Работы джока стерджеса смотреть: Jock Sturges (87 ) » , , Nevsepic

Содержание

Вместо фото Стерджесса «Без смущения» в Сети предлагают смотреть ФОТО #безстеснения

Калейдоскоп

Происшествия

Стерджес, «Без смущения»: в Facebook запустили флешмоб #безстеснения в поддержку закрытой фотовыставки Стерджеса в Москве.

Фотовыставка Стерджеса «Без смущения»: запрещенные фото поддержали флешмобом #безстеснения

Пользователи Facebook запустили флешмоб с хештегом #безстеснения в знак поддержки закрытой в Москве выставки американского фотографа Джока Стерджеса «Без смущения». 

Инициатором акции выступил художественный руководитель Театральной компании «Не то» Олег Липовецкий.

«Предлагаю флешмоб #безстеснения. Вспомним прекрасные образцы искусства, воспевающие красоту человеческого тела. Кто нам может запретить такую выставку? Ставьте хэштэг #безстеснения и прикрепляйте изображение с картиной, скульптурой или фотографией обнаженного человеческого тела. На фото «Венера с яблоком». Автор Бертель Торвальдсен», – написал он в соцсети, сопроводив свою публикацию фотографией «Венеры с яблоком».

Акцию тут же подхватили многие пользователи. Люди принялись постить на с воих страницах шедевры мирового искусства, на которых запечатлено обнаженное тело. 

Как писал ранее TopNews, скандальная выставка проходила в московском Центре фотографии имени Братьев Люмьер, и на мероприятие обратила внимание сенатор Елена Мизулина, назвавшая снимки Стерджеса «публичной демонстрацией материалов с детской порнографией» и «пропагандой педофилии». Также ситуацией обеспокоилась уполномоченная по правам ребенка Анна Кузнецова.

25 сентября участники движения «Офицеры России» заблокировали вход на выставку, но внутрь попал мужчина, обливший несколько работ мочой из бутылки. В итоге организаторы объявили о закрытии выставки.

Следите за событиями дня в нашем паблик-аккаунте в Telegramm

Выставка Джока Стерджеса — реакция

Главный куратор Центра фотографии имени братьев Люмьер Наталья Григорьева рассказала «Афише Daily», как изменилось в обществе отношение к новой выставке Джока Стерджеса, что год назад послужила настоящим поводом к скандалу, и о том, как она действовала в экстремальных условиях.

В Центре фотографии имени братьев Люмьер 13 января завершилась нашумевшая выставка «Без смущения 2.0» американского фотографа Джока Стерджеса. Его первую экспозицию в Центре пришлось закрыть в 2016 году, после того как сенатор Елена Мизулина и детский омбудсмен Анна Кузнецова потребовали проверить ее на предмет наличия детской порнографии, а в адрес организаторов стали поступать многочисленные угрозы. Дошло до активных действий: работы художника обливал зловонной жидкостью активист общественной организации.

Наталья Григорьева

Главный куратор Центра фотографии имени братьев Люмьер

Первая попытка

До скандала это была наша обычная выставка. Прежде чем поднялась шумиха, она спокойно экспонировалась две-три недели и никого не задевала. На открытии были различные СМИ, все ее видели и ни у кого не возникло вопросов. Вдруг госпожа Мизулина выступила с обвинениями Центра в демонстрации детской порнографии. Это была суббота (24 сентября. — 

Прим. ред.). Буквально за два часа новость поднялась в топ. У нас обвалился сайт, в наши соцсети стали активно писать. Я сперва просто пыталась понять, что происходит. В этот самый момент в Белом зале, где висела выставка, проходил мастер-класс английского фотографа, в зале было полно людей.

Тут же появились агрессивные комментарии у нас на сайте, в соцсетях. Энтео (Димитрий Энтео, или просто Энтео — российский «православный активист», бывший руководитель движения «Божья воля». — Прим. ред.) публиковал посты о том, что придет и чуть ли не подожжет фасад Центра. Я поняла, что у меня там полный зал посетителей, села в машину, приехала из дома в Центр и повесила табличку: «Центр закрыт по техническим причинам». Сотрудников отпустила домой. Оперативно завершила мастер-класс и вывела людей из Центра. Скандал набрал максимальную силу за сутки. Мне поступали настоящее угрозы в личные сообщения в фейсбуке: «Мы знаем твой номер машины», «Мы знаем, где твои дети». Точка кипения достигла максимума. Никого уже не интересовала моя выставка, что я говорю о ней. Мнение сформировалось. И в воскресенье я решила ее закрыть.

Поступали настоящее угрозы: «Мы знаем твой номер машины», «Мы знаем, где твои дети». Никого уже не интересовала выставка

Силами администрации мы писали и Мизулиной, и Кузнецовой. Спрашивали, видели ли они выставку, пытались объяснить, что фотографии, которые они выкладывали в интернете, не имели ничего общего с тем, что висело на выставке. Но нам никто не отвечал. Единственный человек, который отозвался, — это господин Цветков из «Офицеров России». Он посмотрел выставку и признал: «Здесь нет того, что я видел». Я ему благодарна за то, что он хотя бы посмотрел выставку, потому что никто из тех, кто ее осуждал, к нам так и не пришел. А также за то, что «Офицеры России» Цветкова задержали сумасшедшего, который обливал мочой работы. Они его вывели и сдали полиции.

© Центр фотографии им. братьев Люмьер

1 из 7

© Центр фотографии им. братьев Люмьер

2 из 7

© Центр фотографии им. братьев Люмьер

3 из 7

© Центр фотографии им. братьев Люмьер

4 из 7

© Центр фотографии им. братьев Люмьер

5 из 7

© Центр фотографии им. братьев Люмьер

6 из 7

© Центр фотографии им. братьев Люмьер

7 из 7

Вторая выставка

О второй выставке я не получила ни одного плохого сообщения на сайте и в соцсетях. Она агрессивно волновала только тех, кто хотел пиариться, но кому повод найти было непросто. Обычные люди поняли, что их просто обманули в прошлом году и использовали в своих корыстных целях. Продолжал кричать Милонов, но мы к этому привыкли. На новогодних праздниках к посетителям вернисажа приставали активисты общественной организации SERB. Администрация вызвала полицию, и их забрали. Но в целом выставка прошла абсолютно достойно и спокойно и не вызвала негативного резонанса, сравнимого по силе с прошлогодним.

Но все-таки пришлось изменить систему безопасности. В этом зале появились видеокамеры. Тема безопасности всегда актуальна там, где есть ценные предметы и большое количество посетителей. Но давайте будем реалистами, мы говорим о Центре фотографии, а не об экономическом форуме. Охрана существует всегда, но меня не охраняет вся полиция округа.

Люди поняли, что их просто обманули в прошлом году и использовали в своих корыстных целях

Новая выставка «Без смущения 2.0» отличается от предыдущей. Новых фотографий не появилось, но часть старых убрали. Это сделано, чтобы разместить дополнительные материалы. Мы решили добавить хронику событий вокруг выставки годичной давности. Информация зачастую до людей доходила в искаженном виде, и мы решили из первых уст рассказать, что же происходило. Добавили в сжатом виде цитаты пользователей соцсетей — и положительные, и отрицательные. Люди, я считаю, реагировали абсолютно адекватно на ту искаженную информацию, которая им усердно доносилась.

Об ограничительных мерах и патриотичном пиаре

За этот год я четко поняла, что происходило. У нас все хотели пиариться. Вот мы занимаемся искусством, делаем выставки, в том числе продвигаем советскую фотографию. У нас есть большая коллекция, много исследовательской, выставочной, издательской работы. А у кого-то другие задачи. Скоро выборы, и каждому надо засветиться, показать свой якобы патриотизм. Этих людей я бы назвала провокаторами. Они устраивают акции с целью привлечь к себе внимание и, собственно, добиваются этого, многие СМИ о них пишут. Цель достигнута. А где правда, а где нет — это мало кого волнует.

Я уверена, сейчас придаются большой огласке в СМИ проблемы, связанные с педофилией, поэтому и возник такой резонанс. И часть общественности интерпретировала содержание выставки по-своему, не захотев разобраться в ситуации. Мы сняли экспонаты по собственному желанию в рамках сотрудничества со Следственным комитетом. Люди, которые никогда не были в нашем Центре фотографии, писали в прокуратуру телеги с требованиями всех посадить, наказать. Писали со всей страны — из Владивостока, Иркутска и так далее. Все это было явно спланированной акцией. Ее цель? Когда-нибудь мы это узнаем.

О распущенности

В русском языке есть замечательное слово — «распущенность». Эти общественные организации распущенны сейчас, им позволяют вести себя вседозволенно. Их можно сравнить с распущенными женщинами, которые ругаются и считают себя в праве обзывать кого-то, неадекватно себя вести. Этого хулигана (Александр Петрунько, активист прокремлевского движения, который облил мочой работы фотографа на выставке. — Прим. ред.) посадили на семь суток, но он продолжает творить беспредел: опять пытается испортить фотографии. И эти хулиганы кричат о нравственных нормах, семейных скрепах, говорят, что мы здесь что-то нарушаем.

Стерджес сделал все, чтобы, наоборот, возвысить прекрасные отношения между матерью и ребенком. Посетителей, прежде всего, объединяет эмоциональный посыл, который они получают от просмотра экспозиции. А те люди, которые обливали мочой работы автора, нарушали все нравственные нормы. Они приходят, плюют, мешают смотреть посетителям выставку, разжигают ненависть, и их никто не останавливает. По сути, они безнаказанны.

Третьей выставки не будет. У любого выставочного проекта и музейной площадки есть своя стратегия развития. Выставка Стерджеса имела место быть в определенное время. Мы вызвали правильную дискуссию даже не столько в обществе, сколько внутри каждого посетителя.

Что о второй выставке Стерджеса говорят в организации SERB

Игорь Бекетов

Лидер общественного движения SERB

«Организаторы или кураторы этой выставки намеренно пытаются нам внушить западные ценности. Я не поверю, что в России, Крыму, даже на Донбассе нет хороших фотохудожников, которые нормально будут фотографировать даже детей. Конечно, по сравнению с предыдущей выставкой самые провокационные [работы] убрали. Например, где негр голый обнимал мальчика. Фотографии новой выставки сильно отличаются от прошлой. Они нас приучают: «Смотрите, это нормально, что голая женщина то ли целует, то ли обнимает несовершеннолетнего». Можем поспорить, в конце 2018 года пройдет «Без смущения 3.0» — и они добавят еще чуть-чуть острее фотографии.

Организаторы или кураторы этой выставки намеренно пытаются нам внушить западные ценности

Мы всеми силами поднимаем интерес к этой теме. Да, вы скажете: «Вы ее пиарите». Но на нее начинают обращать внимание нормальные люди. Поднимается волна. И тогда госаппарат начинает быстрее работать. Прошлую выставку пришел закрывать Цветков. Но именно благодаря тому, что мы облили все это мочой, пошел еще больший скандал. Тогда уже закрутился и Следственный комитет. Организаторы приняли решение эту выставку закрыть. Если бы в этот раз мы действовали более радикально, сильнее облили бы, то, возможно, опять пошла бы волна.

Но мы никогда не позволим себе нанести человеку физический урон. Грубо говоря, сломать руку, не дай бог нанести травму физическую. Моральную травму, пожалуйста, мы наносим, потому что мы не видим другого выхода. Мы понимаем, что обливание — это моральная травма. Но мы никогда не перейдем на физические воздействия. Когда показывают драки с нашим участием в сетях, то, если вы посмотрите внимательно, увидите, что активисты SERB никогда первыми кулаками не бьют. Сколько было потасовок, сколько было стычек, никто ни разу не смог привлечь нас к ответственности за физические травмы. Пытались снимать побои, но их не было. Эту грань мы никогда не перейдем».

Стёрджес, Джок — это… Что такое Стёрджес, Джок?

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Стёрджес.
В этой биографической статье не указана дата рождения.

Вы можете помочь проекту, добавив дату рождения в текст статьи.

Джок Стёрджес (англ. Jock Sturges; 1947(1947), Нью-Йорк, США) — американский фотограф, мастер детских и подростковых снимков. Часто его работы выполнены на нудистских пляжах Калифорнии, Франции или Ирландии.

Биография

Родился в Нью-Йорке, но в течение многих лет работал в Сан-Франциско. Сейчас живет в Сиэтле, штат Вашингтон.

После окончания начальной школы отправился на службу в армию США. Служил в Японии. Стал главным фотографом военной базы. Демобилизовался в 1970 году.

Поступил в колледж Мальборо в штате Вермонт, где изучал педагогическую психологию. После окончания колледжа преподавал фотографию в различных учебных заведениях, работал фотографом, занимался съёмками портретов, моды и рекламы. В течение года работал под руководством известного мастера фотопечати Ричарда Бенсона. В 1978 переезжает в штат Калифорнию. В 1985 году получает степень магистра искусств в Сан-Францисском Институте Искусств. Продолжает напряжённо работать, дабы иметь возможность фотографировать в летние месяцы на нудистских пляжах Калифорнии, атлантического побережья Франции или западного побережья Ирландии.

Преимущественно в его поле зрения попадают девочки в период полового созревания, что привлекло внимание правоохранительных органов.

25 апреля 1990 года в студию Джока Стёрджеса в Сан-Франциско ворвались полиция вместе с агентами ФБР. Были конфискованы компьютер, фотоаппараты, негативы, готовые снимки и т. д. Разбирательство длилось более года. Художественное сообщество США и Европы выступило в защиту фотографа, в том числе благодаря этой поддержке Совет по соблюдению законности принял решение о неправомерности действий полиции и ФБР, суд Сан-Фрaнциско не выдвинул Джоку Стёрджесу никаких обвинений.

Популярность Джока Стёрджеса после этого возросла. С тех пор он издал более 10-ти персональных альбомов, организовал немало персональных и принял участие в не меньшем количестве групповых выставок, его работы начали охотно покупать.

Во второй половине 1990-х годов против фотографа выступили христианские общины США. Их активисты пикетировали магазины книг, требуя уничтожения фотоальбомов Джока Стёрджеса, Дэвида Гамильтона и др. Пуритане также неоднократно обращались в суд. В частности в конце 1990-х в штате Алабама им удалось запретить фотографии Джока Стёрджеса как «фотографии лиц моложе 17 лет, которые осуществляют неприличные действия». Сам фотограф относился к этому сдержано:

«Очень трудно добиться известности занимаясь исключительно художественной фотографией. Теперь я достиг этого, но меня навсегда лишили возможности узнать, популярны ли мои произведения исключительно благодаря своим художественным достоинствам или это результат возникающих вокруг них скандалов. Я чувствую, как будто меня обворовали, и я никогда не смогу вернуть украденное. Некоторые критики обвинили меня в том, что я пытаюсь извлечь выгоду из сложившейся ситуации, но забыли упомянуть, что ситуация сложилось вовсе не по моей вине».

Издания

  • The Last Day of Summer (1991, Aperture, NY) ISBN 0-89381-538-1
  • Radiant Identities (1994, Aperture, NY)
  • Evolution of Grace (1994, Gakken, Tokyo)
  • Jock Sturges (1996, Scalo, Zürich)
  • Jock Sturges: New Work, 1996—2000 (2000, Scalo, Zürich)
  • Jock Sturges: Twenty-Five Years (2004, Paul Cava Fine Art, Bala Cynwyd, PA)
  • Jock Sturges: Notes (2004, Aperture, NY)
  • Misty Dawn Portrait of a Muse(2008, Aperture, NY)
  • Jock Sturges Life Time(2008 Steidl)
  • Montage(Graham Webb International)
  • Standing on Water(1991, Catalogue of Portfolio published by Paul Cava Fine Art, Philadelphia)
  • Jock Sturges Color(Catalogue of Portfolio published by Ataraxia, Bensalem)
  • Line of Beauty and Grace(2007 Amadelio Films) Documentary

Ограниченным тиражом и оригиналы фотографий:

  • Standing On Water(Paul Cava Fine Art, 1991)
  • Jock Sturges: Twenty-Five Years ‘(Paul Cava Fine Art, 2004)
  • Jock Sturges Platinum(Russell Levin Gallery Monterey California 2007)

Его фотографии были использованы для оформления обложек трёх романов американской писательницы Дженифер Макмахон, Обещание не говорить, Остров потерянных девушек и Раздетый.

Ссылки

Скандальные художники, которых не стоит привозить в Россию

Салли Манн

Сначала о наболевшем. После опалы Стерджеса самым дерзким решением было бы привезти в Москву работы фотографа Салли Манн. В 1992  американка представила серию черно-белых снимков Immediate Family. Догадайтесь, кто на них изображен? Конечно же, голые дети. К счастью, ее собственные. Фотограф хотела показать беззаботное детство глазами матери, но благой посыл не поняли даже ее демократичные сограждане. Все-таки дети — деликатная тема не только у нас.

В чем обвинят: как в чем? В распространении детской порнографии.

Роберт Мэпплторп

Этой осенью в далеком от российской действительности Лондоне откроется выставка Роберта Мэпплторпа, куратором которой станет Юрген Теллер — больший подарок любителям фотографии представить сложно. Но в отечественные скрепы втиснуть такой проект будет непросто: Мэпплторп — куда больший провокатор, чем без вины виноватый Стерджес. Американец исследовал сексуальность в самых броских ее проявлениях: от садомазохизма до однополых связей. Он надевал лифчики на бодибилдеров, снимал моделей с эрегированным пенисом и даже с дилдо в одном месте. Увидев такое, совсем не каждый задумается о красоте отношений человека с собственным телом.

В чем обвинят: в попрании традиционных ценностей и пропаганде гомосексуализма несовершеннолетним.

Дик Бенгтссон

На первый, не самый пристальный взгляд Дика Бенгтссона обвинить не в чем. Разве что в плагиате — швед нередко копировал знаменитые полотна предшественников. Но, как говорится, есть нюанс: на них скромно притаилась фашистская свастика. Суть вот в чем: швед напоминает нам о прошлом и дает понять, как сильно идеология может изменить восприятие самых привычных и безобидных вещей — например, хрестоматийное полотно Эдварда Хоппера «Раннее воскресное утро». Но, по-депутатски прищурившись, в этом можно углядеть оскорбление чувств ветеранов Великой Отечественной.

В чем обвинят: в пропаганде фашизма.

Андрес Серрано

Не будем ходить вокруг да около, просто опишем самое известное произведение Серрано. Он поместил распятие в банку с собственной мочой и сфотографировал — получился теперь уже хрестоматийный снимок Piss Christ. Естественно, мнение общественности разделилось. Кто-то в буквальном смысле рвал и метал — на выставке в Авиньоне работу повредили. А Венди Бэкетт, католическая монахиня и по совместительству арт-критик, усмотрела в работе не надругательство над Христом, а критику общества, которое творит с его образом что ни попадя. А как бы рассудили у нас?

В чем обвинят: в оскорблении чувств верующих.

Нэн Голдин

Художница не так откровенна, как Мэпплторп, но тоже не промах. Ее прославили серии фотографий, живописующие жизнь нью-йоркской богемы как она есть: с вечеринками, отсутствием сексуальных табу, транссексуалами и прочими пестрыми прелестями. Кстати, дети на снимках Голдин тоже встречаются — одну из ее работ под названием Klara and Edda Belly-Dancing даже снимали с выставки.

В чем обвинят: почти во всем — от детской порнографии до растления целомудренной российской молодежи. Смотря что привезут.

В «Марте» все спокойно: «патриоты» передумали срывать показ фильма про Джока Стерджеса — Новости

В екатеринбургском центре фотографий «Март» сегодня показывают фильм «Линия Красоты и Грации» про скандального фотографа Джока Стерджеса, выставку которого закрыли в московском Центре фотографии имени братьев Люмьер.

Когда о запланированном показе фильма написали журналисты Портала 66.ru, «патриоты» и представители «Национально-освободительного движения» пообещали, что сорвут показ. После нашей публикации представители «Марта» обратились в полицию с заявлением о существующей угрозе.

В итоге сейчас, передает корреспондент 66.ru, у центра все спокойно — здесь собрались не только желающие посмотреть фильм, но и сотрудники полиции. «Патриотов» не видно.

Получить комментарий у Ильи Белоуса, обещавшего сорвать показ, нам не удалось. На своей странице в Facebook он ранее написал призыв просто проигнорировать фильм. «Поступила информация, что центр фотографии, устраивающий показ фильма о фотографе-педофиле, находится на грани банкротства. Весь показ затеян ради пиара и заработка денег за счет этого скандала. Предлагаю помочь отправиться дегенератам в забытье и устроить им игнор», — написал он.

Между тем показ фильма начался, и зрители пришли. В представляемой картине сам Джок Стерджес расскажет о своем видении фотографии и поделится секретами мастерства, а после киносеанса в центре состоится круглый стол с участием искусствоведов и историков фотографии о границах допустимого в искусстве.

«Если вы пришли посмотреть на порнографию, то сегодня вы ее не увидите», — такими словами встречали журналистов сотрудники «Марта».

— Сегодня фотографа Стерджеса знают все, но никто не знает о его работе. Его фотографии восходят к античному искусству, красоте человеческого тела. Сегодняшний фильм — о работе фотографа, о любви, о взрослении человека.

Беркович отметил, что во всей этой истории с выставкой в Москве общество увидело себя, а не работы.

Напомним, новый детский омбудсмен Анна Кузнецова обвинила организаторов выставки из Центра фотографии имени братьев Люмьер в демонстрации детской порнографии и потребовала закрыть выставку Джока Стерджеса. В начале недели вход на выставку блокировали члены организации «Офицеры России», а один из активистов облил фотографии мочой. В итоге организаторы решили закрыть выставку, «чтобы не навредить всему Центру фотографии».

При этом в центре фотографии «Март», наоборот, решили рискнуть и воспользовались ажиотажем вокруг имени Стерджеса: изначально в расписании на сегодня стояло кино о фотографе Поле Стрэнде, но организаторы переставили сеансы.

В Екатеринбурге показали фильм о Джоке Стерджесе

После закрытия в Москве выставки американского фотографа Джока Стерджеса — мастера обнаженной натуры — накал страстей по поводу его творчества переместился на Урал. В Екатеринбурге показали фильм о нем «Джок Стерджес. Линия красоты и грации». В просветительских целях, при этом в просмотре принимали участие известные городские искусствоведы. Без провокаций не обошлось.

Репортеры, фотографы, операторы — такого внимания со стороны прессы центр фотографии в Екатеринбурге еще не удостаивался. Люди у дверей здания начали собираться за час до показа ленты о Джоке Стерджесе. Накануне общественные активисты пообещали любым законным способом не допустить выхода на экран «педофильского фильма». Учитывая печальный опыт московских коллег, кураторы центра поспешили обезопаситься заранее.

До начала показа полицейские в форме ненадолго появились у дверей центра, а затем наблюдение снаружи продолжили сотрудники в штатском. Однако провокация, которую все ждали на улице, произошла внутри, сразу после показа фильма «Линия грации и красоты». В этой часовой документальной ленте Стерджес и его модели дают интервью прямо на съемочных площадках. В кадре фотограф делится секретами мастерства, а молодые девушки, в том числе и обнаженные, рассказывают о нюансах работы со скандально известным автором.

После просмотра фильма категории «18+» зрителей ждала дискуссия. Но вместо критиков и культурологов с самого начала слово взял Денис Порядин. Собравшимся он представился как неравнодушный гражданин.

«Этот старый извращенец, который совращает детей, эти больные женщины, которые окружают его — самое страшное, что это разрушает души детей!» — уверен он.

Дальше словесной перепалки дело не пошло, и помощь полиции не потребовалась. Выводить возмутителя спокойствия из зала не стали. Напротив, на претензии Порядина попытались ответить многочисленные искусствоведы.

«Я совершенно против такого рода нападений на выставки, или, как тут мы слышали, когда человек пытается сразу «задавить» всю дискуссию. А дискуссия — про границы допустимого в искусстве, про то, является что-то искусством или нет, про то, почему именно сейчас такую выставку показывают. Такого рода вещи, конечно, должны обсуждаться», — убеждена фотографический критик, преподаватель Виктория Мусвик.

Даже несмотря на скандал, организаторы кинопоказа остались довольны накалом дискуссии. Столкновение разных точек зрения — как раз то, чего и добивались кураторы центра. Вот только сама культура спора, по их словам, могла бы быть и повыше. Впрочем, возвращаться к теме Джока Стерджеса и его творчества на Урале в ближайшее время не планируют.

Джок Стерджес: хочу это развидеть

nocomis
September 27th, 2016

В сети не спадает волна обсуждения закрытия скандальной выставки Джока Стерджеса.
Как ни странно поднял волну журнал Лены Миро, точнее теми, кто за ней стоит. Журнальчик скандальный, проповедует идеи полного подчинения женщины мужчине и отрицания женской самоценности. И вдруг, как гром среди ясного неба, Лена Миро достала фотки фотографа Джока Стерджеса, работами которого тихо-мирно наслаждались московские педофилы на выставке «Без смущения» и предъявила их общественности с вопросом: Доколе?
Тут все и завертелось. Депутат Елена Мизулина мигом настрочила запрос в прокуратуру, чтобы компетентные органы разобрались, не подпадает ли искусство Джока под статью УК, а крепкие ребята из организации «Офицеры России» бойкотировали выставку. Выставка слилась, но интернет-баталии не утихают. Причем писанина некоторых топ-блогеров показывает, что либо часть нашего общество в лице этих топов и их подпевал сошла с ума, либо здоровую часть общества намерено сводят с ума путем психологических манипуляций. В этом оказались задействованы очень многие на первый взгляд адекватные авторы, но тут они сбросили маски и явились во всем своем моральном уродстве. Имена перечислять не буду, дабы не делать им рекламу, а вот тезисы, которыми оперируют эти двуногие прямоходящие особи, разберу, чтобы показать их методы.
Во-первых, Лену Миро обвиняют в демонстрации скандальных фотографий, тем более, что конкретно-этих фотографий на выставке не было. Мол, Лена Миро сама не лучше Джока, а привлечение общественного внимания способствовало лишь ненужной рекламе и горе-выставке и горе-фотографа. Мол, кто бы знал этого Джока с его педо-фотографиями, если бы не Лена Миро.
Позиция, по меньшей мере, странная. Получается, что виноват не тот, кто наложил кучу в общественном месте, а тот, кто ее обнаружил и предложил убрать. Давайте все вместе заткнем носы, окружим кучу заборчиком и будем обходить кучу стороной. Если я не вижу кучу – значит, ее нет, мне так хорошо в моем мире розовых пони и белых единорогов, не возвращайте меня из фантазий в этот реальный мир с большой вонючей кучей. Однако наложила кучу, а точнее организовала выставку педо-фотографа отнюдь не Лена Миро, поэтому претензии к ней безосновательны. Что же касается рекламы, педо-фотограф очень известен и без поста русско-язычной блогерши. Он уже достиг той степени славы, к которой стремился.
Кто такой этот Джок Стерджес и что представляют собой его работы? Джок прославился фотографированием голых девочек старшего детского и подросткового возраста в завлекающих позах. Чтобы этого НЕ увидеть, надо иметь вывихнутый мозг.
Вот тут и начинается газлайтинг, т.е. манипуляция сознанием, когда манипулятор сводит жертву с ума, приписывая ей собственные мысли и мотивации. Он говорит: это ВЫ видите в фотографиях Джока эротическое содержание, а Я вижу лишь красивых детей, т.е. вывихнутое сознание у нормальных людей, а ненормальные скрывают свою ненормальность за ложью, а им солгать – что почесаться, их даже детектор лжи не раскалывает.
Есть ли объективные критерии эротического посыла фотографий? Да, есть. Дети сняты в искусственных условиях павильонной съемки с демонстраций половых органов в позах, однозначно трактующихся, как сексуальный призыв.
Разведенные ноги, взгляд снизу вверх, взгляд искоса – не хочется перечислять все признаки СИГНАЛА, который обычно посылает вожделеющая самка самцу. Считывание сигналов первой сигнальной системы (поз и положений) происходит на уровне подсознания и трудно вербализуется (рационально осознается и переводится в слова), на этом играют манипуляторы, отрицая очевидное. Обычно на этом этапе манипуляции манипулятор требует точного определения понятия: что есть эротика? Почему взгляд искоса – сексуальный призыв? А я считаю, что в этом нет призыва и др. Так заболтать можно любую тему. Например, попробуйте дать определение понятию «жизнь». На самом деле сложный вопрос, хотя на базаре никто не заплатит за дохлую корову цену живой.
Следующий посыл манипуляторов: если снимать голых детей нельзя, но надо привлекать к ответственности людей, которые фоткают младенцев в ванной и др. К этому тезису привлекают картины Дейнеки и Петрова-Водкина с «купанием красного коня».
Сама по себе нагота асексуальна. Стобы зажглось сексуальное желание, кроме голого тела должен быть сигнал готовности. Поэтому голые люди, занимающиеся своими повседневными делами, нормальными людьми не воспринимаются, как сексуальные объекты.
Дети, играющие в куличики, брызгающиеся в воде, и даже купающие коней – заняты нормальными детскими делами. В этих ситуациях нагота воспринимается естественной. Играющие голенькие детки вызывают чувство умиления. Джок Стерджерс фотографирует детей не за их естественной детской деятельностью. Детям специально приданы призывные позы, аналогичные тем, что показывают во взрослых журналах, ориентированных на мужскую часть населения.
То же самое можно сказать про обнаженную натуру в живописи и скульптуре. Да, есть работы художников и ваятелей откровенно эротического содержания, но там изображены взрослые люди. Следующий аргумент манипуляторов: давайте запретим Аполлона Бельведерского, Давида и др. Повторюсь: сама по себе нагота асексуальна. Означенные персонажи занимаются делами, никак не связанными с сексом. Аполлон – стреляет из лука, правит квадригой коней, Давид собирается запустить камнем из пращи, и др. Вас всерьез раздирает сексуальное желание, глядя на лицо Давида, искаженное яростью боя? Говорят, когда эту статую установили на площади Флоренции, горожане забросали ее камнями от ужаса. До настоящего времени Давид стоит в таком развороте, что поймать его взгляд невозможно: на этом месте колонна. Глядя на работы античных и классических ваятелей и художников, видишь красоту человеческого тела, а не гениталии, открыты они, прикрыты – это самое меньшее, что волнует в восприятии образов Богов и Героев.
Опять же, художники и ваятели по большей части создают обобщенные образы: Венера, Давид, Аполлон – это не конкретные люди, даже если художник работал, используя живую натуру.
Поэтому все разговоры, что если мы не принимаем работы Джока, то надо запретить и Дейнеку с Микеланджело – мимо.
Следующий аргумент. Джок фотографировал свою приемную дочь по ее желанию, поэтому его фотографии можно распространять. Такое мог сказать лишь латентный педофил. Правильнее было бы сказать, что Джок совершил развратные действия со своей приемной дочерью, пользуясь ее беззащитным положением. Взрослый всегда может навязать свою волю ребенку, и вот от таких взрослых общество и государство должно защищать детей, ибо дети сами себя защитить не могут.
То же самое можно сказать и на аргумент, что Джок фотографировал девочек в общине нудистов, где нагота привычна и не вызывает стыдливости. Джок мог фотографировать девочек и в племени Мумба-Юмба, где испокон веков все ходят голыми, за их повседневными делами, однако, боюсь, если бы он устроил в этом племени павильонную съемку в тех позах, что запечатлены на фотографиях, ему бы не поздоровилось. Белые нудисты намного сговорчивее, и за 30 серебрянников продали своих детей фото-развратнику.
Дети не могут дать информированного согласия на эротическую фотосъемку в обнаженном виде, потому что не понимают, что это такое и к каким последствиям данная съемка приведет. О взрослых, давшим такое согласие, плачет статья УК, потому что развратные действия там налицо. Только представьте, как этот педо-фотограф усаживает модель, объясняет ей (девочке лет 10) как ей надо правильно раздвинуть ноги… Или ничего не говорит, а своими руками дотрагивается до внутренних поверхностей бедер… Чтобы получился нужный кадр, ага.
Сравнение с врачами тоже мимо. Врач проводит осмотр ради спасения здоровья и жизни пациента, и то многие дети очень негативно относятся к врачам и активно сопротивляются осмотру.
Одна психологиня-блогерша выдала перл: мол, зачем закрыли выставку, ведь ей присвоили категорию 18+. Пусть желающие развратиться ходят, смотрят… Это как? С живых детей сделали такие фотографии, которые этим самым детям и показать нельзя? Если фотографии 18+, то детям на таких фотографиях не место.
Еще аргумент манипуляторов: на выставке не было уж совсем скандальных фотографий из тех, что показала Лена Миро. И что? Эта двуногая прямоходящая особь Джок Стерджес запятнал себя, сняв девочек в эротических позах настолько, что ему и его работам не место в обществе людей. Люди, которые заплатили деньги за посещение выставки с работами педо-фотографа, дают ему возможность безбедно жить, в то время как ему самое место бомжевать на свалке, коль скоро закон не позволяет засадить его за решетку.
Красивые ли дети на фотографиях? Красивы. Педо-фотограф – мастер художественной фотографии, ему не откажешь в своеобразной эстетике. Однако нужна ли нормальным людям его эстетика, эротизирующая детей?
Искусство не бывает само по себе и само для себя. Искусство – всегда – обслуживает интересы общества и\или его части. Общество, если оно нормальное и хочет сохраниться, должно ограничивать особо ретивых художников в их «исканиях себя». Человеческое общество стало человеческим, подчинив животные инстинкты социальным требованиям. Растормаживая животные инстинкты, люди перестают быть людьми, стремительно деградируют и вымирают.
Блогеры, защищающие педо-фотографа Джока – уже не люди, ибо показывают, что им чужды людские социальные нормы, они не понимают человеческого языка поз, у них атрофировались человеческие эмоции, ибо они не в силах отличить эротику от естественной обыденный наготы. Двуногие прямоходячие – среди нас, их трудно отличить от людей, но иногда они расчехляются. К сожалению, человеческое общество пока еще не выработало защиты от нелюдей, но учитесь опознавать их, избегать их и по возможности загонять в рамки человеческой морали.
Сказав «нет!» педо-художнику Джоку и его развратной выставке общество показало, что у него есть будущее.

Интервью с Джоком Стерджесом – фоторедактор

Джонатан Блауштайн: Как вы пришли к фотографии как к средству самовыражения?

Джок Стерджес: Это важный вопрос, потому что ответ закладывает основу для работы всей моей жизни. В восемь лет меня отправили в летний лагерь. И с восьми лет я был в интернате или летнем лагере, пока я не поступил на флот в 1966 году.

Довольно молодо, чтобы быть вдали от дома. Все это были школы-интернаты для мальчиков и лагеря для мальчиков.У меня было также четыре брата, и все они были точно так же сосланы. Нет сестер.

Так вот, по обстоятельствам, именно в этих школах и лагерях я был обязан найти ту семью, которую смог, среди других мальчишек. И с самого начала у меня была тяга к прекрасному. Из-за цепи обстоятельств, связанных с несколькими сломанными руками, мне не разрешали заниматься спортом в течение нескольких лет, и в итоге я украл камеру у одного из моих соседей по комнате, который, в свою очередь, украл ее у своего отца. В конце концов я смог сделать отпечатки с работы, которую я делал.Мать моего соседа по комнате пришла в гости и увидела несколько отпечатков своего сына на стене, сняла их и сохранила.

ДБ: (смеется) Серьезно?

ДС: Но она мне за них заплатила!

ДБ: Хорошо.

JS: Какое тогда было небольшое состояние.

ДБ: Сколько тебе было лет?

ДС: В то время мне было около одиннадцати.

JB: Вы продали свою первую работу в одиннадцать? Я не слышал этого раньше.

ДС: Я сразу же обнаружил, что родители многих моих друзей страдали от чувства вины за то, что отправили своих детей в школу в таком раннем возрасте, так что, как оказалось, для меня это был хороший рынок.Кое-кто из моих друзей, в свою очередь, понял, что это что-то вроде кассового аппарата, и, конечно же, хотел получить долю

ДБ: Я продавал ремешки. У меня был друг, который делал их, и я был в основном посредником, продавая ремешки в столовой, вероятно, в седьмом классе. Думаю, вы меня побили, за раннее понимание капитализма.

ДС: Капитализм был для меня побочным эффектом. Это, конечно, очень понравилось, потому что у нас не было денег на расходы. Но на самом деле я хранил изображения своих друзей, потому что в конце учебного года или в конце лета многие дети пропадали.Ты больше никогда их не увидишь. Их родителей перевезут в Европу или еще куда.

Это был способ сохранить семью. И красота тоже была для меня большой частью этого. Мальчики могут быть очень красивыми, и меня это привлекало с самого начала. Задолго до этого, когда мне было пять лет, мои родители переехали в дом в Провиденсе, который принадлежал моему двоюродному дедушке Говарду Стерджесу — легендарному бонвивану, который большую часть жизни был партнером Коула Портера. Так или иначе, на книжных полках этого дома стоял большой набор US Camera Annuals, который мне просто нравился.Там я необъяснимым образом влюбился в Грейс Келли из-за двух изображений ее купания в озере Комо. Я был сильно влюблен в нее. Мне было пять или шесть лет.

У меня нет конкретного объяснения, почему этот эстетический аппетит существует у Homo Sapiens, даже у маленьких детей, но он есть.

ДБ: Я хотел спросить, едете ли вы с северо-востока. Была ли ваша семья частью культурной традиции школы-интерната?

ДС: Справедливости ради стоит сказать, что моего отца самого отослали в том же возрасте.Это было просто так, как это было сделано. Английский узор. Моя семья происходила из денег, но за несколько поколений до них. Мне нравится описывать их как стоявших лагерем на руинах большого состояния.

Итак, я вырос с атрибутами привилегий, но почти без экономических рычагов. Хорошие школы и т. д. на самом деле оплачивались родственниками. Я вышел из этого, постоянно фотографируя, но в основном только других мальчиков, потому что я был рядом с ними. Только после четырех лет службы в армии, где я три года работала переводчиком с русского и жила в Японии, я, наконец, оказалась в среде, включающей женщин.

Это был колледж Мальборо в южном Вермонте. Он был очень маленьким, 200 студентов, и я приехал как раз в разгар сексуальной революции. Единственным школьным правилом было: что бы ты ни делал, просто закрой дверь.

Для меня это был рай. Наконец-то я оказался в контексте женщин и, наконец, по-настоящему счастлив в обществе, потому что, по правде говоря, мне никогда особенно не нравилось говорить о машинах и…

ДБ: Спорт?

JS: Об автомобилях и спорте. Точно. Разговор с женщинами сразу стал для меня более интересным, чем любые разговоры, которые у меня были раньше.Критик, А. Д. Коулман, с тех пор описал меня как обладающую сильным женским аспектом, и я очень ценил это ясное восприятие того, кто я есть. Это действительно соответствует моему собственному самоощущению.

С этого момента я фотографировал только девушек и женщин.

ДБ: Но ваш первый опыт, исходя из вашего возраста и возрастной группы детей, с которыми вы жили, был связан с фотографированием мальчиков.

ДС: Очень даже. Мои коллеги.

ДБ: Как вы думаете, это то, с чем люди знакомы?

ДС: Это было в интервью здесь или там, но это своего рода основа того, откуда все это взялось.

JB: На каком этапе своего развития как фотографа вы начали работать с обнаженной натурой?

ДС: Ненадолго. Когда я был в Marlboro, в Вермонте, я кое-что сделал. Но работа тогда действительно подпитывалась больше гормонами, чем интеллектом. Мне было 22 или 23 года, и я был новичком в сексе и отношениях. Создание фотографий обнаженных женщин показалось мне приятным занятием. Но это заставило меня чувствовать себя опустошенным, каким-то нечестным, поэтому я довольно быстро остановился

Затем, в 1973 году, я посетила феминистский семинар в Миннеаполисе/Сент-Поле в рамках более крупного семинара по альтернативному образованию, который я проводила.Это значительно изменило мою жизнь, потому что я впервые начал по-настоящему понимать проблему объективации в фотографии обнаженной натуры и то, насколько традиционная фотография женщин тяжела для них как для группы. Абразивный, даже.

Я ушел из этого, решив, что не хочу делать такие фотографии, и фактически перестал снимать обнаженную натуру почти на десять лет. Но потом, почти случайно, я наткнулся на то, что создание портретов людей в течение длительного периода времени превратило работу из работы с телом в работу с отношениями.В то же время я оказался в контексте контркультуры в Калифорнии, где нагота была обычным явлением, а стыд отсутствовал. Это было прозрением для меня!

Эта встреча с людьми, у которых не было комплексов по поводу того, что они просто голые, в сочетании с моим опытом с феминизмом в начале 70-х годов и направила меня на совершенно другой путь, чем тот, с которого я начал. Очень к счастью, потому что с тех пор я не фотографировал очень много людей, но я фотографировал людей, которых фотографирую, очень много раз.

JB: Итак, что привело к фотографированию молодых девушек, так это то, что, начав раньше, вы потенциально открыли длительный, многолетний процесс?

ДС: Совершенно верно. На самом деле, с течением времени я все больше и больше интересовался тем, чтобы даже начинать с беременностей, когда это возможно, — начинать как можно раньше, чтобы я чувствовал, что, когда я фотографировал в течение нескольких лет, я действительно знал что-нибудь.

Сейчас снимаю третье поколение. Вы начинаете иметь что-то вроде значительного понимания того, кто такой человек, когда вы знаете его родителей, а затем их родителей до этого, большую часть их жизни.

В этом отношении первые две книги Aperture оказали мне медвежью услугу. Майкл Хоффман не разрешил мне редактировать их в хронологическом порядке, как я хотел. Я отредактировал свою первую книгу «Последний день лета» вместе с замечательным редактором из Aperture, и мы вместе составили хронологию к нашему обоюдному удовлетворению. С каждой из изображенных моделей вы бы видели, как они стареют изображение за изображением, и это рисовало картину отношений.

Это совсем не устраивало Хоффмана.Он хотел отредактировать его графически, поэтому отбросил нашу хронологию как неинтересную и сделал это в основном как упражнение в графике. Его мантрой было: «Вы ничего не знаете о создании книг. Я делаю. Замолчи.»

ДБ: Если бы вы добились своего, похоже, вы создали бы что-то похожее на то, что Николас Никсон сделал с «Сёстрами Браун», что, конечно же, привлекло к нему всеобщее признание.

ДС: Совершенно верно. К тому времени я уже давно занимался исследованиями на протяжении всей жизни.Я хотел, чтобы люди поняли, что это были не просто фотографии красивых девушек, это были долгосрочные отношения с огромным уважением в качестве двигателя, и что проект был открытым и продолжающимся.

Все мои последующие книги со Скало и Стейдлом и т. д., а после ухода Хоффмана даже с Aperture фактически редактировались в хронологическом порядке.

Фанни; Монталиве, Франция, 1990 г. Фанни; Монталиве, Франция, 1996 г. Фанни; Montalivet, France, 2011

JB: Кажется, это прекрасная возможность немного рассказать о том, как ваше видение собственного процесса, ваши мотивы и интеллектуальная любознательность привели вас в одном направлении.Очевидно, что слон в комнате — это то, как аудитория, критики и другие люди отреагировали на то, что вы делаете.

Нет ничего удивительного в том, что ваша работа является одной из самых противоречивых за последние три-четыре десятилетия.

Можем ли мы начать с того, как вы реагируете на реакцию других людей? Каково это для вас, когда вы чувствуете, что ваши собственные действия исходят из одного места, а другие люди реагируют на такой совершенно другой набор предположений?

ДС: Книга Aperture вызвала определенную реакцию, которая была консервативной, как вы описываете.Я думаю, если бы это было отредактировано в хронологическом порядке, это не обязательно было бы так, как это оказалось. Впоследствии большинство этих критических голосов постепенно умолкли, увидев книги, отредактированные в хронологическом порядке, и долгие-долгие промежутки времени.

А потом вышла книга Aperture с Туманным Рассветом, описывающая четверть века ее жизни. Это успокаивало людей. Стало невозможно не осознавать, что должно быть глубокое доверие между моделью, которая столько лет позволяла фотографировать себя, и которая затем включила в процесс своего собственного ребенка.Никакого вреда там нет. Как раз наоборот, на самом деле.

На самом деле, работа материализуется и укрепляется очень позитивно для моделей. Проще говоря, люди, которых я фотографирую, любят и процесс, и работу. Откровенно говоря, люди, которые слишком консервативны, чтобы это оценить, меня не очень интересуют. Меня устраивает то, как сделана работа. Я знаю, что для меня большая радость делать это, а для моделей огромное удовольствие быть в нем.

Наконец, есть только две сущности, перед которыми я отвечаю: я и модели.То, что из этого делает остальной мир, откровенно говоря, просто не так уж интересно и актуально для меня.

ДБ: Контекст имеет ключевое значение. Трудно вести какой-либо разговор об искусстве в 21 веке, не поднимая его.

Здесь я буду говорить прямо. Я видел один деконтекстуализированный отпечаток на стене в Aperture пару лет назад. Раньше я не был лицом к лицу с работой, и это меня сбило с толку. У меня была очень сильная, негативная, интуитивная реакция на это. И я тоже так написал.

Это был всего лишь один отпечаток, кусок, вырванный из повествования, которое вы описываете.Должен сказать, я думаю, что это оказало вам медвежью услугу в этом отношении.

Дж.С.: Мы здесь не для того, чтобы защищать работу и следить за тем, чтобы этого не произошло.

Чтобы развить мое представление об этом, самое важное в моей работе — это отсутствие: отсутствие стыда. Люди, которых я фотографирую, в основном ведут образ жизни без одежды, потому что это образ жизни, который они выбирают. Они не раздеваются для меня. Они так живут.

Это одна из вещей, которую я обнаружил в Marlboro, заключалась в том, что заставлять людей раздеваться для вас — это то, что делалось слишком часто.Это по существу искусственно; вид понятно гормон индуцированный.

У меня есть это визуальное любопытство, и я был очарован, позже, в 70-х, когда я, наконец, приступил к работе, которой я занимаюсь сейчас, реальностью, с которой я столкнулся в контркультуре в Северной Калифорнии. Одеваться или раздеваться диктовала только погода, а не общественные условности. Новый мир.

Там я нашел наготу, так сказать, как нечто органичное для бытия людей. Они совершенно не стыдились себя.Приехав с Восточного побережья, меня немного поразило отсутствие стыда, потому что я вырос на нем.

Это отсутствие, даже на отдельном изображении, может быть захватывающим дух для людей, выросших в среде, где его не существует. Где спрятано тело и где нагота обычно смешивается с сексуальностью. Это действительно не моя проблема, и это не проблема модели. Это проблема зрителя.

ДБ: Вот почему работа вызывает такие сильные разговоры и может так легко оказаться в поле зрения политики.Учитывая времена и десятилетия, о которых мы говорим, вы когда-нибудь оказывались в комнате, беседуя с Робертом Мэпплторпом или Андресом Серрано?

JS: Нет. Я никогда не встречал ни одного из этих двух художников. Я хотел бы, чтобы я сделал, и я был бы заинтригован поговорить с ними.

Мой бросок в качестве теста, так сказать, не был той ролью, которая мне нравилась или которую я принимал каким-либо образом. Я хочу, чтобы этого никогда не было. Но в культурном отношении это было более или менее неизбежно. Тот факт, что я не знал об этом и не подумал предсказать это, еще раз свидетельствует, как указывает А. Д. Коулман, о моей наивности.

Когда мы записываем это интервью, вы находитесь в Нью-Мексико, а я во Франции, на натуристском курорте с летним населением 29 000 человек на Атлантическом побережье. Есть много других подобных курортов вверх и вниз по этому побережью и в других местах в Европе. Я приезжаю сюда уже тридцать лет. Нагота здесь ни для кого ничего не значит. Люди приходят сюда, чтобы существовать, одетые во что хотят. Когда погода прохладная, люди что-то носят. Если у женщин менструация, они обычно носят шорты. Люди носят то, что актуально, или ничего — как им заблагорассудится.

Детей здесь редко одевают, потому что им так нравится быть неодетыми. Если вы какое-то время существуете в этом контексте, это дает вам искусственное представление о разумном поведении по отношению к остальному миру. Это такое удобное место, чтобы быть.

JB: Приятно узнать больше о корнях вашего процесса, особенно для человека, которого так оскорбила работа вне контекста.

Учитывая, что мы говорили о наготе, это кажется хорошим переходом к обсуждению вашего предстоящего семинара с Мастерскими Санта-Фе.Называется «Портрет и обнаженная».

Как долго вы преподаете?

ДС: Почти всю мою жизнь. Я своего рода учитель по натуре, если можно так сказать без самовозвеличивания. Наверное, это то, что я делаю лучше всего в жизни. Я люблю это.

Меня очень огорчает, что, учитывая политический подход к моей работе, ни один крупный университет, вероятно, не посмеет нанять меня. Но время от времени меня приглашают в качестве лектора, и мне это нравится. Мне особенно нравится смотреть на работу людей, а затем пытаться помочь им понять, как сделать ее лучше.

ДБ: Как вы думаете, в чем преимущества работы в малых группах? Каково это для вас как преподавателя, и что, по вашему мнению, ваши ученики обычно получают из окружающей среды?

ДС: Каждый ученик — другой человек, и моя работа как учителя — попытаться выяснить, кто они, а затем повернуть ключ в их замке, чтобы помочь им стать лучше. Помогите им проявить себя в работе.

В небольшой группе у меня есть время, чтобы пообщаться с отдельными людьми, чтобы попытаться понять, кто они, какие у них навыки и какие навыки они могли бы использовать, чтобы идти дальше.Иногда это способ посмотреть, какое оборудование они используют, а затем выяснить, не расстраивают ли они себя без необходимости, используя оборудование, которое не подходит для того, что им нужно и что они хотят делать. Вы удивитесь, как часто это происходит.

В других случаях речь идет о более широкой философии, лежащей в основе создания изображений; понимать их и то, как они связаны с тем, для чего они, возможно, были рождены. Я не очень люблю художественные школы, где людей часто учат мыслить как бы параллельно — где большое место занимает политический косяк и часто господствует политкорректность.Это может привести к тому, что учащиеся будут проявлять популярные школы мысли, а не личности, которыми они были рождены.

Мои помощники летом приезжают из Norsk Fotofagskole в Трондехейме, Норвегия. Пять лет назад во время фотофестиваля Nordic Light мне представилась возможность оценить работу всего школьного коллектива за один длинный день. Ни у одного ученика не было работы, которая была бы похожа на работу других! Каждый ученик делал полностью оригинальные работы, и все они были очень хорошо сделаны.Это потрясающее фотографическое образование.

Это мой идеал. Я пытаюсь помочь ученикам стать личностями. Я ни в коем случае не хочу, чтобы они были мной. Я бережно отношусь к тем людям, которые думают, что льстят мне тем, что похожи на меня.

JB: Легкие трудные времена? Я еще не разобрался с этим. Я больше привык к трудным трудным временам.

ДС: Я действительно верю в то, что нужно раздувать искры и воодушевлять людей. Выяснить, что они делают хорошо, похвалить их за это, заставить их чувствовать себя хорошо, а затем принять небольшое лекарство, сказав: «И вы могли бы сделать это еще лучше, если…» Я никогда не хочу делать ничего, кроме поощрять студентов.

ДБ: В подобных случаях, когда цель семинара так тесно связана с вашим собственным процессом, вы когда-нибудь поощряли студентов фотографировать людей в одежде? Всегда ли он придерживается ню?

ДС: Абсолютно. Что мне больше всего нравится делать, если это двухдневный семинар, то в первый день мы будем снимать одетых детей. Работа с молодежью обязывает студентов быть порядочными людьми, иначе дети не будут им позировать.

Дети просто не примут человека, который ведет себя с ними грубо, назойливо, властно или напористо.Вы ничего не получите от них при таких обстоятельствах.

Затем, на второй день, переходим к фигуре, на которую приходит много людей учиться. Я еще подчеркиваю, конечно, что к этому человеку нужно относиться как к личности, а не как к модели. Гораздо лучше, если вы будете принимать от них то, что они должны дать, а не указывать им, что делать. Набор идей, которые у нас возникают, когда мы инструктируем модель позировать, крошечный по сравнению с тем, что люди делают естественным образом.

В неуклюжей грации естественной позы гораздо больше красоты, чем в любой неогреко-римской позе.Если я никогда не увижу другого, это будет слишком рано. Меня до смерти тошнит от всех этих рук за головой и всего остального. Нет, спасибо!

В течение пятидневного семинара мы проводим два или три дня для молодых моделей, а затем дни фигурных моделей. Я позволяю группе решать, что они хотят делать.

JB: А как насчет Сан-Мигель-де-Альенде, где проходит семинар? Ты уже бывал там раньше?

JS: Я преподавал там, я думаю, не меньше полудюжины раз.Это потрясающее место. Мой первый семинар там был настоящим открытием, и на самом деле это был мой первый раз в Мексике. Сан-Мигель находится на высоте и обладает огромным очарованием. Для фотографа это рай с блестящими локациями и удивительным светом.

Ассортимент моделей тоже удивителен, потому что это не те переутомленные, изношенные модели, которые у меня иногда ассоциируются с мастерскими. Они, как правило, относительно новы для этого и довольно красивы. Это интересные люди, и студенты семинара влюбляются в них.Они развивают отношения, и, конечно же, это для меня святой Грааль.

ДБ: Я был в этой части Мексики. Это прекрасно. Там есть несколько крутых небольших городов, таких как Гуанахуато и Керетаро. Вы вообще выезжаете из Сан-Мигеля? Есть ли выездные съемки?

ДС: Это все съемки на открытом воздухе, и мы ходим повсюду. Мы ходим на ранчо людей. Мы проводим день на заброшенном серебряном руднике , который находится немного выше. Это долгий путь туда, но это потрясающее место.

Делая это, мы определенно попадаем в настоящую Мексику. Это самый богатый опыт семинара, на который можно когда-либо надеяться. В конце недели мы все довольно измотаны, потому что делаем так много. Уставшие, но счастливые.

Мастерские Санта-Фе устраивают отличный заключительный вечер, на котором видны все работы. Есть слайдовые проекции. Это потрясающий опыт для людей. Это мой любимый семинар, который я вел.

ДБ: Приятно слышать. Я рад, что у нас появилась возможность поговорить об этом, поскольку мастерские Санта-Фе спонсируют эту серию интервью.Мы все знаем друг друга здесь, в Нью-Мексико, и я большой поклонник того, как они продвигают образование и творческую практику.

Не могли бы вы рассказать нам немного о том, над чем вы сейчас работаете?

ДС: Этим вечером я снимаю Флору, которую знаю более 25 лет. Со своими детьми. Так что я делаю там портрет матери и дочери.

Через несколько недель я уезжаю в Китай, где мне предстоит посетить несколько музейных открытий моих работ. Затем я возвращаюсь в Европу, чтобы напечатать новую книгу о 25-летней жизни моей крестницы Фанни со Стейдлом.И вот я наконец-то улетаю домой.

JB: Какое качество света на Атлантическом побережье в это время года?

JS: Качество света ошеломляет. Когда я впервые вышел на этот пляж, 30 лет назад, я вдруг по-новому понял импрессионистов. Свет здесь ошеломляющий. В нем много влаги, а вечером он флуоресцирует. Когда вы на пляже, вещи освещаются со всех сторон.

Тени содержат огромное количество информации.Блики мягкие, с красивой, красивой гаммой. Насыщенность света здесь очень привлекательна.

JB: Вы путешествуете и посещаете музеи или в основном проводите время на пляже?

ДС: Обычно я делаю только одно. Я либо с семьей здесь, либо снимаюсь. Я также часто бываю в Европе зимой. Вот когда я бываю в музеях и на выставках, потому что я всеяден. На самом деле, на меня гораздо больше влияют краски, чем фотография.

Я люблю глотать новое искусство.Это одна из причин, почему я так люблю преподавать, потому что я вижу вещи, которые никогда бы не додумалась сделать сама. Я надеюсь, что я учусь постоянно.

ДБ: Я стараюсь использовать эту платформу, чтобы побудить людей как можно больше смотреть на работу. Как ни странно, когда вы разговариваете с фотографами, они часто говорят, что слишком заняты. Но я считаю, что без хорошего вклада очень мало шансов на отличный результат.

ДС: Не могу не согласиться. Ты то, что ты ешь. Период.

Иногда я учу кого-то старше 60 лет, и часто их учить гораздо труднее.Очень часто они приняли решение и не берутся за новые идеи. Поскольку мне сейчас 66 лет, я в ужасе от этого окостенения.

Я всегда стараюсь заставлять себя, и, по крайней мере, раз в пару дней я делаю снимок, который нарушает некоторые или даже все мои личные правила создания изображений. Я не хочу жить в клетке собственных привычек и практики. Часто эти эксперименты терпят неудачу, но не всегда. Единственная по-настоящему плохая фотография, которую можно сделать, это та, которую не делают вообще.Мы учимся у всех остальных.

Фотограф Джок Стёрджес признал себя виновным в сексуальных домогательствах

ГРИНФИЛД, Массачусетс —

Фотограф, известный своими снимками обнаженных подростков, признал себя виновным в сексуальных домогательствах с 14-летним студентом в середине 1970-х годов, когда он был По словам прокуроров, учитель и родитель общежития в частной школе-интернате в Массачусетсе.

Бывший учитель Northfield Mount Hermon 74-летний Джон «Джок» Стерджес на этой неделе был приговорен к трем годам условно после признания себя виновным в Верховном суде Франклина по обвинению в неестественном и похотливом действии в отношении ребенка младше 16 лет, согласно заявлению. Вторник из прокуратуры Северо-Западного округа.

Стерджесу, который сейчас живет в Сиэтле, судья приказал пройти лечение от сексуального преступника и держаться подальше от жертвы.

Стерджесу было 28 лет, и он работал инструктором по фотографии в школе, когда встретил девушку в 1975 году, заявили прокуроры.

Жертва впервые приехала в Стерджес, когда она была «одинокой, тосковала по дому и не завела много друзей», заявил прокурор Фредерик Бартмон в суде, сообщает The Recorder of Greenfield.

Они сдружились из-за фотографии, и он начал брать ее на съемки, сказал он.По словам прокурора, Стерджес уговорил ее позировать для фотографий топлесс и обнаженной, и они занимались сексом в его фотолаборатории и в лесу.

Судья спросил Стерджеса, согласен ли он с версией Бартмона, и Стерджес сказал, что его это устраивает, но добавил, что «моя память в 74 года не так хороша, как мне бы хотелось», — сообщает The Recorder.

Потерпевшая, появившаяся на слушаниях в понедельник по видеосвязи, рассказала о влиянии на нее ее отношений со Стерджесом.

«Долгое время, многие десятилетия я отказывалась верить, что то, чего я хотела, когда мне было 14 лет, оказалось затяжной формой сексуального насилия и эксплуатации», — сказала она в заявлении о воздействии.«После того, как я провел время в Нортфилд-Маунт-Хермон, я развалился. У меня был полный нервный срыв, я страдал от крайней деперсонализации и беспокойства до такой степени, что не мог нормально функционировать в школе или обществе».

В 2017 году Стерджесу было предъявлено обвинение в изнасиловании, предусмотренном законом, но он согласился с меньшими обвинениями.

Фотографии Стерджеса появились в галереях по всему миру, и было опубликовано несколько книг с его работами, хотя многие считают его изображения не более чем детской порнографией.

Федеральные власти Калифорнии расследовали дело о детской порнографии в 1990 году, но большое жюри отказалось предъявить ему обвинение, сообщает The Los Angeles Times.

Стерджес защитил свою работу.

«Это просто праздник красоты», — сказал он о своих фотографиях в интервью Associated Press в 1997 году, когда христианская группа «Фокус на семье» проводила кампанию за запрет его книг в Пенсильвании.

«Мы благодарим оставшуюся в живых за ее мужество, проявленное и разоблачающее неправомерное поведение подсудимого», — сказал прокурор Северо-Западного округа Дэвид Салливан.«К счастью, течение времени не помешало Содружеству привлечь подсудимого к ответственности за его преступления и добиться некоторой справедливости в этом деле».

Джок Стерджес и Дэвид Гамильтон: два разных способа фотографирования молодых женщин

В Международный женский день интересно снова задуматься о том, как женщины изображаются как в искусстве, так и в фотографии.

Библейская героиня Сюзанна изображалась и сексуализировалась со времен Ренессанса и является прекрасным примером изменения общественного и художественного отношения к женщинам.Ее история рассказана в книге Даниила. Она купалась в своем саду, а группа старейшин наблюдает за ней.
Они говорят ей, что если она не вступит с ними в половую связь, они обвинят ее в прелюбодеянии, наказанием за которое является смертное забивание камнями. Она отказывается, и ее судят. Даниэль вмешивается в суд, и ее оправдывают. Старейшины были побиты камнями (в плохом смысле). Поскольку история рассказывает о ней обнаженной в своем саду, это отличное сочетание библейского, что сделало ее художественное представление приемлемым, и эротического, что сделало ее интересной.

Алессандро Аллори, пожалуй, самая эротичная из версий эпохи Возрождения.

В более современных версиях, таких как версия Самсонова, Сусанна представлена ​​как гораздо более неоднозначная фигура. Она – не столько жертва, сколько участник, хотя и не по своей воле, но ее роль, безусловно, изменилась.

Мой комментарий см. Сюзанна: от библейской героини до поп-порнозвезды

Двумя современными фотографами, которые во многом символизируют изменение отношения к женщинам, в обоих случаях к молодым женщинам, являются Дэвид Гамильтон и Джок Стерджес.

Я много и часто критически писал о Дэвиде Гамильтоне.

В связи с бурей споров вокруг самоубийства Дэвида Гамильтона стоит изучить работу Джока Стерджеса, американского фотографа, который пострадал от рук своих критиков почти так же, как и Гамильтон. Однако на этом сходство практически заканчивается.

Немного предыстории Стерджеса:

«25 апреля 1990 года группа агентов ФБР и офицеров Департамента полиции Сан-Франциско совершила налет на студию фотографа Джока Стерджеса, захватив его камеры, его отпечатки, его компьютер — все, что касалось его творчества как всемирно признанного изобразительного искусства. фотограф, большая часть работ которого связана с портретами обнаженных детей и подростков.Сотрудники правоохранительных органов обнаружили, что они взяли на себя ответственность за одну из арт-элит, поскольку художественные сообщества, как в Сан-Франциско, так и на национальном уровне, сплотились вокруг Стерджеса, его работ и легитимности уважительных фотографий обнаженных детей и подростков. В конце концов большое жюри Сан-Франциско отказалось предъявить Стерджесу какие-либо обвинения.

Работа Стерджеса снова подверглась судебной критике. Большое жюри в Монтгомери (Алабама) и Франклине (Теннесси) предъявило книжному продавцу Barnes & Noble обвинение в детской порнографии и непристойности за продажу книги Стерджеса Radiant Identities, а также работы британского фотографа Дэвида Гамильтона.

Сторонники Рэндалла Терри и его организации Operation Rescue, наиболее известной своими протестами против клиник для абортов, берут на себя ответственность за привлечение внимания прокуратуры к книгам посредством таких действий, как физическое уничтожение книг в магазинах Barnes & Noble.

Рэндалл Терри

«Генеральный прокурор штата Алабама, баллотирующийся на переизбрание, постулирует, что моя работа представляет собой «непристойный материал о людях младше 17 лет, причастных к непристойным действиям».Это довольно пугающий язык, потому что на самом деле люди на моих фотографиях вообще не участвуют в каких-либо действиях», — сказал Стерджес».

«Меня всегда привлекали и очаровывали физические, сексуальные и психологические изменения, и в этом есть эротический аспект».

Он не стремится преуменьшить эротическое содержание своих фотографий. Но это совершенно иная природа, чем в Гамильтоне.

«Я всегда сразу же признаю то, что очевидно, а именно то, что Homo sapiens по своей природе эротичен или чувственен по своей природе.

 Я утверждал, что значительная часть работ Дэвида Гамильтона относится к сфере эротической порнографии. Я бы также сказал, что серьезное рассмотрение работ Джока Стерджеса, чья работа, я бы сказал, никоим образом не является порнографической, подтвердило бы это различие.

Стерджес отличается от Гамильтона во многих отношениях, не последним из которых является то, что Стерджес изображает скрытую сексуальность своих моделей как часть процесса взросления, тогда как Гамильтон по большей части был гораздо более затаившим дыхание вуайеристом.И в работах Гамильтона есть уступчивый эротизм и юношеское лесбиянство, которых полностью нет у Стерджеса.

Во многих смыслах подход Стерджеса к своим объектам олицетворяет то, что он беспристрастный фотограф, который, в отличие от Гамильтона, наблюдает, а не приукрашивает.

Моя любимая фотография Стерджеса.

Две молодые женщины на фотографии полны настроя, они антимодели. Тот, что слева, кажется, говорит: «Вы хотите фотографию! Хорошо.Сфотографируй это». Это контраст с работами Гамильтона, такими красивыми и коммерческими. Модели осознают, что их фотографируют, и им нужно быть красивыми.

Чего точно не скажешь о двух девушках на фото Стерджеса

Я думаю, что Стерджес, безусловно, сделал фотографии намного лучше, особенно с точки зрения композиции.

 

Нравится:

Нравится Загрузка…

Родственные

порно.html

cporn.html

ДЕТСКАЯ ПОРНОБОРЬБА С ФОКУСОМ НА ДВУХ ФОТОГРАФАХ КНИГИ; ПРИЧИНЕНИЕ: ПРОИЗВЕДЕНИЯ ДЭВИДА ГАМИЛЬТОНА, ДЖОК СТАРДЖЕС ЗАВОЕВЫВАЮТ Хвалу, КАК ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО. НО В НЕПРИЯТНОСТИ ОБВИНЯЮТСЯ СОБАКА ОБА

ДЖ. Р. МЁРИНГЕР,


СОТРУДНИК TIMES

Лос-Анджелес Таймс

8 марта 1998 г.

Девушка на фотографии — архетипическая младшая сестра. Не более 12, ее тело мальчика, но лицо чисто женское.Контраст настолько сильный, что вы почти не замечают: у нее вызывающий взгляд и больше ничего.

Фотография заманчивая, захватывающая, в глазах многих это прекрасное искусство. Но в Алабама, Южная Каролина, Колорадо и другие места — это лучшее непристойность. Сколько бы музеев ни вешали ее на стены, фотография рассматривается в некоторых частях Америки как «детская порнография».

И в один прекрасный день суды тоже могут так увидеть.

От Дарвина до Мэпплторпа, от Элвиса до 2 Live Crew, границы бесплатного речь вечно исследуется и за нее вечно борются.Итак, две недели назад это казалось просто еще одним днем ​​в жизни 1-й Поправки, когда Большое жюри Алабамы предъявило обвинение продавцу книг Barnes & Noble в торговле «непристойностью». а именно две настольные книги от двух уважаемых издателей.

Но это не бой твоего отца против 1-й поправки. Этот ожесточенный спор о известные фотографы Дэвид Гамильтон и Джок Стерджес сосредотачиваются как на намерения и содержание их работы, на их «фонах», а также их на первый план, на неортодоксальные убеждения Гамильтона о молодых девушках, а также Тревожное поведение Стерджеса по отношению к одному из них.

В частности, большое жюри Алабамы процитировало «Эпоху невинности» автора Гамильтона и «Сияющие идентичности» Стерджеса, две книги большого формата, высококачественные фотографии, которые, по мнению тысяч критиков и потребителей, социально приемлемым, даже замечательным.

Но обе книги сосредоточены почти исключительно на голых девушках, балансирующих на полу. пропасть полового созревания. Иногда девушки изображаются многозначительно, иногда эротично. На типичной фотографии Стерджеса девочка лет 10 лежит на спине. на футоне, ее руки вытянуты, ее обнаженные гениталии привлекают внимание зрителя к центру кадра.На типичной фотографии Гамильтона 13-летняя девочка смотрит на ее новые груди, касаясь их неуверенно.

Еще до того, как Алабама предъявила Barnes & Noble обвинение в совершении уголовного преступления по 32 пунктам. наказывается штрафом в размере 320 000 долларов, штат Теннесси предъявил обвинение крупнейшему в стране книготорговец с мелкими нарушениями государственного закона о непристойности, ссылаясь на то же книги, плюс одна Стерджеса.

В Канзасе, Вирджинии, Миссури, Флориде, Небраске, Пенсильвании и, по крайней мере, 20 других штатов, группы оказывают давление на местных чиновников, чтобы они сделали то же самое, призывая полиция и прокуратура рассмотрят фотографии Гамильтона и Стерджеса и объявят им детская порнография.

Таким образом, фотографии не будут защищены 1-й поправкой, поскольку Верховный суд США исключил детскую порнографию из прав самовыражение. Но в своем последнем знаменательном постановлении о детской порнографии 16 лет назад судьи оставили суды низшей инстанции и законодателей разбираться с тем, что представляет собой сексуальное изображение детей, наряду с еще более туманным вопросом смягчающих факторов, таких как художественные достоинства и возмещающая общественная ценность.

Профили, портфолио, вызывающие проблемы у полиции

Теперь идут работы Гамильтона и Стерджеса, двух художников, чьи работы сексуализируют детей, двое мужчин, чьи профили беспокоят сотрудников правоохранительных органов, как столько же, сколько их портфолио.

«Это представляет случай прямо посередине, в котором художественная ценность утверждалось, что произошло именно от детской эротики», по словам Джека Балкин, рыцарь-профессор конституционного права и 1-й поправки Йельского университета Школа.

Другими словами, однажды в зале суда могут возникнуть жаркие споры не только по поводу является ли произведение искусства непристойным само по себе, но также и художник.

«Это поднимает вопрос о том, хотите ли вы охарактеризовать этих людей как подлые сводники или серьезные художники», — говорит Балкин.»Это действительно то, что в ставка».

Также на карту поставлена ​​свобода Стерджеса. Второй раз за восемь лет он объект расследования Министерства юстиции США. представитель департамента Джон Рассел не будет комментировать, за исключением того, что скажет: «мы проверяем работу», чтобы убедиться, что она представляет собой детскую порнографию.

Но в последний раз, когда федеральное правительство расследовало Стерджеса, в В 1990 году полиция и федеральные агенты ворвались в его студию в Сан-Франциско, где они утверждал, что нашел фотографии обнаженных детей (гениталии «ярко выставлены», по сообщению одной газеты со ссылкой на агентов ФБР) вместе с письмами и фотографии, на которых предполагалось, что Стерджес был в сексуальных отношениях с 14-летняя девочка.Это отношения, которые Стерджес не отрицает.

Мнение инспектора остается прежним

«Мне было интересно, когда это снова всплывет, — говорит Томас Л. Эйзенманн, инспектор в течение 18 лет в отделе по эксплуатации детей Сан-Франциско. Полицейское управление.

Это Айзенман руководил тем налетом на квартиру Стерджеса восемь лет назад. Эйзенманн, который засунул ногу в дверь, когда Стерджес попытался ее захлопнуть. И это был Эйзенманн, фотограф-любитель, хранивший копии многих Стерджесов. фотографии, которые он теперь использует для обучения полицейских педофилам.«Я думал, что это детская порнография, — говорит Айзенманн. «И я все еще делаю.»

Но большое жюри этого не сделало. После того, как работа всей жизни Стерджеса была увезена и помечена в качестве доказательства, после того как его имя было замазано грязью, большое жюри решило не обвинять. Почему остается неизвестным, потому что файлы запечатаны и никто в Министерство юстиции обсудит дело в ожидании результатов текущего изучение.

Если фурор, казалось, утих после того, как Стерджес был оправдан, на самом деле это было только кипение.Недавно он снова начал пузыриться в Уичито, Канзас и Палм. Сити, штат Флорида, и Глендейл, штат Колорадо, по всей карте, как консервативные группы продолжал обмениваться возмущенными заметками и новостями о Гамильтоне и Стерджесе и время от времени обращались с жалобами к местным чиновникам, но большинство из них ничего не предпринимали.

Затем, прошлым летом, в дело вмешался Рэнди Терри. Основатель боевиков Группа противников абортов Operation Rescue услышала о Гамильтоне и Стерджесе и отправилась прямо в его местный Barnes & Noble.

«Честно говоря, я не верил, что Barnes & Noble продает детей. порнографию, — говорит Терри. — Мы с женой покупаем там много лет. Это отличный книжный магазин».

Но просмотрев книги, Терри и его жена решили, что сомнений нет. Гамильтон и Стерджес занимались детской порнографией. В августе Терри собрали группой сторонников и вернулся в книжный магазин, разорвав одну Стерджес книга, которую они смогли найти. По словам Терри, была вызвана полиция, но никто не был арестован. он утверждает, потому что офицеры были больше оскорблены книгой, чем протестующие.

Это было началом огненной бури. Подпитывается национальным синдикатом Терри радиошоу, люди в десятках городов начали выстраиваться в пикеты возле своих местные книжные магазины, иногда совершая набеги на полки. Некоторые из тех, кто думал, что никогда соглашаться с Терри ни в чем, изучали книги и находили себя на его стороне.

«Я бы определенно сказала, что эти фотографии — детская порнография», — говорит Энн. Саймонтон, бывшая модель купальников для Sports Illustrated, ныне глава отдела СМИ. Watch — группа, отслеживающая культурную эксплуатацию женщин.

В Уичито группа под названием Kansas Family Research Institute подала петицию. стремление заставить большое жюри сойти с ума, что может произойти в ближайшие 60 лет. дней. Дэвид Пейн, лидер группы, говорит, что проблема не так сложна, как кажется.

«Нет такой вещи, как конституционная защита от жестокого обращения с детьми», — сказал он. говорит. «Независимо от художественных достоинств произведения, таких как техническое качество и композиция фотографий, дело в том, что это фотографии дети, несовершеннолетние, изображенные в обнаженных и вызывающих позах.»

Несмотря на растущее давление, Barnes & Noble обещает продолжать закупать товары. Гамильтон и Стерджес. С другой стороны, многие из 483 магазинов компании как сообщается, хранят книги скрытыми, запертыми или хранят их только у покупателя. запрос.

«Происходящее очень просто понять», — говорит Стерджес. «Эти экстремисты в основном используют меня как политическое средство для создания более высокого профиль для своих организаций».

Он добавляет: «В моей работе нет ничего криминального.То, чего нет в этих картинки, которые сводят людей с ума, — это позор».

50-летний Стерджес настаивает на том, что у него есть согласие и поддержка всех его моделей, плюс их родители. Он говорит, что встречает их на нудистских пляжах и в нудистских колониях. перемещается среди них как член их большой семьи.

«Цель этих фотографий — сделать их красивыми», — говорит он. «Я нахожу гомо sapiens быть необычайно красивым видом».

Но в одном случае семейные отношения Стерджеса с его молодыми моделями пошли наперекосяк. шаг вперед.Когда ему было 28 лет, он вступил в половую связь с 14-летняя Дженнифер Монтгомери.

В то время она была ученицей школы-интерната Новой Англии; он был ее общежитием советник. Они стали близкими, когда он начал использовать ее в качестве модели и остался так на годы.

Сегодня Монтгомери 36 лет, она кинорежиссер, живет в Бруклине, штат Нью-Йорк. говорит, что эпизод со Стерджесом оставил ее «поврежденной», но она справилась с этим, в 1995 году снял квазидокументальный фильм «Искусство для воспитателей детей». которой она изображает Стерджеса в равной степени глупым, неряшливым и неискренним, человеком, использовал фотографию, чтобы заставить молодую, пухлую, растерянную девушку раздеться.

Фильм принес ей известность и стипендию Гуггенхайма, но также она на экранах радаров правоохранителей повсюду. Питтсбург Большое жюри, расследующее Стерджеса и его работу, недавно вызвало ее в суд, вероятно, По ее словам, это не последняя повестка в суд, связанная со Стерджесом.

В некотором смысле Монтгомери олицетворяет противоречивые отношения, которые многие Творчество Стерджеса, принятое культурным мейнстримом. (Один Стерджес фотография висит в Музее современного искусства; другой иллюстрирует обложку Новый роман южной писательницы Эллен Гилкрист, обладательницы Национальной книжной премии.) Монтгомери признает, что то, что Стерджес сделал с ней, было неправильным, и утверждает, что его фотографии детей однозначно сексуальны.

Тем не менее, она не думает, что его следует преследовать, потому что их отношения был «согласованным». И она только высоко оценивает сочные качества его отпечатки.

«Это сбивает с толку», — признает она. «Но это жизнь. Она не черно-белая».

Стерджес говорит, что фильм Монтгомери «отчасти основан на реальных событиях. очень резко поляризуется переходом к радикальному феминизму, который г-жаМонтгомери сделал».

Хотя он не считает ее фильм художественно слабым и пронизанным искажения, особенно его изображение его как пустого болтуна и целеустремленный соблазнитель, Стерджес выражает только симпатию к Монтгомери.

«Она блестящий человек», — говорит он, добавляя, что это была ее редкая гениальность. что привлекло его к ней, когда ей было 14.

«Я не донжуан, — говорит он. «У меня было четыре отношения в моей жизни. Вот и все. Период. Она была второй.И это было в то время, когда я разводиться с женой. Я был уязвим и принимал плохие решения. Это сейчас это явно смущает, но в свете моего уважения к ее уму и высота ее интеллекта — я человек «.

Для Гамильтона, эротика маленьких девочек

В отличие от Стерджеса, который гораздо менее популярен в коммерческом плане, но более критичен. похвалы, 65-летний Гамильтон откровенно говорит, что секс — это большая часть того, что он делает с камерой. Маленькие девочки «эротичны», говорит он, просто и ясно.Его фотографии — самые из которых туманны и красочны, что резко контрастирует с суровым изображением Стерджеса. черно-белые изображения — стремятся выявить этот эротизм.

Романтические подписи еще больше подчеркивают это. Отрывки из Анаис Нин, Оноре де Бальзак и Уильям Шекспир, среди прочих, смешивают и размывают невинность предметы с их неизбежной сексуальностью.

«Она прекрасна, наша нимфа, — гласит одна из подписей, — и ее потенциал бесконечный. Небо дарует ей мужчину, который достоин ее, и который придет к ней принося секс с нежностью.У нее есть девственность и невинность; она будет, если ей повезет, со временем обменяйте их на опыт и любовь».

Автор подписи? Дэвид Гамильтон.

Девушка на фотографии Гамильтона, как правило, примерно того же нежного возраста, что и Лолита, 12-летняя сирена, придуманная Владимиром Набоковым в его классике 1955 года. роман. Сексуальное изображение такой девушки, говорит Гамильтон, вызывает дискомфорт только у Америка, где последняя экранизация «Лолиты» не может найти даже дистрибьютором, и в Англии, где сексуальное подавление является нормой.В большинстве В Европе, говорит он, никто не думает дважды.

Говоря по телефону из своей парижской квартиры, затворник Гамильтон говорит: редкое интервью о том, что он испытывает лишь безразличие к тем, кто его осуждает. Он называет их «великими необъятными» и высмеивает их попытки подвергнуть цензуре его работы упоминая его огромную коммерческую привлекательность: миллион экземпляров его книг продал до сих пор, он хвастается. И веб-сайт Гамильтона является одним из самых популярных в мир.

Об обвинении в том, что многие из его фотографий домогаются педофилы, обвинения, выдвинутого сотрудниками правоохранительных органов и прокуратуры, он отказывается от всех обязанность.

«Я стал жертвой собственного успеха», — говорит он.

Гамильтон, который познакомился со своей 30-летней женой, когда ей было 13 лет. моделей, проводит яркую грань между детской эротической фотографией и детской порнография, и, по его словам, общественность тоже. Если они этого не сделают, в конечном счете, или если суды этого не сделают, то он смирится со своей судьбой как еще один непонятый художник.

«Если бы Льюис Кэрролл был жив сегодня, он был бы в тюрьме!» Гамильтон говорит о автор, отъявленный педофил, написавший «Приключения Алисы в стране чудес.» «Он был замечательным человеком!»

Эксперты по 1-й поправке предлагают защиту

Несмотря на рапсодии Гамильтона об эротической природе девушек, независимо от романа Стерджеса с Монтгомери, эксперты по 1-й поправке говорят, что оба мужчины заслуживают такой же строгой защиты, как и Набоков, чей роман входит в число триумф современной литературы.

«Готовы ли мы запретить книги, потому что нам не нравятся авторы? фон?» — спрашивает Кеннет Полсон, исполнительный директор 1st Amendment. Центр Университета Вандербильта.«Контент — это все, что имеет значение».

С этим согласны не все ученые-правоведы. Некоторые говорят, что, в конечном счете, намерение Гамильтон и Стерджес могут иметь такое же значение, как и содержание их работы. В прошлом суды заявляли, что «похотливая» демонстрация детских гениталий недопустима. один из критериев, по которым можно отличить детскую порнографию, а некоторые говорят, о непотребстве можно судить как по мотивам художника, так и по его творчеству.

Он пытается возбудить девиантную аудиторию? Он пытается соблазнить свою несовершеннолетние модели? Создает ли он инструмент соблазнения для других?

«Суды заявили, что для того, чтобы решить, является ли фотография похотливой, присяжные могут рассмотреть умысел», — говорит Дж.Роберт Флорес, бывший федеральный прокурор в отделе по эксплуатации детей Министерства юстиции, а теперь старший советник Национального юридического центра по делам детей и семьи. «По моему мнению, именно такие изображения представляют наибольшую опасность для детей».

Поведение может стать фактором

Поэтому когда-нибудь прокуратура может использовать Монтгомери, чтобы показать образец поведение в прошлом Стерджеса. Или они могут цитировать цитаты из книг Гамильтона, чтобы доказать, что даже если они не нацелены на тех, кто пытается соблазнить детей, они не может не понравиться таким людям.

В этом сценарии адвокаты Гамильтона и Стерджеса должны бороться за сохранение все, что находится за пределами фотографий, также и за пределами зала суда, — говорит Стэнли. Флейшмана, который когда-то защищал писателя Генри Миллера от государственной цензуры.

«Это вообще не должно быть вовлечено», — говорит он. «Ты говоришь не о является ли этот парень особенно плохим человеком. . . . У вас есть фотография. Это либо детская порнография, либо нет».

Флейшман говорит, что те же люди, которые преследовали Миллера, теперь преследуют Гамильтон и Стерджес.По его словам, с юридической точки зрения детская порнография является последним ярость, потому что это еще неизведанные воды.

«Детская порнография стала широко распространенной, — говорит он, — потому что большинство прокуроров признают представление о том, что любой материал сексуального характера, распространяемый среди взрослых, является защищены, так что теперь все во имя защиты детей. Если ты защищая детей, вы можете играть в игру».

И чем дольше продолжается игра, тем больше Гамильтон и Стерджес стоят перед победить. Оба фотографа говорят, что каждый раз, когда конфликт затрагивает другой город, их книги слетают с полок.

«Это достоверная ирония, — говорит Стерджес, — что, когда люди стремятся подавить вещи, они заканчивают тем, что продвигали их».



Пожалуйста, присылайте предложения или комментарии по адресу: [email protected]
Последнее изменение этой страницы: воскресенье, 8 марта 1998 г., 18:42 PST.
[email protected]


глаз | БЛОГ: Интервью и портфолио: Джок Стерджес о Фанни

Галерея фотоглаз Интервью и портфолио: Джок Стерджес о Фанни Мы рады сообщить, что в пятницу, 10 апреля, Джок Стерджес будет в галерее photo-eye на приеме художника по случаю его новой выставки «Фанни» — в честь его новой монографии под тем же названием.В преддверии выставки мы попросили Стерджеса рассказать немного больше о своем прошлом, источниках вдохновения и о том, как начинался его долгосрочный портретный проект во Франции — и, конечно же, мы обсуждаем его крестницу Фанни.


Мы рады сообщить, что в пятницу, , 10 апреля, , Джок Стерджес будет в галерее фотоглаз на приеме художника в связи с его новой выставкой Fanny — в честь выхода его новой монографии с таким же названием. В центре внимания этой новой книги — одна из самых известных моделей Стерджеса и его крестница Фанни.Изображения сфотографированы в натуристском сообществе Монталиве, Франция, где Фанни и ее семья обосновались. Изображения охватывают более 23 лет, начиная с того момента, когда Фанни было всего четыре года. Этот расширенный портрет, созданный как в черно-белом, так и в цветном режиме, документирует не только путь Фанни от ребенка к взрослому, но и ее растущие отношения со Стерджесом. Стерджес твердо убежден, что отношения модели с фотографом очевидны на изображениях, и что каждое изображение является результатом совместной работы.

В преддверии выставки я попросил Стерджеса рассказать немного больше о своем прошлом, источниках вдохновения и о том, как начинался его долгосрочный портретный проект во Франции — и, конечно же, мы обсуждаем его крестницу Фанни. — Энн Келли


Энн Келли:     Как вы пришли к тому, что фотографируете в Монталиве?

Джок Стерджес:     Когда я жил в Вермонте, у меня был друг-фотограф по имени Питер Саймон. Он был младшим братом Карли Саймон, певицы, если вы помните то далекое прошлое.Их отцом был Саймон из Саймона и Шустера. Как бы то ни было, Питер приезжал и тусовался в колледже Мальборо, где я был одновременно студентом и единственным преподавателем факультета фотографии — должность, которую я создал по настоянию. (Преподаватели были сладко терпимы к моему высокомерию…) Он был в значительной степени приспособлением. Затем он исчез с местной сцены, поэтому, когда несколько лет спустя я столкнулся с ним на тротуаре в Брэттлборо, мне было интересно узнать, где он был. Он вытащил из рюкзака толстую книгу в мягкой обложке и протянул мне.Это был путеводитель по натуристским пляжам мира. Он объездил весь мир, делая для него фотографии. Я пролистал его и был весьма впечатлен разнообразием изображенных мест и людей. Я никогда не видел ничего подобного. Итак, просто чтобы задать вопрос, я спросил его, какое место было его любимым. «Монталиве!» — ответил он сразу и перечислил ряд превосходных степеней. Самый старый, самый большой, лучший и т. д.

Несколько лет спустя я был в Европе в гостях у друзей. Погода в Париже была жаркой и угнетающей, поэтому коллектив проголосовал за поездку на пляж.В Монталиве мы отправились на то, что было запланировано как трехдневный уик-энд. Мы пробыли три недели. Я был на крючке. В следующем году запланированная трехнедельная поездка расширилась до двух месяцев, что с тех пор в значительной степени и стало обычной практикой.

AK:     Когда вы поняли, что фотографирование друзей, которых вы приобрели в Монталиве, станет долгосрочным проектом – и что вы тоже станете временным резидентом?

JS:     На самом деле вся моя фотография состояла из долгосрочных проектов задолго до того, как я начала ездить во Францию.В начале семидесятых я обнаружил, что работа людей, которых я хорошо знал, намного лучше того, чего я достиг с людьми, которых знал менее хорошо или вообще не знал. Итак, примерно с 1972 года все мои работы стали серийными. Что касается знания, что я стану постоянным жителем…? У меня не было финансовых ресурсов, чтобы быть уверенным в этом в течение первых нескольких лет, но довольно быстро это место стало незаменимым как для меня, так и для моей жены Майи. Жизнь без него практически немыслима.

AK:     Вы упомянули, что на многих из вас повлияли художники — как это влияет на вашу работу?

JS:     На самом деле краска оказывает на меня гораздо большее влияние, чем что-либо еще.У меня есть конкретные герои и влияния (Эгон Шиле, Уистлер, Джон Сингер Сарджент, Ботичелли (больше миниатюры, чем известные времена года), розовый и голубой период Пикассо, Кранах Старший, Брейгель и т. д. и т. д.), но в целом Я люблю художников, которые изображают аспекты элегантной линии, будь она неуклюжей или наоборот, и/или чьи работы четко сформулированы в изяществе обыденности. Меня вдохновляет мастерство рисования, а также выбор, который делают художники. Я люблю отвлекать внимание картинами из пещеры Шове во Франции так же сильно, как разреженной точностью офортов Рембрандта.Совсем недавно меня ошеломил и вдохновил испанский художник Дино Вальс. Столько всего можно увидеть и проглотить. Мы то, что едим, верно? Хотите хорошо скомпоновать свои фотографии? Смотри, бери, учись.

Изображения предоставлены Дженни Риффл © 2015 г. Влияет ли ваш интерес к психологии на создание вашего имиджа?

JS:     Мои знания по психологии были огромной частью моего создания картин.Я всегда ищу, кем ЯВЛЯЮТСЯ люди, которых я фотографирую, чтобы лучше работать с ними и для них. В конце концов, моя работа всегда связана с отношениями.

Когда мы фотографируем, событие может быть одной из трех основных вещей в жизни фотографируемого человека. С градациями между ними, конечно. Это может быть негативное, вредное событие, которое подрывает уверенность в себе и самооценку, это может быть нейтральное событие, не имеющее особого значения, или это может быть позитивное, утверждающее событие, которое материализует, помогает и повышает самооценку.Я стараюсь работать только в третьей категории. Всегда. Но это во многом связано со знанием того, кто перед вами.

AK:     Кто был вашим самым влиятельным профессором в Художественном институте Сан-Франциско?

JS:     Фред Мартин, заведующий кафедрой живописи и читавший обязательный курс истории искусств. Он был красноречив, глубоко информирован и полон энтузиазма, что, учитывая раннюю утреннюю зевоту, вынужденную аудиторию, из которой состоял его класс, было почти чудом.Я постоянно цитирую и заимствую из его педагогики.

AK:     Фанни , книга содержит почти все изображения одноименной книги, которые вы когда-либо делали. Можете ли вы расширить это?

JS:     Фанни с самого начала позировала только один или два раза за лето. Когда она это сделала, я почти не сделал неудачных снимков, поэтому у меня не было ни малейших претензий по этому поводу. Учитывая ее семейные обстоятельства и смерть ее матери, я думаю, что ей нужно было какое-то подтверждение того, что ее нет в нашей жизни из-за ее красоты как модели.В любом случае, с этой книгой я решил по двум причинам напечатать почти все. Во-первых, чтобы нарисовать как можно более полную картину ее бытия, а во-вторых, показать процесс и эволюцию наших совместных съемок. Последнее было своего рода экспозицией, которую я нашел увлекательной, будучи молодым фотографом.

AK:     Что бы вы хотели добавить?

JS:     Буквально на прошлой неделе я вернулся после чудесных двух дней во Франции, которые я провел, фотографируя Фанни, которая вот-вот родит своего первенца.Исключительные удовольствия и эмоции от нашей совместной работы напоминают мне о том, что жизнь, прожитая в искусстве, не имеет большей награды, чем привилегия выполнять работу. Шоу, книги, музеи, мастер-классы; это признание, за которое я благодарен. Но по отдельности или даже в совокупности они ни в малейшей степени не сравнимы с огромной радостью пребывания на свету и фотографирования кого-то, кого я люблю. Для меня это решение проблемы искусства — в двух словах. Именно выполнение этого затмевает все остальное.


Открытие, прием художников и подписание книг
Пятница, 10 апреля 2015 г., с 17:00 до 19:00
Галерея photo-eye, 541 S. Guadalupe Street, Санта-Фе, Нью-Мексико
Выставка продлится до 23 мая 2015 г.


Закажите подписанную копию Fanny Для получения дополнительной информации или приобретения отпечатка свяжитесь с Энн Келли по телефону 505-988-5152 x121 или по электронной почте [email protected]
.

Знакомство с Райаном Миллсом

© Райан Миллс

Райан Миллс — фотохудожник из Спокан, штат Вашингтон.В настоящее время он работает с черно-белой пленкой 4×5, создавая вызывающие и эмоциональные портреты своих друзей и семьи, уделяя особое внимание детям. Прочтите, чтобы узнать, почему он работает с широкоформатными камерами, и о времени, проведенном с легендарным фотографом Джоком Стерджесом.

 

Джош Кэмпбелл : Как вы начали?

Райан Миллс : Я пришел к фотографии окольным путем. Я не интересовался искусством в старшей школе.Я сделал молодежные работы? И мы сначала делали фотографии и вешали их на стену — фотографии от пола до потолка. Поработав так какое-то время, я действительно начал получать удовольствие от фотографии. В то время я работал в комиссионном магазине, и у меня было больше камер, чем я знал, что с ними делать. В то время для меня не требовалось никаких реальных навыков. Просто много щелчков. Я делал все, что мог, и постепенно это превратилось во что-то, во что я действительно ввязался. Когда я сменил работу, я продал большую часть накопленного снаряжения и на пару лет отвык.Затем цифровая фотография стала занимать видное место. Я купил цифровую камеру и начал снимать с друзьями. В последние несколько лет это переросло в серьезное начинание. В начале я снимал все: свадьбы, стариков, собак и пейзажи. Со временем я начал потихоньку сосредотачиваться на людях, что меня и интересовало больше всего.

© Райан Миллс

Джош Кэмпбелл : Вы фотограф на полную ставку?

Райан Миллс : Нет, на данный момент речь идет об художественной стороне.В наши дни зарабатывать на фотографии стало намного сложнее. Любой может купить цифровую камеру и назвать себя фотографом, и есть даже сотовые телефоны, которые могут делать приемлемые фотографии. Это действительно изменило игру. Там, где я живу, перенасыщение фотографов, которые берут 25 долларов за часовую сессию. На этом сложно заработать деньги, если вы не работаете на большом рынке. То, что считается хорошим изображением, теряется, потому что все видят так много фотографий. Вы постоянно видите, как это происходит на Facebook.Когда-то у действительно хорошего киношника был особый вид. Сейчас все снимают на цифровую камеру, и все выглядит одинаково. Художественная фотография — это мое основное внимание, и моя цель — выставки в галереях.

Джош Кэмпбелл : Как вы попали в широкоформатную фотографию? Вы используете 4×5 или больше?

Райан Миллс : Я использую камеру 4×5. Дошло до того, что 10 выстрелов будут стоить вам 100 долларов. Я бы очень хотел подняться до 8×10, но это будет зависеть от того, что делает рынок.Это во многом связано со стоимостью. Во время цифровой съемки я всегда пытался добиться определенного вида. Я провел много времени, изучая мастеров фотографии 30-х годов и позже, пытаясь воспроизвести их образ. У меня не получилось с цифрой. Мой интерес к большому формату возник из-за желания добиться такого вида и сделать действительно большие отпечатки.

© Райан Миллс

Джош Кэмпбелл : Почему вы предпочитаете снимать в большом формате и как это меняет ваш способ фотографирования?

Райан Миллс : С большим форматом вам действительно нужно остановиться, подумать и посмотреть, что вы собираетесь снимать.Вы не можете просто щелкнуть мышью. С тех пор, как я перешел на формат 4×5, я делаю гораздо меньше фотографий, даже когда снимаю на цифру. Во время сеанса я обычно снимаю 15 листов пленки, максимум 25 листов, в зависимости от концентрации внимания объекта. У вас будет гораздо больше разговоров с людьми с помощью широкоформатной камеры. Они более расслаблены, что противоречит здравому смыслу, потому что им приходится сидеть там какое-то время. У меня гораздо больше времени для разговора, пока я готовлю оборудование, и у меня получается более естественное фото. Я делаю фото, и мы разговариваем несколько минут, пока я передвигаю вещи.В конце концов я что-то вижу и говорю: «О да! Держи этот взгляд». Я делаю снимок, мы еще немного разговариваем и повторяем процесс. Поток этого лучше всего подходит для того, что я делаю.

Джош Кэмпбелл : Вы выполняете большую часть работы по заказу или самостоятельно?

Райан Миллс : Большинство из них — личная работа, сделанная с моими друзьями и их детьми. Почти всегда это кто-то, кого я знаю. Я не принимаю много холодных звонков. Люди видят, что я делаю, и ожидают, что я могу сделать это с кем угодно.Однако большая часть моей работы основана на отношениях с людьми. Я работаю с ними на другом уровне, чем с незнакомцем. Трудно получить ту же динамику с кем-то, кого я не встречал.

© Райан Миллс

Джош Кэмпбелл : Как вы находите предметы?

Райан Миллс : Около половины из них — люди, которых я знаю, и они спрашивают, могу ли я сделать несколько фотографий их детей. Или я могу обратиться к ним, если их дети обладают нужными качествами.У меня около 15-20 объектов, которые я снимаю уже 5 или 6 лет. Каждое лето просматриваю список и нахожу время сфотографировать каждую.

Джош Кэмпбелл : Что делает объект хорошим?

Райан Миллс : Есть концептуальные фотографы и эмоциональные фотографы. Я нахожусь на эмоциональной стороне. Это больше о связях с людьми, а не о попытках спроецировать что-то на них. Когда я выбираю тему, речь идет не об идее, которая у меня есть для них.Джок Стерджес сказал мне: «Посмотреть, как твоя модель движется в пространстве». Если вы их позируете, то вы на них напираете и не схватываете, какие они на самом деле. Я ищу кого-то, кто расслаблен и открыт и не пытается что-то проецировать. Поэтому я так часто работаю с детьми. Взрослые часто показывают то, что они хотят, чтобы другие видели, а не то, кто они есть. Дети всегда показывают, кто они, и с ними намного легче работать.

© Райан Миллс

Джош Кэмпбелл : Вы используете искусственное или естественное освещение?

Райан Миллс : Я мало работаю в студии.В зимние месяцы я экспериментирую с ним, но нахожу его очень бесплодным. Я видел, как люди добивались очень динамичного освещения в студии, но я не могу этого добиться, и это не совсем мое. Я использую естественный свет во всех своих работах. Я даже не пользуюсь отражателями. Все дело в том, чтобы найти правильный свет. Когда я иду куда-то, большую часть времени я вижу проблемы слева и справа. Как только вы найдете место с правильным освещением и правильным фоном, вы, как правило, будете использовать это место довольно часто.

Джош Кэмпбелл : Вы считаете себя фотографом или художником?

Райан Миллс : Я думаю, что оба термина слишком часто используются.Я не чувствую себя достаточно состоявшимся, чтобы считать себя художником. Но фотограф — это просто тот, кто умеет пользоваться камерой. Однако, если бы мне пришлось выбрать одного, это был бы фотограф. Чтобы стать художником, нужны годы мастерства, которого у меня пока нет. Большая часть встречи с Джоком заключалась в том, чтобы увидеть, что такое настоящий художник. Там, где я живу, у меня не так много возможностей встречаться со многими известными артистами. Это дает вам большее уважение к тому, что значит быть художником, когда вы разговариваете с ними. Они рассказывают о своей работе иначе, чем фотограф, который просто снимает семейные фотографии.Пока я называю себя фотографом, но цель — стать художником.

© Райан Миллс

Джош Кэмпбелл : Почему вы выбрали фотографию?

Райан Миллс : Я очарован людьми. Запечатлеть что-то реальное — моя цель каждый раз, когда я снимаю. Я изучал другие виды искусства — живопись, скульптуру и т. д. Но я постоянно возвращаюсь к фотографии. Есть уровень реализма, которого просто нет, когда я смотрю на картины. Однако скульптура меня немного заинтересовала.В скульптуру входит многое. Вы работаете с чем-то пресным, у вас нет фона, ничего вокруг него, нет теней. У вас нет ничего из того, что заставляет фотографию работать. Это впечатляет, когда видишь скульптуру, которая работает.

Джош Кэмпбелл : Что вам больше всего нравится в профессии фотографа и что для вас самое сложное?

Райан Миллс : Лучше всего работать с людьми. Мне нравится социальный аспект, который для меня немного странный.Я не очень общительный человек. Фотографирование людей — это время, когда я общаюсь. Я люблю фотографировать своих друзей. Я редко с ними вижусь, и единственное время, которое я провожу с ними, — фотография.

Самое сложное — добиться равномерного освещения. Качество света меняет воздействие черно-белой фотографии, и найти его может быть сложно. Стараюсь заранее разведать локации, но не всегда получается. Когда локация не работает, вы снимаете что-то просто для того, чтобы убедиться, что модель не чувствует, что с ней что-то не так.Важно успокоить вашу модель и сделать так, чтобы она чувствовала себя комфортно. Когда вы делаете ошибки, вы должны быть уверены, что они знают, что не делают ничего плохого.

© Райан Миллс

Джош Кэмпбелл : Какое самое важное правило для вас, которому нужно оставаться верным?

Райан Миллс : У меня не обязательно есть правила, когда я фотографирую. В мире искусства существует множество представлений о том, каким должно быть искусство. Когда я впервые начал снимать на цифру, никто в мире искусства не воспринял бы вас всерьез, если бы вы не снимали на пленку.Теперь есть некоторые конкурсы, которые не примут вашу работу, если вы примете участие с фильмом. Правила, которые применялись раньше, больше не действуют. В конце концов, я думаю, что речь идет о конечном продукте. Неважно, как вы туда доберетесь, главное, чтобы конечный результат был хорошим. На цифровом конце снимают так, чтобы хорошо смотрелось на экране, а не на отпечатке. Мое единственное правило — создавать что-то качественное в конечном продукте.

Джош Кэмпбелл : Как узнать, что сериал закончен?

Райан Миллс : Я не думаю, что что-либо является окончательным.Моя цель не в том, чтобы сделать 6-10 фотографий и назвать это серией. Моя работа рассчитана на какое-то время. Я смотрю на проекты, которые охватывают время. У меня есть подруга, которая только что родила ребенка. К тому времени, когда этому парню исполнится 25 лет, я бы хотел, чтобы у меня было 25 лет работы, и тогда я буду чувствовать, что у меня есть завершенная работа.

© Райан Миллс

Джош Кэмпбелл : Какие художники вас вдохновляют?

Райан Миллс : Такой сложный список, я был вдохновлен многими моими лучшими за эти годы.Но есть несколько человек, которые оказали непосредственное глубокое влияние: Джок Стерджес, Салли Манн и Мэри Эллен Марк. У них у всех был способ запечатлеть жизнь, которая кажется очень реальной, за что я очень уважаю. Я провел неделю во Франции, работая с Джоком Стерджесом. Его вклад был неоценим.

Джош Кэмпбелл : Где вы видите свои работы через 5-10 лет?

Райан Миллс : Я нахожусь на переломном этапе для работы в галерее. Я общался с теми, кто более активно участвует в художественном сообществе, и смог узнать от них, как повесить работу.Меня мотивирует услышать, что мои работы достаточно хороши, чтобы их можно было показать в галерее. Я был осторожен с тем, чтобы положить слишком много работы туда. Я пытаюсь дождаться своего момента. Я думаю, что в следующем году или около того там будет много работ, и я буду готов показать их в галерее. Через 10 лет я бы хотел издать книгу. Многие галереи не будут показывать работы без книги, но без галереи книгу не получить! К тому времени я надеюсь, что мой объем работы будет достаточно большим, чтобы я мог написать книгу, которую хочу сделать.

© Райан Миллс

Джош Кэмпбелл : Что бы вы хотели знать, когда впервые начали фотографировать

Райан Миллс : Начиная работать в кино, я много боролся с технической стороной, с чем не будут бороться те, кто снимает на цифру, потому что у них есть мгновенная обратная связь по фотографии. Например, теперь вы можете снимать с разными значениями диафрагмы и сразу же видеть результат. Если бы я попытался снимать 4×5 десять лет назад, я бы с треском провалился, но обучение ремеслу с помощью цифровых технологий изменило правила игры.

Джош Кэмпбелл : Что бы вы посоветовали начинающим художникам?

Райан Миллс : Не стреляйте ни в кого, кроме себя. Есть много людей, которые сказали бы, что вы не должны изучать чужую работу, чтобы оставаться верным себе. Я не согласен с этим. Изучение других фотографов чрезвычайно важно. Вам нужно выбрать фотографов, которые вас впечатлят. И этот список будет меняться из года в год по мере вашего продвижения. Когда я оглядываюсь назад на то, что я считал своей лучшей работой прошлых лет, они не так впечатляют, как я когда-то думал.Кроме того, важно изучать что-то кроме фотографии. Этот совет исходит от Джока Стерджеса. Для меня это была скульптура. Изучая скульптуру, вы лучше понимаете, что такое естественная поза. Скульптуры никогда не навязываются.

В конце концов, вам нужно найти то, что вы любите фотографировать, а затем изучать искусство.

 

Фотографии Райана Миллса, интервью Джоша Кэмпбелла.

© Райан Миллс

Джок Стерджес | МетаФильтр

 

есть очень большая вероятность, что нажатие на эти ссылки заставит вас беспокоиться о том, что вас посетит Крис Хэнсон.

Я восхищаюсь таким человеком, как Джок Стерджес, за то, что он вышел за рамки возможного и показал нам, что у нас есть полный набор законов о сексуальной безнравственности. но я бы не удивился, если бы он был педофилом, который использовал это как оправдание.
, отправленный taumeson в 10:16 15 мая 2009 г.

, но я не удивлюсь, если он был педофилом, который использовал это как оправдание.

Я встретил его однажды и дружил с людьми, которые хорошо его знали. Хотя я полагаю, что вы никогда не знаете, что происходит в голове человека, Джок точно не показался мне большим ползком (по крайней мере, не больше, чем любой другой фотограф обнаженных людей, которого я когда-либо встречал).

Я всегда находил его фотографии потрясающе красивыми и хотел бы иметь одну из них, хотя сомневаюсь, что когда-нибудь смогу себе это позволить.
, отправленный Forktine в 10:38, 15 мая 2009 г. [1 избранное]

Джок, конечно, не показался мне большим ползком

Я слышал это. Я верю в это.

Опять же, я знаю кое-кого, кто был моделью в подростковом возрасте. У нее были истории, которые наводят меня на мысль, что многие из этих парней, вне зависимости от их внешности и поступков, попали в эту профессию только по одной причине.
, отправленный taumeson в 10:41 15 мая 2009 г.

Возможно, для этого потребуется полностью новый отказ от ответственности ENSFW. E может означать «дополнительно», «чрезвычайно» или «исключительно». Наличие одного из этих изображений в вашем кеше может быть большой проблемой.
, отправленный bz в 10:56 15 мая 2009 г. bz: « Наличие одного из этих изображений в кэше может стать большой проблемой. »

IANAL. Я могу только сказать, что для меня большая часть привлекательности искусства Стерджеса заключается в возможности убежать на время в менее сексуально испорченный мир, чем этот.
отправлено Joe Beese в 11:02 15 мая 2009 г.

У нее было несколько историй, которые заставляют меня думать, что многие из этих парней, независимо от их внешности и действий, попали в эту профессию только по одной причине.

photo.net — это сообщество фотографов, в котором доминируют профессионалы, поэтому работа там, как правило, соответствует высокому качеству (и определенной профессиональной монотонности тоже). У них есть отличные возможности для просмотра огромной коллекции фотографий, и один из лучших способов — возвращаться раз в неделю или около того и просто просматривать самые популярные за последние несколько дней.

Какое-то время мне это очень нравилось — я познакомился с огромным разнообразием очень искусной фотографии. Но со временем появилось определенное беспокойство, и мне потребовалось некоторое время, чтобы сформулировать его: фотографы в основном мужчины, а обнаженные люди почти все женщины, около 20 лет, худые, с большими сиськами, выгибающими спины. По отдельности фотографы и их коллекции кажутся уважительными и артистичными, а не откровенно сексистскими, поскольку они могут апеллировать к долгой истории формы женской обнаженной натуры в искусстве, и мало что из нее откровенно эротично.

Но там есть вполне определенная коммунальная патология, которая представляет собой простейшую иллюстрацию объективации женщин в патриархальном обществе, и тот факт, что отдельные фотографы поверхностно этого не осознают, никак не спасает ее. Так что, даже если мистер Стерджес восторженно говорил о том, как сильно он любит красоту и женщин, как он питает к ним величайшее уважение и что ни одна женщина никогда не чувствовала себя некомфортно в его объективе, он определенно принимает участие в практике, которая является подлой и сексистской в ​​его глазах. совокупность.
опубликовано fatbird в 11:10 15 мая 2009 г. [4 избранных]

как ни одна женщина никогда не чувствовала себя некомфортно в его объективе

возможно, это то, что создает качество естественности в этих снимках, женщин в их телах без чувства нарушения, но с чувством наполненности их. И кто может увидеть женщину с буквально обнаженным чувством собственного достоинства (как на этих фотографиях) и не быть пораженным силой этой красоты?

Движение Фрица Ланга «М» в стиле «поймай хищника» старо, как сам германский пуританизм, но настолько пусто, что подобное искусство будет побеждать его снова и снова.
, отправленный sarcasman в 11:14 15 мая 2009 г.

Джо Биз: Я не согласен, но некоторые корпоративные ИТ-отделы живут ради таких находок, а файлы существуют вне контекста. Печально, но факт.
, отправленный bz в 11:16 15 мая 2009 г. Сарказман, стоит отметить, что многие из «женщин» в его объективе на самом деле «девушки».
, отправленный barrett caulk в 11:19 15 мая 2009 г. Хотя я ценю мастерство, это действительно поставило меня в тупик. Хорошо, понял — обнаженные женщины, снятые под лозунгом «Правда, которую никто не позволяет нам увидеть».

Я не совсем понимаю, как это работает, когда голые женщины остаются голыми женщинами, ну и ладно?

Я не чувствую, что меня изменили или подвергли какой-либо правде с большой буквы.
, отправленный Thespian Lipstick в 12:53 15 мая 2009 г.

Никогда не слышал об этом парне, но посмотрел трейлер — и я не ханжа… ладно. Парень производит впечатление претенциозного дерьма мирового класса.

Эта правда, его работа — фотографирование красивых молодых женщин — его жизнь, а его жизнь — его работа? А есть какая-то великая Правдивая Истина?

Я не думаю, что этот DVD намеренно представляет собой сексуальную комедию, но он производит впечатление смехотворного.
, отправлено ambient2 в 14:15, 15 мая 2009 г.

В своем интервью он много говорит о семье, чувственности и естественных побуждениях, но я заметил, что все его фотографии, которые я видел, были о женщинах и девушках. . Не кажется слишком уж преступным увековечить традиционную динамику мужчин-фотографов и женщин-моделей, даже если они друзья семьи.

Я знаю, интервью старое, но эта часть меня особенно поразила:

Мы живем в эпоху, когда анонимность растет, как взрывающаяся бомба.По мере того, как медиа-звезды становятся все более могущественными, остальные из нас все больше становятся шифровальщиками. Расстояние между жизнями [знаменитостей] и нашими жизнями все время растет. Дети чувствуют себя абсолютно невидимыми, незамеченными, как будто они ничего не могут изменить. Чем больше мира мы видим в средствах массовой информации, тем больше осознаем, насколько ничтожен каждый из нас.
Разве это не становится все менее и менее верным с ростом популярности временных интернет-звезд?
отправлено Muddgirl в 15:00, 15 мая 2009 г. практика, которая в совокупности является подлой и сексистской

Я не уверена, что могла бы сформулировать это таким образом.Люди фотографируют то, что им кажется красивым. Существует определенная связь между сексуальностью (не говоря уже о сексуальных предпочтениях) и восприятием красоты. Другими словами, гетеросексуальные мужчины находят женщин красивыми. Да, это сексизм; существует определенное предпочтение одного пола другому. И да, это может привести к плохим вещам. Но плохо ли это само по себе… не уверен.

Есть ли разница между красотой с оттенком сексуальности (явно или неявно) и красотой без нее, например, изображением водяных лилий… Я бы сказал, что на это невозможно ответить, по крайней мере, без напрашивающегося вопроса.

Все это говорит о том, что да, я чувствовал себя немного жутко, когда смотрел трейлер и нажимал вторую ссылку. Но я предполагаю, что это будет отличаться от культуры, которая не была одновременно пуританской и гиперсексуализированной.
отправлено supercres в 15:29, 15 мая 2009 г. [1 избранное]

И тот факт, что многие из этих субъектов так молоды, это совсем другой вопрос. С детьми, которые слишком малы, чтобы понимать сексуальность, любое количество эротики — это Плохо.

Но называть «мужчины находят женщин красивыми и поэтому фотографируют их» патологией? Я вынужден не согласиться.
отправлено supercres в 15:32, 15 мая 2009 г.

Из рецензии на документальный фильм: Очевидное упущение в DVD — точка зрения его моделей (или, по крайней мере, моделей, которые не являются также членами семьи). Учитывая, что сам Стерджес так много говорит о своих отношениях со своими моделями, а кто-то еще отмечает, что Джок так много отдает своим моделям, что рискует сделать слишком много, возникает вопрос, разделяют ли его модели это восприятие.Кроме того, учитывая, что Стерджес осуждает Диану Арбус за то, что она эксплуатировала некоторых из своих моделей и не говорила им о том, насколько широко будут видны их фотографии, можно задаться вопросом, как много сделал сам Стерджес, чтобы объяснить своим героям, что их изображения будут доступны в книжных магазинах по всему миру. Мир. Ведь теперь их изображения также широко доступны в Интернете. Как они к этому относятся и как это повлияло на их жизнь? Документалисты вообще не исследуют это.
написал Sailormom 15 мая 2009 г. в 17:28 > Но называть «мужчины находят женщин красивыми и поэтому фотографируют их» патологией? Я вынужден не согласиться.

Я сказал, что это не является индивидуальной патологией. Я уверен, что Джок Стерджес думает именно так: «женщины прекрасны, и мне нравится фотографировать их обнаженными». Как и Дэвид Гамильтон. Как и Джон Пери. То же самое делает практически каждый профессиональный фотограф на photo.net, который удосуживается снимать обнаженную натуру.

Когда вы смотрите на это как на сообщество фотографов, становятся очевидными две вещи: в основном это пожилые мужчины, и практически все молодые женщины, которые соответствуют определению красоты в каком-либо модном журнале (если только они не собираются совершить самоубийство). Девушки с резкой эстетикой, в этом случае они пирсингованы и татуированы).

Так что дело не в том, что «мужчины находят женщин красивыми», а в том, что пожилые мужчины с фотоаппаратом и хорошей линией находят женщин очень узкого типа красивыми и постоянно заставляют их раздеваться. Простите меня, если я немного циничен, когда они заявляют, что их мотивы — «творить искусство» и «находить истину».
, отправлено fatbird в 20:29, 15 мая 2009 г. [1 избранное]

Если Джок Стёрджес не педофил, он, безусловно, хорошо им подражает. Какие бы технические достоинства ни существовали в его работе, нельзя отрицать, что она имеет сильную и общую привлекательность для жутких извращенцев.

Поработав в книжном магазине с большим отделом искусства и фотографии, я могу сказать вам, что больше всего, э-э, изношенных наименований в этом отделе были у Стерджеса. Обычно, когда мы переставляли полки и убирали в конце ночи, мы находили их наспех втиснутыми между другими книгами в укромном «порнопросмотревшем» уголке магазина. Очень редко мы находили книги Стерджеса где-нибудь в мужском туалете, либо на полу внутри киоска, либо спрятанными внутри откидного столика для пеленания.В тех редких случаях, когда я действительно видел, как кто-то держит/просматривает/фактически покупает название Sturges, это всегда были неряшливые парни средних лет, которые выглядели как составной полицейский набросок.

Так что нет, у меня нет проблем с тем, чтобы назвать Стерджеса детской порнографией.
опубликовано Strange Interlude в 7:41 16 мая 2009 г. [1 избранное]

У меня поверхностный комментарий, а затем серьезный.
Я серьезно отношусь к искусству, и это отстой, когда вы видите, как этот парень неправильно использует его лучшие идеи, такие как «поиск истины» или более нелепое «это о свободе».Это кратчайший путь к мышлению, это не оригинальные мысли, но это хорошие мысли, по крайней мере, когда они исходили от новаторских художников, таких как Поллок (я думаю, что он упомянул «свободу», когда заставил краску летать). После изучения биографий и комментариев различных артистов это всплывает снова и снова с людьми, которые не могут объяснить или не знают, что они делают (и да, вы даже можете найти это с артистами, которых считают «настоящими» артистами). ).
Хотя я люблю искусство и не думаю, что для наготы обязательно нужен возраст, но я не вижу смысла посвящать свою жизнь этому предметному материалу, это очень трудно объяснить мотивами.Я согласен со многими пренебрежительными замечаниями на интуитивном уровне. Но я также могу сыграть адвоката дьявола: однажды я случайно наткнулся на одну из его работ в глубине галереи, и это меня ошеломило, так как я сразу подумал — эй, это незаконно? После этого на самом деле у меня возникали сложные реакции: красота, невинность и еще страх перед тяжестью этой границы, чувство вины и т.д., навар психологов. Меня научили задавать вопросы, каковы намерения художника. Я думал о том, как наше религиозное воспитание проповедует первородный грех, а на востоке есть первородная невинность: глубокие идеи.Я знаю, что другие никогда не отнесутся к фотографии так критично.
Но, с другой стороны, любой слабоумный художник может видеть, что это богатая тема, которую легко использовать, особенно когда аудитория в основном состоит из мужчин, у которых всегда будут сложные и скрытые мотивы.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован.