации. Повторяющиеся формы. Места, где никто не живёт, а только бывает. Офисные здания, торговые центры, склады, порты, транспортные развязки — снятые с типологической прямотой с ещё более отчуждающих больших расстояний и часто с большой высоты — без оценки, без осуждения. Это ни о ком-либо из нас, не о личности, не об обществе — это даже не столько места, сколько факты, цифры. Миллиарды людей, миллиарды звонков, миллиарды машин, каждый день, все одновременно, и вот так это выглядит.

(NB: Я говорю о творчестве Гурски в целом и специально не касаюсь Rhein II — это тема отдельного разговора)

Разумеется, творчество Гурски не могло не привлечь больших покупателей — цивилизационная фотография в некотором роде заменила собой историческую картину, считавшуюся когда-то главным и высшим из всех живописных жанров. Цивилизация ведь перестала быть историческим явлением и стала явлением экономическим — так что не удивительно, что именно Гурски многократно оказывался на вершине списка авторов самых дорогих фотографий.

Но есть конечно и другая, сугубо производственная причина: фотографию музейного качества очень, очень, очень сложно снять. И ещё сложнее потом напечатать. Не говоря уже о хранении и транспортировке. А фотографии Гурски огромны — как и то, о чём они говорят — слишком огромны, чтобы можно было увидеть всю её целиком. Снятые на широкоформат, с мельчайшей, детальнейшей ретушью, и напечатанные чистым пигментом на специальной бумаге, помещённой под органическое стекло — производство такого снимка легко может выйти в шестизначную сумму, после которой его аукционная стоимость уже перестаёт удивлять.

К тому же — гораздо более интересный вопрос в том, почему мы удивляемся им, этим снимкам — и не удивляемся тому, что на них изображено.

Андреас Гурски | Арт | Time Out

Созданный Андреасом Гурски мир потрясает цветом и размерами. Он позволяет простому смертному увидеть недавно еще недоступное, почувствовать себя то ли космонавтом, то ли Гулливером, то ли даже создателем всего этого великолепия.

Многотысячные рейвы, бесконечные пространства гипермаркетов, забитые людьми пространства олимпийских стадионов, фондовых бирж, цепи тропических островов — со стороны выглядят так, будто мир действительно театр, а люди в нем — тщательно исполняющие предписанные роли актеры.

Глядя на детально структурированные, идеально сбалансированные работы, трудно поверить, что действующие в них лица составляют все эти чудесные мизансцены без участия грамотного постановщика массовых действий. Единственная аналогия кружевам, в которые сплетаются на огромных принтах люди, пляжные зонтики, товары на полках магазинов, коровы, — тщательно отрепетированные красочные парады, которые так любят в тоталитарных странах. Порожденный новейшими технологиями и глобализацией, метод Гурски идеально подходит для воплощения красы тоталитарных утопий: Северная Корея — одна из любимых площадок фотографа.

То, что делает Гурски, невозможно назвать документально точным воспроизведением действительности — это умные, сложные, многодельные, идеально подогнанные компьютерные монтажи. Но, сохраняя плоскость картины, художник жертвует в них лишь перспективными построениями и расстояниями, в остальном он практически не отступает от правды жизни. Удивительно, но, создавая фантастические театрализованные миры, в которых на огромных площадках действуют тысячи персонажей, он следует своим великим учителям в дюссельдорфской академии художеств, пропагандистам красоты подлинной, не придуманной жизни — Берндту и Хилле Бехер. Изобретенный Гурски метод — во многом продолжение их работ, только фотографирует он не отдельные объекты, а одушевленные и неодушевленные стада самых разных населяющих планету существ и предметов.

Как многие глобальные начинания, невероятная, почти сенсационная мощь этих работ может лишь удовлетворить бесконечно возрастающий визуальный голод, ненасытную страсть ко все более эффектным зрелищам. Работы Гурски напоминают о многонаселенных фресках Возрождения — только в них живут и действуют не гении и титаны, а обычные люди, и не легенды творят, а перерабатывают ресурсы. Огромные изображения напитаны человеческим высокомерием: расположившегося на высоте фотографа не интересуют отдельные личности — только узоры и орнаменты из сотен тел, которые он складывает в свои почти абстрактные произведения. Получается красота невероятная, но совершенно безжалостная — а что делать, ведь и на самом деле этот мир придуман не Андреасом Гурски.

Делающий акцент на деталях фотограф Андреас Гурски

Этот талантливый мастер известен на весь мир как автор самой дорогой фотографии. Он любит снимать скопления людей, а его масштабные работы удивляют и своим размером. Правда, никакого движения на его снимках не происходит, автор обожает запечатлевать повседневный мир. Стиль художника узнаваем среди тысяч работ: съемки сделаны с высокой точки, а текстура его снимков почти осязаема.

Привитая с детства любовь к фотографии

Автор монументальных фотографий родился в 1955 году в Дюссельдорфе. Его отец занимался рекламными съемками, и мальчик с самого детства впитал любовь к этому искусству, овладев нужными навыками и узнав все хитрости мастерства.

После школы Андреас Гурски знакомится с традиционной документальной фотографией в Западной Германии в специализированном учреждении. Это было совсем другое искусство – повседневное наблюдение за обычной жизнью, лишенной рекламных прикрас.

Во время обучения в академии искусств Дюссельдорфа набирающийся опыта мастер знакомится с основоположниками немецкого авангарда, которые повлияли на его будущее творчество.

Первое признание

В конце 80-х годов прошлого века фотограф Андреас Гурски завоевывает признание публики необычными снимками, признанными «сложносочиненными», в которых присутствовала насыщенность цветовыми решениями и мелкими деталями. Здесь в полной мере проявился авторский стиль немецкого гения, прекрасно передававшего современный дух времени.

Мастер в поисках новой натуры объездил почти весь мир и побывал в самых дальних уголках планеты. Он обращает внимание на детали, которые не были замечены другими фотографами.

Постепенно основная тематика его работ, связанная с туристическими зарисовками, меняется на новую. Его чрезвычайно интересует промышленная эстетика гигантских заводов, офисных зданий, складских помещений.

Главное внимание – деталям

Андреас Гурски считает своей задачей показать бурно развивающийся мир, в котором человеческая единица безымянна. С самого начала своей карьеры художник уделял огромное внимание небольшим деталям в панорамных съемках, говоря о том, что «большое и важное видится на расстоянии».

На полотнах своих картин он передает величественность окружающего нас мира, выбирая правильный ракурс. Масштабные работы Андреаса Гурски представляют собой удивительную передачу мирской суеты, воздействующей на сознание зрителя. Похожие на маленьких муравьев люди занимаются обычной работой, в которой и проходит их жизнь.

Пейзажи как произведения искусства

Однако не только на человеке акцентирует свое пристальное внимание автор. Он потрясающе показывает природные пейзажи, а чтобы передать величавую красоту с особым размахом, автор использует большой формат фотографий, которые можно распечатать в обычных условиях лишь по частям.

О своем творчестве Андреас Гурски высказался вполне определенно: «Я не снимаю реалистическую натуру. Мои творения далеки от нее».

Фотохудожник

Его сложно назвать обычным фотографом, ведь все свои работы художник обрабатывает в специальных программах. Он сразу отверг традиционные формы искусства и стал доводить свои работы до уровня настоящих картин.

Масштабность работ и игра со зрителем

Гурски, обожающий работать с большими форматами, подчеркивает, что его масштабные произведения необходимо рассматривать не только вблизи, но и издалека.

Он словно играет со зрителем, предлагая уловить недоступную загадку. Например, очень популярна известная работа из серии «Бангкок» с изображением местной реки, которая завораживает гладкой поверхностью.

Однако чистейшая вода на поверку оказывается грязной, в которой плавает пластиковый и бумажный мусор, а зритель даже не понимает, почему он не увидел этого сразу.

Безликая человеческая масса

Знаменитый фотограф Андреас Гурски играет с разными ракурсами и показывает то, что обычный человеческий глаз не может уловить. Объемные панорамы он снимает с огромной высоты или с дальнего расстояния, и на снимках люди предстают безликими существами, занимающимися своими привычными делами.

Никто не смотрит в камеру, и только при максимальном приближении можно рассмотреть лица однородной массы.

Сколотивший состояние гений

Считается, что еще ни один фотограф не зарабатывал столько денег на своем творчестве. Мастер, начинавший когда-то давно заниматься искусством отображения реальности, даже не предполагал, что его работы станут известны всему миру, а за многие из них он выручит баснословное состояние.

Его снимок под названием «99 центов» в 2007 году ушел с аукциона за поистине рекордную сумму. Украинский миллиардер приобрел эту работу для киевской галереи искусств более чем за три миллиона долларов.

Самая известная и дорогая фотография

Самой дорогой его работой стала картина, изображающая реку Рейн между двумя дамбами (Rhein II). Серое небо над водной поверхностью было доведено до совершенства в Photoshop, и хотя многих эта картина ничем не впечатлила, она была куплена неизвестным за сумму, превышающую четыре миллиона долларов.

Андреас Гурски делает акцент в своих работах на некую отстраненность от жизни, показывая действительность с высоты птичьего полета. Однако от его взора не ускользает даже мельчайшая деталь. Благодаря особому статичному стилю, узнаваемому среди многих работ, мастер приобрел свою известность, а его работы давно считаются произведениями искусства.

Андреас Гурски | Самый дорогой фотограф в мире — Путешествовать

Содержание

В 2011 году Андреас Гурски заработал себе титул «самого дорогого фотографа в мире», когда его изображение Рейн II (1999) продана за 4,3 миллиона долларов на аукционе Christie’s в Нью-Йорке. Рекордное достижение стало сюрпризом для многих, так как работа изображала относительно унылый и пустынный пейзаж без яркости и смелости предыдущего рекордсмена — произведения Синди Шерман 1981 года. Без названия # 96 (1981), который был продан в мае за 3,89 миллиона долларов.

Однако это была не первая фотография Гурски, побившая все рекорды. В 2006 году его 99 Cent II (1999-2009) достиг 3,35 миллиона долларов, что доказывает, что его перспектива — каким бы обычным и лишенным смысла изображение ни казалось на первый взгляд — неуклонно поднимает ценность его работ и приносит Гурски репутацию одного из самых влиятельных фотографов. наш возраст.

Гурски родился в 1955 году на территории тогдашней Восточной Германии. Его отношения с фотографией казались предопределенными. И его отец, и дедушка были мастерами камеры, и, хотя он сопротивлялся несколько лет, младший Гурски в конце концов последовал его примеру. Однако вместо того, чтобы идти чисто коммерческим путем, Гурски увидел возможность войти в более широкий мир искусства.

В период с 1978 по 1981 год Гурски учился в Университете искусств Фолькванг, где проживал немецкий фотограф и основатель авангардной группы Fotoform Отто Штайнерт. Затем он провел следующие шесть лет, обучаясь у Бернд и Хиллы Бехер в Kunstakademie Düsseldorf. Влияние Бехеров на Гурски нельзя недооценивать, дуэт совместно работал над проектами, которые раздвинули границы фотографии до чего-то наравне с концептуальным искусством, в котором они сопоставляли промышленные образы с изображениями, отражающими их культурную функцию. В школу Бехера входят такие деятели, как Симона Нивег, Томас Рафф, Томас Штрут, Лоренц Бергес и Кандида Хёфер, все они черпали вдохновение в критике документального стиля Бехера.

Этот документальный стиль можно увидеть в том, что Гурски назвал «взглядом Бога» — его уникальным стилем, в котором он делает панорамные снимки, которые захватывают всю сцену на одном изображении. Особенно хорошо это видно в таких работах, как Тур де Франс (2007), в котором запечатлена сцена гонки в красивом горном пейзаже, и Остров Гонконг (1994), на котором изображена строительная площадка среди бесчисленных небоскребов, возвышающихся над горизонтом. Эта техника не только создает поистине эпические образы, но и напоминает зрителям о мастерстве и огромных усилиях, затрачиваемых на их создание. Гурски не привыкать использовать вертолеты, краны и частные крыши, чтобы получить идеальный снимок.

Гурски приступает к такому кропотливому процессу создания своих изображений, что он создает лишь несколько экземпляров в год. Наряду с исследованиями и техническими деталями, которые предшествуют работе, Гурски использует цифровые технологии и использует их для улучшения и обработки своих фотографий в пост-продакшн. Например, простор Париж, Монпарнас (1993) создан путем манипулирования несколькими изображениями, помещенными рядом друг с другом, чтобы создать впечатление огромности блока. В этом случае Гурски использует технологии, чтобы преувеличить присутствие людей. В Рейн II (1999) он использует такую ​​технологию, чтобы делать прямо противоположное: он удаляет все следы людей. Таким образом, пустынный горизонт становится чем-то неприятно жутким, знакомство самой реки сочетается с навязчивым отсутствием шумных свидетельств жизни, обычно связанных с этой сценой.


Сам Гурски — человек загадочный, по большому счету отказывающийся комментировать свою работу. Он предпочитает, чтобы изображения говорили сами за себя, что придает первоначальной загадочности его работе. Первому зрителю его фотографии, казалось бы, дается четкое представление о самой реальности, его фотографии могут быть видами из окон городских многоэтажек или пола производственной линии завода — они не кажутся « высоким » искусством .

Но то, что предлагает Гурски, — это не просто окно, это зеркало, в котором мы можем увидеть мир, в котором живем, с более высокой точки зрения. В работах Гурски сквозит стремление охватить «энциклопедию жизни». Его фотографии, очарованные всем, что связано с человеческим видом и нашей ролью в глобальной культуре, представляют собой серию антропологических исследований.

Улавливаете ли вы суть глобализации через сложенные полки 99 Cent II (1999-2009) или исследуя, какой была бы жизнь в отсутствие человечества, как в Рейн II (1999), его работа настолько увлекательна, потому что она показывает нам самих себя под углом, который мы никогда раньше не видели. Эта способность делает Гурски одним из самых влиятельных художников нашего времени. Если учесть это, становится легче оценить цену в миллион долларов.

Хотите увидеть работы Андреаса Гурски? Галерея Хейворд в Лондоне только что открылась после двухлетнего ремонта с большой ретроспективой работ Гурски. Об этом подробнее здесь.

  • MoMA.org | Интерактивы | Выставки | 2001

    Андреас Гурски. 99 центов. 1999.
    Хромогенная цветная печать.
    6′ 9 1/2″ x 11′ (207 x 337 см).
    Предоставлено художником, любезно предоставлено Matthew Marks Gallery, Нью-Йорк, и Моникой. Spruth Galerie, Кёльн
    © 2001 Андреас Гурски.

     

    Андреас Гурски. Шанхай. 2000.
    Хромогенная цветная печать.
    9 футов 11 5/16 дюймов x 6 футов 9 1/2 дюймов (280 x 200 см).
    Предоставлено художником, любезно предоставлено Matthew Marks Gallery, Нью-Йорк, и Моникой. Spruth Galerie, Кёльн
    © 2001 Андреас Гурски.

     

    Можно сказать, что Андреас Гурски учился фотографии трижды. раз. Родился в 1955 году, вырос в Дюссельдорфе, единственный ребенок успешный коммерческий фотограф, изучающий хитрости этого ремесла до того, как он закончил среднюю школу.В конце 1970-х он провел два года в соседнем Эссене в Folkwangschule (школа Folkwang), которую Отто Штайнерт зарекомендовал себя как ведущая тренировочная площадка Западной Германии для профессиональных фотографы, особенно фотожурналисты. В Эссене Гурски столкнулся с документальная традиция фотографии, утонченное искусство неприукрашенного наблюдения, чей серьезный взгляд был далек от искусственных соблазнов коммерческой работы. Наконец, в начале 1980-х он учился в Staatliche. Kunstakademie (Государственная художественная академия) в Дюссельдорфе, которая благодаря такими художниками, как Йозеф Бойс, Зигмар Польке и Герхард Рихтер. рассадник яркого послевоенного немецкого авангарда.Там Гурски научился веревки мира искусства и освоил строгий метод Бернда и Хилла Бехер, чьи фотографии получили известность в концептуальной и минимальные художественные движения.


    Когда Гурски вместе с другими учениками Бехера начал завоевывать признание в конце 1980-х его фотографии интерпретировались как продолжение эстетика его учителей. Но весь спектр фотографического образования Гурски фигурировал в его зрелой работе, что позволило ему перерасти всех троих.Его фотографии — большие, смелые, насыщенные цветом и деталями — составляют одно из самых оригинальных достижений последнего десятилетия и, для всех щегольство его фирменного стиля, одного из самых сложных. Выставка Андреас Гурски исследует эти достижения с 1984 года по настоящее время. Он сосредоточен на работе с 1990 года, когда Гурски обратил свое внимание на сюжеты это поразило его как представителя современного духа времени — и нашли не менее современные способы их изображения.В погоне за этим проекта, Гурски расширил сферу своей деятельности из Дюссельдорфа и его окрестности к международному маршруту, который привел его в Гонконг Конг, Каир, Нью-Йорк, Бразилиа, Токио, Стокгольм, Чикаго, Афины, Сингапур, Париж и Лос-Анджелес, среди других мест. Его ранние темы воскресный отдых и местный туризм уступили место огромным промышленным предприятиям, жилые дома, гостиницы, офисные здания и склады. Семья пикники и пешие походы сменились олимпиадой, кроссом марафон с участием сотен лыжников, немецкий парламент, торговый площадки международных фондовых бирж, заманчивые показы фирменных товаров и полуночных техно-музыкальных рейвов с участием тысяч исполнителей.Мир Гурски 1990-х — большой, высокотехнологичный, стремительный, дорогой, и глобальный. В нем анонимный индивидуум — всего лишь один из многих.

     

     

     

    Художественный институт Чикаго

    Шанхай

    Дата:

    2000

    Исполнитель:

    Андреас Гурски
    Немец, 1955 г.р.

    Об этой работе

    Впервые известный своими возвышенными минималистскими пейзажами, Андреас Гурски в 1990-х годах обратил свой взор на многолюдные, хаотичные изображения современной жизни и, казалось бы, отстраненные, собранные виды нашего все более технологического и коммерческого мира.Одна из многих фотографий вестибюлей отелей по всему миру, сделанных художником, Шанхай окутывает зрителя своим ошеломляющим вертикальным масштабом и яркими цветами. Гурски сделал изображение, сфотографировав один и тот же объект с трех разных этажей, обработав изображения в цифровом виде, чтобы сделать фон с тем же разрешением, что и передний план, и объединив изображения в одно. В результате получается потустороннее возвышающееся пространство, в котором пол почти вываливается из-под зрителя.Несмотря на смутные анекдотические детали, разбросанные по всей фотографии, она ничего не говорит нам о городе, вестибюле или людях в пространстве, а вместо этого представляет момент роскошной красоты.

    Статус

    В настоящее время не отображается

    Отдел

    Современное искусство

    Художник

    Андреас Гурски

    Титул

    Шанхай

    Происхождение

    Германия

    Дата

    2000 г.

    Средний

    Хромогенная печать, выпуск номер два из шести

    Размеры

    301 × 206 см (118 1/2 × 81 дюйм))

    Кредитная линия

    Частичный и обещанный подарок Памелы Дж. и Майкла Н. Альпер

    Справочный номер

    2001.155

    Расширенная информация об этом произведении

    Информация об объекте находится в стадии разработки и может обновляться по мере появления новых результатов исследований.Чтобы помочь улучшить эту запись, пожалуйста, напишите по электронной почте. Информация о загрузке изображений и лицензировании доступна здесь.

    Андреас Гурски о фотографии, изменившей все: «Это была чистая интуиция» | Фотография

    Это был 1990 год, и я ехал со своей семьей, осматривая достопримечательности Неаполя и его окрестностей.Ближе к вечеру мы увидели этот вид на гавань Салерно. Солнце садилось над городом, поэтому мне нужно было спешить. Я установил штатив и камеру 4×5 дюймов, затем сделал четыре кадра. Не было времени взвешивать, стоило оно того или нет.

    Визуально все совершенно расходилось с тем, чему меня учили. Мои учителя, художники-концептуалисты Бернд и Хилла Бехер, советовали мне избегать фотографирования с солнечным светом, голубым небом или сильными тенями. Но я думал, что теплый солнечный свет здесь делает что-то довольно китчевое.Кроме того, до этого момента люди были в центре моей работы, но здесь их не было видно. И все же я был ошеломлен увиденным: сложностью изображения, скоплением товаров, машинами, контейнерами. Я не был уверен, что фотография сработает. Я просто чувствовал себя обязанным. Это была чистая интуиция.

    Только когда я вернулся домой и составил первый контактный лист, я понял, что у меня есть. Я сразу увидел этот узор, эту изобразительную плотность, эту индустриальную эстетику.Этот образ стал для меня важным произведением, поворотным моментом. Это открыло новое ощущение возможности, стилистически и тематически. Я попытался сфотографировать другие порты, но понял, что это не то, что заставило изображение Салерно работать. Это был баланс между большим масштабом и огромным количеством четких деталей.

    Снято с вертолета… Без названия XVIII, 2015, Андреас Гурски. Фотография: Андреас Гурски/DACS, 2017 г., предоставлено Sprüth Magers

    Это то, что я продолжал развивать. В том же году я сделал почти монохромный снимок бесчисленных мужчин в черных костюмах и белых рубашках в торговом зале Токийской фондовой биржи.Затем последовало такое же крупномасштабное изображение завода Siemens в Карлсруэ, Германия, с рабочими, скрытыми бесчисленными кабелями, коробками и вещами. Салерно с его уплощенной композицией и повторениями сделал возможными оба этих образа.

    После этого я сосредоточился на аэропортах и ​​супермаркетах, океанах и реках, таких как Рейн [тема Рейна II, которая была продана за рекордные 4,3 миллиона долларов в 2011 году]. В начале 1990-х я начал работать в цифре, комбинируя кадры, вырезая одни детали, повторяя другие.Итоговые работы были уже не простыми прямолинейными кадрами, как у Салерно, а построенными образами. Я фокусируюсь на пространстве, а не на деталях. Критики говорят, что я всегда снимаю сцены с возвышения, но мои изображения потолка были сняты снизу, а моя работа в Формуле 1 — прямо.

    Расстояние — еще один важный фактор, который я унаследовал от Бехеров. Если бы фотожурналисту поручили задокументировать сцену, он бы стал намного ближе. Но, всегда сохраняя дистанцию, я позволяю зрителю составить собственное мнение.Хотя все мои изображения состоят из множества деталей, которые вы можете подробно изучить благодаря высокому разрешению, они не об этом. Каждый из них всегда представляет собой свой собственный мир, созданный.

    Рекордсмен… Рейн II, 1999 г. (обновленный в 2015 г.), продан за 4,3 миллиона долларов. Фотография: © Андреас Гурски/DACS, 2017; Предоставлено: Sprüth Magers

    В эти дни я больше не хожу куда-либо без плана, надеясь просто открыть для себя что-то новое. Мой процесс гораздо более концептуален и основан на исследованиях. Вы не поедете в Северную Корею, как я в 2007 году для моей серии о Пхеньяне, не проработав заранее идеи.Точно так же моя серия Tulip 2015 года, снятая с вертолета, началась с изображений, которые я видел в журнале.

    Тем не менее, я до сих пор натыкаюсь на вещи случайно. Как я всегда говорю своим студентам: вы ничего не добьетесь, сидя за столом и думая. Вы учитесь, делая. Так вы продвигаетесь вперед. И даже если вы сделаете что-то не так, результат может оказаться намного интереснее того, что вы искали.

    В последнее время я работаю с нерезкостью. Я был в поездке с женой, ехал в Юту.Как и любой турист, я был впечатлен пейзажем. Однажды я фотографировал на свой iPhone, пока мы ехали. Я любил их. Когда мы подъехали к отелю, я сказал жене: «Хорошо, завтра ты поедешь, а я попробую получить подобные снимки в большем разрешении на своем профессиональном оборудовании». Полученное изображение — плоский, сухой пейзаж с горами вдалеке — в основном не в фокусе, хотя разрешение высокое. У него совершенно иная перспектива, чем у моих более ранних работ, которые резки во всем.

    «Старый мир на заднем плане, современный впереди»… Мемы, 2016, Андреас Гурски. Фото: DACS, 2017, предоставлено Sprüth Magers

    Я решил попробовать то же самое в Токио, снимая с высокоскоростного поезда Синкансэн. Я провел там три дня в одиночестве и сделал около 2000 снимков. С приподнятой перспективы поезда я запечатлел миниатюрную архитектуру, плотность и неравномерность зданий.

    Меня всегда восхищали жилые районы Токио.В Германии, моей родной стране, все стандартизировано: оконные проемы, размеры дверей, они всегда одинаковы. Но в Токио так много вариаций, что в конечном итоге думаешь, что что-то пошло не так с реальной сценой. Именно такая «ошибка» в строгой структуре и делает картину интересной. На полях в моей серии Tulip отсутствуют биты, отсутствуют цвета. Как будто принтер вышел из строя.

    Les Mées — недавняя работа, которую я отношу к Салерно. Я слышал об этой фотоэлектрической установке недалеко от Марселя во Франции.Зачастую такие места не очень интересны, так как все такое прямоугольное. Но здесь панели становятся частью ландшафта. Мне также понравилось то, что на заднем плане можно было увидеть старый мир, горы, а современный мир, завод, впереди.

    Все мои пейзажи созданы руками человека. Меня интересуют люди, цивилизация, человеческое присутствие и деятельность. Я не мог себе представить, что можно сфотографировать гору саму по себе, хотя это, конечно, возможно. Однажды я мог бы.

    Резюме Андреаса Гурски

    Андреас Гурски. Фотография: Том Лемке

    Родился: Лейпциг, Германия, 1955.

    Учился: Художественная академия Дюссельдорфа.

    Влияния: Хилла и Бернд Бехер, Зигмар Польке и Герхард Рихтер.

    Главный совет: «Иногда человек неосознанно принимает правильное решение».

    Андреас Гурски: 9783958293922: Уолл, Джефф, Гурски, Андреас, Ругофф, Ральф, Шредер, Джеральд, Шолис, Брайан: Книги

    Энциклопедическое, головокружительное видение глобализма: окончательный обзор Гурски

    Андреас широко известен своими монументальными, необычайно подробными картинами, часто исследующими современные глобальные темы.Эта всеобъемлющая книга по-новому взглянет на культовые образы художника за последние четыре десятилетия.

    В знаменательной беседе между двумя наиболее значительными фигурами в современной фотографии Гурски беседует с Джеффом Уоллом об источниках своего фотографического видения, а эссе директора галереи Hayward Ральфа Ругоффа исследует важные, но часто игнорируемые области творчества художника. Очерки искусствоведа Джеральда Шредера и писателя-куратора Брайана Шолиса дают новое представление о ключевых картинах, а художница Катарина Фрич предлагает личные снимки своей дюссельдорфской коллеги, создавая портрет художника в круглом виде.Представляя самые известные работы художника, в том числе «Париж, Монпарнас» (1993 г.), «99 центов» (2001 г.) и «Чикагская торговая палата III» (2009 г.), а также новые, ранее не публиковавшиеся фотографии, это незаменимый обзор 40-летней работы одного из самых влиятельных художников мира.

    Считающийся одним из самых важных фотографов нашего времени, Андреас Гурски (род. в 1955 г.) известен своими крупномасштабными, часто впечатляющими снимками, на которых запечатлены знаковые места и сцены мировой экономики и современной жизни.Начиная с работ конца 1980-х, созданных после того, как Гурски окончил класс Бернда Бехера в Художественной академии Дюссельдорфа, и заканчивая его последними фотографиями, которые продолжают раздвигать границы медиума, искусство Гурски было обусловлено интересом к формам коллективного творчества. существование. Это включает в себя изображения массивных искусственных сооружений и огромных скоплений людей в ночных клубах, фабриках, аренах и обширных ландшафтах, которые вместе обеспечивают широкое визуальное описание нашей эпохи. Steidl опубликовал Gursky Andreas Gursky (2015) и Bangkok (2012).

    Андреас Гурски (р. 1955)

    «Огромное расстояние камеры от этих фигур означает, что они становятся деиндивидуализированными… Поэтому меня интересует не личность, а человеческий вид и его среда»
    –Andreas Gursky

    Пять метров в ширину, Cocoon II Андреаса Гурски предлагает обширное, захватывающее зрелище. С его морем гуляк, бушующим как один, он иллюстрирует способность художника выделять абстрактный порядок и кристально чистые детали из хаоса человеческого существования.Выполненная в 2008 году и включенная в большую ретроспективу художника в Kunstmuseum Krefeld в том же году, работа принадлежит к небольшой серии фотографий, изображающих бывший клуб Cocoon во Франкфурте, принадлежащий и созданный другом художника DJ Sven Väth. Эта серия, включающая его первый автопортрет, представляет собой редкий пример личной ссылки в его творчестве , а также необычайно расширенного внимания к одному предмету. В настоящее время Гурски является предметом большой ретроспективы в лондонской галерее Хейворд — первой в Великобритании — и известен своим энциклопедическим подходом к аренам глобальной деятельности.С 1980-х он запечатлел аэропорты, фабрики, фондовые биржи и другие места скопления людей с потусторонней ясностью. С начала 1990-х художник начал экспериментировать с техникой цифровой манипуляции, объединяя несколько кадров, чтобы подчеркнуть скрытые линейные узоры и ритмы. Подпитываемая любовью художника к техно и транс-музыке, немецкая рейв-сцена стала источником особого восхищения, и настоящая работа может рассматриваться как продолжение более ранних шедевров, таких как Union Rave (1995) и его знаменитого May Day . серия (1997-2006).Снятые сверху характерные сотовые стены клуба и роящийся улей танцоров приведены в волнообразный унисон с цветными пятнами, выделенными как акцентированные биты. Эффект, как и сама музыка, представляет собой эффект возвышенной синхронности.

    Художник Андреас Гурски

    Биография

    Андреас Гурски (*1955): Родился в Лейпциге; в том же году его родители бегут из ГДР сначала в Эссен, затем в Дюссельдорф.Его отец, Вилли Гурски, продолжает свою работу в качестве успешного коммерческого фотографа в собственной студии. 1977–1980 Учеба в Folkwang Universität der Künste, Эссен, у Михаэля Шмидта и других. 1980–1987 Учеба в Художественной академии Дюссельдорфа, магистрант Бернда Бехера. 1989 г. Выигрывает приз «Wettbewerb der Landesgirokasse zur Förderung der künstlerischen Photographie in Deutschland»; первая институциональная персональная выставка в Музее Haus Lange, Крефельд. ​​1992 Персональная выставка в рамках Siemens-Kultur-Programm, Мюнхен, персональная выставка в Kunsthalle Zürich.1994 Первая ретроспектива работ с 1984 по 1993 год, De Appel Foundation, Амстердам, Le Case D’Arte, Милан, Deichtorhallen, Гамбург. 1992 В своей работе «Шарль де Голль» Гурски впервые использует возможности цифровой обработки изображений в своем творчестве. 1995 Выставка «Монпарнас», Портикус, Франкфурт-на-Майне. Персональная выставка в галерее Тейт, Ливерпуль. 1998 Гастрольная ретроспектива «Fotografien 1994 – 1998», галерея Serpentine, Лондон, Шотландская национальная галерея современного искусства, Эдинбург, Художественный музей Вольфсбурга, Художественный музей Винтертура, Культурный центр Белема, Лиссабон, Кастелло ди Риволи, Турин.Передвижная ретроспектива «Currents 27», Художественный музей Милуоки, Художественная галерея Генри, Вашингтон, Музей современного искусства, Хьюстон, Художественный музей Колумбуса. 2001 Персональная выставка в Музее современного искусства, Нью-Йорк, последующие места проведения: Centro de Arte Reina Sofia, Мадрид, Центр Жоржа Помпиду, Париж, MCA Chicago, SFMOMA, Сан-Франциско. 2007–2008 Тур «Ретроспектива 1994 – 2007», Дом искусств, Мюнхен, Музей современного искусства, Стамбул, Современный арабский музей Шарджи, Фонд Екатерины, Москва, Национальная галерея Виктории, Мельбурн.2010–2018 Профессор Дюссельдорфской академии искусств. 2012–2018 Международные персональные выставки, в том числе в Музее Луизианы, Хамблбек, Национальном музее искусств, Токио, Музее Фридера Бурда, Баден-Баден, галерее Хейворд, Лондон. 2019 Выставка на вилле Массимо, Рим, вместе с работами его бывшего наставника Михаэля Шмидта. 2021 Первая персональная выставка в Museum der bildenden Künste в его родном городе Лейпциге.

    Андреас Гурски Фотография, биография, идеи

    1999

    Чикаго, Торговая палата, II

    Это крупное цветное хромогенное изображение здания Чикагской торговой палаты.Фотография, снятая с фирменной точки зрения Гурски с высоты птичьего полета, позволяет взглянуть на хаос и безумие обычного дня в торговом зале с высоты птичьего полета. Набитые битком фигуры суетятся в лабиринте перил, столов, телевизоров и компьютерных мониторов, а на полу валяются белые листы бумаги. Выбор художником перспективы, расстояния, двойной экспозиции и наслоения некоторых областей визуально сглаживает сцену, заставляя фигуры сливаться в кластеры желтого, оранжевого и синего цветов.В целом сцена напоминает безумные капли цвета на картине Джексона Поллока.

    Чикаго, Торговая палата, II является частью серии связанных изображений международных фондовых бирж, включая Сингапурскую Симекс и Гонконгскую фондовую биржу. Чикагская торговая палата — одна из старейших в мире опционных и фьючерсных бирж. Однако зритель держится на расстоянии, которое скрывает детали местоположения, деятельности и последующих участников. Вместо того, чтобы рассматривать мельчайшие детали, связанные с этим конкретным делом, композиция ведет взгляд по полу в поисках узора, формы и цвета.Таким образом, изображение завораживает — это толчок/тяга между пониманием наплыва деятельности, изображаемой с участием торговли и валюты, и отстраненным эстетическим опытом, который человек получает от визуального восприятия сцены.

  • Leave a Reply

    Ваш адрес email не будет опубликован.