Черный пейзаж: Черный пейзаж купить дешево — низкие цены, бесплатная доставка в интернет-магазине Joom

Содержание

В Краснодаре пройдет выставка черного пейзажа

В краснодарской «Галерее Ларина» 29 октября откроется выставка Дмитрия Прокоповича «Черный пейзаж»

По словам автора, работы не нуждаются ни в концепции, ни в тексте, ни в словах. Будет представлена просто живопись как она есть.

«Главное для меня как художника — любимый цвет. Черный. Все цвета я часто смешиваю с ним на своей палитре. Говорят, что черный защищает от окружающих. Он одновременно скромен и благороден. Он непринужденный, удобный и вместе с тем таинственный. Это посыл окружающим: я не беспокою вас, и вы не беспокойте меня. Каждый из нас ежедневно рисует свой черный пейзаж, и он неотъемлемая часть нашей жизни», — считает Дмитрий Прокопович.

Выставка будет работать до 7 ноября. Вход свободный. Посещение возможно только при наличии защитной маски. Согласно антиковидным мерам, которые вводятся на Кубани с 25 октября, на выходе в «Галерею Ларина» будут проверять QR-коды или отрицательные ПЦР-тесты.

  • © Изображение предоставлено пресс-службой «Галереи Ларина»

  • © Изображение предоставлено пресс-службой «Галереи Ларина»

Как писали Юга.ру, в центре Краснодара в доме Лю Трахова открылся музей «ОТМА». Экспозиция, уместившаяся в двух комнатах, рассказывает историю не мецената и общественного деятеля черкесского происхождения, а расстрелянных дочерей царя Николая II. Название как раз образовалось из первых букв их имен — ОТМА (Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия) — так девушки часто подписывали свои совместные письма.

Сейчас в Краснодаре работают несколько выставок. В музее имени Коваленко работает экспозиция «От ремесла к искусству», посвященная традиционному ткачеству и вышивке, и «Свет и воздух» московской художницы Валентины Диффинэ-Кристи.

В историческом парке «Россия — моя история» доступна мультимедийная выставка «Душа Кубани многозвучная» в честь Кубанского казачьего хора.

В краевом выставочном зале можно увидеть репродукции картин известных голландских художников — Рембрандта ван Рейна и Яна Вермеера, а также экспозицию Алексея Апиша «В глазах смотрящих — красота».

Снимаем пейзаж в черно-белом цвете

Со времен первых фотоснимков черно-белая фотография не теряет свою актуальность. Это вызвано тем, что в ч/б снимках нет отвлекающих внимание красок. Всё внимание зрителя сосредоточено на композиции, идее, атмосфере фотографии. Снимать в черно-белом стиле пейзажи не так то и просто. Нужно учитывать некоторые факторы при создании таких снимков.

Stewart Ayrey

1. Выбор места съемки

Лучше сразу определиться с местом съемки. Выбрать правильную позицию на заранее выбранном месте проще, чем ходить по местности в поисках подходящего вида. Следует продумать свой путь до места съемки, потому что если вы потратите все силы на дорогу, фотографировать уже не захочется. Кроме того, следует учитывать погодные условия.

Helio Cristovao

2. Выбор объекта съемки

Фотографируя природу, следует очень тщательно выбирать объект съемки. Все элементы, которые попадают в кадр, должны добавлять некий колорит и строить композицию, а не разрушать её.

Maximo Panés

3. Представление изображения

Попробуйте представить мир в черно-белых красках. Не отвлекайтесь на цвет и сосредоточьтесь на композиции. Сначала это будет не просто, но со временем получится.

Hengki Koentjoro

4. Свет в кадре

Каждый фотограф знает, какую роль играет свет в фотографии. Работая с черно-белыми фотографиями стоит продумать. как должен быть освещен предмет, чтобы он выглядел более привлекательно. Чем больше фотограф знает о свете, тем больше у него возможностей работать с ним, создавая неповторимые картины.

Rohan

5. Работа с выдержкой

В природе протекает множество процессов. Некоторые очень быстрые, а некоторые медленные. Чтобы показать изменения в течении времени или продемонстрировать движения в природе, придется поэкспериментировать с выдержкой.

Will Le

6. Использование форм природы

Когда снимок лишается цветов, его основной составляющей становятся формы, линии и текстуры. Для создания красивого снимка нужно играть этими формами и выстраивать из них композицию.

Laurence Penne

7. Контраст

Контраст очень важен для восприятия снимка. Постарайтесь не слишком его увеличивать, не доводить до появления пересветов и провалов в тенях. Выработайте свой собственный стиль, который будет передавать ваше настроение на снимках.

Kim Stevens

Hengki Koentjoro

Peter Levi

Christopher George

Nordin Seruyan

Maria

Lahorэ

Ben Heine

John Ormerod

Keith Aggett

Mieke Boynton

Frankie Pierce

Hengki Koentjoro

Giorgio

How Pin Tang

Warna Alam

MoisesLevy

На основе материалов с сайта: 121clicks.com

Шикарный пейзаж — мастерство природы, захватывающее дух ¦ Magnitico.com

Последнее обновление 6 мая, 2021

В шумных мегаполисах, где люди все куда-то спешат и торопятся мало кто останавливается, поднимает глаза и смотрит на небо, деревья, прекрасные цветы и незамысловатые кустарники. Зато во время отпуска каждый стремится уехать подальше от городской суеты, и слиться с природой, позабыв обо всем. Шикарный пейзаж служит отличным «бальзамом», расслабляющим тело и успокаивающим душу.

Самые красивые места на планете

Ни одно из произведений искусства, даже вышедшее из рук гениальных художников и скульпторов, не сможет сравниться с творениями природы. На нашей планете много красивых и интересных мест, но есть такие ландшафты, от которых просто захватывает дух.

Дорога гигантов, Ирландия

Величественная Дорога гигантов в Ирландии – это уникальное природное образование, состоящее из 40 000 базальтовых столбов. Дорога начинается у гор, тянется вдоль берега побережья Козвей Кост на 275 м и затем уходит под воду Атлантического океана еще на 150 м.

Столбы имеют форму правильных многоугольников с шестью и восемью гранями. Высота столбов – порядка 6 м, но есть столбы высотой в 12 м.

Считается, что столбы образовались 50-60 миллионов лет назад, во время активности вулканов. Разлившийся по плато базальт остыл, приняв форму столбов, а выветривание превратило их в многогранники.

Но есть и легенда, утверждающая, что это остатки каменного моста. Его построил ирландский великан Финн Мак Кумал для грядущей битвы с одноглазым шотландским великаном Голлом. Шотландец застал Финна в неподходящий момент, но жена спасла его, выдав за своего маленького сына. В страхе перед отцом такого «младенца» Голл сбежал, разрушив мост.

Пещера Лечугия в штате Нью-Мексико

Это удивительно красивое место находится в заповеднике Карлсбадские пещеры американского штата Нью-Мексико. В то время, когда пещеру считали всего лишь 25-метровым колодцем, у неё было название «Тоскливая дыра».

О её существовании знали исключительно местные сборщики помёта летучих мышей, что гнездились у входа. Но когда спелеологи решили зайти поглубже, они обнаружили, что пещера простирается под землей на 0,5 км в глубину и более, чем на 210 км в длину. Также они нашли там сказочно красивые пейзажи из гипсовых и серных отложений – огромные гипсовые люстры, пещерный жемчуг, покрытые крошечными кристаллами своды, гидромагнезитовые шары.

Вся эта красота была создана парами серной кислоты, постепенно разъедавшей известковые отложения. Здесь не могут жить никакие животные. Посещение пещеры ограничено из-за угрозы взрывов серной кислоты и обвалов.

Каменные волны на границе штатов Аризоны и Юты, США

Скалы «Волна» находятся на плато Колорадо, как раз на границе двух американских штатов – Юта и Аризона. Этот уникальный ландшафт как будто перенесён на Землю откуда-то с другой планеты. Скалы из мягкого песчаника как-будто закручены в спирали в виде морских волн, а в некоторых местах есть непонятные узоры. «Волна» состоит из 4 скал с общим подножием, возраст которых составляет порядка 190 миллионов лет.

Учёные считают, что этот необычный природный памятник возник в результате миллионов лет воздействий ливневых дождей и ветров на склоны скал.

Это природное образование очень хрупкое, поэтому его посещение ограничено – всего 20 пропусков в день, которые нельзя заказать заранее. Первая половина из них разыгрывается онлайн путем лотереи за 4 месяца, а вторая – в день посещения прямо на месте. Сюда не проложены дороги в целях сохранения памятника, поэтому посетителей ждёт нелёгкий путь через жаркую пустыню.

Озеро Моно в Центральной Калифорнии, США

В Центральной Калифорнии, между двумя заповедниками – Йосемити и Иньо, располагается реликтовое озеро Моно. Оно расположено в кратере древнего вулкана и образовалось там порядка 760 000 лет назад.

Питание озера идёт из нескольких небольших рек плюс туда попадают осадки, но само оно бессточное. Вода в озере Моно прозрачная и очень солёная, причём соли в нём больше в 2,5 раза, чем в Мировом океане. У него даже есть острова – два больших и несколько мелких, в виде сказочно красивых известково-туфовых столбов причудливой формы.

В озере могут жить только некоторые виды рачков, привлекающие сюда перелётных птиц, гнездящихся на одном из больших островов.

Пещера светлячков в Новой Зеландии

Пещера Вайтомо в Новой Зеландии образовалась 2 миллиона лет назад. Но известность она получила не из-за древности, а благодаря живущей в ней колонии светлячков вида Arachnocampa Luminosa, которые испускают сине-зеленое свечение. В темноте поверхность пещеры со светлячками выглядит, как звёздное небо, почему-то оказавшееся под землёй. Светлячки плетут своеобразные ловушки в виде клейких нитей, которые в изобилии свисают с потолка и стен пещеры, добавляя красоты открывающемуся ландшафту.

По одной версии, так они привлекают насекомых, которых потом съедают. А другая версия гласит, что светлячки питаются спорами растущих в пещере грибов, а светятся просто так. Кстати, пещера находилась в землях племени маори, и чтобы не потерять прибыльную достопримечательность, правительство и по сей день платит процент от туристической прибыли потомках того племени.

Радужная река в Колумбии

Южноамериканская река Каньо-Кристалес или Радужная река, Река пяти цветов является одной из самых красивейших рек на планете. Она протекает по территории колумбийского заповедника Ла-Макарена и располагается в труднодоступных джунглях Амазонки.

Во время сухого сезона в ней нет ничего примечательного – просто небольшой ручей. В сезон дождей это обычная река, разве что с чистой и прозрачной водой, практически дистиллированной, без каких-либо солей и минералов. Там практически нет рыбы. Но в то время, когда заканчивается сезон дождей и начинается жара, река буквально раскрашивается во все цвета радуги. Виновата в этом активность местных водорослей Macarenia clavigera. С высоты птичьего полёта прекрасно видны оттенки красного, чёрного, зелёного, жёлтого и голубого.

Но красота реки на цвете не исчерпывается. Её дно также интересно выглядит – стремнины, причудливые каменные образования, каскады, разноцветные круглые колодцы мойяс, живописные водопады.

Среди местных жителей есть поверье, что колодцы мойяс полны целебной силы и могут давать человеку счастье – достаточно в них погрузиться.

Йемен, остров Сокотра

Остров Сокотра – это часть архипелага в Индийском океане и одно из самых неизведанных мест на Земле. Добраться сюда практически невозможно – самолёты перестали летать из-за постоянных военных конфликтов между государствами, желающими присоединить остров к своей территории. А морской путь надёжно охраняют сомалийские пираты.

Сокотра – уникальное место, где растут растения, нигде больше на планете не встречающиеся. Например, драцена – всем известное комнатное растение, в природе растёт исключительно на Сокотре. Самые древние экземпляры драцены возрастом до 6000 лет – это высокие величественные драконовы деревья. Местные жители рассказывают легенду о том, что в древности на острове жил дракон, питавшийся кровью слонов. Когда самому старому слону удалось-таки раздавить хищника, их кровь смешалась и пропитала всю землю острова. После этого на нём и начали расти удивительные растения. Кроме драцены, на Сокотре можно увидеть огурцовые и бутылочные деревья (последние, кстати, ядовитые).

Естественно, животный мир здесь тоже уникален – различные виды гекконов, неядовитые змеи, 181 вид перелётных птиц вид, моллюски, крабы.

Кроме этого, на острове были найдены глубокие пещеры, нетронутые с доисторических времени и которые никто никогда не исследовал.

Большой призматический источник

В Йеллоустоунском парке в Соединённых штатах находится геотермальный источник под названием Гранд Призматик Спринг. Если смотреть на него сверху, то он становится похожим на огромный глаз с ресничками по контуру. В нём, как в призме, присутствуют все цвета радуги. Этот глаз в центре небесно-голубой, так как кристально чистая вода отражает цвет неба, а по краям его окраска меняется в зависимости от сезона. Всё от того, что по периметру источника живут термофильные бактерии, окрашивающие воду в разные цвета из-за изменения температуры воды.

Источник очень горячий – порядка +70 градусов, поэтому живых существ и растений в нём нет, а купаться было бы очень некомфортно.

Глубина Большого призматического источника – 59 м. Он является третьим из самых больших геотермальных источников мира и стоит на первом месте в Америке.

Заключение

Кажется, что нашу планету уже осмотрели вдоль и поперёк и ничего интересного просто не осталось. Но это не так – природа сохранила уникальные и неповторимые ландшафты, при взгляде на которые любой человек будет изумлён до глубины души. Очень интересно посмотреть фотографии самых шикарных пейзажей нашей планеты, но не менее увлекательно будет увидеть эти чудеса природы собственными глазами.

Видео по теме

Пещера светлячков

Сокотра, Йемен

Гранд Призматик Спринг

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Mi 11 Lite | Официальный сайт Xiaomi

Покажите свой стильMi 11 LiteНевесомый, утонченный, элегантный

Невероятно легкий Удобно лежит в руке

157 гЛегкийУдобный и компактный: легко носить с собой6,81 ммИзящныйУтонченный и привлекательный: максимальное удовольствие от использования.

Сверхтонкий дизайн, изысканное мастерство исполнения.Боковой сканер отпечатков пальцевСканер отпечатков пальцев интегрирован в тонкую кнопку, обеспечивая удобство разблокировки телефона.Практически плоский модуль камерыМодуль камеры выступает всего лишь на 1,77 мм от корпуса, что обеспечивает компактность и премиальность дизайна.

Дисплей AMOLED DotDisplay с диагональю 6,55″Наслаждайтесь просмотром видео и играми на четком AMOLED-дисплееТонкие рамки, 1,88 ммСимметричные и сверхтонкие рамки сверху и по бокам дисплея толщиной всего 1,88 мм обеспечивают больше полезной площади для великолепного изображения.

Мармеладно-голубой

Персиково-розовый

Чернильно-чёрный

Очаровывающий дизайн Безупречное качествоОслепительный дизайн кольца вокруг камерыОкружающее основную камеру кольцо добавляет очарования.Превосходное антибликовое стекло*Улучшенная защита от отпечатков пальцев позволяет сохранить ваш телефон в первозданном виде.* Технология антибликового стекла используется только в моделях, выполненных в мармеладно-голубом и персиково-розовом цветах, в то время как в чернильно-черной версии используется гладкое стекло.

Отображение более реалистичных цветовНасыщенные цвета и высокая точность цветопередачи делают изображение реалистичным.

Цветовая гамма DCI-P3Отображение большего количества цветов

Глубина цвета 10 битБолее глубокие цвета

Технология TrueColorБолее точная цветопередача

Внимание к деталямДисплей FHD+ DotDisplay обеспечивает четкий контраст между светом и тенью, что обеспечивает более реалистичное изображение. Максимально четкий мир на вашем экране.

HDR10Улучшенная детализация

2400×1080Высокое разрешение

5000000:1Превосходная контрастность

Более плавное изображение для полного погружения

90 ГцЧастота обновленияПлавное изображение превосходного качества

240 ГцЧастота дискретизации сенсорного слояТочная и чёткая обработка нажатий

* Данное видео приведено только для демонстрацииЗаботьтесь о своем зренииБолее комфортное изображение для ваших глазРежим чтения 3.0Датчик освещенности 360°Режим яркого солнечного света 2.0

Станьте режиссером своей жизниСохраните лучшие моменты

64 МпОсновная камераРазмер датчика 1/1.79″, линза 6 элементов

8 МпСверхширокоугольная камераУгол обзора 119°

5 МпТелемакро-камера2-кратное увеличение по сравнению с обычными макрообъективами

Запуск камеры с функциями ИИ в одно касание. Покоряйте трендыВыведите свои видео на совершенно новый уровень с помощью встроенных фильтров. Вам больше не нужны советы профессионалов и дорогие программы для монтажа. Потрясающие результаты в одно нажатие.

Волшебный зумДлинная выдержкаНочной таймлапсОстановка времениПараллельный мирВидео с замороженным кадром

Больше возможностей с профессиональными таймлапс-видео Раскройте свой творческий потенциал с помощью таймлапс-видеосъемки. Запечатлейте едва заметную динамику восхода солнца.

Разные цвета — разные эмоции8 кинематографических фильтров. Кинематографичные цвета для профессиональных и необычных видео.* Функция будет доступна после OTA-обновления.Превосходное качество фотографий, дайте волю своему воображению

Сверхшироко-угольный ночной режимЗапечатлейте красоту ночи, снимая восхитительные ночные пейзажи

Фронтальная камера 16 МПСъемка мельчайших деталей и фокус на вашей собственной красоте

Будьте готовы принять любой вызовВся необходимая мощь с процессором Qualcomm® Snapdragon™ 732G

8 ГБ LPDDR4XМаксимальный объем из доступных

ДО 128 ГБ UFS 2.2Максимальный объем из доступных

Расслабьтесь и будьте на своей волнеДля высокой производительности крайне важен надежный аккумулятор.

Аккумулятор 4250 мАч (тип.)16 часов просмотра видео*

Быстрая зарядка 33 Вт101 час прослушивания музыки*

Все важные функции на местеДва динамикаПолное погружение в звукБоковой сканер отпечатка пальцаУдобное расположениеМногофункциональный модуль NFCПолезная смарт-функция в путешествиях и домаТехнология LiquidCoolЭффективное рассеивание тепла

* Изображения на этой странице приведены в качестве иллюстраций; дизайн фактического продукта может отличаться.* Максимальная частота кадров для каждой мобильной игры может отличаться. Поддержка высокой частоты обновления доступна только в играх, протестированных Xiaomi. Для других игр оптимальная частота обновления выбирается технологией AdaptiveSync.* Доступность некоторых функций может различаться в разных регионах. Изображения и функции устройства приведены только в справочных целях; изображения, отображаемые на экране телефона, симулированы и приведены только для демонстрации. За стандарт принимайте фактические продукты.* 4250 мАч соответствует типичной емкости аккумулятора Mi 11 Lite.* Все данные на этой странице, касающиеся зарядки и времени работы от аккумулятора, получены во внутренних лабораториях компании. Фактическая производительность может отличаться в зависимости от версии программного обеспечения, условий тестирования и модели телефона. Все сравнения, продемонстрированные на этой странице, относятся только к продуктам Xiaomi.* Все сравнения с типичными телефонами, сделанные на этой странице, относятся к типичным телефонам Xiaomi; если на этой странице продукта не указано иное, все данные поступают от лабораторий Xiaomi; параметры дизайна и технологии, а также данные предоставлены поставщиками. Данные тестирования могут незначительно отличаться в разных версиях тестов и средах тестирования. * Все изображения на странице продукта приведены только в ознакомительных целях и могут не соответствовать фактическому внешнему вид продукта.

Услуги | пейзаж

    ПРЕДЛАГАЕМЫЕ УСЛУГИ:    
 

Ландшафтный дизайн и монтаж
 

Посев, задернивание и сортировка
 

Мульчирование

 

Доставка мульчи, камня и верхнего слоя почвы

Весенняя и осенняя уборка
 

Подрезка, обрезка и скашивание
 

Строительство и ремонт
мощеных дорожек, дорожек, проездов
и подпорных стен
 

Строительство каминов/мест для костра и летних кухонь
 

Устройство водопадов, прудов и природных бассейнов

Удаление снега
 

Розничный садовый центр
(нажмите здесь, чтобы узнать больше о нашем Торговом центре)

Black Landscape Contracting, Inc.предлагает индивидуальные программы обслуживания для объектов любого размера, включая жилые, коммерческие и промышленные объекты. Эти услуги включают скашивание, индивидуальные программы газонов, уход за деревьями и кустарниками, мульчирование, весеннюю и осеннюю уборку, обрезку и стрижку деревьев и кустарников, аэрацию и уход за грядками. Все химикаты наносятся лицензированными PA аппликаторами безопасным и профессиональным способом.

 

Black Landscape Contracting, Inc. имеет в штате сертифицированных садоводов штата Пенсильвания, а также членов нескольких других профессиональных ассоциаций.

Техническое обслуживание

Хардскейп

С начала 1990-х годов Black Landscape Contracting, Inc. сделала себе имя на строительстве пешеходных дорожек, патио, подъездных дорог, подпорных стен, ступенчатых систем и водных сооружений. Эти проекты, также известные как хардскейпы, часто представляют собой самый большой и сложный аспект жилого или коммерческого ландшафта.

 

Наши бригады состоят из отмеченных наградами мастеров, сертифицированных ICPI или Институтом бетонных покрытий.Они известны своей уникальной способностью резать и укладывать природный и промышленный материал для создания практически всего, что наши клиенты могут себе представить, с использованием природного камня, плитняка, взаимосвязанных бетонных брусчаток и сборных бетонных стеновых блоков. Компания Black Landscape Contracting, Inc. создает сады и жилые помещения на свежем воздухе, которыми будут наслаждаться будущие поколения.

 

 

Посадка и мульчирование

Из всех различных аспектов Black Landscape Contracting, Inc.выполняет, озеленение оказывает наибольшее влияние на любой данный ландшафт. Семена здорового и экологичного будущего заложены сегодня в каждый проект, который мы устанавливаем.

 

Наши отмеченные наградами посадочные бригады обладают многолетним опытом и знаниями в области посадки, чтобы гарантировать, что наши ландшафты будут процветать и приносить бесконечное удовольствие не только сегодня, но и будущим поколениям.

 

С ландшафтными дизайнерами и садоводами из Пенсильвании в штате Black Landscape Contracting, Inc.способен взять ваш проект от чертежной доски через этап установки. Используя качественный отобранный растительный материал, почвенные удобрения и продукты для мульчирования, мы можем поддерживать превосходную приживаемость растений, которые варьируются по размеру/виду от многолетников до очень больших лиственных и вечнозеленых деревьев.

Компания Black Landscape Contracting, Inc. предлагает полную линейку средств борьбы с эрозией и отложениями, включая гидропосев как временных, так и постоянных смесей, маты для борьбы с эрозией, выдувание соломы, липкий грунт, джутовую сетку и многое другое.

 

Защита от эрозии

Black Landscape Contracting, Inc. предлагает круглосуточные радиоуправляемые грузовики и оборудование для уборки снега и борьбы с обледенением. В настоящее время компания Black Landscape Contracting, Inc. занимается уборкой снега с жилых и коммерческих объектов.

 

Наш обширный список оборудования включает отвалы различных размеров, экскаваторы-погрузчики, погрузчики с бортовым поворотом, другие фронтальные погрузчики, снегоочистители и грузовики для разбрасывания соли/золы.

Компания Black Landscape Contracting, Inc. полностью застрахована.

 

Наша цель — обеспечить своевременное обслуживание вашего места работы и/или проживания, а также обеспечить свободный и безопасный доступ для ваших клиентов, друзей и семьи.

Удаление снега

Ремонт малых двигателей

Компания Black Landscape теперь является официальным дилером и сервисным центром Honda Engines! Наши механики теперь могут помочь с продажей, ремонтом и запчастями для двигателей Honda.Позвоните нам сегодня, чтобы назначить встречу или получить дополнительную информацию!! 717-697-4439

Мы также можем обслуживать и ремонтировать ВСЕ оборудование для небольших двигателей (включая, помимо прочего,
косилки, воздуходувки, триммеры, бензопилы, тракторы и генераторы)! Возможна заточка лезвий. Оборудование можно доставить прямо в наш магазин или заказать доставку по номеру
.

BLACK LANDSCAPES MATTER by Kofi Boone

Универмаг, Мобил, Алабама 1956Gordon Parks
Предоставлено Фондом Гордона Паркса

«Чтобы тебя видели, чтобы жить достойно и быть на связи»

901

Black Lives Matter (BLM) — одно из самых влиятельных американских протестных движений 21 века.Основываясь на современных мобилизационных стратегиях, разработанных в рамках движения «Захвати Уолл-Стрит» и других движений, BLM превратила убийство полицией Трейвона Мартина в 2012 году в международное движение, которое делает обманчиво простое утверждение: у вас не может быть справедливого общества, если жизнь безоружного чернокожего человека не защищена. от санкционированного государством убийства. Интерсекциональное лидерство BLM (две трети ее членов-основателей являются квир-черными женщинами), ее децентрализованная структура, отсутствие зависимости от авторитетных черных организаций, ее сильное отвращение к авторитетным чернокожим «лидерам» и использование социальных сетей как организационного инструмента расширяют богатые традиции ненасильственного прямого действия, используемые поколениями чернокожих для осуществления социальных изменений.В данном случае это представляет информационный век и подход к организации «Сделай сам».

Однако некоторые ставят под сомнение долгосрочное влияние BLM на национальную политику, поскольку оно затрагивает чернокожих и всех американцев. BLM создала комплексную платформу, которую в настоящее время отстаивает Движение за жизнь чернокожих, которая распространяется на области здравоохранения, безопасности и благосостояния, в которых живут чернокожие. Что эта более широкая повестка дня означает для дизайнеров и планировщиков, которые работают с чернокожими и чернокожими сообществами? Каковы последствия этой эпохи для ландшафтов, где живут, работают, поклоняются, помнят и играют черные люди?

Выбор времени для этой темы имеет большое значение.Двадцать три года назад журнал «Ландшафтная архитектура» (LAM) опубликовал на обложке статью о размышлениях ландшафтных архитекторов о последствиях восстания в Лос-Анджелесе. В этом выпуске прошлые, настоящие и будущие лидеры демократического дизайна собрались и поделились своим мнением об ограничениях ландшафтной архитектуры (в традиционном смысле) для осуществления социальных изменений в чернокожих сообществах. Многие из этих представлений подвергали сомнению традиционную модель реализации проектов, экономику, лежащую в основе традиционной практики ландшафтной архитектуры, и проблемы обслуживания тех, у кого нет собственности на землю, денег и политической организации.

История, построенная на темах, поднятых еще 25 лет назад Уитни Янгом в его историческом программном выступлении [pdf] перед Американским институтом архитекторов (AIA). После общенациональных восстаний, вызванных убийством преподобного доктора Мартина Лютера Кинга-младшего, Янг упрекнул архитекторов и дизайнерское сообщество в том, что они не представляют сообщества, которым они служат, и приносят больше вреда, чем пользы. Кроме того, это выступление положило начало движению Центра общественного дизайна (CDC), который бесплатно предоставляет дизайнерские услуги нуждающимся сообществам.

Если здесь и есть что-то общее, так это то, что и статья в LAM, и адрес AIA, предшествовавший ей на целое поколение, были реакцией на кризисы. BLM и Движение за жизнь черных — разные вещи. Оба предлагают системные аргументы, которые выходят за рамки чернокожих. Хотя безоружные чернокожие люди ежегодно убиваются полицией в непропорционально больших количествах, полиция убивает латиноамериканцев и коренных американцев в столь же непропорционально больших количествах и убивает больше безоружных белых людей, чем цветных людей вместе взятых.В дополнение к общепринятому игнорированию BLM как простой «политики идентичности», деление этих проблем только на проблемы чернокожих, которые каким-то образом не затрагивают белых людей, является ложным.

Джелани Кобб недавно отметил, что «миф о превосходстве белых — это отсутствие признания взаимности»; что каким-то образом причинение вреда черным людям не причиняет вреда белым людям и другим. Я хочу расширить это; Я думаю, многие думают, что причинение вреда черным пейзажам не повредит другим ландшафтам или не повлияет на ландшафтную архитектуру в целом.

Возможно, пришло время не только подумать о том, как ландшафтная архитектура может лучше служить чернокожим сообществам, но и честно признать необходимость начать радикальное переосмысление профессии. Особенно в дни зарождения того, что выглядит как федеральное правительство, которое будет угрожать защите наших прав и ресурсов, как мы можем переосмыслить наши подходы, чтобы черные ландшафты имели значение?

Для целей этой статьи я хочу использовать цитату соучредителя BLM Алисии Гарза.На панели под названием «Создание многорасовых коалиций», спонсируемой Race Forward, Гарза описал основные мотивы движения BLM как борьбу «за то, чтобы быть замеченным, жить достойно и быть связанным». Я буду использовать эти три темы в качестве линз для изучения пейзажей Северной Каролины и показать, как черные пейзажи (могут) иметь значение.
 

Миддлтон-плейс, Южная Каролина

Рабство и наследие взаимного дизайна: Middleton Place, SC

Когда Северная и Южная Каролина были единой колонией, регион изо всех сил пытался найти товарную культуру, достаточно прибыльную для выращивания.Несмотря на ранние неудачные попытки, белые землевладельцы обнаружили, что климат и приливы и отливы рек, окружающих то, что сейчас является Чарлстоном, Южная Каролина, идеально подходят для выращивания риса. Тем не менее, такие плантации, как Миддлтон-плейс, изначально испытывали трудности по двум причинам: во-первых, из-за отсутствия знаний о местном выращивании риса, а во-вторых, из-за воздействия комаров. Белые владельцы плантаций и их рабочие заболевали и умирали от малярии.

Белые землевладельцы узнали о племени волоф в современном Сенегале (Западная Африка) и об их опыте выращивания риса.На протяжении поколений люди волоф выращивали, собирали и обрабатывали рис в больших масштабах. Несмотря на то, что их называли «фермерами», волофы не только сажали урожай и ухаживали за ним, но и усовершенствовали сложные системы запирания и затопления, чтобы максимизировать рост риса. Кроме того, многие люди волоф обладали чертой серповидной клетки. Это генетическое заболевание приводит к мутации эритроцитов в форме диска в серповидную форму, вызывая хроническое свертывание крови, боль и даже смерть. Однако уже тогда врачи знали, что признак серповидно-клеточной анемии также приводит к повышенной устойчивости к малярии.

Зная это, рабовладельцы разграбили Сенегал и стратегически купили рабов, которые выращивали рис волоф с чертой серповидноклеточной анемии. Во время строительства Миддлтон-плейс страх перед малярией удерживал белых владельцев плантаций и их белых рабочих от посещения плантации, а это означало, что фермеры-волофы планировали и строили большую часть участков для выращивания риса изолированно. По сути, они построили и с помощью межкультурного перевода спроектировали рисовую плантацию.

По мнению многих ученых, Миддлтон-плейс является одним из немногих оставшихся ландшафтов раннего «дизайна» в колониальной Америке.Он наиболее известен своими красивыми озерами бабочек и домом для первых видов камелии, посаженных в Америке. Успех выращивания риса привел к экономическому буму и взрывному росту благосостояния класса чарльстонских землевладельцев и рабовладельцев. Какое-то время Южная Каролина была самой богатой колонией в Америке.

Примечательным в этой истории является высокий уровень таланта и изобретательности квалифицированных африканцев, которые построили такие поместья, как Миддлтон-плейс, в условиях крайней необходимости. Но почему-то американская ландшафтная архитектура избегает обсуждения и признания вклада африканцев и чернокожих в профессию.При любом разумном определении этой роли волофы и бесчисленные тысячи людей, выполнявших аналогичную работу по всей развивающейся стране, были ландшафтными архитекторами. Эти черные пейзажи были основой богатства и власти в этой стране.

Черные города
После окончания Гражданской войны недавно освобожденные чернокожие попытались создать свои собственные общины. Во время Реконструкции, с новообретенным доступом к политической и экономической власти, черные города и учреждения возникли везде, где жили черные люди.Принсвилл, штат Северная Каролина, стал первым городом для чернокожих в Америке. К сожалению, Принсвилл был построен на окраине поймы Белого города Тарборо (построен на возвышенности). Из-за своего топографического расположения Принсвилл и многие другие южные города чернокожих были обременены вдвойне. После «Реставрации», агрессивного сокращения превосходства белых, охватившего Юг после компромисса Джонсона в 1877 году, расовое насилие взорвалось по всему штату и стране. Принсвилл подвергался постоянным расовым атакам на протяжении большей части своей истории.Поскольку город был построен на уязвимой земле, от которой отказались белые, Принсвилл также стал жертвой многочисленных наводнений и ураганов. Только в этом году ураган Мэтью нанес ущерб 51% города. Но даже с таким риском и исходом Принсвилл сохраняет большое значение для чернокожих в Северной Каролине. Их упорство в построении и восстановлении основных человеческих систем — ландшафтных систем — под экстремальным давлением делает их еще и ландшафтными архитекторами.

Школы Розенвальда
Северная Каролина отличается тем, что имеет наибольшее количество школ Розенвальда в стране.Эта региональная школьная программа родилась в ходе южного тура с участием Букера Т. Вашингтона, основателя Института Таскиги, и Джулиуса Розенвальда, соучредителя компании Sears and Roebuck. Розенвальд, потрясенный плачевными условиями в школах бедных черных сельских городков, создал программу долевых грантов. Если бы местные сообщества могли собрать половину ресурсов, необходимых для строительства новой школы, он бы сделал то же самое. Кроме того, в программе использовались шаблоны школьного проектирования, которые предвосхитили современные методы устойчивого развития, такие как ориентация, которая максимизировала санитарию, дневной свет и естественную вентиляцию.Чернокожие построили около 700 таких школ по всему штату и еще более 5000 по всему региону. К сожалению, многие из этих сайтов пришли в негодность. Но они перекликаются с тем временем, когда местные жители, чернокожие, собирали собственные средства, вносили свои собственные ноу-хау и размещали сотни современных объектов в своих общинах. Они были ландшафтными архитекторами.

Исторически сложившиеся колледжи и университеты для чернокожих
В Северной Каролине больше всего исторически сложившихся колледжей и университетов для чернокожих (HBCU) среди всех штатов.Хотя HBCU в значительной степени основаны белыми филантропами для предотвращения посещения чернокожими студентами учебных заведений преимущественно для белых (PWI), HBCU продолжают играть решающую роль в подготовке будущих поколений американских граждан. Многие кампусы были заложены их архитекторами, многие из которых были чернокожими. Следуя указаниям Института Таскиги, спроектированного первым темнокожим архитектором, окончившим архитектурную школу PWI, Робертом Тейлором, и построенного первым поколением студентов, многие HBCU имеют ранние остатки модели общественного строительства, которую мы прославляем сегодня.Люди, которые проектировали, строили и поддерживали эти кампусы во времена Джима Кроу, были ландшафтными архитекторами.

Первым чернокожим ландшафтным архитектором, окончившим аккредитованную программу, был Дэвид Уиллистон из Корнельского университета, уроженец Северной Каролины из Фейетвилля. Среди его многочисленных достижений был план кампуса Университета Говарда и его знаменитое центральное пространство, более известное как «Двор». Значение этого места в праздновании сбора и публичного диалога чернокожих невозможно недооценить.Для современного понимания значения «Ярда» см. основополагающую работу Та-Нехиси Коутс «Между миром и мной».

Копаясь в происхождении штата Северная Каролина, мы видим, что господствующая история ландшафтной архитектуры, теория и практика относят эти критические черные ландшафты к сохранению исторического наследия, культурной антропологии и археологии. Почему не ландшафтная архитектура?

Как можно достоверно обсуждать американский пейзаж, не включая плантации и наследие рабства? Конечно, это может быть токсичной ареной, но при более тонком понимании есть возможности восстановить взаимность, которая породила самые ранние ландшафты страны.Порабощенные африканцы не были большими тупыми животными, а белые рабовладельцы не обладали всеми знаниями и пониманием. В случае такого места, как Миддлтон-Плейс, все было как раз наоборот. Признание этой взаимности между черным и белым в условиях крайнего угнетения может даже пролить свет на современные стратегии дизайна в свете новаторской работы Мишель Александер и обращения к наследию массового лишения свободы в современных черных сообществах.

Визуализация водяного растения из планов WPA для Soul City

Негритянский парк и SNCC

Стремясь поддержать наследие Джима Кроу о раздельных, но равных условиях для черных и белых американцев, Управление прогресса работ (WPA) приобрело открытую землю на окраинах Восточного района Южного парка Роли.«Негритянский парк» был создан в 1938 году. Соседний Пуллен-Парк, парк развлечений, построенный на частные пожертвования и финансируемый владельцем белой газеты Роли Стэнфордом Пулленом, предлагал множество развлечений, но не включал чернокожих. «Негритянский парк» был частью более масштабных усилий по генеральному планированию значительной части чернокожего сообщества Роли. Общий план включал не только парк развлечений, но также школу и общественное жилье. Некоторые местные историки считают общий план «Негритянского парка» одним из первых генеральных планов смешанного использования в штате.Позже местные чернокожие лидеры успешно подали прошение о смене имени. Негритянский парк стал Мемориальным парком Джона Чависа в честь Джона Чависа, первого чернокожего учителя, которому разрешили обучать как черных, так и белых студентов в штате и живших поблизости.

Расположенный в нескольких минутах ходьбы от Университета Шоу и Колледжа Святого Августина, парк служил зеленым сердцем чернокожего сообщества Роли. Это также была региональная достопримечательность, которую считали одним из немногих «безопасных мест» для чернокожих, путешествующих между Атлантой и Вашингтоном, округ Колумбия.Кто есть кто из чернокожих политических, экономических, спортивных и развлекательных лидеров, все часто посещали парк. До Брауна против Совета по образованию II у него были такие же удобства, как у Пуллен-Парка.

Парк, а затем и университет, положили начало одному из самых важных движений эпохи гражданских прав (SNCC) и отличились тем, что разрушили патриархальную структуру, заложенную в других организациях, таких как Конференция лидеров южных христиан доктора Кинга (SCLC). SNCC более точно отразил исторически сложившуюся роль чернокожих женщин в организации и проведении протестов.Признание роли общественного пространства в акциях протеста, а также в обучении и развитии лидерства в развитии черного сообщества имеет решающее значение для понимания эффективности борьбы эпохи гражданских прав.

Блэк Уолл Стрит

Хотя Черная Уолл-стрит в Талсе, штат Оклахома, наиболее известна, в немалой степени из-за ее кровавого конца от рук сторонников превосходства белой расы в 1921 году, это была не единственная Черная Уолл-стрит. В начале двадцатого века Пэрриш-стрит в Дареме, Северная Каролина, была домом для двух крупнейших работодателей чернокожих американцев в истории: компании взаимного страхования жизни Северной Каролины и банка Mechanics & Farmers.На пике своего развития NC Mutual Life и M&F Bank финансировали и финансировали больше чернокожих в собственности на землю и строительство зданий, чем любые другие организации в стране. Их непосредственная близость привела к прозвищу «Черная Уолл-Стрит». Успех в этой области сохранялся на протяжении поколений. Букер Т. Вашингтон, W.E.B. Дюбуа, Мартин Лютер Кинг-младший и Малкольм Икс превозносили достоинства этого примера экономической самодостаточности чернокожих в городской Америке.

«Пространство», предоставленное этим экономическим бумом, было столь же важно для взращивания черного политического лидерства.Помимо лидеров Центрального университета Северной Каролины феномен Черной Уолл-Стрит привел к появлению таких людей, как Паули Мюррей. Мюррей, первая чернокожая епископальная женщина-священник и квир-женщина, объявила Дарем своим домом и базой для постоянной активности и агитации.

Трагедия Блэк Уолл-Стрит заключалась в его близости. Расположенный в одном квартале от Мейн-стрит, или, скорее, «Белой Мейн-стрит», накопление этого экономического влияния и политическая культивация регулировались тем, что в Дареме было известно как «Джентльменское соглашение».Самые богатые и влиятельные белые бизнесмены предоставили бизнес-лидерам Блэк Уолл-Стрит невероятное (для того времени) влияние и принятие решений в городе с одной оговоркой: они не хотели быть публично опозоренными через публичный протест.

По этой причине вы не найдете много записей о традиционных протестах в Дареме во времена расцвета табака и текстиля. Конфликты разрешались за закрытыми дверями и в тайне до Брауна против Совета по образованию II. Это решение Верховного суда привело к тому, что штаты получили федеральные полномочия по устранению дискриминационной практики.Десегрегация по месту жительства и столкновения со школьной интеграцией были одними из первых нарушений «Джентльменского соглашения». Это совпало с упадком производства текстиля и, в конечном итоге, табака, что привело к росту уровня бедности среди чернокожих жителей Дарема, который сохраняется и сегодня. Это также привело к созданию Даремской автострады и городскому обновлению сообщества Гаити, что нанесло серьезный ущерб поколению чернокожего сообщества Дарема.
 

Креативный протест

1 февраля 1960 года четверо чернокожих студентов из Университета Северной Каролины A&T решили занять обеденную стойку в ресторане Woolworth’s в центре Гринсборо, Северная Каролина.Их сидячая забастовка послужила прообразом волны ненасильственных действий со стороны чернокожих студентов с высшим образованием на Юге и по праву считается частичной поддержкой Современного движения за гражданские права. Через несколько дней после их протеста преподобный доктор Мартин Лютер Кинг-младший выступил с речью в церкви Уайт-Рок в Дареме, Северная Каролина, назвав усилия студентов «творческим протестом».

Обеденный прилавок в конечном итоге интегрировался, и это дало возможность другим студентам колледжа найти свою роль в осуществлении социальных изменений.В Дареме студенты заняли кафе-мороженое и добились тех же результатов. Все эти протесты зависели от восприятия этих частных пространств как общественных. Хотя эти общественные места не были «безопасными», открытого насилия было гораздо меньше, чем где-либо в то время. Упорство чернокожих студентов в сочетании с враждебной, но в основном ненасильственной реакцией белых отчасти подкрепляли прошлую репутацию Северной Каролины как умеренной части Юга.
 

Город душ и движение за экологическую справедливость

В маловероятном политическом союзе в 1969 году Флойд МакКиссик, первый чернокожий выпускник юридического факультета Университета Северной Каролины в Чапел-Хилле и давний лидер NAACP (Национальной ассоциации по улучшению положения цветных людей) и CORE (Конгресса расового равенства), работал вместе с Президент Ричард Никсон о плане развития «черного нового города» в округе Уоррен, Северная Каролина.Округ Уоррен тогда и сейчас входит в число самых бедных сообществ Северной Каролины. МакКиссик, предвидя будущие проекты регионального экономического развития, такие как Research Triangle Park, рассматривал этот новый город как потенциальный промышленный и логистический центр по традиционной схеме, где чернокожие жители могли бы жить и работать в одном сообществе. Эта попытка, получившая название «Город души», привлекла внимание всей страны и помощь в дизайне со стороны преподавателей Школы дизайна Университета штата Северная Каролина.

Отсутствие сотрудничества между штатами и регионами, плохая внутренняя организация и восприятие неуместности подорвали Soul City.Дома были построены до того, как были проведены инженерные коммуникации. Коммерческие помещения были построены без проформы или бизнес-планов. Дороги были отключены или не построены на начальном этапе, что сделало проект недоступным. В конце концов Soul City закрыли частично доработанным и впоследствии использовали как инструмент для дискредитации всех причастных. Провал Soul City — это микрокосм преобладающего отношения к лидерству чернокожих на закате программ «великого общества». Вскоре после распада Soul City Никсон возглавил усилия по отказу от общественных и социальных программ.Эти усилия были ускорены Рональдом Рейганом, и они продолжают пронизывать современное восприятие чернокожего политического руководства как некомпетентного в городах по всей стране.

Если в истории Soul City и есть положительная сторона, так это возникновение Движения за Современную Экологическую Справедливость. В 1980-х годах Северную Каролину обвинили в незаконной утилизации токсичных ПХД

.

в придорожных дренажных канавах. Постановление суда потребовало от штата удалить все ПХБ из канав и выбросить их на свалку.Участвующие компании провели исследование выбора места и определили округ Уоррен. Что не было раскрыто в то время, так это то, что раса играла явную роль в выборе места. Более состоятельные белые жители Уоррентона (административный центр округа) помогли компаниям определить места, которые, по их мнению, не могли оказать политическое сопротивление свалке, и нацелились на чернокожие общины.

По мере распространения слухов о предлагаемом месте свалки мобилизовались бывшие активисты эпохи гражданских прав, которые не организовывались с 50-х и 60-х годов, а также люди, участвовавшие в Soul City.Они применили тактику ненасильственных прямых действий Движения за гражданские права в экологических целях. Протесты привлекли внимание страны, в том числе внимание ученых, которые начали связывать расу и размещение объектов по производству токсичных отходов. Бен Чавис, в то время директор Комиссии Объединенной церкви Христа по расовой справедливости, принимал активное участие в этих протестах, как и доктор Роберт Буллард. Протесты не увенчались успехом, и свалка была построена. Однако отчет Чависа «Токсичные отходы и раса» (1987) был новаторским.После анализа округа Уоррен, среди других тематических исследований, в отчете сделан вывод о том, что раса была основным фактором, определяющим местонахождение объектов с токсичными отходами, опережая доход и другие факторы. По их мнению, исследователи обнаружили, что это представляет собой образец «экологического расизма». Помимо термина и методологии, протест округа Уоррен признан началом одного из первых основных американских экологических движений, возглавляемых цветными людьми.

Поскольку мы ценим роль социальных сетей и других виртуальных пространств для организации, важно признать роль, которую играют физические места в развитии многих компонентов, которые влияют на изменения в целом.От роли Мемориального парка Джона Чависа в воспитании регионального видения равных пространств для чернокожих, до роли черного бизнеса в построении экономической самодостаточности в чернокожих сообществах, до расширенного каркаса общественного пространства, которое включает обеденные прилавки и кампусы колледжей. , черные пейзажи определяются всеми местами, где живут черные люди. Хотя это благородно, со стороны ландшафтных архитекторов, возможно, наивно полагать, что дизайн общественного пространства в черных сообществах — это просто физическая и пространственная проблема.Общественные пространства удовлетворяют не только потребности в отдыхе, и дизайнеры и планировщики должны защищать роль общественных пространств в акциях протеста, объединяясь с другими, чтобы стать катализатором политических и экономических изменений.

Шарлотта в роли разобравшегося города  

Шарлотта, штат Северная Каролина, до недавнего времени во многом представляла собой самый прогрессивный город Северной Каролины. Скорость регионального экономического развития сделала его магнитом для привлечения чернокожих профессионалов, уступающим только Атланте.Сосредоточенные усилия по созданию оживленного центра города привели к резкому повороту в смешанном использовании и смешанной плотности проживания с последствиями для всего штата. Он остается единственным городом в штате, где есть легкорельсовый транспорт. На бумаге все это стратегические шаги, которые могут принести пользу черным общинам.

Район Первого района Шарлотты был домом для первой в городе общины чернокожих. Предоставляя вспомогательные услуги городскому банковскому центру, Второй район превратился в дом для многих жителей и предприятий, принадлежащих чернокожим.В отличие от многих сообществ на национальном уровне, многие чернокожие сообщества были идентифицированы как трущобы после Второй мировой войны. Это обозначение последовало за десятилетиями страданий от красной черты, банковской практики начала 20-го века, когда чернокожие сообщества были обозначены как районы, не подходящие для ипотечного кредитования. В сочетании с расовым исключением из G.I. Билл, второй округ, боролся с общественными улучшениями в жилье, бизнесе и инфраструктуре.

Планируемая реконструкция города, большая часть Второго района была снесена в 1960-х и 1970-х годах.Сегодня он известен как Правительственный центр и является домом для Зала славы NASCAR и Эпицентра. На более яркой ноте в этом районе расположен Центр Харви Б. Ганта, напоминающий об истории Черной Шарлотты и носящий имя первого темнокожего мэра и архитектора Шарлотты. Здание было спроектировано Филом Фрилоном, знаменитым архитектором Смитсоновского музея истории афроамериканцев в Вашингтоне.
Romare Bearden Park, еще одно и не менее значимое место в центре города, было спроектировано и построено как дань уважения самому известному художнику Шарлотты.Берден вырос в графстве Мекленбург, но стал всемирно известным после того, как поселился в Гарлеме и пообщался с чернокожими художниками во времена Гарлемского Возрождения. Дизайн Bearden Park напоминает некоторые из посткубистских и импрессионистских коллажей, которыми известен Bearden. Важно отметить, что работа Бердена сосредоточена на его воспоминаниях о сельской местности Северной Каролины, в отличие от его живого городского опыта в Гарлеме; нет никаких работ Бирдена с участием Шарлотты во время его пребывания там.

Трудно примириться с отсутствием каких-либо подтверждений, кроме вывесок, в обоих парках, о черных сообществах, которые когда-то занимали их места.Оба парка были эффективно использованы для привлечения внимания к реконструкции городов. Однако это развитие не ставило приоритетов перед местными жителями, которые когда-то здесь жили. Законодательный орган Северной Каролины запрещает инклюзивное зонирование и требует доступного жилья в новых проектах развития. Это право отдельных городов, но оно не было принято городскими властями. В обоих парках отсутствуют возможности для развития местного бизнеса или любой неразвлекательной деятельности в парках и прилегающих районах.

Это «чернение»? Является ли это искренней и ошибочной попыткой обеспечить равноправие чернокожим сообществам, назвав парки, которые заменили их дома, в честь их более востребованной на национальном уровне идентичности? Можно задаться вопросом, является ли в Шарлотте и по всей стране получение идентичности в рыночном общественном пространстве справедливой платой за перемещение.Как мы узнали из Atlanta Beltline и отслеживаем с помощью проекта 11th Street Bridge Park в Вашингтоне, округ Колумбия, существуют риски для инвестирования в общественную инфраструктуру до появления экономических и законодательных инструментов, необходимых для смягчения их потенциально вытесняющего воздействия на чернокожих в центре города. сообщества.

Расовая сортировка и цифровая эпоха

Многие усилия по реконструкции городов параллельны повторной сегрегации американского города. Шарлотта и другие города Северной Каролины сейчас более сегрегированы, чем в 1960 году.Сегодня Шарлотт входит в десятку самых сегрегированных городов по расовому признаку и отсутствию социальной мобильности в стране. Истоки этой недавней расовой сортировки можно проследить до исполнения дела Браун против Совета по образованию II в масштабах штата и, в частности, школьных автобусов. Сегодня белые жители в подавляющем большинстве посещают чартерные школы, в результате чего в большинстве государственных школ резко сегрегированы преимущественно чернокожие, темнокожие люди и бедняки. В целом чернокожие были вытеснены из центра города в пригороды первого кольца.Хотя это отражает национальные тенденции, скорость развития Шарлотты и отсутствие поддерживающей социальной и экономической инфраструктуры для людей, перемещенных в устаревшие пригороды, вызывают тревогу.

Постоянно повторяющаяся тема заключается в том, что чернокожие и другие люди, которых считают малообеспеченными и малоквалифицированными, не привлекают инвестиций, которые превращают обширные ландшафты в пригодные для жизни места. Предлагать изменить эти новые ландшафты в ожидании их будущей роли в качестве домов для чернокожих — прагматичная, но неполная стратегия, учитывая то, что мы знаем об экономическом развитии.

Великая миграция в начале 20-го века, когда чернокожие из сельской местности на юге толпами переселялись в города на севере, является началом феномена американского города, состоящего из меньшинства и большинства. Из-за притока чернокожих и оттока белых городские места превратились в черные пространства. Великая миграция совпадает с постиндустриальной и производственной эпохой, когда основной капитал полагался на привлечение мобильной рабочей силы, наделение рабочих властью через организацию профсоюзов и другие механизмы.В некотором смысле время этой миграции по сравнению с изменениями, происходящими в обществе в то время, привело к экономическим возможностям для чернокожих, которые намного превзошли возможности остаться на месте.
Однако в глобальную информационную эпоху, и особенно в Северной Каролине с ее явно антипрофсоюзной политикой «Право на труд», пути чернокожих к накоплению богатства ограничены. Кроме того, долг поколений жизни с красной чертой, блокировкой, исключением из G.I. Билл и другие исключающие расовые политики означают, что не только текущая трудовая политика работает против черных сообществ с точки зрения создания богатства, но и устойчивая экономическая девальвация их мест затрудняет представление о создании богатства на местном уровне.

Анализ расовой справедливости и появляющийся набор тематических исследований справедливого развития предлагают некоторые рекомендации о том, как выявлять, решать и контролировать широкий спектр систем, необходимых для обеспечения справедливых результатов посредством проектирования и планирования. Хотя эта область находится в центре внимания федеральных агентств, таких как Агентство по охране окружающей среды (EPA), Департамент жилищного строительства и городского развития (HUD) и Департамент транспорта (DOT), есть ряд городов и фондов, которые заявили об этом. Арена как фокус.Город Сиэтл включает равенство в качестве показателя при проектировании общественных пространств, а План Восточного Гарлема предлагает потенциально масштабируемые подходы к привлечению и удержанию людей, необходимых для решения проблемы расового равенства.

Возвращение к творческому духу чернокожих: обучение с художниками

В Колледже дизайна штата Северная Каролина я много лет руководил программой обучения Ганы за границей, уделяя особое внимание инструментам развития межкультурных компетенций между американскими студентами и ганскими художниками и производителями.Основная цель курса заключалась в том, чтобы повлиять на восприятие учащимися ганских художников. Несмотря на свои экономические проблемы, ганские художники использовали процесс проектирования для создания красивых вещей. Цель курса заключалась в том, чтобы подчеркнуть эту изобретательность как источник вдохновения для студентов и посредством их обмена и сотрудничества совместно создавать инновационный опыт, места и вещи.

Хотя было предпринято много усилий, чтобы связать ландшафтную архитектуру с более широкими искусствами и культурой, остаются разногласия в восприятии связи этой дисциплины с другими искусствами.Информационная эра и D.I.Y. культура сделала инструменты и места для творчества более доступными, чем когда-либо. В частности, чернокожие являются самыми активными пользователями социальных сетей и больше всего занимаются производством и распространением видео, музыки и даже моды в Интернете. Однако эта энергия не повлияла на профессии застроенной среды, особенно на ландшафтных архитекторов. Недавнее увеличение числа чернокожих графических и промышленных дизайнеров иллюстрирует способность некоторых чернокожих различать роль и ценность дизайна, когда он связан с продуктами и опытом, которые мы используем.
Размышляя над темами, обсуждаемыми в этой статье, можно сделать неявное предположение о том, что, поскольку представительство чернокожих в профессии ландшафтной архитектуры так мало, чернокожее сообщество не имеет дизайнерского образования или опыта для участия. Я задавался вопросом, ограничивают ли такое отношение и вытекающие из него подходы возможности совместного творчества дизайнеров и чернокожих. Я поражен, как на международном, так и на местном уровне, обилием дизайна и творчества, происходящего в черных сообществах, и задаюсь вопросом, создадут ли более согласованные усилия по объединению черных пейзажей с существующими чернокожими художниками и производителями новые возможности.

Известный ученый Марк Энтони Нил недавно модерировал беседу в Университете Дьюка между кинематографистом Артуром Джафа и знаменитым культурным критиком Грегом Тейтом, в ходе которой поднимается вопрос о необходимости восстановить связь с создателями черных культурных артефактов. Джафа, известный оператор фильма Джули Дэш «Дочери праха», описал творческий дух чернокожих как «нечто среднее между молчанием и говорением на языках». Он говорил о широте черного самовыражения как о основанной на спектре между сакральным и профанным в манере «Людей блюза» Амири Бараки, не делая различий между тем, что другие могут назвать высокими и низкими культурными практиками.Джафа заметил, что новаторские и авангардные творческие выражения, присутствующие в черной популярной медиакультуре, музыке и моде, указывают на то, что дух, движущий созданием мощных артефактов, силен как никогда.

Есть несколько примеров размытия творческих границ в процессе создания культурно значимых мест. Работа Рика Лоу в Project Rowhouses объединила прославление художественного наследия Джона Т. Биггерса с импровизационным характером культурных практиков, работающих над улучшением, а не облагораживанием Третьего района Хьюстона.В настоящее время работа Theaster Gates на южной стороне Чикаго сочетает в себе городское планирование, архитектуру, искусство и активизм, собирая и прославляя черный культурный капитал. Глядя на современную ландшафтную архитектуру, возникает вопрос, как изучение динамичных работ современных чернокожих художников может влиять на наши творческие процессы. Что может предложить критическое изучение и взаимодействие с художниками, такими как Лоу и Гейтс, Кара Уокер, Барри Дженкинс или Канье Уэст, для определения пространственных, эстетических и эмпирических качеств спроектированных мест?

Препятствия для доступа к образованию

Я хотел бы завершить этот раздел более явными проблемами, которые мешают чернокожим людям общаться с ландшафтными архитекторами и профессией ландшафтного архитектора.Мы находимся в десятилетнем переходном периоде с сокращением количества программ бакалавриата по ландшафтной архитектуре и ростом глобализации программ для выпускников. Упадок программ бакалавриата особенно затронул Северную Каролину. Недавно Университет штата Северная Каролина был вынужден закрыть свою программу бакалавриата из-за низкого набора студентов. Государственный университет Северной Каролины A&T, первый HBCU с аккредитованной программой, испытывает трудности с зачислением.

Что касается бакалавриата в целом, HBCU выпускают больше чернокожих выпускников профессиональных программ, чем PWI.Помимо обеспечения необходимой академической подготовки, они привлекательны для чернокожих студентов и их семей, потому что открыто пропагандируют их осведомленность и связь с черной культурой. В настоящее время NCATSU выпускает самое большое количество чернокожих выпускников инженерных специальностей в стране. Учреждение особо считает их черную «семейную» атмосферу причиной их высоких показателей набора, удержания и выпуска. Их работа является образцом инициативы Национального общества чернокожих инженеров (NSBE) в отношении 10 000 чернокожих инженеров, которая в настоящее время находится на пути к достижению своей амбициозной цели к 2020 году.Для сравнения, в стране около 250 чернокожих ландшафтных архитекторов. Из тех, кто имеет степень бакалавра, большинство этих дизайнеров посещали программы HBCU. 10 лет назад в HBCU было три аккредитованных программы. Сегодня двое остаются с одним, остро нуждающимся в омоложении.

В настоящее время Американское общество ландшафтных архитекторов (ASLA), Совет преподавателей ландшафтной архитектуры (CELA) или другие организации не предлагали явных стратегий. В частности, одна программа, Флоридский университет A&M, была закрыта системой Университета Флориды, несмотря на то, что в стране было выпущено больше всего чернокожих выпускников ландшафтной архитектуры.Не было предложено никакой стратегии, чтобы защитить необходимость того, чтобы эта программа оставалась в интересах более широкой профессии.

Как правило, образовательный опыт ландшафтной архитектуры лишен черного опыта. Черные преподаватели составляют менее 0,5% всех преподавателей ландшафтной архитектуры. Набор студентов колеблется на уровне 1,5-2% в течение 20 лет. В текстах по ландшафтной архитектуре не упоминается какой-либо вклад черных ландшафтных архитекторов: нет истории, теорий, тематических исследований или каких-либо других подтверждений.LAM недавно расширил профили черных ландшафтных архитекторов и их работ. Можем ли мы представить себе будущее ландшафтной архитектуры, в котором единственным путем к профессии является учеба в аспирантуре? Учитывая масштаб проблем, с которыми мы сталкиваемся, это кажется смехотворно узким.

Трудно привлечь чернокожих студентов к профессии, когда получение степени требует уровня строгости, эквивалентного другим профессиям с более высокой отдачей от инвестиций.

Это особенно трудно сделать, когда наша профессия предлагает мало представителей чернокожих профессионалов, проектов, истории и теорий.Кажется неискренним хотеть работать в чернокожих сообществах, но пренебрегать глубоким размышлением о несоответствии между нашими профессиональными желаниями и нашим профессиональным составом. Перед лицом общего сокращения числа учащихся нам необходимо пересмотреть то, как и чему мы учим следующие поколения о нашей профессии.

Что, если бы мы рассказали другую историю о ландшафтной архитектуре? Большая часть нашей теории, истории и тематических исследований применяет европейские прецеденты к задачам американского дизайна. Особенно в курсах истории и теории у нас есть профессиональный неявный уклон в сторону привилегированных европейских пейзажей.Можно проследить европейские инновации в ландшафтной архитектуре до их чередующегося господства в качестве колониальных держав. В некотором смысле их вклад в ландшафтную архитектуру финансировался и создавался за счет господства других народов и ландшафтов. Мы восхищаемся мастерством, но редактируем значения и контексты.

Даже в пределах европейской культуры очень немногие люди наслаждались привилегированными пейзажами, которые мы приветствуем из истории и теории. Празднование повседневных пейзажей для несильных и небогатых посылает другое сообщение о том, что ландшафтная архитектура может значить для разных людей.Дворцовые поместья были конкретизацией монархий и внешними символами контроля. Монархические земли, открытые для масс, особенно во время промышленной революции, были социальными экспериментами по «цивилизации» рабочего класса и сохранению контроля в рамках капитализма. Это, в сочетании с повышенным экологическим сознанием, также может характеризовать современные дизайнерские усилия в американских городах.

Что, если бы существовала «Народная история ландшафтной архитектуры»? Заимствуя из новаторской работы Говарда Зинна, что, если ландшафтную архитектуру описывать с некоторым признанием динамики расы, класса, пола и власти? Что, если бы можно было видеть себя в русле профессии, даже если вы не стремились продвигать исследования белой культуры? И именно здесь уроки, извлеченные из движения Black Lives Matter, могут дать надежду на более репрезентативную профессию.Восстановление плохо задокументированного ландшафтного наследия чернокожих в профессии ландшафтной архитектуры важно для этого процесса. Но в более широком смысле, что, если рассматривать пейзажи как способ помочь невидимым людям и местам «быть увиденными»? Что, если бы ландшафтные процессы были развернуты, чтобы помочь всем нам «жить достойно»? А что, если благодаря нашей неизменной и общей приверженности совместному построению более справедливого общества мы сопротивлялись тем силам, которые разлучали нас, и вместо этого занимались работой с намерением быть «связанными»?

Автор: Кофи Бун , ASLA — профессор ландшафтной архитектуры в Университете штата Северная Каролина в Колледже дизайна.Кофи — уроженец Детройта, выпускник Мичиганского университета (BSNR 1992, MLA 1995). Его работа связана с ландшафтной архитектурой и экологической справедливостью с акцентом на демократичный дизайн и культурные ландшафты. Он является стипендиатом факультета университета и членом Академии выдающихся педагогов. Кофи является вице-президентом по вопросам образования и членом правления Фонда ландшафтной архитектуры, одним из основателей Сети профессиональных практик ASLA по экологической справедливости и входит в состав редакционного консультативного комитета журнала «Ландшафтная архитектура».Он принимает активное участие в междисциплинарной деятельности, начиная от форума National Endowment for the Arts Designing Equity и заканчивая саммитом AIA Design Justice Summit и другими связанными мероприятиями. Кофи широко распространял свои работы, в том числе в журнале «Ландшафтная архитектура», «Ландшафтная архитектура и городское планирование», «ПУБЛИК: журнал воображения Америки», а совсем недавно в работе над отмеченной наградами книгой «Дизайн как демократия: методы коллективного творчества».

Black Landscapes Matter изначально был напечатан в GROUND UP JOURNAL | Выпуск 06: ПРОЦЕССА.
Журнал ландшафтной архитектуры и экологического планирования Калифорнийского университета в Беркли

Переиздано с разрешения GROUND UP.
Ссылки в статье были добавлены редактором WLA для обучения и справки для читателя и не отражают точку зрения или одобрены автором.

Ground Up Journal опубликует новую запись, выпуск 09: Вперед, в конце этого месяца. Дополнительную информацию можно найти на groundupjournal.орг.

Black Landscape Architects Network

Интервью с основателем Гленном ЛаРю Смитом, ASLA (MLA ’83)

 

Несмотря на то, что их число увеличилось за последние десятилетия, чернокожие ландшафтные архитекторы по-прежнему заметно недопредставлены в этой области. Многие узнают об этом факте, будучи учениками, когда они могут оказаться либо единственными, либо одними из двух чернокожих членов своего класса. По мере того, как они входят в свою профессиональную жизнь, демография может измениться, но проблемы, с которыми они сталкиваются, и культурные перспективы, которые они привносят, часто отстаиваются без участия сообщества.

Выпускник Гленн ЛаРю Смит, ASLA (MLA ’83) решил изменить это. В 2012 году он основал сеть Black Landscape Architects Network (BlackLAN) как группу LinkedIn, надеясь, что другие могут разделить его интерес к созданию сообщества. В настоящее время BlackLAN насчитывает 160 членов, в том числе чернокожих ландшафтных архитекторов из США, Африки и Канады, и ранее в этом году она была зарегистрирована как некоммерческая организация.

Гленн ЛаРю Смит перед своей фирмой PUSH Studio в Вашингтоне, округ Колумбия (ФОТО: © Кевин Ассье, ) пять братьев и сестер, и был первым афроамериканцем, окончившим программу ландшафтной архитектуры Университета штата Миссисипи в 1974 году.Затем он получил степень магистра ландшафтной архитектуры (MLA) в SEAS и вернулся на свою первую преподавательскую должность в 1989 году. С тех пор он работал заведующим кафедрой программ ландшафтной архитектуры в Государственном университете Моргана в Балтиморе и Университете Флориды A&M. Таллахасси, а также преподавал в Городском колледже Нью-Йорка, Рутгерском и Колумбийском университетах.

Среди других своих достижений, Смит был первым темнокожим ландшафтным архитектором, получившим стипендию Леба в углубленных экологических исследованиях Гарвардской высшей школы дизайна в 1997 году, и занимал пост президента Американского общества ландшафтных архитекторов (ASLA). Йоркское отделение в 1996 году.

За свою карьеру, насчитывающую почти четыре десятилетия, Смит практиковал в Калифорнийском районе залива, Нью-Йорк, а последние двадцать лет — в Вашингтоне, округ Колумбия, где в 2013 году он стал соучредителем PUSH Studio. В качестве старшего партнера Смит руководит маркетинговой деятельностью фирма с постоянными усилиями по созданию междисциплинарной практики, связанной с «Видением» городских систем, улучшением качества жизни и общественных пространств в городских районах.

Смит отмечает, что выпускник SEAS Кофи Бун, FSLA (BS 92, MLA ’95), внес свой вклад в запуск BlackLAN, активировав сайт Facebook для чернокожих студентов, изучающих ландшафтную архитектуру, в 2012 году.Бун входит в состав учредительного совета BlackLAN, а сейчас является профессором ландшафтной архитектуры в Университете штата Северная Каролина. Рамон Мюррей, также афроамериканец, выпускник SEAS (MLA ’92) и бывший деловой партнер Smith’s (Smith + Murray studio), также сыграл важную роль в поддержке BlackLAN и в настоящее время является основателем Murray Design Group, Inc. в Орландо. Флорида Будучи доцентом в SEAS, Смит пересекся с Буном и Мюрреем в качестве студентов.

В конце сентября Смит любезно поделился своими мыслями со специалистом по коммуникациям SEAS Дениз Спрангер через Zoom.

SEAS: Вы учились и преподавали в нескольких университетах, но упомянули, что испытываете особую любовь к Мичиганскому университету. Почему это?

Мичиганский университет мне дорог по трем причинам. Будучи студенткой, у меня была стипендия меньшинства, которая очень помогла мне с точки зрения получения образования.

Во-вторых, я вернулся преподавать в Школу природных ресурсов (SNR, теперь SEAS) на несколько лет, и я не преподавал ни в одном другом месте, где бы меня так поддерживали.Rackham School и SEAS действительно помогли мне добиться успеха. Я консультирую людей, которые заинтересованы в преподавании, основываясь на моем опыте работы в Мичиганском университете. Наконец, большое влияние на мою карьеру оказала Рэйчел Каплан, мой профессор методологии исследований в студенческие годы и мой преподаватель в качестве профессора.

Итак, это три моих замечательных опыта в Мичиганском университете, которые были очень положительными моментами в моей жизни.

SEAS: Вы заметили, что чернокожие ландшафтные архитекторы очень мало представлены в этой области.Какие барьеры мешают вхождению в профессию?

Я думаю, что самым большим препятствием, над которым я пытаюсь работать с Black Landscape Architects Network, является то, что молодые люди не видят США. В своей повседневной жизни они не понимают, чем занимаются ландшафтные архитекторы. Итак, наша миссия — быть более заметными. Положительным моментом является то, что мы более тесно сотрудничаем с Американским обществом ландшафтных архитекторов (ASLA), чтобы убедиться, что они участвуют в обеспечении такой видимости.

Я также думаю, что профессия в целом представляет собой вызов, потому что нас часто называют либо «ландшафтным дизайнером», либо «ландшафтным садовником». Я имею в виду, что мы носим так много шляп — в садоводстве, культуре и дизайне — потому что у нас такое разнообразное образование. Иногда это здорово, потому что благодаря широте наших знаний мы можем стать великими лидерами. Но это также и проклятие, потому что люди не понимают, кто мы и чем занимаемся.

SEAS: Какой вклад в профессию может внести более широкое представительство чернокожих ландшафтных архитекторов? Конечно, это широкий вопрос, но какие точки зрения, по вашему мнению, в значительной степени отсутствуют в разговоре?

Я бы сказал, во-первых, что Блэк-ландшафтники не монолитны.Я интересуюсь искусством и городским дизайном в конце профессии. Но по самой природе того, что я чернокожий ландшафтный архитектор, я также должен интересоваться культурными аспектами ландшафта — как наша профессия взаимодействует с черными и коричневыми сообществами. Черные ландшафтные архитекторы должны присутствовать в своих сообществах в качестве послов, чтобы рассказывать о профессии и значении хорошего дизайна.

Существует также целый вопрос экологической справедливости и ответственности ландшафтных архитекторов.Но я всегда спрашиваю «чья экологическая справедливость?» Если чернокожие, и особенно чернокожие ландшафтные архитекторы, не обсуждают эти проблемы с их уникальной точки зрения, это действительно не касается всего объема того, что подразумевается под экологической справедливостью.

SEAS: Что побудило вас создать группу Black Landscape Architects Network (BlackLAN) на LinkedIn в 2012 году?

Этот ответ состоит из двух частей. Первая моя личная история. Я вырос в Виксбурге, штат Миссисипи, относительно небольшом городке прямо на берегу реки.Она была публично интегрирована, но социально сегрегирована, и я был одним из первых, кто интегрировал преимущественно белую среднюю школу. Это было время в конце 60-х, когда моя мама не могла зайти в магазин и называться «миссис». Смит. Они называли ее по имени. Кроме того, мы не могли получить некоторые услуги. Итак, мы объявили бойкот и поехали за 30 миль в другой город за покупками. Это дало мне своего рода гражданские права, самопомощь, основу. Таким образом, я верю в «коллективные» действия для получения признания и власти.

Вторым аспектом моей мотивации к запуску BlackLAN стал мой опыт работы чернокожим ландшафтным архитектором.После того, как я проработал около 30 лет, я был во многих ситуациях, когда мои белые начальники или коллеги ожидали, что я буду просить о вещах у , а не получать вознаграждение за хорошую работу. Знаете, почему я должен просить о прибавке, когда прибавку дают тому, кто не похож на меня, кто работает меньше? Мне пришлось бы противостоять им и сказать: «Я делаю еще четыре проекта самостоятельно. Почему мне не повышают зарплату?» Конечно, тогда кто-то воспринимается как «подрывной», мало чем отличающийся от того, как видят женщин, отстаивающих свои права.

Итак, эти два вида опыта заставляют меня чувствовать, что мы, чернокожие ландшафтные архитекторы, должны организоваться. Нам нужно делать что-то для себя. Нам нужно определить сообщение — наши цели, потребности и коллективные действия.

BlackLAN работает над созданием «сообщества» с 2012 года, но до 2018 года с нами редко связывались по поводу нашей миссии. Мы организовали наш первый обед на конференции ASLA в Филадельфии, и, как следствие, новый сотрудник ASLA по афроамериканскому разнообразию Лиза Дженнингс позвонила и с этого момента мы тесно сотрудничаем с ASLA.

Если объединить все это в одно утверждение, я бы сказал, что речь идет о создании сообщества, в котором мы могли бы общаться друг с другом и помогать друг другу, потому что мы не обязательно получили бы такую ​​поддержку из других мест.

SEAS: Где сегодня находится BlackLAN?

В группе LinkedIn сейчас 160 участников. Мы еще не проводили опрос, поэтому я не могу сказать вам точное количество студентов по сравнению с профессионалами, потому что это смешанная группа. Но есть немало чернокожих студентов и по крайней мере 17 чернокожих ландшафтных архитекторов из Канады и Африки.Итак, мы сделали его глобальной платформой. Опять же, есть сила в количестве как сообщества.

Мы также опубликовали наш первый выпуск информационного бюллетеня BlackLAN в июне 2020 года. Веб-сайт BlackLAN был запущен, и теперь информационный бюллетень перенесен на эту платформу.

SEAS: Насколько я понимаю, в этом году BlackLAN была зарегистрирована как некоммерческая организация. Что это позволяет вам делать?

Цель состоит в том, чтобы донести ресурсы до студентов, в частности, через стипендии и другие виды наставничества.Я думаю, что проблема найма и удержания связана с деньгами, потому что, особенно на уровне выпускников, люди приходят в школы семьями, и они немного старше. Обычно они работают неполный рабочий день. Таким образом, мы чувствовали, что возможность предоставить некоторую конкурентоспособную стипендию была способом помочь повысить уровень удержания чернокожих студентов, изучающих ландшафтную архитектуру. Таким образом, некоммерческая организация позволяет организации собирать средства и поддерживать множество других программ в интересах чернокожих ландшафтных архитекторов.

Кроме того, чернокожие студенты, изучающие ландшафтную архитектуру, могут оказаться единственными чернокожими в любой данной программе по всей стране, и они изолированы. Это не значит, что у них обязательно есть плохой опыт. Но, судя по моему собственному опыту учебы в бакалавриате, было бы неплохо узнать, что есть еще кто-то, похожий на меня — переживающий то же самое — и с кем я могу общаться и общаться.

SEAS: Есть ли у вас какие-либо советы для молодых чернокожих студентов, которые думают о том, чтобы начать работать в этой сфере, или для тех, кто только что получил диплом?

Интересно, что вы об этом спрашиваете, потому что только вчера мне порекомендовали потенциальную ученицу, которая некоторое время живет в Европе и пытается выяснить, какую ландшафтную школу она хочет посещать.Итак, я ответил этой потенциальной ученице, чтобы побудить ее исследовать свою страсть в естественной и социальной среде, чтобы помочь сузить поиск и понять правильные вопросы, которые нужно задавать школам.

Я думаю, что самое главное, что я бы посоветовал молодым людям, — это действительно просмотреть журналы по ландшафтной архитектуре, периодические издания, книги и онлайн-ресурсы, чтобы увидеть, что было написано о ландшафтной архитектуре за последние пять лет или около того. Кроме того, очень важно поговорить с ландшафтными архитекторами о том, чем они занимаются.Это верно независимо от того, к какой вы расе, но я думаю, что наличие сети Black Landscape Architects важно для чернокожих студентов. Теперь у нас есть сеть для предоставления доступа таким студентам, как эта молодая чернокожая женщина, о которой я упоминала.

С точки зрения привлечения людей на уровне средней школы к профессии, BlackLAN стремится работать с союзными организациями, такими как ASLA, чтобы предоставить членство в BlackLAN в качестве ресурса.

SEAS: Считаете ли вы, что знакомство с чернокожими ландшафтными архитекторами в профессии может вдохновить больше чернокожих студентов представить себя в этой области?

Да, и я думаю, что даже те , которые не афроамериканцы, но имеют знания и доступ к нам, могут пойти в преимущественно черные школы K-12 и указать на работу чернокожих в профессии и то, что мы мы выполнили.Конечно, это указывает на то, что предстоит проделать большую работу, чтобы задокументировать работу черных ландшафтных архитекторов. Эта информация отсутствует в истории профессии. Хотя BlackLAN не планирует напрямую заниматься K-12, мы будем сотрудничать с союзными организациями, такими как Urban Studio и ASLA, чтобы привлечь чернокожих профессионалов к этим усилиям.

SEAS: Вы упомянули в подкасте «Все, кроме здания», что после того, как BlackLAN выпустили заявление в поддержку Black Lives Matter, вы были удивлены, услышав возражения со стороны некоторых членов ASLA, которые, по сути, утверждали, что системного расизма не существует. в поле.Помимо того, что кажется очевидным отрицанием, чувствуете ли вы, что профессия постепенно становится более гостеприимной для чернокожих ландшафтных архитекторов, чем это было, скажем, когда вы учились в школе?

О, определенно. Я думаю, что сейчас в школах осознают, какой бы ни была личная политика конкретных преподавателей, что создана среда, в которой нужно держать свою личную политику при себе и поступать правильно. Так что в этом смысле лучше.

И я думаю, что молодые люди теперь получили тревожный звонок.Они были, я бы не сказал, самодовольными, но им не приходилось иметь дело с системным расизмом так, как мне приходилось сталкиваться с ним на протяжении всей моей карьеры, или, возможно, для них это было настолько тонко, что они не узнали его.

Теперь, благодаря движению Black Lives Matter и культурному положению, в котором мы находимся, молодые люди гораздо более осведомлены, они задаются вопросами и проявляют инициативу любыми способами, которые им необходимы для активной деятельности. Так что, к счастью, я думаю, что сцена изменилась.И, надеюсь, он будет продолжать меняться — в положительную сторону для всех нас.

 

СЕТЬ BLACK LANDSCAPE ARCHITECTS: ЗАЯВЛЕНИЕ О ПОДДЕРЖКЕ (03.06.2020)

Опубликовано на сайте Американского общества ландшафтных архитекторов

В тени расистского убийства Джорджа Флойда и истории насилия в отношении чернокожих общин в Америке, Сеть черных ландшафтных архитекторов (BlackLAN) солидарна с протестами против таких убийств и связанных с ними террористических актов.Как чернокожие профессионалы в области дизайна, работающие в общественных и общественных сферах, мы остро осознаем необходимость нашего присутствия в качестве поборников справедливости и равенства.
Эта расовая тень уже давно присутствует в американских сообществах, местах и ​​обычаях. Прошло 100 лет с Красного лета 1919 года, когда чернокожие подверглись нападениям и убийствам по всей территории Соединенных Штатов. Два года спустя процветающий черный район Гринвуд в Талсе, штат Оклахома, иногда известный как «Черная Уолл-стрит», подвергся нападению белой мафии.Наследие смерти и уничтожения имущества все еще рассматривается сегодня. В течение этого 100-летнего периода было совершено бесчисленное множество других актов ненависти и насилия в отношении чернокожих и их общин. Все эти события говорят о том, что наша нация и наша профессия должны честно примирить наследие системного расизма и насилия, укоренившееся в ландшафтах институционального рабства. Продолжающийся отказ примириться с этим наследием не отдает должного той роли, которую чернокожие сыграли в создании американских ландшафтов.
Мы стремимся бороться с этими нарушениями и упущениями с помощью культурных, исторических и социальных практик. Мы поддерживаем культурные исследования, раскрывающие историю чернокожих, живущих в американском ландшафте и создающих его. BlackLAN ценит коллективную работу, направленную на то, чтобы озвучить важность чернокожих ландшафтных архитекторов в американском обществе.

Послушайте или прочитайте больше из недавних интервью с Гленном ЛаРю Смитом:

Подкаст «Все, кроме здания» (27 июля 2020 г.) Эпизод 0106

Архитектурная запись (7 августа 2020 г.)

Истории выпускников SEASnet

Университет штата Миссисипи Колледж сельского хозяйства и наук о жизни

Веб-сайт BlackLAN: www.blacklanetwork.com

Программа магистра ландшафтной архитектуры SEAS

ASLA запускает кампанию Design Excellence by Black Landscape Architects в социальных сетях

В ознаменование Месяца черной истории Американское общество ландшафтных архитекторов (ASLA) запустило новую кампанию в социальных сетях, посвященную вкладу афроамериканских ландшафтных архитекторов в профессию. Каждый день в течение февраля работы разных практикующих (некоторых посмертно) или разных проектов будут представлены на каналах социальных сетей ASLA — Facebook, Instagram, Twitter и Linkedin — в рамках программы Design Excellence by Black Landscape. Кампания архитекторов.

«Это будет третий год, когда ASLA прилагает особые усилия для признания чернокожих ландшафтных архитекторов, членов и не членов, во всем мире», — сказал генеральный директор ASLA Тори Картер-Коннин в пресс-релизе.

«Мы работаем над тем, чтобы привлечь давно ожидаемое внимание к талантливому и растущему сообществу профессионалов, которые расширяют и совершенствуют эту профессию — и делают это таким образом, чтобы поднять практику, бросить вызов нормам и вводить новшества в дизайн», — добавил он. .

В то время как месяц еще молодой, чернокожие ландшафтные архитекторы и проекты, представленные на сегодняшний день, включают Дэвида Уиллистона, ландшафтного архитектора из Северной Каролины, который спроектировал кампусы известных университетов HBCU, включая университеты Ховарда и Таскиги, а также ландшафт жилых домов на террасе Лэнгстона в Вашингтоне, Д.К. Уиллистон, скончавшийся в 1962 году, также считается основателем первой в США фирмы по ландшафтной архитектуре, принадлежащей чернокожим, в 1930 году.

На данный момент в кампании также фигурируют: Notes Toward a History of Black Landscape Architecture , статья в октябре 2020 года, написанная Кофи Буном, профессором ландшафтной архитектуры в Университете штата Северная Каролина, для Places Journal , и взгляд на Фреска Support Black Designers , временная инсталляция, представленная на выставке John H.Здание факультета архитектуры, ландшафта и дизайна Дэниелса Университета Торонто. Проект настенной росписи был инициирован Daniels Art Directive, студенческой художественной группой, и был разработан двумя выпускниками факультета Daniels, Ашитой Парех и Толу Алаби.

«Студенты и дизайнеры должны иметь возможность понять преимущества, которые чернокожие привнесли в индустрию дизайна», — сказал Алаби в заявлении университетских новостей. «И чтобы они поняли, что чернокожие всегда были важны для индустрии дизайна.

Весь соответствующий контент, размещенный в социальных сетях ASLA в течение февраля, будет отмечен хэштегом #BlackDesignExcellence. И само собой разумеется, что в то время как месячное празднование ASLA предназначено для возвеличивания и приветствия вклада чернокожих практикующих специалистов и связанных с ними проектов, защита и поддержка разнообразия в профессии ландшафтной архитектуры и других областях дизайна — это усилие, которое выходит за рамки установленного месяца в рамках календарный год.

Кроме того, завтра, 4 февраля, стартует первый симпозиум Black Landscape Architect Network, организованный Black Landscape Architect Network.В течение месяца в серию спикеров с четырьмя свиданиями войдут выступления Сары Зевде (Studio Zewde), Элизабет Кеннеди (Elizabeth Kennedy Landscape Architects, PLLC), Эндрю Сарджента (The Urban Studio), Алексы Буш (Город Детройт) , и другие.

«Большой черный пейзаж», Жан Дюбюффе, 1946 г.

Большой черный пейзаж — кульминация серии работ, выполненных Дюбюффе в Париже в период с июля по сентябрь 1946 года.В предыдущие годы его все больше интересовали работы неподготовленных художников, детей и психически больных. Он считал, что такое искусство, которое он назвал (Raw Art), было свободно от культурных условностей, регулирующих изобразительное искусство, и отражало истинную динамику человеческого разума. Он объявил себя народным художником и в лекции, прочитанной в 1951 году, сказал, что стремится создать «искусство, которое непосредственно связано с нашей текущей жизнью, которое непосредственно исходит из нашей реальной жизни и наших реальных настроений» (цит. Глимчер, с.57).

Дюбюффе особенно восхищался граффити, а черная поверхность Большой черный пейзаж , которая была построена из слоев краски, на которых были выцарапаны и выдолблены линии, напоминает старую и осыпающуюся стену, покрытую граффити. Трудно расшифровать линейные отметины, многие из которых кажутся не-. Однако изображение, которое кажется одновременно поперечным сечением сцены и видом на местность, включает в себя тропинки, ведущие к высокому горизонту, домам, деревьям и двум детям.В небе бледное, болезненного цвета солнце и знак, напоминающий связку воздушных шаров, но используемый Дюбюффе для обозначения «танцующего облака».

К концу Второй мировой войны Дюбюффе создал несколько картин с граффити или сообщениями, нацарапанными на стенах. В их число входила серия из пятнадцати иллюстраций к сборнику стихов его друга Эжена Гильевича под названием « Стены ». Милдред Глимчер, автор монографии о художнике, предположила, что этот том «объединил его волнение с уличной жизнью, чувство приключения, которое он и его друзья испытывали, сталкиваясь с рукой обычных людей — граффити на стенах с их изношенная патина — и (как у художников Art Brut ) сочетание письма и изображения» (Глимчер, с.8).

Для критика Лоуренса Аллоуэя, писавшего в 1958 году, поразительной особенностью Большой черный пейзаж было то, что Дюбюффе «очеловечил» квартиру, связанную с живописью. «Он [Дюбюффе] создает толстый слой краски, который затем царапает, находя цвет под землей — как шахтер, делая знаки — как любой, кто пишет на стене», — писал Аллоуэй. «Таким образом, плоская поверхность так же «реальна», как стена, покрытая графическими знаками и следами человеческой деятельности». ( Некоторые картины из коллекции Э.J. Power Collection , каталог выставки, Институт современного искусства, Лондон, 1958, стр. 2.)

Большой черный пейзаж был приобретен британским коллекционером Э.Дж. Power (1899–1993) из галереи Arthur Tooth and Sons в Лондоне в 1958 году. Она оставалась в его коллекции до его смерти, когда она была передана Тейт вместо налога.

Дополнительная литература:

Питер Зельц, Работа Жана Дюбюффе , каталог выставки, Музей современного искусства, Нью-Йорк, 1962
Дженнифер Манди (изд.), Бранкузи — Бойсу: Работы из коллекции Теда Пауэра , каталог выставки, Галерея Тейт, Лондон, 1996, стр. 28, воспроизведена стр. 29 в цвете.

Дженнифер Манди
Июнь 1996

Содержит ли этот текст неточную информацию или язык, который, по вашему мнению, нам следует улучшить или изменить? Мы бы хотели получить от Вас отзывы.

Черные пейзажи имеют значение — ГРЯЗЬ

Уолтер Худ, ASLA / Hood Design Studio

Уолтер Худ, ASLA, является креативным директором и основателем Hood Design Studio в Окленде, Калифорния.Он также является профессором Калифорнийского университета в Беркли и читает лекции по профессиональным и теоретическим проектам на национальном и международном уровнях. Он является лауреатом премии Академии искусств и литературы в области архитектуры 2017 года, стипендии Knight Public Spaces Fellowship 2019 года, стипендии MacArthur 2019 года и премии Дороти и Лилиан Гиш 2019 года.

По оценкам, 1000 человек ежегодно погибают при аресте полицией в США. Согласно исследованиям, количество убитых полицией молодых чернокожих составляет от 90 147 90 146 до 16 раз 90 147 90 146 по сравнению с другими группами, а общее число чернокожих составляет 90 147 90 146 убитых, что в три раза превышает количество белых 90 147 90 146 .Кроме того, США лидирует в мире по убийствам полицией . Канада, которая также имеет высокий уровень владения оружием , имеет менее одной седьмой доли полицейских, убивающих гражданских лиц. Многие европейские страны ежегодно насчитывают 90 147 90 146 смертей от полиции 90 147 90 146 .

Как вы думаете, какие изменения могут произойти в результате убийства Джорджа Флойда полицией и протестного движения Black Lives Matter против расовой несправедливости и полицейского насилия? Движение стало глобальным и поддержано миллионами людей.

Сложный вопрос. Мой первый ответ, что мы были здесь раньше. В свете пандемии и других вещей я действительно не решаюсь сказать, что произойдут какие-то серьезные изменения в том, как к чернокожим относятся и принимают их в нашем обществе. У нас уже были такие моменты.

Что действительно усложняет, как цветному человеку, так это понимание нашей истории. За свою короткую жизнь — мне чуть за 60 — я вырос в сегрегированном районе. Моя школа была интегрирована, когда я учился в средней школе.Впервые, в 13 или 14 лет, я начал жить с другими людьми, которые не были похожи на меня.

Это самое трудное и самое сложное, о чем мы не говорим: расовое устройство этой страны. У нас было всего 50 с лишним лет, когда мы действительно жили вместе интегрированным образом. У нас около 300 с лишним лет жизни отдельно. Так что идея о том, что мы можем просто внезапно щелкнуть выключателем, и люди изменятся и приспособятся к «другим», действительно сложна.

Я не думаю, что мы задаем правильные вопросы.Вы перечислили эти факты и показатели. Почему эти цифры такие высокие? Если оглянуться назад, то почему нас до сих пор контролируют одинаково? Почему цветным людям причиняют вред чаще?

В стране, которая была «отдельной, но равной», должен был существовать институт, который поддерживал бы это разделение и удерживал людей на своих местах. У нас было почти 100 лет института Джима Кроу, удерживающего нас в подчиненном положении. Это культура США. Даже после интеграции мы все равно должны смотреть на эти институты, которые восходят к основанию и развитию страны.Вы не можете разделить их. Мы бы хотели, но они неразрывно связаны друг с другом.

Важно, чтобы эти проблемы и истории предстали в большем свете и ясности, потому что сейчас больше людей заинтересованы в том, чтобы попытаться понять это затруднительное положение, чем я когда-либо видел в любой момент своей жизни. Пандемия во многом связана с этим. Люди думают о будущем. В этот момент все не решено, и все части сложились воедино. Это идеальный шторм.

Black Landscapes Matter , книга, которую вы редактировали вместе с Грейс Митчелл Тада , которая будет опубликована в ноябре, вышла из серии лекций, которые вы начали в 2016 году после полицейских убийств.В своей книге TED Talk и других работах вы призывали к планированию и проектированию ландшафтов, допускающих разнообразие повествований и точек зрения, вместо однородных ландшафтов, которые просто говорят одно и то же одной группе людей. Как вы проявляете эти разные воспоминания и истории в пейзаже?

После серии убийств, совершенных полицией в 2016 году, мы хотели объединить людей, которые могли бы выражать разные мнения в черном сообществе.Я хотел, чтобы в книге было ясно, чего не хватает в том, как мы разрабатываем другие нарративы, а именно о различиях. Я говорю различие, а не разнообразие — речь идет о разных способах интерпретации мира. Когда кто-то выпускает несколько нарративов, они бросают вызов единственному и его поддержанию.

В последнее время я много думаю о различии и сходстве. Колониализм — это об одинаковости. Он принимает различие и превращает его в тождество. Он делает это для продвижения и поддержания своего строительства. У.Дж.Т. Митчелл говорит о двойном прочтении пейзажа, о двойной семиотике.

Колонизация происходит внутри колонии, поскольку идеологии проецируются за пределы колонии. Наша проекция — Америка, родина свободных и смелых, разнообразие для всех, «все люди созданы равными» — посылается миру. Статуя Свободы, «отдай мне свою усталость…» — все это. Но внутри нас заново колонизируют, чтобы сохранить этот нарратив нетронутым.

Но это повествование разрывается. Люди ищут другие способы увидеть себя и окружающих.Итак, в Black Landscapes Matter мы говорим о разных сюжетных линиях.

Если бы больше людей знали о том, что является частью их окружения, не только сегодня, но вчера и, возможно, даже завтра, у нас был бы другой способ мышления о мире. В столь многих местах в этой стране что-то произошло! Не всегда было пустынно и безлюдно, места есть! Плейсмейкинг — это повторная колонизация. Что-то всегда есть, если вы заинтересованы в этом.

Многие из ваших проектов специально сосредоточены на раскрытии скрытых слоев, создании пространств для множественного сознания.Международный афроамериканский музей в Чарльстоне, Южная Каролина, рассказывает историю рабов, прибывающих в порт Чарльстона, и их потомков. Генеральный план района Роза Паркс в Детройте, штат Мичиган, исследует историю движения за расовое равенство. Double Sights , паблик-арт в Принстонском университете, расширяет интерпретацию многих сторон бывшего Принстона и президента США Вудро Вильсона.Проходя через все эти пласты истории, как вы добираетесь до сути и принимаете решения по планированию и дизайну, которые действительно находят отклик?

Для меня это готовность раскапывать. Ваш предыдущий вопрос касался памяти и истории, что немного отличается от раскопок.

Иногда места представляют собой палимпсесты, то есть часть кирпича и известкового раствора, а некоторые из них основаны на воспоминаниях, на течении времени. Для маргинализированных цветных людей истории теряются.Каждый проект таит в себе шанс. Я не пытаюсь решить проблему как таковую. Я пытаюсь выложить в мир что-то скрытое, стертое, что может позволить людям увидеть мир и самих себя по-другому.

«Привилегия» иногда создает лишь отдельные нарративы, что и произошло с проектом Вудро Вильсона. Студенты в Принстоне по-прежнему хотят, чтобы его имя не было на здании, так что статья не решила проблему. Но я надеюсь, что статья позволит этой проблеме всегда быть там.Если бы кто-нибудь в Принстонском университете сказал: «Уберите имя Уилсона», то статьи бы не существовало.

Double Sights в Принстонском университете / Студия дизайна капюшона

В Международном афроамериканском музее есть четкие и смелые заявления о дизайне. Как вы действительно фокусируетесь на определенных аспектах истории и рассказываете более широкую историю через дизайн?

Дизайнерские решения для ландшафта очень личные, и я сознательно веду беседы с теми, кто был до меня.Я подошел к проекту Вудро Вильсона через рассказ У.Э.Б. Дюбуа, который всегда был частью моего мышления чернокожего человека, и его идея о двойном сознании. Это дало мне повод критиковать Уилсона.

Что же касается Международного афроамериканского музея в Чарльстоне, то финал получился не самым смелым проектом. Мы разработали 29 различных дизайнов и проработали каждый из них с сообществом. С моей личной точки зрения, я хотел показать образы, которые никогда раньше не публиковались.Я взял на себя задачу подтолкнуть сообщество. «Черное тело в космосе» — это то, что действительно заинтриговало меня концептуально.

Международный афроамериканский музей / Студия дизайна капюшоновМеждународный афроамериканский музей / Студия дизайна капюшонов

Для района Роза Паркс в Детройте я подошел к проекту, опять же через историю и идентичность. Я потратил годы на историю своего народа. Моя исследовательская и дизайнерская работа связана с этими историями — не только с американской историей, но и с историей черной Америки.

Генеральный план района Роза Паркс в Детройте / Художественная студия

Возвращаясь к вашему более широкому вопросу: я мог бы пройти практику, не интересуясь историей чернокожих. Я мог бы просто принять привилегированное положение дизайнера. Я мог просто работать в очень однородной/стандартизированной манере, которой меня научила эта профессия.

В ранние годы это было все, на что мне приходилось полагаться, пока я не дошел до того, что почувствовал, что чего-то не хватает. Чего не хватало, так это меня самого.Я не видел себя нигде ни в ландшафтной архитектуре, ни в архитектуре, ни в планировании. В офисах, где я работал, таких идей просто не существовало. Мне нужно было создать контекст, чтобы мои идеи принесли плоды, поэтому я поместил себя в строгий интеллектуальный мир академического сообщества и разработал художественную практику. Это то, чем я занимаюсь последние 30 лет.

Как вы думаете, если вы нашли себя в своей работе, люди тоже могут найти себя в ней? Это то, что создает ощущение резонанса, когда кто-то видит вашу работу и соприкасается с ней?

Нет, на самом деле они слышат другой голос, который опять-таки обыгрывает однородный.С самого начала я заметил, что дизайнерские решения, которые принимал я, отличались от решений, которые принимали другие люди. Я не познакомил их, потому что я черный. Это из-за того, что я защищаю и интересуюсь людьми и конкретными местами, где они живут, что исходит из моего опыта быть черным.

Очень рано один из моих проектов в районе, лишенном инвестиций, заключался в посадке аллеи из ста пятидесяти цветущих деревьев одновременно вдоль разложившейся гранитной дорожки. Это было 30 лет назад, и люди не занимались такими вещами.Для меня я хотел, чтобы цвет ярко проявлялся в месте, где не было цвета.

Этот выбор дизайна исходил из того, что я увидел, что чернокожему сообществу что-то нужно. Как человек, создающий пейзажи, это то, что я мог им дать. Я всегда возвращаюсь к этому очень простому поступку — к той чистоте импульса, которая возникает в месте, где ты занят, но при этом отдаешь себя. И это относится к вопросам: чем вы себя кормите? Откуда приходит вдохновение?

Я стараюсь привнести в работу как можно больше культуры, которая может предложить несколько повествований и слоев.На самом деле меня интересуют не единичные жесты, а множественность.

Люди жаждут различий. Я совсем недавно перестал использовать разнообразие и начал использовать различие, потому что разнообразие на самом деле не связано с различием. Разница в оппозиции. Оппозиция хороша. Двойное отрицание — это хорошо. Они существуют в нашем мире.

Двойники начинают рассказывать истории, которые мы не рассказываем. Мы видим это в языке, который со временем проявляется культурой. Вы увидите пробелы с двойными отрицательными терминами, например Plaza Park.Я был в Сан-Хосе, штат Калифорния, когда Харгривз работал над Plaza Park. Я подумал: «Плаза Парк? О, это интересно. Почему у него есть и то, и другое?» Если вы посмотрите на историю, вы поймете, почему их два. Это те вещи, которые люди со временем создают, называя и перенимая. У пейзажей есть язык.

Если мы достаточно критичны, мы можем начать читать ландшафт по-разному. Как только вы это сделаете, это изменит вас навсегда. Нет возможности вернуться.

Вашингтон Д.C. Мэр Мюриэль Баузер и городское правительство нарисовали «Жизни черных имеют значение» желтыми буквами , ограничивающими улицу, на 16-й улице, северо-запад, перед площадью Лафайет и Белым домом. Многие восприняли это как ответ на приказ президента Трампа применить против протестующих слезоточивый газ и закрыть Lafayette Square — ключевое пространство протеста и место бывшего невольничьего рынка — от публичного доступа. Как вы распаковываете все, что происходит в этом пространстве? Какова роль публичного пространства в протестном движении?

В истории этой страны улицы были местом номер один для протестов.Мы можем вернуться к избирательному праву женщин и гражданским правам. Улицы являются общественным достоянием. Что в округе Колумбия публичное, а что федеральное? Это интересная дихотомия на Лафайет-сквер округа Колумбия, которая является федеральной, действует не так, как городская общественность. Когда я это услышал, я подумал: «Вау, я не знал, что президент властвует над этим конкретным пространством».

Протесты всегда происходили в публичном пространстве. Вы можете вернуться в парк Келли Инграм и мост Эдмонда Петтуса. Это мои первые воспоминания: люди протестуют на улицах.В этом нет ничего нового. Маркировка, особенно с клеймом, может быть чем-то новым, своего рода партизанской тактикой. Я аплодирую мэру за это, потому что она смогла обозначить пространство. Люди называют его плаза, но опять же, речь идет о номенклатуре. Я аплодирую ей за то, что она отметила пространство, которое у нее отобрали.

Black Lives Matter Plaza / Фото Билла Кларка, CQ Roll Call через AP Images, при содействии города округа Колумбия

Лафайет-сквер, как и многие общественные площади, был одним из первых общественных парков в нашей стране.Они также были местами, где в нашей стране происходили ужасные вещи, такие как аукционы по продаже рабства, так что в какой-то степени они находятся на священной земле. Если мы заинтересованы в том, чтобы изменить то, как мы думаем о себе, мы также можем критически относиться к местам, где мы на самом деле протестуем. На мой взгляд, это могло бы вызвать доверие или помочь сформулировать проблемы, с которыми мы сталкиваемся, особенно в связи с пандемией.

Мы знаем, что в большинстве районов с низким доходом наблюдается более высокий уровень заболеваемости COVID, что также, вероятно, можно соотнести с политикой красных границ и запретительным зонированием, что было институциональной практикой планирования до и после войны.Пейзажи с красными линиями сегодня все те же, если мы все еще находимся в них.

Общественная безопасность важна. Людям должно быть разрешено пользоваться местами, которые мы видели за последние несколько недель, будь то I-5 в Лос-Анджелесе или мосты в Миннеаполисе. Это места, за которые платит общественность.

Вы приравняли ценность разнообразия окружающей среды к ценности социального и расового разнообразия. Так же, как земля, состоящая из разнообразных экосистем, более устойчива и устойчива, расово разнообразные или разные сообщества также повышают социальную устойчивость и устойчивость.Как борьба за расовое равенство и справедливость может поддержать усилия по борьбе с изменением климата и наоборот? Какие связи?

Первое соединение, о котором можно подумать, это дублирование. На самом деле есть две Америки, и мы на самом деле пытаемся поддерживать их обе, хотя и не в равной степени. Есть одна Америка для одной группы людей и другая для другой. Это просто неустойчиво, потому что нам приходится тратить больше денег на сообщества, которые отличаются от других, что в первую очередь является результатом того, что мы не инвестируем в эти места.Наша следующая задача — сделать сообщества более разнообразными в расовом отношении.

Недавно мы говорили о нескольких новых жилищных проектах для лиц с разным доходом в Окленде, штат Калифорния. Когда мы думаем о смешанном доходе, мы думаем о расе, верно? Мы можем думать о коричневых людях с низким доходом; не коричневые люди, более высокие доходы. Что может позволить им делить одно и то же пространство? Это вопрос, который мы начинаем задавать. Это возвращается в общественное пространство, верно?

Мы можем создавать парки и другие типы ландшафтов, более интегрированные в модели и обычаи людей, чтобы они могли начать делить пространство.С архитектурным вопросом немного сложнее, потому что многое зависит от рынка.

Что касается разнообразия окружающей среды, я недавно вернулся к чтению истории Олмстеда и раннего Центрального парка. В «Иди, расскажи это на горе », написанном Джеймсом Болдуином, он описывает случай, произошедший однажды в Центральном парке. Он идет к этому холму. Это его любимый холм. Когда он добирается до вершины этого холма, пройдя путь от Гарлема до Центрального парка, и все белые глаза устремлены на него, он становится королем мира.Он мог сделать что угодно. Он стоит и смотрит на Манхэттен. Он находится на этом холме посреди природы, и он может делать все, что угодно, а затем к нему медленно возвращается реальность. Он спускается с холма и сталкивается с пожилым белым парнем. Он тут же собирается извиниться, но вместо этого мужчина улыбается. В этот момент я думаю о том, что может сделать пейзаж. В некотором смысле, как нам собраться вместе в месте, где нет ярлыка или стереотипа другого? Это действительно сложно сделать, как мы недавно видели с той женщиной в Ramble.

Джентрификация городских общин черных и коричневых чаще всего приводит к их перемещению. Некоторые сообщества рассматривают усилия по добавлению новых зеленых насаждений и деревьев в свои сообщества как средство джентрификации. Таким образом, одним ответом было движение «достаточно зеленого» в дизайне, которое призывает к добавлению зеленых удобств, но не до такой степени, чтобы они повышали стоимость недвижимости. Что вы думаете? Какие подходы работают лучше всего, чтобы остановить перемещение? И как, по вашему мнению, движение протеста может изменить разговоры в сообществах, где происходит джентрификация?

Все сообщества должны быть здоровыми.Если у нас есть возможность увеличить биомассу и улучшить общественные объекты в любом сообществе, мы должны это сделать. Страх сделать что-то лучше, особенно для самых уязвимых — правда.

Мы должны рассмотреть проблемы, создающие уязвимость. Во многих местах у вас высокий процент арендаторов и низкий уровень собственности. В некоторых местах у вас практически нет налоговой базы. У вас есть эти институциональные проблемы, которые не помогают. Первые шаги в некоторых местах заключаются в том, чтобы найти новые и разнообразные типы жилья, увеличить количество владельцев и стабилизировать сообщества.

Когда сообщества были самыми здоровыми, успешными, самыми богатыми — какое бы слово вы ни использовали для их характеристики — они были разными местами. Западный Окленд всегда был афроамериканским районом. Если вы посмотрите на его раннее формирование, люди пришли сюда, потому что это был западный конец железной дороги. Здесь работали и жили разные сообщества людей: латиноамериканцы, латиноамериканцы, афроамериканцы, португальцы, итальянцы и т. д. После войны мы видим бегство белых, а затем десегрегацию.Сначала иммигранты, а затем афроамериканцы из среднего класса имели возможность переселиться в места, которые покинули белые. Затем мы отказались от этих отмеченных красной чертой районов и оставили наиболее уязвимые.

Это динамика города. Мы должны донести эту динамику до сообществ, в которых мы работаем, и помочь им понять эти процессы.

Я живу в районе, который когда-то был отмечен красной чертой. Есть дома на одну семью, смешанные с легкой промышленностью. Это довольно разнообразный, смешанный район.Рядом с моим домом вообще не было зелени. Люди по-разному реагировали на пустоту: маркировали стены, выбрасывали мусор или оставляли заброшенные элементы. Я взял это на себя и начал сажать деревья и кустарники рядом со зданием. Мой маленький кусочек — самая зеленая часть квартала.

Что было освежающим и напоминающим, так это наблюдение за реакцией людей. Почти каждый день сосед через улицу говорит мне, как здорово видеть зелень. Люди ходят по моей стороне улицы, и поведение изменилось.Это всего лишь мелочи, которые, я думаю, мы просто забываем.

Частью нашей работы является помощь в обучении сообществ, в которых мы работаем, на основе общих знаний. Мы можем построить инфраструктуру, чтобы помочь с изменениями, потому что изменения произойдут. Города динамичны.

В самом начале своей карьеры у меня был разговор с одной черной семьей здесь, в районе Восточного Окленда, о переезде из города. Они хотели переехать в пригород, потому что школы были лучше, а преступность ниже.Я не мог ничего изменить с моей позиции.

Итак, проблемы становятся более структурными. Мы должны улучшить эти основные инфраструктуры, такие как государственное образование и факторы окружающей среды. Во многих местах, где происходит джентрификация, их так легко разрушить, потому что вся инфраструктура разрушена.

В 2013 году руководство ASLA сделало диверсификацию профессии главным организационным приоритетом . Количество разноплановых людей, входящих в профессию, остается упорно низким.Проблемами являются высокая стоимость программ на получение степени в области ландшафтной архитектуры и отсутствие альтернативных программ на получение степени. Так же как и нехватка разнообразных ландшафтных архитекторов, которые могут отстаивать свою профессию в различных сообществах. Как вы думаете, какие самые важные шаги можно предпринять, чтобы привлечь больше черных и коричневых молодых людей в профессию?

Ландшафтные архитекторы: просто подайте пример. Сделать это интересно цветным людям, чтобы они захотели прийти в профессию. Это означает, что вы должны изменить повествование.Протяни руку, работай. Подойдите к тому, как мы делаем вещи, через призму культуры. Ищите отличия, чтобы люди могли быть взволнованы, увидев и испытав то, что имеет их в виду.

Отбросьте стереотипные и приятные тропы — баскетбол, барбекю, общественные сады. Было бы привлекательно, если бы люди сказали: «Вау, вот как я могу улучшить свой район. Посмотрите, что они делают», вместо того, чтобы успокоиться. По-настоящему копните глубже и созерцайте эти истории, годы жизни отдельно.

Как мы говорим о совместной жизни? Если многие из нас вносят изменения и ведут разные разговоры, идея привлечения разнообразной группы становится второстепенной.

Много лет назад я был частью ландшафтной группы, которая стремилась к разнообразию. Вы не можете рассчитывать на привлечение людей, если нет заинтересованности в переменах.

Я волнуюсь, когда люди всех убеждений восхищаются работой, которую мы делаем. Дело не в том, попадет ли проект в журнал и получит ли награду.Для меня лучшая награда за любой проект — воодушевить людей, наделить их полномочиями, привлечь их и сделать частью проекта.

В настоящее время мы работаем в городе Наук, штат Вирджиния. Это городская площадь. Работая с сообществом на самом раннем этапе, обсуждение было сосредоточено на Деревне вольноотпущенников Арлингтонского кладбища и черной диаспоре, возникшей после их удаления. Многие в Науке являются потомками.

Я вспомнил, как много лет назад, будучи студентом, я встретил чернокожего ландшафтного архитектора Эверетта Флая, который раскрыл кое-что из истории этих городов, построенных во время Реконструкции.Этот опыт остался со мной, и когда у меня появилась возможность пообщаться с этой работой, я сразу же начал размышлять о семиотике этого термина, которым обозначают черных и коричневых людей. Что значит быть F-R-E-E-D!

Мне потребовалось много смелости, чтобы начать этот разговор, так как я никогда не вступал в разговор с сообществом. Я не могу описать то волнение и разговор, который начался оттуда.

Городская площадь Наук / Студия дизайна капюшонов Городская площадь Наук / Студия дизайна капюшонов Городская площадь Наук / Студия дизайна капюшонов

Мы можем привлечь больше голосов, когда обсуждаем пол, расу и различия.Расскажите правду о колонизации и ее влиянии не только на местные сообщества и иммигранты, но и на сообщества черных и коричневых. Если мы не говорим об этом, мы укрепляем постколониальный взгляд.

Это изменит нашу профессию, так что дело не только в том, чтобы делать красивые вещи. Это может стать тем, что означают эти прекрасные вещи. Как только мы сможем придавать различные значения вещам, которые мы делаем, наша профессия может стать гораздо более всеобъемлющей.

Возможно, для двух третей моих проектов гонка никогда не возникает.Для меня это то, к чему мы должны стремиться. Я не хочу прозвища «черный дизайнер». Я могу делать дизайн для всех, потому что мне пришлось этому научиться. Этот навык появился из-за того, что вы были «другим» и должны были узнать о белой Америке и о том, как ориентироваться, чего мы (другие) не видим в белой Америке, верно? Я не вижу в себе таких вложений.

Я слышу только: «Уолтер, помоги мне. Я работаю в черном сообществе. Ты мне нужен.» Нет, я тебе не нужен. Вы должны сделать работу для себя.Вам нужно узнать о нас. Вам нужно попасть туда и засучить рукава. Это не моя (наша) проблема. Пока это не изменится, мы вернемся к тому же положению через 20 лет, задаваясь вопросом, почему мы не являемся разнообразной профессией.

Нравится:

Нравится Загрузка…

Синтез черного пейзажного искусства «Out of Doors» – ЧЕРНОЕ ИСКУССТВО В АМЕРИКЕ™

Травматическая топография: «Out of Doors» Синтез черного пейзажного искусства

 Ченоа Бейкер 

Ксавьера Симмонс, Sundown (Number One), 2018, цветная хромогенная печать.Изображение предоставлено галереей Давида Кастильо.

Обычно, когда люди думают о ландшафтном искусстве, они думают о пейзажных картинах эпохи романтизма, на которых изображены лесные сцены. На ум приходит период рококо, в котором есть фантастические лесные массивы и амуры. Эти ассоциации вызывают привилегии белых, трансцендентализм и элитарность, поскольку в ландшафтном искусстве, несомненно, доминирует европоцентристская перспектива. Последовательно многие забывают о пейзажных работах чернокожих художников, которые обоснованно подходят к пейзажному жанру с критическим историческим анализом и психоаналитическим примирением.

Через беседы и работу художницы из мексиканской диаспоры Эльзы Муньос в книге «Женщины исцеляются с помощью обряда и ритуала», , представленной Galerie Myrtis, Муньос разъясняет концепцию экопсихологии. В традициях афро-коренных народов земля становится нёбом для исцеления травм, хроники истории и обладает духовно-медицинскими свойствами. В ее работах и ​​работах различных художников, следующих этим традициям, они изображают землю как вместилище травмы, и все же изображение природы само по себе становится практикой катарсиса.

В изображении пасторального Юга или городского Севера художники показывают эти пейзажи как третий персонаж. Символы популярных деревьев, Полярной звезды и фабричных пейзажей становятся монументальными в рассказах о Черных. Это полезный жанр, потому что он содержит интуитивные образы черного опыта. Некоторые из художников, которые сплетают воедино эту историю, — Керис Сэлмон, Ксавьера Симмонс, Нджаймех Нджи и Латойя Руби Фрейзер.

Пейзажи южной готики

Керис Лосось

Работа Керис Сэлмон отображает черную идентичность на земле с помощью ее серии пейзажей, сопоставленных текстом, архитектурными фотонегативами и семейными фотографиями, превращенными в растения.Сила этих пейзажей заключается в готике, которую Салмон применяет к южному пейзажу, предоставляя снимки деревьев и воды в заливе (как показано выше) и слова в качестве посредника между пейзажем и беспокойной историей порабощения. Она художественно передает звуковые, визуальные, кинестетические и обонятельные качества через символику своих слов. Подобно фигуративным образам Джин Тумер, земля персонифицируется как сосуд порабощенного тела и вездесущий свидетель ужасной травмы.

Ксавьера Симмонс, Session One: Around the Y из проекта Thundersnow Road, Северная Каролина, 2010. Изображение предоставлено подкастом Modern Art Notes.

Ксавьера Симмонс

В начале двадцатых Симмонс она участвовала в «пешем паломничестве» — по сути, медитативной прогулке по природе с буддийскими монахами в течение двух лет. Это культивировало почтение к земле, слушая истории, которые когда-то видели эти места. Следовательно, работа Симмонс олицетворяет миграцию и примирение с землей посредством того, что она называет «пастырской деятельностью».”

В приведенной выше работе Симмонс позиционирует объект как часть пейзажа. Значение субъекта, одетого в черное и скрывающего свое лицо, заключается в том, что ее тело становится похожим на деревья на заднем плане из-за отсутствия выражения и сокрытия жестов. Сырье из железнодорожных путей и щебня означает сложную трудовую историю. Создавая этот искусственный ландшафт, чернокожие работали на сталелитейных заводах, добывали другие металлы и добывали уголь. Символизм гитары продвигает повествование о теле как инструменте к созданию искусственно созданного ландшафта.Исторически сложилось так, что существование на открытом воздухе было беспокойным для чернокожих из-за Закона о беглых рабах и линчевания; но это также означает свободное время в южной культуре, потому что мероприятия связаны со временем, проведенным на открытом воздухе.

Ксавьера Симмонс, О скульптуре № 1, 2011 г., Цветная фотография. Изображение предоставлено MCA Чикаго.

В На скульптуре №1, фотография на фотографии объединяет пейзажи прошлого и настоящего. Фон океана и неба представляет Срединный проход, иначе известный как событие, которое обрывает пуповину с нашей родиной, создавая гибридную, бурную и вознаграждающую идентичность.Так много страданий и культур являются результатом этой воды, раздвоившей идентичности. Руки человека копируют и вставляют историческую фотографию в ту же самую океаническую среду. Фотография внутри фотографии является тематическим сюжетом, который вызывает историческое наследие рабства.

Северные искусственные городские пейзажи

Njaimeh Njie, фотография из фоторепортажа Route 65, 2019 г. Изображение предоставлено Njaimeh Njie.

Нджайме Нджие

Фоторепортаж Нжи начинается с цитаты: «По следам воды, памяти и перемен» — это фоторепортаж, в котором рассказывается об опыте чернокожих жителей, живущих у рек, соединенных Пенсильванским шоссе 65.Прослеживая районы, прилегающие к трассе 65, она рассказывает о современном взгляде на Великую миграцию, сопоставлении искусственных ландшафтов и естественных и размышлениях о жизни чернокожих в районе Питтсбурга.

На переднем плане фотографии выше Нджи изображает человека, смотрящего наружу с лестничной площадки. С ее точки зрения мы видим, что композиция состоит в основном из пейзажей справа и местной зелени и воды слева. В реках интересно то, что они постоянно движутся и меняются, но существующее много лет русло свидетельствует о смене ландшафтов и социальной истории, сопровождающей эти изменения.Вдалеке виднеется клубящийся дым завода и мост, обозначающий сталелитейную, угольную и текстильную промышленность, которые привлекали чернокожих на север, но постоянно с ними плохо обращались.

Njaimeh Njie, фотография из фоторепортажа Route 65, 2019 г. Изображение предоставлено Njaimeh Njie.

На фотографии выше Нджие изображает пейзаж, в основном искусственный. Переход в ее фоторепортаже от в основном естественных пейзажей к пейзажам, в которых преобладают городские пейзажи, указывает на изменение, происходящее из-за воды и трассы 65.Как и многие истории с автомагистралями, он разделяет чернокожие сообщества, которые, как правило, более городские, и разделяет преимущественно белые пригороды и сельские районы. Она фиксирует это явление своей камерой. Ее пристальное внимание к ландшафту, покрытому витринами магазинов, граффити, пожарными лестницами, телефонными столбами, автомобилями, дорожными конусами, улицей и заборами, не показывая людей, продвигает повествование об экологическом детерминизме. Эта концепция говорит о том, что среда имеет автономию, как третий персонаж, и она важна для направления жизни людей, которые взаимодействуют с этим пространством.

LaToya Ruby Fraizer, фотография из серии The Gray Area 2010-2012. Изображение предоставлено ЛаТойей Руби Фрейзер.

Латойя Руби Фрейзер

Фрейзер обязуется создавать образы горькой правды. Используя правдоподобие, она подходит к вопросам идентичности, связанным с испорченной землей, джентрификацией; социально-экономические ландшафты, привязанные к природным или искусственным; и «география угнетения». Благодаря своей работе она исследует землю, которая подводит чернокожих и учреждения, которые их строят.Например, в своей работе она демонстрирует водный кризис во Флинте, штат Мичиган; раскрывает кризис изменения климата и трудовой этики на фабриках, следующих за двумя реками в районе Питтсбурга; освещает кампании по спасению больницы Брэддока; демистифицирует идею городского пионера; и иллюстрирует сопротивление черных, несмотря на все это.

Серая зона исследует снос больницы Брэддока корпорацией здравоохранения UPMC. Этот снос представляет собой физический и символический.Это говорит об отсутствии доступа к здравоохранению в сильно загрязненном городе, манипулировании социальным ландшафтом корпорациями и потере рабочих мест. Изображение выше провоцирует историю, в которую мы втянуты — середина или конец — решает зритель. Мусор загромождает изображение, едва стоящее здание изнашивается, и строительная техника является частью этого изменения. Выдающаяся линия на этой фотографии — предупредительная лента. Одинокое дерево представляет собой единственный природный ландшафт на изображении. Значение всех этих элементов состоит в том, что промышленные колебания обусловлены не столько человеческим участием, сколько механической силой.Это пренебрежение к людям, поскольку ни один из них явно не показан на изображении, предполагает акт джентрификации, который прерывает прежний ландшафт.

ЛаТойя Руби Фрейзер, фотография из серии «Пирс 54: Право человека на проход», 2014 г. Изображение предоставлено ЛаТойей Руби Фрейзер.

Пирс 54, расположенный в Нью-Йорке на реке Гудзон, представляет собой крупный порт для перевозки грузов и людей. Фрейзер смешивает перформативные жесты, исторические фотографии на флаге и современные пейзажи, чтобы передать историю.Фрейзер кладет субъекта лежа, что вызывает образ Срединного прохода, когда порабощенных людей загружали в лодки. Она сопоставляет эту неотъемлемую историю с языком своего тела с людьми, которые по своему выбору мигрировали в США на лодках до острова Эллис. Пейзаж становится свидетелем этой истории.

Боль и прогресс

Пейзажи, напоминающие о пасторальном Юге или городском Севере, запечатлелись в нашей памяти рассказами, историями и фотографиями. В изображении художниками этих пейзажей есть исцеление через признание прошлого и примирение его с будущим.В Black Art In America мы призываем вас критически относиться к этим пейзажам и рассмотреть возможность создания собственного ландшафта и изображений с помощью Garden Art For The Soul.

Подпишитесь на наш бесплатный курс по электронной почте  о том, как начать собирать коллекцию.

Ченоа Бейкер — начинающий куратор и арт-журналист. Она обеспечивает кураторство, рекламу, использует аналитику данных Google в своем блоге и исследовательские услуги. Ее образование в области культурологии, истории искусств и музееведения, полученное в Университете Чатема, обеспечивает широкую базу для подхода к управлению коллекциями и визуальным критическим исследованиям с использованием методологии критической расы.Ее навыки письма могут быть подтверждены в Sugarcane Magazine, [email protected] и других изданиях. Ей особенно нравится исследовать пересечение искусства, расы и психологии в своей работе. Вы можете узнать больше о ее услугах в LinkedIn, Instagram или связавшись с ней по адресу [email protected]

Вы бы купили акции BAIA, если бы могли? Что ж, мы приглашаем вас присоединиться к нам и стать ежемесячной поддержкой, начиная всего с 3 долларов в месяц ВЫ  станьте заинтересованными сторонами и начните помогать нам преобразовывать жизнь с помощью искусства.Мы расширяем команду BAIA и будем использовать ваш вклад, чтобы нанять больше членов команды с целью создания большего количества образовательных и маркетинговых ресурсов для школ и университетов об афроамериканских художниках прошлого и настоящего.

Ознакомьтесь с нашим списком наград за то, что вы стали участником BAIA Patreon / покровителем. Ваш ежемесячный взнос имеет долгосрочные преимущества. — «Каким будет ваше наследие» — доктор Маргарет Берроуз

Делорис и Эдди Янг , Эстер Сильвер-Паркер , Юджин Фони , Фонд семьи Петруччи Коллекция афроамериканского искусства , Национальный фестиваль черных искусств, Dr.Лесли Филдс, Джим Никсон, доктор Майкл Батлер, Мэтью Путман, Грант Хилл , Фрэнк Фрейзер , Хьюстонский музей афроамериканской культуры , Джоан Крислер , Ди Грир, Марш на Вашингтонском кинофестивале, Дэнни Дженкинс ,  Дебора Л. Маккалоу , Эшли Джейкоб, Джон и Мелани Гусс, Триша Конан, Майкл Бринсон, доктор А. Холлоуэй , Рози Гордон-Уоллес, Жанетт Д. Адешот, Джа-На Бордес, преподобная Анита Маршалл, Триша Конан, Робин Кинг , Керри Л.Форрест, Нэн, Томас Э. Роджерс, Д. Лейси, Джеффри Вашингтон, Бренда Ларнелл, Хелен Ойекан, Джеффри Вашингтон, Леташия Мосби, Мэриан Дарлингтон, Рослин Валентайн, Вионн Дива, Эднарина Блейк, Девера Редмонд, Реджинальд Браун , Карла Уэст , Беатрис, Лонгшор, Абимбола Томпсон, Барбара Джонсон, Беверли Си Смит, Дебора Р. Мур, доктор Скайллер Уолкс, Эднарина Блейк, Гарр Паркс, Джеральд Кэррингтон, Джей М, Джеймс Б. Уинго, Джоселин Ламур, Кевин Смоклер, Марион Цвейг, Мэри Али-Масаи, Майкл Дж.Тодд, Нэн, Рег Пью, Шеннон ДеВани, Томас Э. Роджерс, Тоня Пендлтон, Д. Лейси, Норин Уиннингэм, Мейсон Арчи, Джилл Скотт, Кэри Джексон Льюис, Патрик Стюарт, Рэйчел Корбрей, Сесилия Уинтерс-Моррис, Крист Ван Лоан-старший. , Ромейн Робертс, Майкл Джейкобс, KL Мартин, Гейл Росс, Мануэлита Браун, Аннетт, Джамал Лав, Гленн Исаак-старший, М. Рашид, Анджела Уильямс, Дана Тодд Поуп, Тереза ​​Л. Хокинс, Марк Эверетт Сандерс, Кирби Л. Коулман, Гарольд Мур, Фредрик Ислер, доктор Р. Локк, Куин Брукс, Чарльз Биббс, Дайана Шеннон Янг, Др.Йонетт Томас, М. Белинда Такер, Карен И. Хаус, Рунес М. Бендер, Дюк Виндзор, Шерил Оделей, Стивен Беннетт, Шон Ри, Этни Уикс, Пол Робинсон, Дженис Орр, Патриция Д. Данги, Джоселин Бенита Смит, Джоан Л. Уорд, Гарр Паркс, Памела Картер, Карлтон Коттон, Дайан Р. Майлз, Джин Энн Дюрадес, Лютетис Кэри, Сьюзан Росс, Гарри Ф. Бэнкс, Шелия Макнейр, Лорна Конли, Шелли Берд, Делорес М. Дайер, Стефани Фе Стил, Марджори Хэммок, Селестин Хиннант, АЛКЕБУ Книжный магазин LAN IMAGES, Дебора Пейдж-Джексон, Дезире Дансан, Карен Пинцоло, Соня Спенсер, Джеймс Уиттен, Шелли Дэнзи, Линда Эдди, Вильгельмина Баркер, Дороти Мэсси, Энни Чефферс, Мэдди Маркланд, Кейли Нельсон, Келлин Магуайр, Кори Хафф, кейшуа, Меган Лакруа, Сара Фризен, Дезире Страуд, Мэдисон Тейлор, Нина Мари, Мина Сильва, Уитни, Тони Вендел, SF, Клэр Сиг, Изабель Энгель, Сара Друри, Элизабет ДеБанс, Ханна Динер, Дайан Хьюз, Петрина Буркард, Лаура Ди Пьяцца, Лиза Данфорд Дикман, Джоселин Грин, Шерил Би Блан Кман, Николь Фарли, Митчелл Шохет, Самиур Рашид, Сара Руни, Марина Кович, Ллойд Гуд, Сара, Перли Тейлор, Лорна Дун, Эшли Литтлфилд, Моника Пи, Элисон Деас, Карла Сонхейм, Николь Брюс, Бренда Кит, Луиза Бернер-Холмберг , Теллис, Памела Харт, Ким Уокер, Джессика Бекстром, Франклин Джексон, Кристина Левин, Кертис Морроу, Джеки Раст, Сара Капуто, Фреда Дэвис, cdixon06, Холлис Тернер, Лаура Перейра, Дэнни Сересо, Куки Голдблатт, Клаудия Белл, Гвен Рафф, Тери Л.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован.