Забытая россия в тайге 21 века: как гибнет удивительное село Островка в глуши Кузбасса • 22.11.2021 • Чтиво • Сибдепо

Содержание

как гибнет удивительное село Островка в глуши Кузбасса • 22.11.2021 • Чтиво • Сибдепо

Доминанта острова Кижи — деревянная церковь Преображения Господня, построенная больше трех сотен лет назад без единого гвоздя. Доминанта села Островка в Ижморском районе — деревянная Михайловская церковь, построенная почти 150 лет назад без единого гвоздя. Кижи оберегают и восстанавливают всей страной, о церкви в Островке заботятся немногочисленные местные жители, а за пределами села об этом уникальном сооружении никто даже и не слышал.

Островка находится на грани вымирания, и, вероятно, всего через несколько лет ее история прекратится.

Согласно архивным данным, село Островка появилось в сибирской глуши в 1880 году. Официальная история гласит, что основали его искатели новых земель для сельского хозяйства из Орловской губернии. Но редкие местные говорят, что не очень-то и искали их предки новые земли. Точнее, искали, только, скорее, в принудительном порядке.

Мужчина с красивыми усами хвастается растительностью на своем лице, подзывает к себе и гордо заявляет, что он не кто-то там, а настоящий мордовский казак. Оказалось, мужчину зовут Илья, его прапрапрапрадед был одним из первых жителей Островки.

«Мой дед был мордовским казаком, как и многие тут. Он ссыльный был и пришел с другими такими же ссыльными пешком сюда еще в 1876 году! Через всю страну прошел досюда! Он один из первых жителей деревни нашей был! Раньше тут хорошо было, а сейчас никого почти нет, я сам-то в Новосибирске давно живу, а сюда раз в год на кладбище приезжаю, к деду да к остальным. А вообще я всю Сибирь в молодости обошел по тайге, я геолог-картограф, карты делал, топографическими съемками занимался! А сейчас мне уже 70 лет, но в душе я моложе, конечно!» — попытался Илья за пару минут рассказать почти все о себе и своих предках.

Раз есть населенный пункт, в нем живут люди, то должна быть и церковь, где жители смогут молиться. Так было раньше. Уже к 1886 году стараниями местного отца Михаила в селе появилась деревянная церковь во имя Архистратига Божия Михаила.

В лучших традициях традиционного русского деревянного зодчества церковь возводилась без гвоздей, для строительства использовали только бревна. Строили из дерева по одной простой причине: это был самый доступный, но при этом долговечный материал.

Таких церквей в России было много, вот только сохранились до наших дней далеко не все. Дерево — материал красивый, но легковоспламеняющийся. Да еще и советские годы, когда с церквями особо не церемонились. Но Островке повезло, храм устоял.

В 1927 году церковь закрыли. Местный священник пытался проводить тайные ночные службы и даже крестить детей. Но долго это по понятным причинам продолжаться не могло: место хоть и далекое, но так нагло разыгрывать советскую власть было нельзя. Священника отправили в еще большую глушь, в тайгу, заниматься заготовкой древесины. Живым оттуда он уже не вернулся. Церковь с тех пор использовалась как склад для зерна, а потом внутри и вовсе открыли магазин.

Конечно, строители использовали все-таки гвозди при возведении куполов и тому подобных элементов. Но договоримся, что это не считается.

До наших дней храм достоял, причем в очень неплохом состоянии, учитывая его нелёгкую судьбу. Вот только восстанавливать его, как те же Кижи, никто даже не собирается. А могли бы: не так много подобной архитектуры, да еще и в таком состоянии, осталось в стране.

В начале прошлого века церковь имела шикарное убранство и красивые иконы. Сейчас ничего этого нет, внутри разруха.

Как и во всей Островке. Хотя в советские годы здесь работали сразу пять колхозов, которые в 50-е годы объединили в один и символично назвали «Гигант». Первое время островский «Гигант» даже был экономически успешным, людям платили зарплату деньгами, а не только хлебом, как было ранее. Работала полноценная школа, библиотеки, сельский клуб, магазин, даже появилось электричество. Все никак не появлялась только дорога, и, несмотря на вроде бы неплохую жизнь, местные жители фактически были оторваны от остального мира. Хлеб в Островку привозили по лесу на лошадях вплоть до 90-х годов.

Впрочем, за десятилетия почти ничего не изменилось. Только ближе к 90-м до Островки проложили какое-то подобие гравийной дороги, но и сейчас проехать до села сможет не каждая машина. Лучше не рисковать — и на лошадях, как и раньше. Ну а хлеб нынче привозят УАЗах.

Из нескольких тысяч жителей в Островке сегодня осталось всего несколько десятков. Да еще бывшие местные раз в год приезжают на кладбище, как мордовский казак Илья. Но что будет с этим местом лет через десять-двадцать? Скорее всего, просто не будет этого места.

 

Текст: Евгений Золотухин

Текст: Алла Мождженская.

Фото: © Евгений Золотухин

Брошенная и забытая Россия | Жизнь в движении

Некоторое время назад, в одном из своих прошлых репортажей я рассказывал про жизнь одного из горных аулов на Северном Кавказе:

Без света, газа и воды в XXI веке. Как живут горные аулы на Кавказе?

Реакция моих читателей была неоднозначной, но благодаря этому я решил немного затронуть вопрос о «покинутой» стране даже в самом сердце нашей страны — средней полосе России.

Мне приходится много путешествовать не только по миру, но и по нашей стране, и больше всего я бываю в регионах центрального федерального округа в котором проживают 40 миллионов человек, или чуть менее трети всего населения страны.

И я постоянно наблюдаю сотни полузаброшенных и десятки полностью брошенных деревень всего в 150-200 километров от Москвы. Куда не посмотреть в Тверской, Ярославской, Костромской, Рязанской, Смоленских областях — везде такая картина.

Деревни, в которые так и не дошел газ, где нет водопровода, куда так и не провели дороги с твердым покрытием, да и вместо высоковольтных добротных ЛЭП на сотню киловатт, стоят покосившиеся столбы с проводами, выдерживающие десяток киловатт и не больше.

Эти деревни массово вымирали в 1970-х — начале 1980-х годов, задолго до распада СССР. Когда молодежь уезжала в город, и обратно уже не возвращалась. А после распада СССР, та оставшаяся инфраструктура стремительно ветшала, а старики уходили в «мир иной». Скорые сюда не добирались, колхозы окончательно развалились, а сельские магазины со временем закрылись.

Дома бросались, приходили в запустение и деревня медленно умирала. И если посмотреть на карту областей, то таких «мертвых деревень» огромное количество. И с каждым годом дороги между ними теряются, дома ветшают и природа отвоевывает пространство.

Но есть исключение — в регионах, примыкающих к Черноземью ситуация выглядит не столь печально. Та же часть Тульской области, Липецкой, юг Рязанской, Орловская, Брянская. Но в остальных областях это действительно заброшенная безысходность. А в середине 2000-х годов Ростелеком по программе телефонизации провел в каждую деревню таксофон, но даже эти призраки прошлого не выдержали тоски и перестали работать.

Да и о какой жизни можно говорить в таких деревнях, если дорога после дождя представляет собой грязевое побоище? Когда в сухую погоду, чтобы добраться до деревни нужен внедорожник, а зимой или в межсезонье без трактора не обойтись?

Но несмотря на все это, у многих домов есть хозяева. Просто живут они в областных городах или столице. И изредка навещают свои родовые дома, используя их как дальние «летние дачи». Правда, с каждым годом это происходит все реже и реже.

Заглянув вовнутрь такого дома словно попадаешь в «машину времени» и видишь ушедшую жизнь словно кадры из советского кино. Кто здесь жил? Чем занимался и почему ушел? Детство, юность, зрелость и старость…

Есть ли будущее у такой России? Скорее всего нет. Да, в более южных регионах используется каждый «клочок» земли под села, деревни, фермы и поля. А севернее уже нет — другой климат, другие почвы и экономически не целесообразно. Зачем здесь фермы в заболоченных лесах? Какое сельское хозяйство на южных границах северной тайги?

Поэтому оставшиеся деревни будут ветшать, пока не уйдут последние старожилы. А города укрупняться. И останутся только остовы каменных храмов на месте бывших деревень, превратившихся в безымянные урочища. Благо, что большинство домов было построено из дерева, а потому просто уйдут в небытие.

Если статья вам понравилась, делитесь в социальных сетях и ставьте лайки — так вы поможете каналу в развитии.

Подписаться на канал можно здесь

Также у меня есть канал в instagram и youtube.com

Самые необычные деревни России, в которые однажды стоит приехать

«Газета.Ru» рассказывает о самых необычных деревнях России, в которых непременно стоит побывать этим летом.

Вершинино (Архангельская область)

Зачем ехать: любоваться северными пейзажами, изучать северную архитектуру, загорать на островах древнего Кенозера, ловить рыбу, собирать ягоды.

Что особенного: Вершинино — административный и туристический центр Кенозерского национального парка. На берегу одного из 300 озер этого парка — Кенозера — и находится деревня, которая славится русской северной архитектурой XVII—XVIII веков, необыкновенными пейзажами, озерами, лесами, непроходимой глушью и удивительными людьми.

Что смотреть: над деревней, на холме, стоит старинная деревянная Никольская часовня — символ Кенозерья, — где сохранились уникальные клиновидные потолочные расписные перекрытия «небеса». Древние церкви и часовни, как и поклонные кресты, в Кенозерье повсюду: в деревнях, возле дорог, в лесах, на островах. Местные жители бережно их охраняют: у каждой часовни есть свой смотритель, избираемый жителями той или иной деревни.

Есть здесь и самая маленькая часовня в России, куда с трудом вмещается один человек. Когда-то через Кенозерье проходил старинный северный торговый путь и знаменитый Кенский волок. На окраине Вершинина находится «святая роща» — традиционное для любой кенозерской деревни место, сохранившееся со времен язычества, где нельзя шуметь, громко разговаривать, петь, мусорить, рвать цветы, рубить деревья.

Детали: в Вершинине, как и в других местах парка, можно остановиться в гостевых домах, визит-центре, гостинице или — как и на любом острове Кенозера — в палатке на оборудованной стоянке. Здесь есть библиотека, мастерская, музей. В августе празднуется День Парка, проходит Успенская ярмарка, Кенозерские чтения. Много интересных пеших и водных маршрутов, в том числе «Тропа предков» — древний путь рыбаков и охотников, монахов-отшельников, паломников и путешественников. А еще в Вершинине продают вкусный северный хлеб, который здесь же и пекут.

Окунево (Омская область)

Зачем ехать: релаксировать на фоне сибирской природы, заряжаться оптимизмом, искать себя и новых друзей.

Что особенного: жители этой загадочной деревни искренне верят в то, что Окунево — центр мира. Говорят, живут свободно, без будней и праздников, каждый делает что хочет и когда хочет; биоритмы настраиваются, а мечты сбываются. По некоторым данным, Окунево было обычной сибирской деревней до тех пор, пока индийский гуру Шри Бабаджи не отправил свою ученицу Расму Розите искать «древний храм бога Ханумана» где-то в Сибири. Расма выбрала Омск, так как в названии города, по ее мнению, отражается индийская мантра «Ом». В ходе дальнейших духовных поисков Расма оказалась в Окуневе, прожила там несколько лет и, оставив последователей, уехала на родину — в Латвию.

Что смотреть: в Окуневе живут представители пяти религий (вполне мирно), занимаются творчеством в мастерских; летом устраивают фестиваль и многочисленные праздники, принимают паломников — поклонников эзотерики и медитаций со всего мира. Есть здесь и свои «места силы», такие как Дом с привидениями, Ведьмин круг, Райский городок, Шайтан-озеро и многие другие.

Детали: говорят, вода в местных пяти озерах обладает невиданной энергетикой. Сибирская тайга, чистый воздух и река Тара тоже отлично помогают настроится на позитивный лад. А в 1996 году Борис Гребенщиков написал про Окунево песню «Инцидент в Настасьино».

Село Оймякон (Якутия)

Зачем ехать: испытать силу воли, изучать суровый быт жителей севера, вспоминать благословенные, зимние, родные –20.

Что особенного: Оймякон, который в России называют полюсом холода, находится на левом берегу якутской реки Индигирка. Некоторые путешественники даже считают Оймякон самым холодным местом на планете. Зимой здесь стоят морозы до –60 (бывают и –70), а при –50 дети из начальных классов перестают ходить в школы. Летом теплеет до +10…+12, но случается и +30…+40. Самый короткий день зимой длится три часа, летом — белые ночи.

Что смотреть: при желании можно поучаствовать в обрядах эвенов-оленеводов, устроить подледную рыбалку в Индигирке, узнать, чем якутские коровы отличаются от всех прочих, совершить путешествие по тундре, познакомиться с местными морозостойкими лошадьми. Можно посетить музеи ГУЛАГа. Зимой здесь проходит традиционный фестиваль «Оймякон — полюс холода», на который съезжаются Деды Морозы из разных регионов и стран.

Детали: в селе проживает чуть больше 500 человек. Разводят скот, ловят рыбу, держат оленей. Одеваются по методу капусты. Машины утепляют, ставят дополнительные печки; если нет отапливаемого гаража — моторы не глушат месяцами. В общем, скучно вам точно не будет.

Усть-Цильма (Коми)

Зачем ехать: изучать культуру старообрядцев, наслаждаться покоем, переходить Печору на лыжах (зимой) или ловить рыбу сейчас — летом.

Что особенного: Усть-Цильма — старинное русское село в глубине Коми, на берегу северной реки Печора, в котором живут потомки старообрядцев-новгородцев, бежавших сюда в XVII веке от реформ патриарха Никона. Люди свободолюбивые и упрямые — крепостное право до них так и не добралось.

Что смотреть: жители села бережно хранят в сундуках старинные сарафаны, которые надевают во время своих традиционных праздников, именуемых «горками». Самые известные летние «горки» отмечают в июле. Все местные — от мала до велика — водят хороводы из простых и сложных фигур, поют старинные песни, после чего устраивают ночные гулянья. Считается, что именно в Усть-Цильме сохранилась средневековая русская культура, язык, фольклор. В деревне все свое: эпос, сказки, былины. В новом старообрядческом храме проводят службы.

Детали: село большое, здесь проживает 7 тыс. человек. Среди прочего есть музей исследователя Европейского Севера, ученого Журавского; ремесленный центр, аэропорт, принимающий Ан-24 из Сыктывкара, гостиница. В окрестностях Усть-Цильмы можно сплавляться по рекам и ловить отменную рыбу.

Никола-Ленивец (Калужская область)

Зачем ехать: общаться с художниками, изучать ландшафтный дизайн, приобщаться к современному искусству.

Что особенного: деревня Никола-Ленивец находится в Калужской области, на берегу реки Угра. Здесь живут художники, архитекторы и прочие творческие личности. Деревню в конце 1980-х обнаружили архитектор Василий Щетинин и художник Николай Полисский. Они же стали первыми жителями поселения художников. В 1990-е сюда приехали архитекторы Анна Щетина, Юлия Бычкова, дизайнер Василий Копейко. А в начале 2000-х Николай Полисский начал привлекать местных жителей к созданию инсталляций из природных материалов — зиккурата из сена, башни из лозы, акведука из снега. Так возник фестиваль ландшафтных объектов, необычайно популярный у туристов.

Что смотреть: на площади 650 га возведены 28 арт-объектов, проходят фестивали «Архстояние» (13-14 июня; 25-27 июля), «Ночь новых медиа» (4-6 июля), есть экоферма и арт-резиденции.

Детали: в Никола-Ленивце построены гостевые дома, кемпинг и хостел, кафе и кинотеатр под открытым небом, есть велопрокаты и Wi-Fi. На территории бывшей мехбазы в деревне «Звизжи» работают мастерские. В 2014 году планируется восстановление деревень Кольцово и Звизжи, новые фестивали, мастер-классы и арт-резиденции.

Варзуга (Мурманская область)

Зачем ехать: любоваться пейзажами Кольского полуострова, слушать тишину на Белом море, ловить рыбу и есть кулебяки с семгой.

Что особенного: село Варзуга, основанное 590 лет назад, расположено на Кольском полуострове (Терский район), в 20 км от Белого моря. До ближайшего райцентра — 140 км, дальше, чем до Полярного круга.

Что смотреть: в Варзуге находится памятник русского деревянного зодчества допетровской эпохи — Успенская церковь, построенная в 1674 году без единого гвоздя. Среди других достопримечательностей: Афанасьевская церковь (1854), церковь во имя свв. апостолов Петра и Павла (1864), святые источники, Музей поморского быта.

Каждую весну по реке Варзуга, на обоих берегах которой стоит село, идет на нерест атлантическая семга. Зрелище ежегодно привлекает тысячи туристов, для которых вдоль берега Варзуги на протяжении многих километров строятся лагеря. Летом здесь тоже раздолье для любителей рыбалки — на удочку ловят окуня, плотву, ерша, ельца, подъязок. На спиннинг — хариуса, щуку и семгу (после 15 августа, так как с 1 июля по 15 августа лов семги на лицензионных участках запрещен).

Детали: когда-то Варзуга была крупнейшим селом на Кольском полуострове. Одно из первых упоминаний о ней содержится в грамоте 1466 года. В Варзуге сохранился поморский фольклор и традиционная кухня. Местные жители традиционно занимаются рыбной ловлей и пекут из ржаного теста козули — игрушки из теста: фигурки оленей, бычков, коровок, козликов, птичек, тюленей. Здесь всегда угостят ягодными шаньгами, кулебяками с семгой и северной ягодой — черникой, морошкой, брусникой, клюквой.

как живёт забытый посёлок в Печорском районе

Причал – посёлок в Печорском районе Коми, в 105 км к юго-западу от города, сообщает каждому желающему «Википедия». Согласно переписи 2002 года, постоянное население составляло 170 человек. В 2010 переписчики насчитали уже 81 жителя. Больше данных о бывшем развивающемся поселении лесозаготовителей в виртуальной энциклопедии нет.

В официальных нормативных актах мы нашли лишь данные о присоединении Причала к сельскому поселению Каджером в начале двухтысячных и обрывочные сведения из жизни поселка в 90-х. В середине «лихих» ко дну пошёл местный леспромхоз. Жёны лесозаготовителей из посёлка Причал объявили голодовку из-за невыплат заработной платы мужьям.

О Причале корреспонденту «Первоисточника» рассказал его бывший житель. Роман, наверное, единственный, кто продолжает бороться за жизнь посёлка. Его комментарии под постами главы Коми в соцсетях и привлекли внимание редакции. «Реанимационная бригада» в лице одного человека пытается всеми возможными путями обратить внимание на брошенных в тайге людей и тех, кто уехал, но не получил ни жилья, ни сертификата на переселение. Вечер. Звонок. Взволнованный голос говорит о том, как живётся там, за бортом цивилизации.

Леспромхоз в верховьях реки Чикшинка основали в 40-х годах прошлого века. Трудились здесь в основном ссыльные: немцы, литовцы, после потянулись и охотники за «длинным рублём». Расположение, как и полагается посёлку лесозаготовителей, глубоко в тайге. В 90-е, как мы упоминали выше, хозяйство развалилось. Кто попроворнее, сразу покинули Причал, остались другие – пенсионеры и кто здесь вырос, кто не мог найти своё место на «большой земле». В начале 2000х здесь ещё теплилась жизнь: работали почта и медпункт, был магазин, клуб. Сейчас нет ничего. Да и постоянных жителей осталось не больше десяти человек.

— В Причале всю жизнь прожили мои родители. И если бы не мы с сестрой – остались бы в числе тех, кого просто забыли, – говорит наш собеседник. – Сегодня у причальцев нет своего транспорта, и нет денег, чтоб купить хотя бы мотоцикл или отечественный автомобиль. Живут буквально на подножном корме: летом грибы и ягоды, зимой ловят рыбу и ставят силки.

Пенсию привозят на «вездеходе» каждый месяц, заезжает автолавка, но качество продуктов оставляет желать лучшего, «просрочка» – не редкость.

Страшно, что нет связи. Опоры телефонной линии практически лежат вдоль дороги, и любая непогода вносит коррективы в работу стационарных аппаратов. Сотовой сети тоже нет. Люди банально не могут вызвать скорую помощь. Был случай, что медиков не дождался онкологический больной.

Отдельная история – дорога до Каджерома. Она в ведении муниципальной администрации, о ремонте грунтовки речи, конечно, не идёт, но и почистить дорогу зачастую забывают. А в межсезонье и думать о том, чтобы выбраться из Причала не стоит – необходима техника повышенной проходимости.

А как же сам посёлок? Тут можно долго говорить о «развалили», «увядающей России», «захолустье». И все это верно, правда. Так как сюда нет дороги – невозможно привезти даже дрова, хотя бы тем, у кого есть деньги. Поэтому в печках жгут зачастую свои же дома. Наверное, удобно – в одной половине двухквартирного барака живёт человек, другую «тащит» на дрова. Об инфраструктуре, благоустройстве, комфортной среде речи и быть не может.

– Это не Сирия, не Донбасс, а впечатление такое, что прошла война, – говорит Роман. – Домишки и так разваливаются, для жилья не пригодны, так ещё и ремонтировать их нет возможности, да и не на что. 60-70-летним постройкам давно пора на пенсию, жить в них опасно для жизни. В любую оттепель заснеженная крыша может оказаться на голове жильцов. Я сам родом отсюда. Здесь прописан, моя мама проработала здесь почти сорок лет. И что? Если в Чикшино многим дали сертификаты, предоставили жильё, то наши обращения в инстанции остаются без ответа.

Бывшие жители Причала уже, как птицы, разлетелись кто куда. Поняли, что «воевать» с местными властями и пытаться получить новую жилплощадь, хотя бы в соседнем Каджероме – бесполезно. Писали коллективные письма в администрацию и прочие инстанции, а воз и ныне там. Дело в том, что посёлок официально не признан закрывающимся, поэтому сертификаты на переселение его жителям по закону не положены. 

Но наш собеседник не сдается. По поводу дома матери – пошли в суд…. И выиграли! Однако у печорской мэрии нет фонда под переселение, поэтому квартиру маме сняли дети.

Отметим, что и глава Коми, и Центр управления регионом на просьбы в соцсетях реагируют однотипно: спасибо, мы с вами свяжемся. А люди вновь зимуют на «таёжном острове» и вновь понимают – помощи ждать бесполезно.

«Добрыня Никитич»: забытая русская опера

18 ноября в Новосибирске состоится премьера оперы-былины Александра Гречанинова «Добрыня Никитич». Сочинение прозвучит в живом исполнении первый раз в Сибири и третий раз вообще в России. Главный дирижер Русского академического оркестра России Владимир Гусев и руководитель хорового ансамбля «Маркелловы голоса» Игорь Тюваев рассказали корреспонденту Тайги.инфо, почему национальная русская опера была предана забвению на целый век.

Тайга.инфо: Оперу «Добрыня Никитич» называют национальным русским шедевром. Вы согласны с этим утверждением? Что позволяет так характеризовать ее?

В.Г.: «Добрыня Никитич» — национальный русский шедевр. Это совершенно верно, так как в этой опере Александр Гречанинов блестяще воплотил дух русского народа. Высший пилотаж композитора выражается в том, что при написании музыки он так проникает в национальные интонации, что принадлежность конечного произведения трудно определить: народное оно или авторское.

И.Т: В опере есть интересный тематизм, интересные арии, но в основном это типичный материал для того времени, ничего новаторского там нет. Был бы шедевр, не был бы он утерян. Практика показывает, что шедевры так просто не забываются. Однако с чем связано исчезновение этой оперы, не понятно. Это очень яркий самобытный музыкальный материал, стилистически напоминающий сочинения Николая Римского-Корсакова, в первую очередь, «Снегурочку», «Сказку о царе Салтане». Хоры Гречанинова похожи на хоры Римского-Корсакова. Это типично для всех композиторов того времени, творчество которых базировалось на русской народной тематике.

Тайга.инфо: Почему Русский академический оркестр взялся за эту оперу только сейчас?

В.Г.: К сожалению, нотный материал появился совсем недавно, год назад. Опера написана была в начале 20 века по заказу Большого театра, впервые исполнена в 1903 году. Несмотря на то, что первый состав исполнителей был, мягко сказать, неслабый — Федор Шаляпин, Антонина Нежданова, Леонид Собинов – постановка выдержала всего шесть-восемь показов. В 1920-х годах Гречанинов эмигрировал за границу, на его творчество было наложено вето. Почему русский оркестр взялся за эту оперу? Во-первых, потому что симфонический ее не играет, во-вторых, потому что второе исполнение оперы было сделано Андреевским народным оркестром (в блокадном Ленинграде в 1943 году). В-третьих, тема очень благодатная – русский характер, русская музыка, русская мощь. Сегодня мы часто говорим о национальном характере, идее. В этом плане «Добрыня Никитич», мне кажется, попадает в точку.

Тайга.инфо: Для русского оркестра это будет первый опыт исполнения такого большого жанра как опера?

В.Г.: Русский оркестр никогда не исполнял оперу целиком, поэтому есть некоторое волнение и сомнение — получится или нет? До сих пор у нас не было практики исполнения речитативов. Отдельные номера опер на концертах мы, конечно, исполняли, но целое оперное действо будем показывать впервые. Кстати, в феврале мы опять прикоснемся к этому жанру, исполнив монооперу «Ожидание» Микаэля Таривердиева.

Тайга.инфо: Как долго репетировали «Добрыню»?

В.Г.: Материал был роздан осенью, солисты прошли его с концертмейстером, а полноценные репетиции длились неделю. Я вижу, что оркестру нравится играть оперу, жаль, что инструментовка давно сделана. Как всегда не хватает времени, чтобы провести ретушь, приблизить материал к современным возможностям звучания.

И.Т.: Это первый совместный проект с русским оркестром в истории «Маркелловых голосов». Разговоры о нем велись около полутора лет. Были сомнения, что мы таким маленьким составом (16 человек) нормально прозвучим с таким большим оркестром. Однако первые репетиции показали, что мы прекрасно сочетаемся и по балансу, и по динамике. Фактура русского народного оркестра очень легкая: струнные (балалайки, домры) в народном оркестре звучат не так громко, как струнные (скрипки, альты, виолончели, контрабасы) в симфоническом.

Тайга.инфо: 18 ноября зрители услышат целую оперу или фрагменты?

В.Г.: Это будет сокращенный вариант специально для концертного исполнения (в основном под сокращение попала большая сцена танцев). Причина – отсутствие полноценной партитуры! С большим трудом в Москве в архиве Всесоюзного радио разыскался клавир (переложение партитуры для голоса с фортепиано). Приходится кое-что делать с клавира и пользоваться оркестровкой, созданной в Ленинграде в 1943 году (она не очень удачная). Несколько номеров оркестровал я сам (вступление ко второму акту, дуэт Насти и Алеши, сцена Алеши и Добрыни и т.д.). Несмотря на фрагментарность, сюжетная линия в концертном исполнении будет прослеживаться, с точки зрения содержания зритель почти ничего не потеряет, ему все будет понятно.

И.Т.: На концерте опера прозвучит с большими купюрами, зритель услышит только 70% от всего материала. Переложить всю оперу для русского оркестра – это титаническая работа, которую сделать быстро просто невозможно.

Тайга.инфо: Слышала два противоположных мнения о вокальной части оперы. Первое, что арии очень сложны и что не каждый сможет их исполнить. Второе, что партии удобны для голосов и идеальны для восприятия людей со средним музыкальным уровнем, то есть, они будут понятны всем.

В.Г.: Вокалистам петь удобно, потому что Гречанинов уходит от чистой арии как таковой, стремясь к жанру песни. Конечно, законы оперы соблюдены, но композитор не хотел далеко уходить от народного колорита. Такой вокал очень хорошо сочетается с нашими инструментами.

И.Т.: Условия для солистов и хора очень разные. Очень сложно написаны партии главных персонажей, особенно партия тенора. Не каждый солист справится с тесситурой этой партии. У второстепенных же персонажей партии очень простые. Этот же принцип характерен как для старинной оперы, оперы эпохи барокко (когда главные роли писали для кастратов), так и для отечественного письма: виртуозные, сложные партии у главных персонажей и простые у второстепенных.

Тайга.инфо: Концерт 18 ноября будет единственным или зрители смогут услышать оперу еще раз?

В.Г.: В этом сезоне, возможно, концерт повторим в феврале. Честно скажу, не хочется прощаться с этой музыкой. Есть задумка исполнить «Добрыню» в костюмах, пригласить чтеца. Однако все зависит, во-первых, от того, как пройдет премьера (примет публика или не примет), во-вторых, от наличия денег, в-третьих, от наличия зала у филармонии (полноценную оперу просто негде показать!).

Тайга.инфо: В 1903 году спектакль «Добрыня Никитич» был встречен спокойно и не имел большого резонанса из-за своей явной традиционности. Публика посчитала, что опера опоздала появиться на свет лет на 30. Не боитесь ли, что зрителю 21 века не будет интересна эта опера-былина?

В.Г.: Если честно, боюсь, но ведь кому-то надо сохранять свою национальную культуру. Оперу «Добрыня Никитич» надо играть, надо, чтобы ее знали. Здесь долг перед прекрасной музыкой пересиливает стремление к популярности. Вообще, русская тематика сегодня нивелируется, исчезает из обихода. Как говорят журналисты, это неформатный материал. Мы живем в атмосфере самоуничижения, преклонения перед иностранными произведениями, а свое родное стыдимся показывать. И делаем это зря! Почему Морис Равель делал оркестровку к «Картинкам с выставки» Модеста Мусоргского, а Эммануэль Шабрие писал фантазии на русские темы для симфонического оркестра? Так проявился интерес Франции к русской музыке. Почему сочинения Михаила Глинки, Модеста Мусоргского не стыдятся на ломаном русском исполнять за границей, а мы и на русском-то не поем?! Возможно, поэтому в истории отечественной музыки сплошь и рядом встречаются белые пятна – сочинения, забытые совсем или не исполнявшиеся много лет.

И.Т.: На мой взгляд, опера «Добрыня Никитич», в первую очередь, интересна как фолиант, музейный экспонат, который никто из современников никогда не слышал в Сибири. Во-вторых, у оперы непривычная для уха оркестровка для народных инструментов. Эти два момента, я считаю, ситуацию спасут. Я даже думаю, какой-нибудь оперный театр мог бы обратить внимание на эту музыку, потому что она того стоит.

Забытая «жемчужинка» в ожерелье большой страны

Мы едем «по грунтовке», больше похожей на обычную проселочную дорогу, в деревню Парилово. От Белопольска, куда свернули с трассы, всего семь километров, а вот от Ужура — все 50. Вид на деревню открылся неожиданно, когда машина поднялась в гору. Красота, скажу, предстала неописуемая: холмы и горы, покрытые лесом, а у подножья — речушка. Вопреки ожиданиям, деревушка не казалась совсем забытой. Чистенькая, опрятная, стыдливо прячущая заброшенные дома и напоказ выставляющая новостройки. Их мало, но они как символ будущего деревни.

Парилово знаменито своей историей. Основали ее братья Париловы — беглые казаки. Во время движения по Сибири к ним присоединялись другие люди, которые и стали первыми жителями новой деревни. Это были Ягонские, Федоровы, Марьясовы. Спустя несколько лет, в 1746 году, деревня была официально зарегистрирована. До 1964 года Парилово находилось в ведении Старокузурбинского сельсовета, а затем стала относиться к Приреченскому.

В годы основания Парилово протекавшая по деревне река была большая и бурная. Она брала свое начало в тайге и получила название Парилов ключ, потому что в русле било множество ключей. На реке стояли три мельницы, одна сохранилась аж до 60-х годов прошлого века. Жители занимались земледелием, выращивали гречиху, пшено, рыжик и злаковые.

Казаки были православной веры и поэтому построили церковь, которая была разрушена после революции. Церковнослужители переехали со своим имуществом в Бараит.

Со временем население деревни увеличивалось. Была организована артель «Красный Октябрь». Открылись кондитерский и пимокатный цеха (валенки во время войны отправлялись на фронт), алебастровый завод, маслобойня, цех по изготовлению игрушек и выделки шкур. Была разработана шахта по добыче медной руды. Пробовали разрабатывать гипс, но его залежи оказались незначительными и от добычи отказались. Даже свой кирпичный завод был. Не так давно разбирали старую стену, кирпич до того крепкий, что можно снова в дело пускать. Продукцию из деревни обозами вывозили в Ачинск, Назарово и другие населенные пункты. Зато сейчас, в 21 веке с его технологиями, в Ужурском районе кроме магазинов ничего больше не открывается. Не в укор сказано, так, констатация факта.

В 1928 году многие зажиточные семьи были объявлены кулаками и сосланы в Соловки и другие лагеря, из которых большая часть так и не вернулась. Такой «каток» прошелся по семье Араштаевых. Анатолий Григорьевич из рассказа своей матери знает, что его деда причислили к кулакам только потому, что у него было две лошади и корова, а то, что в семье еще и куча малых детей, никто не учел. Раскулачили. Сослали всю семью в Казахстан. Не тронули лишь мать Анатолия Григорьевича, она была рождена в другом браке. А вот мачеха с малыми детьми вместе с мужем испила горькую чашу до дна. Из Казахстана они потом сбежали. Жили в небольшой деревушке за Копьево, там и умерли, а их дети прожили в той деревне всю жизнь. Теперь и Анатолий Григорьевич доживает свой век в деревне, которая тоже стала забытой-заброшенной. И держится благодаря ему и другим, кто остался ей верен.

В 1941-42 годах в деревне открылась начальная школа, последней учительницей в ней была Валентина Петровна Зиновьева. В 1977 году школу закрыли, а дети стали ездить в Приреченск и жили там же в интернате.

В 1960 году артель распалась в связи с отсталостью технической базы. С этого момента и начался «закат» деревни. Люди стали уезжать, численность населения заметно сокращалась. Цеха закрылись, здания разрушились. И только воспоминания об этом времени остались в памяти людей.

В 1964 году Парилово стало фермой № 2 в Ужурсовхозе. Кроме полеводства занимались еще и овцеводством.

К 2005 году население Парилово составляло 91 человек. Сейчас вся деревня — одна улица да две усадьбы за речкой. Дома деревянные, в большинстве своем старенькие, но ухоженные. Живут в деревне коренные ее жители. Все, кто приехал в разные годы в поисках работы и лучшей доли, после развала градообразующего сельхозпредприятия разъехались по городам и весям страны. Те, кто остался, не хотят уезжать отсюда ни за какие деньги. И не только пожилые люди, но вполне трудоспособного возраста. Секрет прост: это их малая родина, где даже воздух другой, не говоря о прекрасной природе. В речке, как и прежде, водится золотистый карась, исконный, сибирский, в лесах — грибы да ягоды. Эти места вполне можно назвать «райским» уголком со своими традициями и деревенским колоритом.

Пять поколений, как минимум, Черкашиных живут на этой земле. С братьями Геннадием (он уже ушел из жизни), Николаем и Владимиром я знакома давно. Они чабанили в Ужурсовхозе. Писала о них не раз в газете как о передовиках производства. Планы по настригу шерсти их бригада постоянно перевыполняла, да и привесы овец всегда были высокими. Расстались с этой профессией не по собственной воле. В 90-е лихие в хозяйстве под нож пошло все поголовье овец из-за невостребованности государством как шерсти, так и мяса. Стали работать механизаторами. И здесь трудились также добросовестно и ответственно. По-другому и не могли. Живут и по сей день в деревне, а в 1998 году сюда переехала из Красноярска их сестра Вера. Ее душа все тридцать с лишним лет, которые прожила сначала в Саяногорске, потом в Красноярске вполне достойно и счастливо, рвалась в родные места. Приехала и стало так спокойно и радостно, словно родина влила в нее всю целебную силу этих мест. Еще две сестры живут, можно сказать, по-соседству, в Малом Имыше, в гости ездят частенько. Как сами говорят, едут в машине, а душа впереди бежит.

— Деревня наша большая была, — вспоминают Черкашины. — Основная часть населения проживала на другой стороне речки, там теперь две семьи осталось. И наш дом тоже там стоял, все детство в нем прошло. Долгое время электроэнергию получали от генератора. Лампочки в домах горели до 12 ночи. Три раза мигнет свет, пора и честь знать. А не хочешь спать, включай керосиновую лампу или свечу зажигай. Когда ЛЭП провели, это стало для деревни большим событием. А в 80-е годы дорогу к нам отсыпали грунтовую. Вот тогда почувствовали, что к цивилизации стали ближе. А то ведь в грязь застрявшие машины приходилось волоком вытаскивать. Тогда никому и в голову не приходило, что могут наступить такие времена, как сейчас. Будущее виделось совсем другим.

Деревенская жизнь — это ежедневный, упорный труд и извечная, неразрывная связь с землей. И она нарушена. Когда-то они были не только хозяевами пашни, что вокруг деревни, но и работниками на ней. После банкротства сельхозпредприятия последнего лишились. Нет, земля не пустует. Как говорится, свято место пусто не бывает. Её взяли в аренду с одной стороны — ЗАО «Искра», с другой — агрофирма. А люди оказались никому не нужными, огромная масса, в том числе и париловцы, просто выброшена из жизни. Конечно, предложили механизаторам работу и в том, и в другом хозяйстве, но это совсем не то, когда работаешь вблизи дома, на месте. Так, вроде вахтового метода.

— Что бы ни говорили, как бы ни оценивали те годы, когда директорствовал А. Гридюшкин, — говорит Владимир Анатольевич Черкашин, — я лично вспоминаю только с добром. Мы тогда из тьмы начали выбираться. И работа у всех была, и зарплату платили. Даже перспективы наметились в развитии хозяйства после долгих лет застоя и упадка. Были и реальные изменения. Не берусь судить о том, что впоследствии произошло, но Гридюшкиным не только наши земли нужны были, но и живущие люди на ней. Не то, что сейчас. Нет у нас уверенности в завтрашнем дне. Старики всю жизнь этой земле отдали, а приткнуться не к кому, везде чужие. Спасибо, сельская власть не бросает. С приходом на пост главы поселения М.Н. Маштаровой отношение к населению деревни и их нуждам в корне изменилось. Сейчас у трудоспособного населения всего два выхода осталось: либо полностью переходить на натуральное хозяйство, либо подаваться на заработки в другие места. По-другому никак. Вот так и живем.

Кстати, в деревне искренне недоумевают, почему, к примеру, искровцам, забравшим пашню, не обустроить здесь откормплощадку, ведь выпасов достаточно и рабочие руки найдутся. Это стало бы стимулом для деревни. Хотя молодежь и уезжает из нее, но всегда находятся и такие, кто готов всю свою жизнь прожить здесь, в Парилово. Такой выбор сделали сыновья Владимира Анатольевича. И дочь Николая Анатольевича, студентка второго курса медакадемии, тоже планирует вернуться в родные места. И это только единственный пример.

Человек, который не пьет, работает, не пропадет ни при каких обстоятельствах, считают деревенские. Что и доказывают собственным примером. Даже пенсионеры не пали духом, живут и не собираются отсюда уезжать. Николай и Владимир с сыновьями, например, развели крупнорогатый скот. Выращивают на продажу. Тем и живут. Взяли в аренду на 49 лет сенокосные угодья, сами заготавливают для скота сено. На подворье у каждого полный набор техники: от трактора «Беларусь» до пресс-подборщика.

— А у меня всего две козы да козел, — смеется Вера Анатольевна, — десяток курочек. Хватает, не бедствуем. Конечно, с моим большим предпринимательским стажем могла бы продолжить работу в Ужуре, но автобус к нам ходит всего один раз в месяц. Думаю, при ином графике движения и другие бы попытались трудоустроиться. Может, тогда и желающих переехать из города в нашу деревню при таких красотах природы прибавилось. А при такой оторванности от города кто поедет? Говорят, невыгодно. Разве можно так мыслить, когда речь идет о людях, живущих в деревне?

Впрочем, не только АТП так посчитало, райпо тоже в последние годы ставит ультиматум: нужен магазин — обеспечивайте сами углем в зимнее время. Вот и сейчас уже напомнили главе сельской администрации об этом. Париловцы боятся, что может наступить такое время, когда администрация не сможет выполнить это условие, тогда совсем худо придется. Не у каждого есть транспорт, чтобы добраться за продуктами питания в Приреченск. Здесь удивляются, почему райпо считает в их деревне магазин обузой, если план реализации товаров продавец ежемесячно выполняет?

Мост через речку полностью развалился, обещали в этом году сделать, но по сей день никаких подвижек нет. И опять опасения, что могут о них забыть. Не забыли, спешу уведомить. Исполняющий обязанности главы администрации района М.И. Дробушевский сказал, что выполнение работ было запланировано на третий квартал этого года. Смета уже сделана, принято решение о выделении средств из резервного фонда района и в течение недели-двух будет заключен договор с подрядной организацией.

Приходит в упадок дорога, которую отсыпали еще в 80-е годы. Грейдируют ее постоянно, но по этой причине в некоторых местах гравия не стало, в грязь можно и застрять. Зимой дорога тоже постоянно очищается от снега, за что жители деревни очень благодарны.

Фельдшера нет, но медработник Е.В. Озорнина приезжает в определенные дни, да и в другое время, если позвонить, тоже не откажет. Медицинское обслуживание вполне удовлетворяет всех. В Приреченске теперь новая скорая, поэтому с доставкой больных проблем нет. И медикаменты привозят. Детского сада в деревне нет, но перед школой с малышами занимаются в Приреченской школе. Клуб старенький, сейчас в нем «косметический ремонт» идет. Т.Р. Морева, зав. клубом и депутат сельского Совета, делает все возможное, чтобы досуг населения был интересным, а клуб был, действительно, очагом культуры.

Не удержалась, спросила, каким видят будущее для своей деревни.

— Пока мы живы — будет жить и деревня, — сказали мне. А я хотела бы напомнить всем, от кого зависит судьба поселений района, что без села, без труда человека на земле не может быть сильной Россия. Нельзя, на мой взгляд, вынув душу, построить будущее.

Читать «Неожиданная Россия. XX век (СИ)» — Волынец Алексей Николаевич — Страница 85

На следующий день после «самороспуска» ДВР правительство РСФСР издало декрет о включении Дальнего Востока в состав России. Два первых лица упразднённой республики к тому времени давно находились в Москве, Кремль предпочёл найти им новую работу подальше от дальневосточных земель – Краснощёкова и Никифорова назначили чиновниками народного комиссариата (министерства) финансов.

Такое решение не было удивительным – за два года во главе ДВР они накопили немалый опыт, пытаясь наладить экономику и финансы «буферной» республики. Когда выпущенные ими бумажные рубли быстро обесценились, бюджет и рынок ДВР в 1921 году успешно перевели на царский золотой рубль. Но экономическая история Дальневосточной республики – это ещё одна большая тема, которая ждёт своего исследователя.

В Москве 1922 года, напомним, бушевал «угар НЭПа» – по завершении гражданской войны фактически восстановили рыночные отношения. И некогда успешный американец Александр Краснощёков быстро нашёл себя при «советском капитализме». Пользуясь авторитетом и связями в верхах, он организовал… банк.

Краснощеков в 20-е годы минувшего века

Акционерное общество «Торгово-промышленный банк СССР» быстро оказалось вторым финансовым учреждением в стране, после Госбанка. Кредиты промышленности и частным коммерсантам, сеть филиалов по всей России, первые после революции переводы за границу для частных лиц, реклама банка Краснощёкова на первых советских самолётах… Бывший глава ДВР работал с размахом менеджера крупной американской корпорации. Однако и жил он в том же стиле, не отказывая себе в радостях жизни.

Дорогие машины, особняк в Москве, загородный дом, бурная светская жизнь – обычный быт крупного коммерсанта, но на фоне нищей страны и всё ещё аскетичной морали победивших большевиков, председатель правления «Промбанка» Краснощёков слишком выделялся. В сентябре 1932 года бывшего главу ДВР арестовали по обвинению в растратах и коррупции.

За полгода, пока длилось следствие, Краснощеков написал в Лефортовской тюрьме книгу о банковской системе США. Начавшийся в марте 1924 года суд стал одним из самых громких процессов эпохи НЭПа, о нём тогда писали все газеты страны, а в столичных театрах шла пьеса «Воздушный пирог», где в образе советского коррупционера Коромыслова на потеху публике был выведен именно Краснощёков.

В капитале «Торгово-промышленного банка» преобладали государственные деньги, и подсудимому припомнили все мнимые и реальные грехи. Как официально сообщалось в газетах: «Установлены бесспорные факты преступного использования Краснощековым средств в личных целях, устройство на эти средства безобразных кутежей, использование хозяйственных сумм банка в целях обогащения своих родственников…»

Показания против Краснощёкова дал его бывший соратник по ДВР, некогда командующий «Народно-революционной армией» Генрих Эйхе. В 1923 году Краснощёков устроил его на работу в свой банк, на хлебную должность «начальника подотдела снабжения хозяйственного отдела». Эйхе рассказал суду как фактически государственные деньги использовались в личных целях, вплоть до комических мелочей – оплата цветов многочисленным любовницам Краснощёкова проводилась по графе «Вывоз мусора».

Но именно благодаря своим интимным связям бывший глава ДВР вошёл и в историю русской литературы. Пока он сидел в Лефортовской тюрьме, его дочь от первого барака жила в доме Лили Брик, прославленной в поэзии музы «футуриста» Маяковского. Самая знаменитая женщина московской богемы 20-х годов искренне делила свои симпатии между поэтом и «вторым большим», как она называла Краснощёкова в письмах. Краснощёков стихов любовнице не посвящал, но брал другим – именно он щедро финансировал первые поездки Брик и Маяковского за границу.

Суд дал «американцу из Чернобыля» 6 лет тюрьмы, но уже через год его освободили по амнистии. Дальнейшая жизнь бывшего главы ДВР прошла на чиновничьих должностях средней руки. В 1937 году Краснощекова, начальника Главного управления новых лубяных культур Народного комиссариата земледелия СССР, арестовали и расстреляли.

Его коллега по Дальневосточной республике, Пётр Никифоров ещё в 1936 году предусмотрительно ушёл на пенсию, сославшись на подорванное царской каторгой здоровье. И скромным пенсионером прожил ещё почти сорок лет, мирно скончавшись 90-летним старцем в 1974 году. Дальневосточную республику тогда почти забыли, как недолгий курьёз из истории гражданской войны. Даже в Приморье был куда больше известен заместитель Никифорова, казнённый японцами и белогвардейцами Сергей Лазо – ему ставили памятники и снимали пафосные кинофильмы о его судьбе. Имена же Никифорова и Краснощёкова помнили только немногие профессиональные историки.

На этом рассказ о людях, создавших ДВР, можно было бы закончить, не найдись уже в XXI веке любопытный документ – рассекреченный доклад Сталину о подполье, которое готовили в годы Великой Отечественной войны на случай падения столицы СССР. Именно забытый всеми пенсионер Никифоров с дореволюционным опытом нелегальной деятельности в августе 1941 года создавал сеть агентов и явочных квартир на случай захвата Москвы немцами.

Когда же в мае 1942 года непосредственная опасность столице миновала, Пётр Никифоров уехал на Дальний Восток, где занялся подготовкой подполья и партизанских отрядов уже на случай нападения Японии. Прежде всего искали стариков, имевших опыт борьбы с японскими интервентами в годы гражданской войны. Почти 15 тысяч заранее обученных партизан и 191 секретная база в тайге на Амуре – итог деятельности «спецгруппы» Никифорова. Так забытая всеми «буферная» ДВР последний раз послужила делу защиты дальневосточных границ России.

Глава 35. «Куски меха засовывали в ширинки…» или «Civil war in the taiga»

Превратившиеся в отдельный рассказ заметки на полях документального романа Леонида Юзефовича «Зимняя дорога»

Роман Леонида Юзефовича «Зимняя дорога» рассказывает о гражданской войне в Якутии. Точнее – о последних боях нашей большой гражданской войны, отгремевших 94 года назад посреди заснеженной якутской тайги. Книга даёт потрясающую картину той драмы, когда морозной зимой 1923 года сошлись в смертельном поединке на подступах к Якутску белый генерал и красный анархист.

Впрочем, роман Юзефовича – это лишь большое современное послесловие к действительно настоящему бестселлеру своего времени, книге «В якутской тайге» Ивана Строда. Ту книгу печатали не только по всему СССР, от Якутска до Минска – несколько англоязычных изданий начала 30-х годов прошлого века в Лондоне и Нью-Йорке рассказывали иностранной аудитории о необычной «Civil war in the taiga», гражданской войне в тайге, как назывался перевод книги Строда.

Иван, он же Янис, Строд был не писателем, а главным участником той драмы с «красной» стороны. Но к несомненному таланту «полевого командира», настоящего боевого вождя, прилагался и литературный дар. Книга о «войне в тайге» оказалась куда больше, чем просто очередной мемуар одной из сторон конфликта. По другую сторону, кстати, тоже сражался настоящий вождь и тоже не лишённый литературных вкусов – в перерывах между боями «белый генерал» Пепеляев пытался записывать стихи. Свой бестселлер о той войне он, как проигравшая сторона, по понятным причинам не написал. Отчасти за него это в 2016 году сделал Леонид Юзефович…

Нет смысле пересказывать ту сложную историю, лучше прочитать о ней у Юзефовича или у самого Строда. Доступны современному читателю и несколько воспоминаний белых участников тех событий, и даже сборники документов тех лет. Поэтому хочется рассказать о другом. О том, что отличает те события от остальной гражданской войны.

Прежде всего – это отдельные, но просто невероятные взлёты милосердия, прямо какие-то приступы гуманизма на фоне всеобщей и давно привычной жестокости. Затем – мороз… Нечеловеческий, нехарактерный для остальной, даже северной России, якутский холод. Знаменитый в русской истории «генерал Мороз» в той последней битве соблюдал строгий нейтралитет – одинаково разя и белых, и красных.

Беспокойная тайга | Культурное выживание

К оленеводческим народам, составляющим Южно-Сибирский и Монгольский оленеводческий комплекс, относятся духа северо-западной Монголии, тожу Республики Тыва, тофа Иркутской области, сойоты Республики Бурятия и эвенки, населяющие южную Сибирь и северную оконечность автономного района Внутренняя Монголия Китая. Эти народы, населяющие хрупкий переходный пояс тайги и альпийской тундры между сибирскими бореальными лесами и степями Внутренней Азии, представляют собой самый южный край оленеводческого скотоводства в мире.

Хотя каждый из этих народов отличается этнически и культурно, все они имеют общую форму оленеводства, которая уникальна по своей истории, методам, функциям, экологии и культурному самовыражению. Южносибирские и монгольские оленеводческие народы смешивают четкие антропологические категории кочевников-скотоводов и охотников-собирателей. Действительно, они разводят и разводят скот, но в отличие от крупных оленеводов северной Сибири, европейской части России и Скандинавии, которые живут в тундровых районах и разводят большие стада северных оленей в основном на мясо, южносибирские и северные монгольские группы разводят в тайге небольшие стада оленей.Они используют оленей преимущественно как вьючных и верховых животных (для облегчения охоты), а также как источник молочных продуктов, а рыба и дичь являются основными источниками животного белка. Этот способ производства и тесная связь пастухов с их естественной средой породили богатые культуры, широко прославленные в истории, фольклоре и музыке этих областей. Однако эти группы и их культуры остаются практически неизвестными по сравнению с оленеводческими группами северной Сибири и Скандинавии, особенно в нерусскоязычной литературе.

Группы, составляющие этот южный контингент оленеводческих культур, имеют еще одну общую черту — все они в той или иной степени сталкиваются с одинаковыми угрозами своему культурному выживанию, включая переход к рыночной экономике, приватизацию земли, добычу полезных ископаемых, туризм. , глобальное потепление, языковая угроза и утрата, а также ассимиляция с доминирующими русской, монгольской и китайской культурами. Общая численность населения этих народов составляет около 10 000 человек, что составляет лишь небольшую часть от общей численности населения регионов, в которых они проживают.Однако из этих 10 000 менее 1 000 по-прежнему активно занимаются оленеводством. Это неравенство в значительной степени связано с резким сокращением численности домашних северных оленей. В регионе осталось около 3500 домашних северных оленей по сравнению с 15 000 всего десять лет назад.

Исчезновение северных оленей и упадок этих культур будет означать сокращение биологического и культурного разнообразия и утрату уникальных и ценных культурных знаний. Потребность в документации и помощи для усилий по возрождению на уровне сообщества является срочной.Как отмечает Сьюзен Крейт в своей статье об упадке оленеводства в районе реки Вилюй в Республике Саха: «Учитывая современные свидетельства центральной роли культурного и экологического разнообразия в поддержании глобальных экосистем, крайне важно найти способы облегчить выживания этих жизненно важных южно-сибирских оленеводческих культур». Статьи в этом выпуске ежеквартального журнала «Культурное выживание» (Cultural Survival Quarterly ) обращают давно назревшее внимание на эти группы и их нынешнее положение, исследуя широкий круг вопросов, связанных с их борьбой за культурное выживание.

Кроме того, сосредоточение внимания на этих самых южных оленеводческих группах с их трансграничным распространением дает уникальную возможность для сравнительного анализа воздействия различных государственных систем и административных и институциональных механизмов на оленеводство и средства к существованию коренных народов. Например, оленеводческие эвенки в автономном районе Внутренняя Монголия Китая пользуются привилегированным статусом меньшинства и до недавнего времени пользовались государственной политикой активной поддержки, которая позволяла им адаптировать свою оленеводческую деятельность к современным экономическим требованиям.

С другой стороны, духа, большинство из которых бежали в Монголию из Советского Союза в 1930-х и 1940-х годах, спасаясь от принудительной коллективизации и оседлости, имеют лишь самое ограниченное признание в качестве меньшинств. Они сталкиваются с такой крайней маргинализацией в Монголии, что вынуждены прибегать к единственной системе поддержки, которая у них есть, — к собственному народу и культуре. Следовательно, как это ни парадоксально, отсутствие защищенного статуса у духов способствовало сохранению их языка, средств к существованию и традиций.

Оленеводческие народы России официально отнесены к числу коренных малочисленных народов Российской Федерации (Коренные малочисленные народы Российской Федерации)1, что дает им права и привилегии, направленные на защиту их «традиционного образа жизни». Однако эти меры защиты реализуются неравномерно и появились лишь недавно, после того как поколения наложенных друг на друга проектов социальной инженерии, таких как коллективизация и принудительная оседлость, почти полностью уничтожили любые остатки традиционных структур.

Первый раздел этого номера Ежеквартального вестника «Культурное выживание» посвящен эвенкам, самому многочисленному и широко распространенному из официально признанных в России коренных малочисленных народов Российской Федерации. Н. В. Ермолова открывает этот раздел общим знакомством с эвенками и их особым типом оленеводства. Далее Сьюзен Крейт приводит историческое объяснение полного упадка оленеводства среди одной группы эвенков, проживающих в районе реки Вилюй в Республике Саха (Якутия).Вклад Крейта иллюстрирует культурное опустошение, которое может произойти, когда промышленное развитие, в данном случае добыча алмазов, имеет приоритет над правами коренных меньшинств.

Затем Гейл Фондал предлагает пример другой группы эвенков, живущих южнее в Республике Саха, которые пользуются правами, предоставляемыми их статусом коренных малочисленных народов Российской Федерации, для создания относительно автономных и самоуправляемых структур. известная как община .Эта альтернатива стала возможной благодаря принятию в 1996 г. Закона № «Об основах государственного регулирования социально-экономического развития Севера Российской Федерации» № и усилена принятием в 1999 г. Закона № «О гарантиях прав коренных малочисленных народов». Российской Федерации и Законом 2000 г. «Об общих принципах организации родовых общин (общин) коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации .Создание общин было провозглашено наиболее приемлемым с культурной точки зрения способом дать коренным малочисленным народам Российской Федерации больший контроль над ресурсами и своим будущим, а также как лучший способ спасти их от участи вилюйских эвенков. Однако концепция общины имела лишь ограниченный успех в России; например, она полностью развалилась у тожуских оленеводов Республики Тыва. Анализ Фондаля предлагает причины этого ограниченного успеха.

В соответствующей врезке Фондаль обсуждает сопротивление эвенков созданию охраняемого природного заповедника. Официальная идеология охраняемых территорий по-прежнему исходит из того, что люди не являются частью экологического баланса, а нарушают его и должны быть исключены для эффективной защиты природы. Таким образом, создание ООПТ, внешне безобидное и даже полезное для окружающей среды, на самом деле представляет собой еще одну угрозу для южно-сибирских оленеводческих народов, поскольку приводит к тому, что коренные народы лишаются доступа к ресурсам, необходимым для их жизнеобеспечения.

Именно такое развитие событий, похоже, готово превратить то, что, возможно, является самым многообещающим примером в этом выпуске, в самое удручающее. Согласно недавним новостным сообщениям, китайское государство в одностороннем порядке приняло решение переселить эвенков-оленеводов из Внутренней Монголии якобы для «сохранения экологического баланса в горах». единственный оленевод в Китае. Очень личные воспоминания Нентвиг о двух визитах к эвенкам обрамляют историю взлетов и падений, характеризующуюся культурным упорством перед лицом невзгод.Основываясь на своих впечатлениях от своего последнего визита в 1993 году, Нентвиг пришел к выводу, что эвенки-оленеводы Китая в то время уезжали в свой «последний закат».

Статья Бич, основанная на полевых исследованиях 1997 года, предлагает более оптимистичную оценку ситуации. Бич наблюдал совместную договоренность о совместном владении оленеводческими ресурсами между китайским государством и оленеводами, которую Бич называет «системой двойного владения». Такой порядок, хотя и не лишенный недостатков, привел к значительному экономическому развитию и повышению уровня жизни эвенков, не разрушив при этом их культурной базы.При составлении этого журнала эта система как бы подсказывала возможные решения проблем, с которыми сталкивались южносибирские оленеводы в России и Монголии.

Но насильственное переселение эвенков-оленеводов Китая почти наверняка окажется последней атакой на их образ жизни и впоследствии поставит под угрозу основу их этнической идентичности. В совокупности эти истории являются горьким напоминанием о хрупкости и шаткости существования оленеводческих народов, их бессилии перед капризами государства.

Во втором разделе этого номера обсуждаются четыре южно-сибирские оленеводческие группы, составляющие то, что один из приглашенных редакторов Дэниел Пламли назвал Саянским крестом оленеводческих культур. Эти четыре группы — тофа, тожу, духа и сойот — живут в соседних квадрантах Восточного Саянского хребта, но в разных административных режимах. Группы имеют общую историю и частичное этническое происхождение, но геополитические силы направили их по разным историческим траекториям.В результате они составляют своего рода континуум, от тожу и духа, которым удалось в той или иной степени сохранить свои оленеводческие традиции и родной язык, до тофа и сойотов, которые почти полностью утратили оленеводство. и их языки.

Работа Ларисы Павлинской посвящена сойотам Окинского района Бурятии (Российская Федерация), но также служит введением в этнические процессы и историю оленеводства, которым занимались все четыре группы в этой области.Точно так же ее подробный исторический анализ факторов, приведших к упадку оленеводства среди сойотов — от коллективизации через принудительную ассимиляцию до «реформ» по требованию правительства — может быть с равным успехом применен ко многим группам, обсуждаемым в этом выпуске. . Павлинская предлагает увлекательный кейс процессов угасания и возрождения этнической идентичности, тесно связанной с определенным стилем жизни.

Вклады Брайана Донахью и Дэвида Харрисона сосредоточены на одной конкретной области, важной для этнической идентичности и культурного выживания.Отмечая, что охота имеет такое же культурное и экономическое значение, как и оленеводство для народа тожу в Республике Тыва, Донахью отмечает, что ресурсная база диких животных, от которой зависят тожу — как их основной источник животного белка и основной источник доходы от торговли пушниной истощаются, в основном из-за браконьерства, чтобы удовлетворить потребности черного рынка в контрабандных частях животных. Другие угрозы ресурсам диких животных включают деградацию среды обитания из-за добывающей промышленности (в случае Тожу, добычи золота и лесозаготовок) и соблазн прибыльного охотничьего туризма со стороны иностранцев.

Харрисон обсуждает факторы, приведшие к гибели языка тофа, и разрушительное воздействие, которое он оказал на культуру тофа. Подобно исследованию Крейтом эвенков реки Вилюй, Харрисон надеется, что его мрачная оценка ситуации с языком тофа окажется поучительной, «показывая, что именно находится под угрозой исчезновения, когда язык (и связанный с ним образ жизни) исчезает».

Народ духа северо-западной Монголии представлен Батулагом Солным, этническим духа, Пуревом Цогцайханом из Министерства природы и окружающей среды Монголии и Пламли, тесно сотрудничающим с духа с 1996 года.После краткого изложения истории Духа авторы обрисовывают нынешнее положение Духа и высказывают насущные опасения Духа, почерпнутые из многочисленных встреч с представителями Духа в 2002 г.

Несмотря на усилия, направленные на то, чтобы осветить истории успеха и будущую жизнеспособность этих культур, находящихся под угрозой исчезновения, у этого номера безнадежный тон. Полная гибель культуры оленеводства на реке Вилюй, неминуемая смерть языка тофа и недавно введенное под мандат насильственное переселение эвенков Китая — все это можно рассматривать как предзнаменование неизбежной судьбы остальных оленеводческих культур, о которых шла речь. в этом выпуске.Но мы включили эти мрачные портреты, потому что хотим видеть в них уроки, которые необходимо извлечь для будущего выживания оставшихся культур.

Среди этой мрачной картины сияют лучи надежды. Тожу упорно цепляются за свой язык и образ жизни, несмотря на многочисленные давления, и более чем достаточно молодежи Тожу говорят, что они планируют продолжить оленеводческую традицию. Оленеводство среди духа по-прежнему жизнеспособно, несмотря (а может быть, и благодаря) пренебрежению со стороны правительства. Недавно сойоты были признаны одним из коренных малочисленных народов Севера России, что дает им право на определенные привилегии и государственную поддержку.Кроме того, официальное признание бурятским правительством Национального аймака сойотов (см. Павлинскую в этом выпуске) обещает сойотам большую степень контроля над решениями, касающимися доступа к природным ресурсам.

Новые федеральные законы, принятые с 1996 года, обещают создать правовую основу, посредством которой коренные народы России смогут отстаивать свои права на свои исконные земли и получать доступ к ресурсам на этих землях. В дополнение к трем законам, упомянутым выше, в качестве механизма обеспечения земля народов объявлена ​​особо охраняемыми природными территориями, предоставив коренным общинам исключительное, неотъемлемое право пользования своей землей.3 Еще один федеральный закон, касающийся защиты прав оленеводческих народов, находится в стадии разработки.

Работа в рамках проекта Plumley’s Totem Peoples’ Preservation Project (Специальный проект культурного выживания) является примером позитивных сдвигов, которые могут быть достигнуты, когда правительственные учреждения, неправительственные организации и коренные народы сотрудничают и сотрудничают. Успехи и текущая работа проекта «Тотем» отражены в статьях «Солной-Пурев-Пламли» и «Дампилон-Пламли». Россия и Монголия.Пламли называет эту концепцию «трансграничным парком мира озеро Байкал-Саяны-озеро Хубсугул». Это будет включать творческие инициативы, такие как ослабление международных пограничных ограничений, чтобы обеспечить трансграничное сотрудничество между различными группами оленеводов. В основе различных подходов, использованных авторами в этом специальном выпуске, лежит общая заинтересованность в том, чтобы предложить культурно приемлемые ответы на факторы, угрожающие землям, языкам и средствам к существованию этих коренных меньшинств, тем самым гарантируя им некоторую степень контроля над своим будущим.Первостепенным в этих усилиях будет признание того, что культурное выживание этих находящихся под угрозой исчезновения оленеводческих народов на территории, которую современная геополитика превратила в трансграничный регион, потребует трансграничных решений и международного сотрудничества.

Этот выпуск ежеквартального журнала Cultural Survival Quarterly представляет собой совместную работу российских, западных и местных экспертов, направленную на столь необходимое знакомство с этими культурами, находящимися под угрозой исчезновения, и инициирование обсуждения некоторых возможных решений.С этой целью, чтобы расширить влияние этого номера за пределы англоязычной аудитории и сделать этот номер полезным инструментом для активистов в русскоязычном мире, этот номер включает на следующих шести страницах русский перевод этого введение и русские аннотации к каждой статье. Финансирование проекта «Сохранение тотемных народов» и фонда «Нордлис» позволит организации «Культурное выживание» распространить экземпляры этого выпуска среди обсуждаемых групп коренных народов, а также среди заинтересованных активистов и соответствующих органов власти в Москве и региональных столицах России.
1. Пункт 1 статьи 1 Закона «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации» определяет коренные малочисленные народы Российской Федерации как «народы, проживающие в районах традиционного проживания своих предков; сохранение традиционных укладов жизни, хозяйственной деятельности и ремесел; численность в пределах России менее 50 000 человек; и признающие себя независимыми этническими общностями». (Из Федерального закона «О гарантиях прав коренящихся малочисленных народов Российской Федерации» от 30 апреля 1999 г.).
2. КитайОнлайн. (2002, 15 марта). Последнее охотничье племя, покинувшее горы. См. стр. 32 этого выпуска.
3. См. Fondahl and Poelzer, 2003; Новикова, Тишков, 1999а, 1999б; Кряжков, 1999; Ошеренко, 2001 г. за подробное обсуждение этих законов и их потенциального воздействия.
Брайан Донахью — докторант антропологии в Университете Индианы. В Тыве он связан с Институтом гуманитарных исследований ( Институт гуманитарных исследований Республики Тыва ) в Кызыле.
Ссылки и дополнительная литература
Fondahl, G., & Poelzer, G. (2003). Земельные права аборигенов в начале двадцать первого века. Отправлено в Polar Record. Опубликовано в апреле 2003 г.
Кряжков В.А., составитель. (1999). Статус малочисленных народов России: Правовые акты. Москва: Тихомирова М.Ю.
Новикова Н.И. и Тишков В.А., ред. (1999а). Человек и право. Москва: ИД Стратегия.
Новикова Н.И. и Тишков В.А., ред. (1999б). Обычное право и правовой плюрализм. Москва: Институт этнологии и антропологии РАН.
Обычное право и правовой плюрализм. (1999б). Москва: Институт этнологии и антропологии РАН.
Ошеренко Г. (2001). Права коренных народов в России: необходимы ли права собственности на землю для культурного выживания? В Georgetown International Environmental Law Review 13, стр. 695-734.

Глоссарий терминов
Альтернативные названия групп и мест
Все группы и места, упомянутые в этом выпуске ежеквартального издания Cultural Survival Quarterly, идентифицируются по именам и написанию, которые наиболее точно отражают собственные упоминания их народов.Ниже приведен список имен, использованных в этом выпуске, за которым следуют более распространенные и часто неправильные имена.
Tozhu Тоха
Tozhu-Тува
Тува-Todzhin

Dukha
цаатанский
эвенков
тунгусо
Ewenki

оленеводство эвенков Китая
Якутский эвенки
Республика Тувы
Республика Тыва
община
юридически признанное лицо, объединяющее семьи, земли и скот в административно-хозяйственном и культурно обособленном хозяйственном субъекте коренных малочисленных народов Севера России.
Коренные малочисленные народы Российской Федерации
официальное обозначение в России группы коренных малочисленных народов
совхоз
Советская административная и хозяйственная сельскохозяйственная структура; совхоз
тайга
высокогорная тайга
заповедник
самая строгая форма охраны природы в России; он исключает человеческое жилье и ограничивает человеческую деятельность охраной природы и ограниченными научными исследованиями

Счастливые люди: год в тайге (2010)

Я почти сразу был очарован этим документальным фильмом о жизни охотника в бореальном лесу Сибири в городе Бахта (население около 300 человек).Я не ожидал, что это будет так интересно, но, глядя на титры режиссера Вернера Херцога, которому всего 68 лет, я не так уж удивлен. Видимо, я наткнулся на великого режиссера документального кино, о котором раньше ничего не знал. Также режиссером был Дмитрий Васюков.

Что делает эту работу настолько удачной, так это четкая, конкретная деталь, показанная как траппер (кажется, Николай Никифорович Синяев) занимается тем, что он должен делать в течение всего года, чтобы выжить в суровом климате.То, что нужно делать весной, когда он готовится к таянию снега (и комаров!), сильно отличается от того, что нужно делать в глухую зиму, когда у человека борода покрыта льдом. Достаточно интересно и зимой, и летом они ловят в реке щуку, зимой ломая лед, а летом забрасывая сети, которые либо коптят, либо скармливают собакам.

Собаки! В этом фильме мы можем ясно увидеть существенные симбиотические отношения между людьми и собаками. Неясно, сможет ли охотник выполнять свою работу без помощи своих собак.Уши собаки и ее обоняние дополняют знания и опыт человека, так что вместе мы видим, как они работают как одна команда. Когда мужчина делает средство от комаров из коры березы (думаю, это была береза), он натирает им и своих собак.

Количество плотницких работ и других работ по дереву, которые приходится делать охотнику, включая изготовление судов для плавания по рекам и ручьям, поражает. Конечно, ловушки, которые он делает, сделаны в основном из дерева. Он ловит соболя из-за ценного меха.Для этого он должен расставлять ловушки на обширной территории, а это значит, что ему приходится содержать различные хижины в лесу, в которых он и все, кто с ним работает, могут остаться на ночь, поскольку походы покрывают многие мили по мерзлой земле. Мы видим, как он сбивает нагромождение снега на хижинах, ремонтирует повреждения, нанесенные медведями, и т. д.

С мыслью о том, что люди счастливы, и особенно траппер, нельзя спорить, несмотря на то, что их жизнь тяжела. Урок жизни здесь состоит в том, что когда человек поглощен работой, которую он должен выполнять, которая необходима для его выживания, и это работа, которую он может выполнять, для которой он развил навыки, этот человек счастлив.Он счастлив отчасти потому, что близок к природе; на самом деле он погружен в природу, подобно охотникам и собирателям во времена палеолита. Можно утверждать, что этот мир, каким бы сложным он ни был, является естественным для человека. (Конечно, есть и другие природные среды, некоторые очень разные, такие как экваториальные джунгли, требующие другого набора навыков.) После просмотра этого я намереваюсь посмотреть другие фильмы Херцога.

Кстати, музыка Клауса Бадельта прекрасна и запоминающаяся.

— Деннис Литтрелл, автор книги «Переход к шезлонгу, или я не могу поверить, что проглотил пульт»

Давно потерянная Сибирь появляется в работах забытого фотографа

На фотографии выше изображена сцена в сибирском городе Красноярске в 1909 году, на которой мужчина ведет телегу, запряженную… волками! Это оригинальное средство передвижения навсегда вошло в историю благодаря фотографу Людвигу Вонаго (1872-1935), который в начале ХХ века создал увлекательную наглядную хронику жизни города в 4000 км к востоку от Москвы.

Коллекция его фотографий более 80 лет хранилась в безвестности в архивах Красноярского краевого историко-краеведческого музея. Но теперь вышла книга, посвященная творчеству Вонаго, Photographer On The Road. Он содержит 90 фотографий, сделанных с 1905 по 1933 год.

Людвиг Вонаго осматривает степи под Красноярском, 30 июля 1908 года.

Коллекция фотографий Вонаго запечатлела такие события, как революция 1905 года, разрушительный ледоход на Енисее, городские пожары и повседневную жизнь сибирского города.

Вид на Красноярск.

Субъекты запечатлены на стеклянных фотопластинках. Качество изображений настолько высокое, что можно разглядеть даже детали одежды прохожих.

Вонаго фотографирует озеро Шира в 1908 году.

На снимке ниже изображены похороны железнодорожника Михаила Чальникова в Красноярске. Шествие тянется по длинному деревянному мосту через реку Кача, люди несут венки и транспаранты с революционными лозунгами.Это одна из самых ранних фотографий Вонаго, сделанная в 1905 году.

Чальников убит милицейской пулей при разгоне демонстрации рабочих. Его похороны превратились в новую акцию протеста против власти, в которой приняли участие более 10 тысяч человек. Вонаго сфотографировал процессию с разных ракурсов, а также лица в толпе и ораторов, произносящих речи над могилой.

Тридцать лет спустя красноярский художник Дмитрий Каратанов написал картину «Похороны рабочего М.Чальникова по фотографии Вонаго.

Каратанов пишет «Похороны рабочего М. Чальникова» в 1935 году.

На другом фото шаман Петр Сарлин с бубном в руке. Сарлин приехал в Красноярск для участия в «этнографическом вечере», проходившем в Пушкинском городском театре в апреле 1910 года.

Шаманизм был модной темой в то время, и шаманы гастролировали по городам, выступая при аншлагах. На сцене Сарлин провел шаманский ритуал, а в фойе выставлены настоящая шаманская палатка и таежная изба.

Экспозиция в фойе Пушкинского городского театра.

В 1913 году краевой губернатор Яков Бологовский уехал из Красноярска на новую должность в Вологду. На фото ниже Бологовский (в центре) прощается с участницами созданной им же местной сокольской гимнастической группы.

Трудно сказать, какими на самом деле были политические убеждения Вонаго. Похоже, он с таким же энтузиазмом документировал протесты революционных рабочих и патриотические демонстрации Союза русского народа.Скорее всего, он стремился запечатлеть все, что казалось ему важным для истории города.

Люди собираются на молебен за Союз русского народа в Красноярске в 1907 году.

Брат Вонаго, Рейнхольд, служил мировым судьей, но симпатизировал революционерам. Министр внутренних дел Петр Столыпин даже рекомендовал снять его с должности в связи с его политическими убеждениями.

Вместо этого Рейнхольд уехал на восток, некоторое время жил во Владивостоке, а в 1920-е годы вернулся на исконную родину семьи, в Польшу.

Вонаго (в центре) позирует с друзьями-фотографами на озере Шира в 1908 году.

Илья Куклинский, автор и составитель книги, посвященной Вонаго, и Александр Ульверт, ее технический редактор, рассказали Радио Свобода «Сибирь.Реалии » об уникальной коллекции фотографа.

«За время работы нам удалось сделать много личных открытий. Например, мы нашли негатив Вонаго гипсовой скульптуры Наполеона. Сейчас этой скульптуры не существует.Куда пропал неизвестно. Уникальное фото с упряжкой волков в центре города. Конечно, в Сибири на волках не ездили. Это любопытный случай, и мы нашли упоминание о нем в газете «Красноярец» за 1909 год. Там была возмущенная статья о том, как человек мучил бедных волков», — сказал Куклинский.

«Мы также выяснили, что Вонаго был первым спортивным фотографом в Красноярске. В альбоме есть его негатив футбольного матча 1913 года. В то время сделать такую ​​фотографию было довольно сложно.Чтобы снять кадр, где все бегут, нужна очень короткая выдержка, светочувствительная пластина и солнечная погода».

Лесник и фотограф

Почему наследие фотографа стало известно только сейчас?

Куклински и Ульверт говорят, что, хотя коллекция хранится в архивах музея с 1934 года, о самом Вонаго сведений мало.

«Когда я пришел в музей 11 лет назад, я почти сразу начал работать с коллекцией фотографий и негативов, в том числе и Вонаго.На тот момент еще практически ничего не было разобрано. Но практически сразу пришло понимание, что все это богатство необходимо опубликовать, — сказал Куклинский. — Сотрудники музея пытались отсканировать его негативы, но технологии того времени не позволяли сделать это в высоком качестве. Поэтому, когда было принято решение об издании альбома, почти все негативы пришлось сканировать заново. Параллельно мы начали собирать информацию о самом фотографе».

Вонаго родился в 1872 году в Томске, куда его отец, работавший в лесном управлении Ковенской губернии, в современной Литве, был сослан в 1864 году «за распространение вредных идей.Это произошло на фоне подавления Январского восстания 1863-64 годов в Польше и Литве против русского владычества.

Вонаго начал фотографировать столбы заповедника «Красноярские столбы».

В 1902 году Вонаго был назначен лесничим в Енисейском крае и переехал в Красноярск. Рейнхольд уже переехал в Красноярск. Первое упоминание о Людвиге Вонаго как о фотографе связано со знаменитыми столбами Красноярского заповедника Столбы, которые он снял в 1901-02 гг.Вонаго фотографировал как сами скалы, так и различные способы лазания по ним.

Его должность требовала постоянных разъездов, и, скорее всего, это была отличная возможность для подающего надежды фотографа. В ноябре 1906 года Вонаго написал петицию губернатору с просьбой открыть «специальную мастерскую по увеличению портретов». Он также написал губернатору с просьбой разрешить сфотографировать город, что в противном случае было запрещено.

Крушение поезда под Красноярском в 1917 году.

Собрав определенный запас материала, Вонаго в 1908 г. выпустил две серии открыток с видами Красноярска и его окрестностей. Даже после его смерти некоторые из его фотографий столбов появлялись на открытках, часто без упоминания его имени.

Ближе к концу жизни Вонаго оставил работу в лесном хозяйстве и устроился фотографом сначала на курорт на озере Шира, а затем на озеро Учум. А в 1931 году стал работать фотографом в Государственном музее Енисейского края (ныне Краеведческий музей).Незадолго до смерти он продал музею более 400 своих стеклянных негативов. Вонаго умер в 1935 году в возрасте 63 лет от рассеянного склероза. Похоронен на городском кладбище.

Еще не все

Надлежащее сканирование негативов Вонаго было одной из главных проблем при завершении книги. Ульверт сказал, что это была трудная и кропотливая задача.

«Вонаго фотографировал только на стекло, хотя пленка появилась еще до революции», — сказал Ульверт Азаттыку. «Негатив Вонаго представляет собой стеклянную бромжелатиновую пластину размером 13 на 18 сантиметров.При сканировании с помощью хорошего сканера открывается множество возможностей. Вы можете сделать отличное фото, даже распечатать баннер, если хотите. Это позволило нам построить книгу по принципу фокусных точек, где на одной странице отображается вся фотография, а на следующей — ее фрагменты. Зачастую они настолько четкие, что можно опознать человека, сосчитать пуговицы на его одежде».

Группа избирателей в Государственную Думу от Енисейского района позирует фотографу.

«Такого же результата можно было добиться и от пленочного негатива того времени.А вот с перфорированной пленкой, на которую стали снимать в середине 20 века, вряд ли. По качеству современные цифровые технологии только догоняют минусы того времени», — пояснил Ульверт.

Негатив на стеклянной пластине из музейного архива.

Более 700 стеклянных негативов Вонаго хранятся в фондах Красноярского краевого историко-краеведческого музея. В новую книгу вошло всего 90, на которых в основном изображен Красноярск, хотя Вонаго и за городом фотографировал.

Сотни его негативов еще не выпущены, и вскоре ожидается второй том его фотографий.

Видение и реальность в тайге Карелии и Архангельской области: Олег Червяков и Водлозерский национальный парк

Страница из

НАПЕЧАТАНО ИЗ OXFORD SCHOLARSHIP ONLINE (oxford.universitypressscholarship.com). (c) Copyright Oxford University Press, 2022. Все права защищены. Отдельный пользователь может распечатать PDF-файл одной главы монографии в OSO для личного использования.дата: 06 марта 2022 г.

Олег Червяков и Водлозерский национальный парк

Раздел:
(стр. 206) 8 Видение и реальность тайги Карелии и Архангельской области
Источник:
Into Russian Nature
Автор(ы):

Алан Д. Роу

Издательство: 025
Oxford University Press

DOI:10.1093/oso/97801

554.003.0009

Когда в Советском Союзе пульсировал дух реформ, студент-идеалист из Украинской ССР по имени Олег Червяков совершил судьбоносное путешествие по реке Илекс в озеро Водлозеро в Архангельской области и Карелии. .Очарованный красотой местности и заинтригованный традиционной православной культурой, Червяков задумал создать национальный парк, который, по его мнению, не только защитит леса региона, но и приведет к региональному религиозному возрождению. Проработав директором Водлозерского национального парка почти пятнадцать лет, Червяков понял, что мало кто хочет вернуться к старому. Более того, он пришел к выводу, что экономические выгоды от туризма никогда не материализуются, когда мало туристов хотят приезжать в этот регион, а государство мало заинтересовано в развитии инфраструктуры парка.История Водлозерского национального парка знаменует собой, пожалуй, апофеоз утопических предложений о парках, задуманных во время национальных преобразований и разочарования основателей парков.

Ключевые слова: Карелия, Архангельская область, Российское лесничество, ТАСИС, Олег Червяков, Водлозерский национальный парк

Oxford Scholarship Online требует подписки или покупки для доступа к полному тексту книг в рамках службы. Однако общедоступные пользователи могут свободно осуществлять поиск по сайту и просматривать рефераты и ключевые слова для каждой книги и главы.

Пожалуйста, подпишитесь или войдите, чтобы получить доступ к полнотекстовому содержимому.

Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому названию, обратитесь к своему библиотекарю.

Для устранения неполадок см. Часто задаваемые вопросы , и если вы не можете найти ответ там, пожалуйста, связаться с нами .

границ | Дендрохронология Европейской России в начале XXI века: современное состояние

Введение

Первое исследование годичных колец в Российской империи датируется 1892 г. н.э., когда Шведов (1892) предложил реконструировать засухи в Одессе, используя Acacia sp.ширина кольца. В советское время центр исследований годичных колец в европейской части Советского Союза находился в Институте ботаники в Каунасе, Литва, которым руководил Т. Битвинскас, редактировавший первые публикации об измерениях ширины годичных колец в серия книг «Дендрочешуи Советского Союза». Большинство хронологий, созданных для территории европейской части СССР и России (например, Битвинскас, 1974; Молчанов, 1976; Ловелиус, 1979; Чернавская и др., 1996; Пушин и др., 2000; Румянцев, 2010; и др.) были и до сих пор обычно издаются на русском языке. Они не вошли в международные базы данных, не доступны в цифровом виде и поэтому редко используются в глобальных исследованиях. Одним из редких исключений является набор данных, собранный вдоль северной линии деревьев, представленный в Международный банк данных годичных колец (ITRDB) и использованный для реконструкции летней температуры в субарктических регионах, включая регион Северной Европы, который охватывал северную европейской части России за 950–1960 гг. н.э. (Schweingruber and Briffa, 1996; Briffa et al., 2001).

Недавно в ITRDB было включено несколько древесно-кольцевых хронологий европейской части России. Это: 13 хронологий живых деревьев сосны ( Pinus sylvestris ), ели ( Picea abies, Picea obovata ) и лиственницы ( Larix sibirica ) (Hughes et al., 2019), две хронологии дуб ( Quercus robur ) (Хасанов, Сандлерский, 2018) и три хронологии древесины древних построек и археологических материалов (Колчин, Черных, 1977; Черных, Карпухин, 2006; Карпухин и др., 2019). Однако даже в XXI веке пространство Европейской России в ИТРДБ покрыто редкими точками годичных колец по сравнению с близлежащими регионами, особенно Фенноскандией и Литвой (рис. 1). Между тем, глядя на новый Атлас засухи Европейской части России (Cook et al., 2020), можно увидеть десятки участков в этой области. Таким образом, за пустым местом на карте скрывается богатый набор данных, представленных преимущественно в русскоязычной литературе. В этой статье мы представили краткий обзор исследований годичных колец в европейской части России, опубликованных за последние два десятилетия.

Рис. 1. Расположение годичных колец в европейской части России. КОЛА – реконструкция летней температуры (1600–2004 гг., Кононов и др., 2009), реконструкция МР–СПЭИ (1790–2014 гг., Мацковский и др., 2016б), КАУ – реконструкция летней температуры (1596–2011 гг., Долгова, 2016). Хронология длинных годичных колец описана на рисунке 2. Затенение в оттенках серого показывает высоту.

Рис. 2. Репликация длинных хронологий Европейской России. Обратите внимание на разные оси.Расположение см. на рис. 1. * Тарабардина и соавт. сообщают о более высокой длине и репликации. (2016): IX–XIX вв., всего 6 505 датированных образцов.

Виды, продолжительность хронологии и климатический сигнал

Европейская часть России расположена в пределах субарктической и умеренной климатических зон. Подразделяется на следующие зоны растительности: тундра (67°N–70°N), северная и средняя тайга (60°N–67°N), южная тайга и смешанные леса (56°N–60°N), широкополосная -лиственные леса (53°N–56°N), лесостепи (53°N–54°N) и степи (на юг до 53°N).Восточно-Европейскую равнину с северо-запада, запад , юг и восток соответственно. Центральные и южные районы Восточно-Европейской равнины традиционно использовались для земледелия; поэтому исходная растительность на этих участках плохо сохранилась, особенно в лесостепном экотоне. В северной части равнины из-за обширных рубок остались лишь небольшие участки нетронутых лесов.

Средняя и максимальная длина выборочных годичных рядов: 171 и 534 года для сосны, 137 и 499 лет для ели, 193 и 413 лет для лиственницы, 116 и 277 лет для дуба. Деревья-долгожители уникальны и сохраняются только на охраняемых территориях, таких как национальные парки или при кладбищах, монастырях и других священных местах. Хронологии живых деревьев восходят к 15–16 векам в северных районах [например, Соловецкий архипелаг (Соломина и др., 2011; Долгова и др., 2019), Керецкий архипелаг (Тишин, Чижикова, 2011), Архангельская область (сайты из ITRDB; Schweingruber, Briffa, 1996), Мурманская область (Шумилов и др., 2011), а также в горных районах, а именно , в Хибинах (Кононов и др., 2009) и на Северном Кавказе (Долгова, 2016)]. В центральной и южной частях равнины они обычно не превышают 200–300 лет [например, Оптина Пустынь: 1717–2010 гг. н.э., Звенигород: 1763–2014 гг. н.э. (Соломина и др., 2017), Раифский лес: 1714–2014 гг. 2014 н.э. (Тишин, 2006; Кузнецова, 2020), Морозовская пуща: 1741–2014 н.э. (Мацковский и др., 2016б; Матвеев и др., 2019)]. Тишин (2006) разработал 70 древесно-кольцевых хронологий для разных видов Среднего Поволжья (56,6°N 47,8°E–54,4°N 51,8°E), в том числе сосны ( P. sylvestris ), ели [ Picea fennica (Regel) Kom.], дуб ( Q. robur ) и липа ( Tilia cordata Mill.), самые длинные хронологии, начиная с 1850 г. н.э. Форбс и др. (2010) показали высокий дендроклиматический потенциал кустарника Salix lanata L. в Европейской части Российской Арктики (Ненецкий автономный округ).

На данный момент мы оцениваем количество проверенных высококачественных хронологий ширины годичных колец живых деревьев в европейской части России приближающимся к 300 местонахождениям (например, Тишин, 2006; Соломина и др., 2017; Кук и др., 2020). . Семьдесят древесно-кольцевых хронологий из этого района будут переданы в ITRDB в 2021 г. (публикация Соломиной и соавторов будет представлена ​​в журнал Scientific Data).

На большинстве участков деревья, произрастающие на Восточно-Европейской равнине, проявляют чувствительность к климату от умеренной до низкой (коэффициенты корреляции редко превышают 0.5) и смешанный климатический сигнал, за исключением северной и южной линий деревьев (Битвинскас, 1974; Молчанов, 1976; Graybill, Shiyatov, 1988; Лопатин и др., 2007; Hughes et al., 2019). Анализ коэффициентов корреляции хронологий с месячно-сезонными и кумулятивными климатическими параметрами, полученными по суточной метеорологической информации, позволил выявить границу между температурочувствительными и засухоустойчивыми деревьями примерно на 55°–60° с.ш. (Мацковский, 2013). , 2016). Радиус значимой корреляции между древесно-кольцевыми хронологиями уменьшается примерно от 1000–1500 км на севере до 500 км и менее в центре равнины (Мацковский, 2013).

Расширение хронологии назад во времени, датировка

Первая в Европейской России длинная хронология была построена в Новгороде по средневековым деревянным мосткам из археологических раскопок (Колчин, 1962; Колчин, Черных, 1977). В последние десятилетия хронология дополнялась новыми образцами и сверялась с финской хронологией (Тарабардина, 2009). Раскопки продолжаются, хронология обогащается новым материалом (Тарабардина и др., 2016; Петров, Тарабардина, 2020).Пока она не связана с региональными древовидными хронологиями и используется исключительно для датировки археологических артефактов, за исключением одной работы (Helama et al., 2017), в которой на основе этих данных сделана температурная реконструкция за 1160–1160–1160 гг. 1416 г. н.э.

У Карпухина (2009) можно найти карту и описание 17 археологических древесно-кольцевых хронологий Европейской России. К сожалению, большинство из этих хронологий не были проверены перекрестным датированием с живыми деревьями. Более того, они содержат измерения, сделанные вручную, которые не были проверены перекрестным датированием COFECHA или скелетными графиками.Поэтому для палеоклиматических целей они до сих пор не использовались.

Единственным исключением является хронология, основанная на археологической и архитектурной древесине Вологодчины (с 1085 по 2020 г. н.э.), недавно связанная с живыми деревьями, пересмотренная и проверенная Карпухиным и Мацковским (2014). Пока это самая длинная непрерывная хронология на Восточно-Европейской равнине.

Другая длинная хвойная хронология, охватывающая период с 1183 года н., 2011; Мацковский и др., 2013). Другие сводные хронологии, включающие археологические и архитектурные образцы, относятся к Смоленской (353 года), Костромской (534 года), Поволжской (478 лет) и Архангельской (646 лет) областям (Соломина и др., 2017; рис. 2).

Три хронологии дуба были построены на основе субфосцентной древесины дуба, извлеченной из аллювиальных отложений реки Западная Двина (Даугава) (649–1382 гг. н.э.) и археологических образцов из Новгорода (1059–1386 гг. н.э.) и Вязьмы (1074–1306 гг. н.э.).Они сопоставлены с хронологиями из Полоцка (Республика Беларусь) и из Восточной Европы, а также датированы радиоуглеродом (Карпухин и др., 2020; Хасанов и др., 2021а). В ближайшее время будет опубликована еще одна часть хронологии Западной Двины (1346–1762 гг. н. э.) (Хасанов и др., 2021б). Сохова и др. (2021) недавно опубликовали обзор дендрохронологии дуба в Восточной Европе, включая Западную Россию.

С использованием упомянутых выше длинных хронологий, а также белорусских (Ермохин, 2012) датирован ряд уникальных памятников, таких как крепость Ландскрона в Санкт-Петербурге.Санкт-Петербурга (1300 г. н.э., неопубликовано), часовня Кирилла (1510-е гг. н.э., перестроена в 1557 г. н.э.) и церковь Посвящения (1778 г. н.э.) в Кирилло-Белозерском монастыре (Мацковский, 2014), церковь Андрея Первозванного на Заяцкий остров Соловецкого архипелага (1699 г. н.э., Мацковский и др., 2013), ряд деревянных церквей вокруг Онежского озера (Карпухин и др., 2019) и Архангельская область. Вологодская хронология использовалась для датировки нескольких средневековых икон, в том числе новгородской иконы «Богоматерь Дексиократуса» (1410 г.) (Воронин и др., 2015; Мацковский и др., 2016а; Долгих и др., 2017).

На рисунках 1, 2 мы суммируем наши знания по хорошо измеренным (полуавтоматические устройства, такие как Rinntech и Velmex, программа CooRecorder) и хорошо датированным (TSAPWin, CDendro, контролируемым COFECHA, на основе перекрестного датирования с живыми деревьями или другими хорошо датированные хронологии) длинные древесно-кольцевые хронологии Европейской России.

Климатические реконструкции на основе годичных колец в европейской части России

Хронология ширины колец и густоты хвойных из чувствительных к температуре местонахождений в северной части Восточно-Европейской равнины (т.g., Schweingruber and Briffa, 1996) использовались в региональной части циркум-арктической температурной реконструкции (Briffa et al., 2001, 2002), но обычно не включались в глобальные реконструкции (например, Ljungqvist et al., 2012; PAGES 2k Consortium, 2013; Luterbacher et al., 2016 и др.) из-за их сравнительно небольшой длины. Кроме того, большинство хронологий, представленных в ITRDB из этих регионов, заканчиваются 1990-ми годами, и, следовательно, в них отсутствуют записи за последние два-три десятилетия.

Хронология ширины годичных колец сосны на северной границе леса (Мурманская область) длиной 561 год использовалась для оценки влияния вулканических и солнечных воздействий на рост деревьев (Шумилов и др., 2011; Касаткина и др., 2013, 2019). Хасанов (2011, 2013) показал, что суровые зимы или зимние и весенние погодные аномалии могут особенно повлиять на анатомию древесины дубов, и реконструировал эти аномалии с 1826 г. н.э. Засухочувствительные хронологии европейской части России отмечены для Среднего Поволжья (Тишин, 2006; Соломина и др., 2017; Кузнецова, 2020) и Воронежской области (Мацковский и др., 2016б). Используя восемь хронологий ширины годичных колец сосны, Кузнецова (2020) продемонстрировала повышение климатической чувствительности сосны с СЗ на ЮВ (57° с. ш., 47° в. д. до 53° с. ш., 52° в. направление.Она реконструировала самокалибруемый индекс суровости засухи Палмера (scPDSI) за июнь–сентябрь для 1825–2013 гг. Н.э., а также речной сток в этом районе. Согласно этой реконструкции, повторяемость засух во второй половине 20-го и начале 21-го веков увеличилась по сравнению с более ранним периодом. Мацковский и др. (2016b) использовали хронологию засухоустойчивости сосны (Матвеев и др., 2012, 2019) для реконструкции индекса SPEI в июне с 1790-х гг. Они предположили, что продолжительная засуха 1890-х годов привела к сельскохозяйственному кризису в Центральной России, повлиявшему на социальную стабильность и явившемуся одной из причин революций 1905 и 1917 годов.

Недавно хронологии Восточно-Европейской равнины и прилегающих регионов были использованы для создания Атласа засухи Европейской части России, полуградусной реконструкции летнего scPDSI за 1400–2016 гг. н. э. (Cook et al., 2020). Выявлены три основных режима гидроклиматической изменчивости европейской части России и оценены повторяемость и интенсивность засухи за этот период. Несмотря на этот очевидный прогресс, требуются более чувствительные к засухе хронологии для лучшего ограничения и проверки модели, особенно в ранний период реконструкции.

Климатические и экологические реконструкции на Северном Кавказе

Кавказ представляет собой высокогорную систему, расположенную около 43° северной широты. Это первый барьер для холодных воздушных масс, время от времени движущихся на юг из Арктики. Поэтому климат на Северном Кавказе суровее, чем на его южном склоне, но все же умеренный и относительно мягкий. Степная растительность поднимается до 700 м над уровнем моря, а леса с преобладанием дуба, бука, ели и сосны на Северном Кавказе расположены в более влажных местообитаниях до 2700 м над уровнем моря.с.л. На верхней границе леса наиболее распространены сосна, береза, можжевельник и бук.

В связи с достаточно благоприятными климатическими условиями на Кавказе наблюдался слабый и смешанный климатический сигнал в широтно-кольцевых хронологиях (Турманина, 1971, 1988; Соломина, 1999; Грабенко, Соломина, 2018).

В настоящее время известно около 50 хронологий сосны ( P. sylvestris ), пихты ( Abies nordmanniana ), дуба ( Quercus petraea ) и бука ( Fagus orientalis ), покрывающих Северный Кавказ от Адыгеи до на западе до Осетии на востоке (40°N–43°N, 41°N–43°E) достигают середины XV в., 2012, 2016; Долгова, 2016). Также было собрано несколько коллекций мертвой древесины, но они не расширили хронологию живых деревьев за пределы 15 века. Мацковский и др. (2019) объединили метод годичных колец с датировкой 14 C и таким образом датировали балки древних построек в Ингушетии 10–11, 14–17 и 19 веков н.э.

Первые надежные температурные реконструкции по годичным кольцам деревьев сосны и пихты, растущие вблизи верхней границы деревьев, были основаны на минимальной интенсивности синего (БИ, Долгова, 2016).Лето 1596 г. н.э. было самым холодным за всю историю наблюдений (на 3,6°C холоднее, чем в среднем за 1961–1990 гг. н.э.), тогда как лето 2010 г. н.э. было самым теплым, превысив среднее значение 1961–1990 гг. на +3,6°C. Реконструкция репрезентативна для соседних районов (30° с. (2011). Холобакэ и др. (2016) также реконструировали летнюю температуру на Северном Кавказе с 1830 г. н.э., но использовали менее чувствительный показатель ширины кольца.Сочетание ширины кольца и плотности позволило также реконструировать баланс массы ледника Гарабаши (Долгова и др., 2013).

По годичным кольцам выявлен минимальный предельный возраст морен малого ледникового периода на ряде ледников, где граница леса поднимается достаточно высоко и подходит к фронту ледника (например, Большой, Азау, Кашкаташ, Терскол, Цей) (Бушуева и Соломина, 2012; Бушуева и др., 2016; Соломина и др., 2016, 2021).

Дендроэкология

Дендроэкологические исследования в европейской части России не систематизированы и не многочисленны.Активность камбия, ксилогенез и сезонный рост сосны в центральной и северной частях региона обсуждаются в единичных работах (Тишин и др., 2016, 2019; Матвеев и др., 2020). Негативное влияние рекреационной деятельности на рост сосны в Курской области изучали Евдокимова с соавт. (2020). С 1978 г. Матвеев с соавторами (Матвеев, Акулов, 2012; Матвеев, Лыков, 2019) проводят мониторинг влияния пригородных автомобильных дорог на рост сосны в Воронежской области. Лопатин и др.(2008) оценили многолетние тенденции роста еловых и сосновых лесов Республики Коми (49° в. д.–57° в. д., 60° с. ш.– 67° с. ш.), выявили положительные тенденции на протяжении ХХ в. в этой области и обсудили возможную роль температуры как основного движущего фактора. Дендрохронологические методы применялись также для оценки продуктивности лесов (Байбар, Харитонова, 2017; Дьяконов и др., 2017) и исторических закономерностей режимов естественных нарушений (Хакимулина и др., 2017)., 2016; Kilpinen, 2018) в бореальных лесах. Аакала и др. (2011) определили, что засухи и жуки-короеды были движущей силой динамики лесов за последние 200 лет в Архангельской области. Несколько исследований были посвящены реконструкции лесных пожаров (Дробышев, Никлассон, 2004; Харитонова, Новенко, 2019; Мергелов и др., 2020; Рыжкова и др., 2020). Ланге и др. (2018) обнаружили, что в хронологии ширины и плотности годичных колец сосны обыкновенной на северных участках различия микроучастков влияют на абсолютный рост деревьев, но играют незначительную роль для сигнала летней температуры.Тишин и др. (2018) изучали адаптацию интродуцентов ореха маньчжурского ( Juglans mandshurica ) и пробкового дерева амурского ( Phellodendron amurense ) в Среднем Поволжье к природно-климатическим условиям.

Проблемы и перспективы

Основным ограничением развития дендроклиматических исследований на Восточно-Европейской равнине является отсутствие долгоживущих деревьев. Тем не менее потенциал поиска подходящих участков и использования старой древесины из архитектурных и археологических памятников далеко не исчерпан.Многие плавающие хронологии, хранящиеся в археологических архивах, еще не связаны с хронологиями живых деревьев. К сожалению, сама древесина после обработки редко сохраняется. Большинство замеров, выполненных в европейской части России до 2000-х годов без полуавтоматов типа Линтаб или Велмекс, содержат много ошибок, а исходная древесина утеряна навсегда. Наконец, только несколько длинных хронологий, связанных с живыми деревьями, пригодны для палеоклиматических исследований.

Для палеоклиматологических приложений проблему слабого и смешанного сигнала в ширине годичных колец деревьев, произрастающих в большинстве местообитаний в центральной части Европейской России и на Кавказе, можно частично решить, используя другие параметры годичных колец, такие как максимальная плотность поздней древесины.Его заменитель БИ успешно применялся для кросс-датирования выборок (Семеняк и др., 2021) и реконструкции летней температуры на Кавказе (Долгова, 2016) и Калужской области (Соломина и др., 2017). Стабильные изотопы углерода в годичных кольцах деревьев оказались хорошим показателем для реконструкции засухи как в живых деревьях (Бругноли и др., 2010), так и в археологической древесине (Панюшкина и др., 2016), но в европейской части России они все еще редко используются. Перспективный потенциал поиска субископаемой древесины в озерах, торфяниках, реках и на арктическом побережье до сих пор практически не изучен.

Дендроэкологические исследования, посвященные истории древостоев, пожарному режиму, нарушениям, динамике роста интродуцентов и т. д., до сих пор очень редки в европейской части России. Между тем, они могли бы помочь решить важные экологические проблемы, представляющие ценность для общества. Например, за последние два десятилетия четверть хвойных лесов в Подмосковье высохло из-за нашествий короедов и изменения климата. Вся популяция самшита ( Buxus colchica ) в Краснодарском крае была истреблена насекомыми ( Pyralidae sp.), завезенный в Россию вместе с итальянскими растениями в 2012 г. н.э. Каков вклад нашествия насекомых, изменения климата и лесопользования? Дендроэкология может решить эти сложные проблемы и даже предложить возможные решения.

Вклад авторов

OS и VM провели поиск и обзор литературы, предоставили критические отзывы и помогли оформить рукопись. ОС взяла на себя инициативу в написании рукописи при участии ВМ. Оба автора внесли свой вклад в статью и одобрили представленную версию.

Финансирование

Работа выполнена при поддержке гранта Российского научного фонда №. 21-17-00264 (европейская часть России), а по проекту государственного задания №. 0148-2019-0004 (Северо-Кавказская часть). Проведено в лаборатории, созданной проектом Мегагрант (договор № 075-15-2021-599 от 08.06.2021).

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Примечание издателя

Все претензии, изложенные в этой статье, принадлежат исключительно авторам и не обязательно представляют претензии их дочерних организаций или издателя, редакторов и рецензентов. Любой продукт, который может быть оценен в этой статье, или претензии, которые могут быть сделаны его производителем, не гарантируются и не поддерживаются издателем.

Благодарности

Авторы благодарят Ирину Бушуеву за картографическую поддержку и Михаила Александрина за языковую коррекцию.Авторы также хотели бы поблагодарить двух рецензентов за их комментарии.

Ссылки

Аакала Т., Куулувайнен Т., Валлениус Т. и Кауханен Х. (2011). Эпизоды гибели деревьев в нетронутой тайге с преобладанием Picea abies в Архангельской области на севере европейской части России. Дж. Вегет. науч. 22, 322–333. doi: 10.1111/j.1654-1103.2010.01253.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Байбар А.С., Харитонова Т.И. (2017). Методические подходы к оценке продуктивности лесных экосистем (на примере ландшафтов центрального лесного государственного природного биосферного заповедника) // Методические подходы к оценке продуктивности лесных экосистем (на примере ландшафтов центральнолесного государственного природного биосферного заповедника). наука: теория, методы, ландшафтно-экологическое обеспечение природопользования и устойчивого развития (Ландшафтоведение: теория, методы, ландшафтно-экологическое обеспечение природы и устойчивого развития) , под ред. К.А. Меркалова и др. (Тюмень: ТюмГУ), 64–67.

Академия Google

Битвинскас, Т. Т. (1974). Дендроклиматические исследования. Ленинград: Гидрометеоиздат.

Академия Google

Бриффа, К., Осборн, Т., Швайнгрубер, Ф., Харрис, И.С., Джонс, П.Д., Шиятов, С.Г., и соавт. (2001). Низкочастотные колебания температуры из северной сети плотности годичных колец. Ж. Геофиз. Рез. 106, 2929–2941.дои: 10.1029/2000JD

7

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Бриффа К.Р., Осборн Т.Дж., Швайнгрубер Ф.Х., Джонс П.Д., Шиятов С.Г. и Ваганов Э.А. (2002). Данные о ширине и плотности годичных колец в северном полушарии: часть 1, местные и региональные климатические сигналы. Голоцен 12, 737–757. дои: 10.1191/0959683602hl587rp

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Бруньоли Э., Соломина О., Спаччино Л. и Дологова Э.(2010). Климатический сигнал в ширине кольца, плотности и стабильных изотопах углерода у сосны ( Pinus silvestris L.) на Центральном Кавказе. Геогр. Окружающая среда. Поддерживать. 4, 4–16. дои: 10.24057/2071-9388-2010-3-4-4-16

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Büntgen, U., Tegel, W., Nicolussi, K., McCormick, M., Frank, D., Trouet, V., et al. (2011). 2500 лет изменчивости европейского климата и восприимчивости человека. Наука 331, 578–582. doi: 10.1126/наука.1197175

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Бушуева И. С., Соломина О. Н. (2012). Колебания ледника Кашкаташ в XVII–XXI веках по картографическим, дендрохронологическим и лихенометрическим данным. Лед и снег 2, 121–130. дои: 10.15356/2076-6734-2012-2-121-130

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Бушуева И. С., Соломина О. Н., Володичева Н. А. (2016). Колебания ледника Терскол, Северный Кавказ, Россия. Криосфера Земли 3, 95–104.

Академия Google

Чернавская М.М., Пушин А.В., Земцов Д.Ю. (1996). Реакция роста на циркуляционные процессы над северо-западной частью Русской равнины. Дендрохронология 14, 181–191.

Академия Google

Черных Н.Б., Карпухин А.А. (2006). Некоторые результаты дендрохронологического исследования древесины церкви Ильи Пророка на Цыпинском погосте (Вологодская область, Кирилловский район).(Некоторые результаты дендрохронологического изучения древесной церкви Ильи Пророка в Цыпинском погосте (Вологодская обл., Кирилловский р-н). КСИА 220, 127–134.

Академия Google

Кук Э.Р., Соломина О., Мацковский В., Кук Б.И., Агафонов Л., Бердникова А. и др. (2020). Атлас засухи Европейской части России (1400–2016 гг. Н. Э.). Клим. Дин. 54, 2317–2335. doi: 10.1007/s00382-019-05115-2

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Долгих А.В., Мацковский В.В., Воронин К.В., Соломина О.Н. (2017). Комбинированное дендрохронологическое и радиоуглеродное датирование шести русских икон XV–XVII вв. Докл. наук о Земле. 474, 706–708. дои: 10.1134/S1028334X17060186

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Долгова Е. (2016). Реконструкция температуры июня–сентября на Северном Кавказе по данным интенсивности синего цвета. Дендрохронология 39, 17–23. doi: 10.1016/j.dendro.2016.03.002

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Долгова Е. А., Соломина О. Н., Мацковский В. В., Добрянский А. С., Семеняк Н. А., Шпунт С. С. (2019). Пространственная изменчивость роста сосны Соловецких островов. Известия Академии наук . Геогр. сер. 2, 41–50. дои: 10.31857/S2587-55662019241-50

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Долгова Е.А., Мацковский В.В., Соломина О.Н., Рототаева О.В., Носенко Г.А, и Хмелевской, И. Ф. (2013). Реконструкция баланса массы ледника Гарабаши (1800-2005 гг.) по данным годичных колец. Лед и снег 1, 34–42.

Академия Google

Дробышев И. и Никлассон М. (2004). Связывание годичных колец, летней засушливости и данных о региональных пожарах: пример бореальных лесов Республики Коми, Восточно-Европейская Россия. Кан. Дж. Для. Рез. 34, 2327–2339. дои: 10.1139/x04-112

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Дьяконов К.Н., Байбар А.С., Харитонова Т.И. (2017). Междекадная динамика эффективности использования фотосинтетически активной радиации в лесах Мещеры. Вестник Московского ун-та. Серия 5 География 5, 12–23.

Академия Google

Евдокимова А.Ю., Терехов В.И., Матвеев С.М. (2020). Лесохозяйственная оценка посевов 35-летней сосны обыкновенной, подверженных рекреационному воздействию. Плодоводство Семеноводство Интродукция Древесных Растений 23, 38–42.

Академия Google

Forbes, B.C., Fauria, M.M., and Zetterberg, P. (2010). За потеплением и «озеленением» российской Арктики внимательно следят тундровые кустарниковые ивы. Глоб. Чанг. биол. 16, 1542–1554. doi: 10.1111/j.1365-2486.2009.02047.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Грабенко Е. А., Соломина О. Н. (2018). Влияние колебаний климата на ширину годичных колец пихты кавказской ( Abies Nordmanniana ) в буково-пихтовых лесах Западного Кавказа. Проц. Кавказская гос. нац. биосф. Рез. 23, 34–40.

Академия Google

Грейбилл Д.А. и Шиятов С.Г. (1988). «1009-летняя реконструкция годичных колец отклонений средней температуры июня-июля на Полярном Урале», в Воздействии загрязнения воздуха на растительность, включая лесные экосистемы: материалы второго симпозиума США-СССР , под ред. Р. Д. Ноубл, Дж. Л. Мартин, и КФ Дженсен (Корваллис, Орегон: Северо-восточная лесная экспериментальная станция), 37–42.

Академия Google

Хелама, С., Хухтамаа, Х., Веркасало, Э., и Ляэнелайд, А. (2017). Что-то старое, что-то новое, что-то заимствованное: новые взгляды на взаимодействие человека и окружающей среды в средневековом Новгороде по годичным кольцам деревьев. Дж. Археол. науч. 13, 341–350. doi: 10.1016/j.jasrep.2017.04.008

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Холобакэ, И. Х., Поп, О., и Петреа, Д. (2016). Дендроклиматическая реконструкция поздних летних температур по верхним участкам леса на Большом Кавказе, Россия. Кв. Междунар. 415, 67–73. doi: 10.1016/j.quaint.2015.10.103

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хьюз М.К., Ольчев А., Банн А.Г., Бернер Л.Т., Лослебен М. и Новенко Э. (2019). Различная климатическая реакция произрастания ели и сосны на севере европейской части России. Дендрохронология 56:125601. doi: 10.1016/j.dendro.2019.05.005

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Карпухин А. А. (2009). Абсолютные дендрохронологические шкалы археологических памятников Европейской России. Археол. Этнол. Антропол. Евразия 37, 62–70. doi: 10.1016/j.aeae.2009.05.007

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Карпухин А. А., Хасанов Б. Ф., Кренке Н. А., Певзнер М. М., Соловьева Л. Н. (2020). Дендрохронологическое и радиоуглеродное датирование восточноевропейского дуба (1074-1306 гг.). Российская археология 1, 9–21. дои: 10.31857/S086960630008250-4

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Карпухин А. А., Мацковский В.В. (2014). Абсолютная обобщенная дендрохронологическая шкала бассейнов рек Шексны и Сухоны (1085-2009 гг.)

Академия Google

Карпухин А. А., Мацковский В. В., Соловьева Л. Н. (2019). Годичные хронологии деревянного зодчества Карелии. КСИА 257, 393–407.

Академия Google

Касаткина Е.А., Шумилов О.И. и Тимонен М. (2019). Отпечатки солнечной активности в годичных кольцах деревьев на северо-западе России. Дж. Атмос. Сол. Терр. физ. 193:105075. doi: 10.1016/j.jastp.2019.105075

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Касаткина Е.А., Шумилов О.И., Тимонен М. и Канатьев А.Г. (2013). Последствия мощных извержений вулканов по дендрохронологическим данным. Изв. Атмос. Океан. физ. 49, 432–438. дои: 10.1134/S0001433813040063

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хакимулина Т., Фравер С. и Дробышев И. (2016). В старовозрастных лесах ели европейской на северо-западе России преобладает смешанный по степени тяжести режим естественных нарушений. Дж. Вегет. науч. 27, 400–413. doi: 10.1111/jvs.12351

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Харитонова Т.И., Новенко Е.Ю. (2019). Происхождение и повторяемость поверхностных лесных пожаров на юго-востоке Мещерской низменности (по дендрохронологическим данным). Вестник Московского ун-та. Серия 5 География 4, 53–62.

Академия Google

Хасанов Б.Ф. (2011). Индикация экстремальных погодных явлений на анатомию древесины дуба ( Quercus robur L.) из средней европейской части России. России). Ж. Сиб. Кормили. ун-т сер. биол. 4, 355–367. дои: 10.17516/1997-1389-0159

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хасанов Б.Ф., Карпухин А.А., Кренке Н.А., Певзнер М.М., Тарабардина О.А., Васюков Д.Д. и соавт. (2021а). Длинные годичные хронологии дубов Центральной России и их потенциал для датирования. Годовое кольцо Рез. 77, 53–62. дои: 10.3959/TRR2020-5

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хасанов Б.Ф., Кныш Н.В., Лукин В.В., Накамура Т., Окуно М., Тайерс И. и др. (2021б). Субфоссильные дубы из реки Западная Двина (Даугава). Дендрохронология (в печати).

Академия Google

Хасанов Б.Ф. и Сандлерский Р.Б. (2018). Влияет ли дефолиация, вызванная насекомыми, на анатомическую структуру древесины дуба? Дендрохронология 51, 66–75. doi: 10.1016/j.dendro.2018.08.003

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Килпинен, С. (2018). Изменчивость и нарушения различной степени тяжести характеризуют неуправляемые южные бореальные леса в российской Карелии. Кандидат наук Тезис. Хельсинки: Хельсинкский университет.

Академия Google

Колчин Б.А. (1962). Дендрохронология Новгорода. (Дендрохронология Новгорода). Сов. Археол. 1, 113–139.

Академия Google

Колчин Б.А., Черных Н.Б. (1977). Дендрохронология Восточной Европы (Дендрохронология Восточной Европы). Москва: Издательская группа «Наука».

Академия Google

Кононов Ю.М., Фридрих М. и Бетгер Т. (2009). Реконструкция региональной летней температуры в Хибинских низкогорьях (Кольский полуостров, Северо-Запад России) по ширине годичных колец за последние четыре столетия. Арк. Антаркт. Альп. Рез. 41, 460–468. дои: 10.1657/1938-4246-41.4.460

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Кузнецова В.В. (2020). Гидрометеорологические реконструкции в Поволжье по дендрохронологическим данным. (Гидрометеорологические реконструкции в Поволжье по дендрохронологическим данным). Кандидат наук Тезис. Москва: Институт географии РАН.

Академия Google

Ланге, Дж., Бурас, А., Крус-Гарсия, Р., Гурская М., Ялканен Р., Кукарских В. и соавт. (2018). Климатические режимы перевешивают влияние микрорайона на сигнал летней температуры сосны обыкновенной в северных пределах ее распространения. Фронт. Растениевод. 9:1597. doi: 10.3389/fpls.2018.01597

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Юнгквист, Ф. К., Крусич, П. Дж., Браттстрем, Г., и Сундквист, Х. С. (2012). Температурные режимы Северного полушария за последние 12 веков. Клим . Прошлое 8, 227–249. doi: 10.5194/cp-8-227-2012

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Лопатин, Э., Колстром, Т., и Спикер, Х. (2007). Влияние изменения климата на радиальный рост ели сибирской и сосны обыкновенной на Северо-Западе России. Лес@ 4, 28–41.

Академия Google

Лопатин, Э., Кольстрём, Т., и Спикер, Х. (2008). Многолетние тенденции радиального прироста ели сибирской и сосны обыкновенной в Республике Коми (северо-запад России). Бор. Окружающая среда. рез. 13, 539–552.

Академия Google

Ловелиус, Н.В. (1979). Изменчивость прироста деревьев. СПб: Наука.

Академия Google

Luterbacher, J., Werner, J.P., Smerdon, J.E., Fernández-Donado, L., Gonzalez-Rouco, F.J., Barriopedro, D., et al. (2016). Европейские летние температуры со времен Римской империи. Окружающая среда. Рез. лат. 11:024001. дои: 10.1088/1748-9326/11/2/024001

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мацковский В., Долгова Е., Ломакин Н. и Матвеев С. (2016b). Дендроклиматология и историческая климатология Воронежской области Европейской России с 1790-х гг. Междунар. Дж. Климатол. 37, 3057–3066. doi: 10.1002/joc.4896

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мацковский В., Долгих А. и Воронин К. (2016a). Комбинированная дендрохронологическая и радиоуглеродная датировка трех русских икон XV–XVII вв. Дендрохронология 39, 60–68. doi: 10.1016/j.dendro.2015.10.002

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мацковский В., Гадиев Ю., Долгих А., Черкинский А., Полумиева П., Панов В. и др. (2019). Радиоуглеродное датирование средневековых построек горной части Ингушетии (Северный Кавказ, Россия). Радиоуглерод 3, 777–797. doi: 10.1017/RDC.2019.33

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мацковский В.В. (2013). Климатический сигнал в ширине годичных колец хвойных на севере и в центре Европейской России. Москва: ГЕОС.

Академия Google

Мацковский В.В. (2014). «Дендрохронологическое исследование «Часовни Кирилла» в Кирилло-Белозерском монастыре (Дендрохронологическое исследование «Часовни Кирилла» в Кирилло-Белозерском монастыре)», Преподобный Сергий, «родом ростовец».: материалы конференций , (Ростов: ГМЗ). Ростовский Кремль), 305–313.

Академия Google

Мацковский В.В. (2016). Климатический сигнал в хронологиях ширины годичных колец хвойных европейской части России. Междунар. Дж. Климатол. 36, 3398–3406. doi: 10.1002/joc.4563

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мацковский В.В., Соломина О.Н., Бушуева И.С. (2013). «Дендрохронология Соловецких островов», в В Соловецком сборнике , изд. С. Г. Рубцов (Архангельск: Архангельская государственная медицинская академия), 41–58.

Академия Google

Матвеев С., Тимащук Д. и Мацковский В. (2019). Интенсивность климатического сигнала в динамике прироста сосны обыкновенной ( Pinus silvestris L.) Хреновского леса (Воронежская область, Россия). Конф. IOP. сер. Земная среда. науч. 226:012017. дои: 10.1088/1755-1315/226/1/012017

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Матвеев С., Тишин Д., Максимчук П. и Журавлева И. (2020). Сезонная динамика радиального роста сосны обыкновенной ( Pinus silvestris L.) в Воронежской области (Россия). Конф. IOP. сер. Земная среда. науч. 595:012044. дои: 10.1088/1755-1315/595/1/012044

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Матвеев С.М., Акулов В.В. (2012). Динамика состояния сосны обыкновенной ( Pinus sylvestris L.) по пригородным автодорогам г. Воронежа в 1991-2007 гг. Томский гос. J. 364, 212–218.

Академия Google

Матвеев С. М., Лыков И. В. (2019). «Анализ влияния загрязнения атмосферы автотранспортом (автотрасса М-4 «Дон») на сосновые леса в пригородной зоне г. Воронежа (Анализ влияния загрязнения атмосферы автотранспортом (автотрасса М-4 «Дон») на лесные культуры сосны обыкновенной в пригородной зоне г.Воронежа) // Экологические проблемы и экологическая ситуация в европейской части России и сопредельных территориях. М. А. Польшина (Белгород: Изд-во Дом Белгород), 154–157.

Академия Google

Матвеев С.М., Матвеева С.В., Шурыгин Ю.Н. (2012). Повторяемость сильных засух и многолетний радиальный прирост в Усманском и Хреновом лесах Воронежской области. Ж. ЮФУ. биол. 5, 27–42. дои: 10.17516/1997-1389-0150

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мергелов Н., Петров Д., Зазовская Е., Долгих А., Голиева А., Мацковский В. и др. (2020). Почвы карстовых воронок фиксируют голоценовую историю локальных лесных пожаров на севере европейской части России. Леса 11:1268. дои: 10.3390/f11121268

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Молчанов А. А. (1976). Дендроклиматические основы прогнозов погоды. Москва: Наука.

Академия Google

Консорциум

СТРАНИЦ 2k (2013). Изменчивость температуры в континентальном масштабе за последние два тысячелетия. Нац. Geosci. 6, 339–346. дои: 10.1038/ngeo1797

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Панюшкина И. П., Карпухин А. А., Энговатова А. В. (2016). Запись влажности водосбора Верхней Волги между 1430 и 1600 годами нашей эры подтверждается хронологией годичных колец δ13C археологических сосновых бревен. Дендрохронология 39, 24–31. doi: 10.1016/j.dendro.2016.02.002

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Петров М.И., Тарабардина О.А. (2020). Новгород в 10-14 веках: эволюция городской территории. Археологические вести 28, 134–151. дои: 10.31600/1817-6976-2020-28-134-151

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Пушин А.В., Чернавская М.М., Черных Н.Б. (2000). Климатические экстремумы и аномалии роста древесины в 16–19 веках на севере России. Рус. Археол. 4, 86–99.

Академия Google

Румянцев Д.Е. (2010). История и методология лесоводственной дендрохронологии. Москва: МГЮЛ.

Академия Google

Рыжкова Н., Пинто Г., Крышень А., Бержерон Ю., Олс К. и Дробышев И. (2020). Многовековая реконструкция предполагает сложное взаимодействие климата и человеческого контроля за лесными пожарами в карельском бореальном ландшафте на северо-западе России. Для. Экол. Управлять. 459:117770. doi: 10.1016/j.foreco.2019.117770

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Швайнгрубер, Ф.Х., и Бриффа, К.Р. (1996). «Сети плотности годичных колец для реконструкции климата», в Климатические вариации и механизмы воздействия за последние 2000 лет , редакторы П. Д. Джонс, Р. С. Брэдли и Дж. Джузель (Берлин, Гейдельберг: Springer), 46–66. дои: 10.1007/978-3-642-61113-1_3

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Семеняк Н.С., Долгова Е. А., Мацковский В. В. (2021). Использование дендрохронологического анализа для датировки исторических объектов» в Новые материалы и методы археологического исследования (Новые материалы и методы археологического исследования) , под ред. А. О. Глико, А. А. Барях, К. В. Лобанов и Болотов И.Н. (Москва: ИАРАН), 165–167.

Академия Google

Шумилов О.И., Касаткина Е.А., Миликайнен К., Тимонен М. и Канатьев А.Г. (2011). Палеовулканы, солнечная активность и годичные кольца сосен Кольского полуострова (северо-запад России) за последние 560 лет. Междунар. J. Env. Рез. 5, 855–864.

Академия Google

Шведов Ф. Н. (1892). Дерево как летопись засух (Дерево как летопись засух). Метеорол. Курьер (Вестник) n5,

Академия Google

Сохова И., Коларж Т. и Рыбничек М. (2021). Обзор дендрохронологии дуба в Восточной Европе. Годовое кольцо Рез. 77, 10–19. дои: 10.3959/TRR2020-2

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Соломина О., Бушуева И., Долгова Е., Джомелли В., Александрин М., Михаленко В. и др. (2016). Вариации ледников на Северном Кавказе в сравнении с климатическими реконструкциями за последнее тысячелетие. Глоб. Планета. Изменение 140, 28–58. doi: 10.1016/j.gloplacha.2016.02.008

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Соломина О., Долгова Е.и Максимова О. (2012). Гидрометеорологические реконструкции по годичным кольцам в Крыму, на Кавказе и в Тянь-Шане. Москва, Санкт-Петербург: Нестор-История.

Академия Google

Соломина О. Н. (1999). Горное оледенение Северной Евразии в голоцене. Москва: Научный мир.

Академия Google

Соломина О. Н., Бушуева И. С., Долгова Е. А., Золотокрылин А. Н., Кузнецова В. В., Кузнецова Т. О. и др. (2017). Засухи Восточно-Европейской равнины по гидрометеорологическим и годичным данным. Москва, Санкт-Петербург: Нестор-Исротрия.

Академия Google

Соломина О. Н., Бушуева И. С., Володичева Н. А., Долгова Е. А. (2021). Возраст морен ледника Большой Азау в верховьях долины р. Баксан по дендрохронологическим данным. Лед I Снег 61, 271–290.

Академия Google

Соломина О.Н., Мацковский В.В., Жуков Р.С. (2011). Вологодские и соловецкие дендрохронологические «летописи» как источник информации о климатических условиях последнего тысячелетия. Докл. наук о Земле. 439, 1104–1109. дои: 10.1134/S1028334X11080071

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тарабардина О.А. (2009). Окружающая среда и поведение человека в северных дендрохронологических исследованиях средневекового Новгорода: (по материалам археологических раскопок 1991–2006 гг.). Археол. Этнол. Антропол. Евразия 37, 77–84. doi: 10.1016/j.aeae.2009.05.009

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тарабардина О. А., Карпухин А. А., Мацковский В. В., Соловьева Л. Н. (2016). Дендрохронология средневекового Новгорода: анализ хронологического и количественного распределения дендрохронологических дат образцов древесины. КСИА 245, 22–35.

Академия Google

Тишин Д., Фардеева М., Чижикова Н.и Ризатдинов Р. (2018). Акклиматизация Juglans mandshurica Maxim. и Phellodendron amurense Rupr. в Среднем Поволжье. Конф. IOP. сер. Земная среда. науч. 107:012094. дои: 10.1088/1755-1315/107/1/012094

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тишин Д.В. (2006). Влияние природно-климатических факторов на радиальный прирост деревьев Среднего Поволжья // Влияние природно-климатических факторов на радиальный прирост дерева среднего Поволжья. Кандидат наук Тезис. Казань: Институт экологии природных систем АН РТ.

Академия Google

Тишин Д.В., Чижикова Н.А. (2011). Дендроклиматические исследования Pinus sylvestris L. на островах Керецкого архипелага Белого моря. Ж. ЮФУ. биол. 4, 378–388. дои: 10.17516/1997-1389-0161

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тишин Д. В., Чижикова Н. А., Журавлева И.В., Чугунов Р. Г. (2016). Ксилогенез Pinus sylvestris L., произрастающих в экосистемах северных островов. Лесотехнический журнал 4, 89–97. дои: 10.12737/23439

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тишин Д.В., Чижикова Н.А., Журавлева И.В., Искандиров П.Ю. (2019). Ксилогенез сосны в контрастных гидротермических условиях // Ксилогенез сосны в контрастных гидротермических условиях // . Трансформация экосистем под влиянием природных и антропогенных факторов.Т. Я. Ашихмина (Киров: ВятГУ), 78–81.

Академия Google

Турманина В.И. (1971). Перспективы применения фитоиндикационных методов в гляциологии // Оценка изменения климата с помощью фитоиндикации. . Под ред. Г. К. Тушинский (Москва: Изд-во МГУ).

Академия Google

Турманина В.И. (1988). Колебания климата в последнее тысячелетие на основе методов фитоиндикации (Оценка климатических изменений фитоиндикационными методами за последнее тысячелетие) // Методы фитоиндикации в гляциологии. . Под ред.Г. К. Тушинский (Л.: Гидрометеоиздат).

Академия Google

Воронин К., Долгих А., Мацковский В., Черкинский А., Скрипкин В. и Александровский А. (2015). Сравнительная дендрохронологическая и XIV в. датировка русской иконы XV в. Радиоуглерод 57, 173–182. дои: 10.2458/azu_rc.57.17467

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Ермохин, М. (2012). Годично-кольцевая хронология сосны обыкновенной ( Pinus sylvestris L.) из Несвижского замка XVI–XIX вв. в центральной Белоруссии. Дендрохронология 30, 69–72. doi: 10.1016/j.dendro.2011.01.012

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

ПОТЕРЯННЫХ В ТАЙГЕ | Киркус Отзывы

БРАТЬЯ EARP, ДОК ХОЛЛИДЕЙ И ВЕНДЕТТА ПОЕЗДКА ИЗ АДА

к Том Клавин ‧ ДАТА ВЫПУСКА: 21 апреля 2020 г.

Укореняющаяся история бродяг, рогоносцев и откровенных убийц, населявших самый дикий город Дикого Запада в конце 19 века.

Истории Уятта Эрпа и компании, перестрелка в О.К. Коррал, Джеронимо и Апачские войны — все это хорошо известно. Клавин, написавший книги о Додж-Сити и Диком Билле Хикоке, излагает цельное повествование, которое полезно связывает значимые события — например, создание союзников из белых врагов в противостоянии угрозе апачей, шорохе из Мексики и других обстоятельствах, имеющих этническую подоплеку. Автор слегка ревизионист в современной моде, отмечая, что Эрпы и Клэнтоны не были такими кровожадными, какими их изображает массовая культура.Например, Вятт и Бэт Мастерсон «восприняли слово «миротворец» буквально и знали, что способ укротить печально известный город — это не переиграть плохих парней, а запугать их, иногда с помощью дула в череп». ». В самом деле, в то время как некоторые из Клэнтонов и некоторые из Эрпов умерли насильственной смертью, большинство — Уайатт, Бэт, Док Холлидей — умерли от рака и других болезней, хотя лишь немногие от старости. Клавин усложняет историю, напоминая читателям, что Эрпы на самом деле не были законом в Надгробии и иногда попадали по другую сторону линии, и что обычные жители Надгробия и других знаменитых западных мест ценили порядок и мир и не особенно стремились к этому. на стрелков и их озорство.Тем не менее, обновляя старое представление о том, что миф об Эрпе — это американская «Илиада », автор лучше всего описывает эти чреватые приступами насилия спазмы. «Для законопослушных граждан никогда не бывает хорошим знаком, — пишет он в какой-то момент, — видеть, как Джонни Ринго мчится в город, и он, и его лошадь, все в мыле». На самом деле нет, даже если Ринго покончит с собой, а законопослушный Надгробие исчезнет в безвестности, когда закончится серебро.

Любителям Дикого Запада понравятся тщательное исследование и яркое письмо Клавина.

Дата публикации: 21 апреля 2020 г.

ISBN: 978-1-250-21458-4

Количество страниц: 400

Издательство: St.Мартина

Обзор опубликован онлайн: 20 января 2020 г.

Kirkus Reviews Выпуск: 15 февраля 2020 г.

Поделитесь своим мнением об этой книге

Вам понравилась эта книга?

Песков, Василий: Затерянный в тайге — Рецензии на книгу

РЕЦЕНЗИИ НА КНИГУ: ДОМ ОТШЕЛЬНИКОВ

Песков, Василий.

Затерянный в тайге: Пятидесятилетняя борьба одной русской семьи за выживание и религиозную свободу в сибирская глушь. Перевод Мариан Шварц. Нью-Йорк: Doubleday, 1992. .

В 1978 году группа геологов-исследователей в отдаленном районе Сибири произошло при существовании семьи Лыковых: отец, 81 год в начале историю, двух сыновей 54 и 38 лет и двух дочерей 44 и 37 лет. жили в полной изоляции от цивилизации в холодном лесном массиве, называемом тайга.

Подзаголовок книги « Одна российская семья. Пятидесятилетие». Борьба за выживание и религиозную свободу в сибирской глуши ». идеальное резюме. Лыковы были приверженцами старообрядчества. строгое соблюдение христианства, предшествовавшее религиозному восемнадцатому веку. раскол в России. Лыковы бежали от хаоса России — и мира — в 1920-х годах и с тех пор был один. Как историк, встретивший их впервые рассказал журналисту-автору, это было «как-то наполовину между Петром Великим и каменным веком!»

Они добывают огонь из пороховой бочки.Они используют факел для освещения. Они идут босиком летом и в берестяных туфлях зимой. Они были жить без соли. Они не знают хлеба. … Последние события неизвестны их. Электричество, радио и спутники находятся за пределами их воображения.

Автор Песков предлагает яркие, часто трогательные портреты повседневной жизни в своих ежегодные визиты к Лыковым в течение десяти лет. Он ведет хронику того, что они выращивали (картофель, репа, морковь) и кормовые (желуди и ягоды), как они одевались в пеньку и бересту, как держали свою хату в стуже зима, как они рассказали свою историю в рассказах о прошлом.Детали составляют увлекательное повествование, а глянцевые пластины фотографий и пара карт очень полезна.

Некоторые рецензенты задавались вопросом, что же произошло столько лет спустя. Песков видел ухудшение старца Лыкова, который умер в течение сезона его Последнее посещение; на момент публикации 1991 года в живых осталась только старшая дочь Агафья русского издания этой книги.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован.