Анри картье брессон – Картье-Брессон, Анри — Википедия

Содержание

Картье-Брессон, Анри — Википедия

Анри́ Картье́-Брессо́н (фр. Henri Cartier-Bresson; 22 августа 1908 — 3 августа 2004[6]) — французский фотограф, мастер реалистичной фотографии XX века, фотохудожник, отец фоторепортажа и фотожурналистики, представитель документальной фотографии.

Не переношу устраивать события и режиссировать. Это ужасно… Нельзя подделывать настоящее. Люблю правду и только правду показываю…

 — сказал когда-то Брессон.[7]

Происхождение фамилии и имени[править | править код]

Матерью Анри была Марта Ле Вердьер (девичья фамилия), а отцом — Андре Картье-Брессон.

Двойная фамилия отца, «Картье-Брессон», впервые зарегистрированная в 1901 году, получилась соединением фамилии крестьян Картье, родом из департамента Уаза, и фамилии промышленников Брессон, производителей хлопковой нити.

Взаимоотношения начались, когда городская семья Брессонов поручила уход за своими детьми членам сельской семьи Картье. Позже два сына Картье (одного из них звали Андре) поступили учениками к Брессону — и, в конце концов, женившись на дочерях своего шефа, вошли в долю предприятия. Совместный бизнес двух семей процветал, и имя «Картье-Брессон» стало в начале XX-го века во Франции очень известной маркой хлопчатых ниток.

22 августа 1908 года у Марты и Андре Картье-Брессонов рождается первенец. В память о дедушке с отцовской стороны — Анри Картье, мальчику (старшему из пяти детей) дали имя Анри.

Художественное образование[править | править код]

Живописью он интересовался с юности. В декабре 1913 года Анри познакомился со своим дядей Луи, художником, который ввел его в мир искусства. К сожалению, дядя умер в 1915 году, но Анри продолжал следовать его советам. Он учился в ателье художника Андре Лота. Своим выдающимся мастерством фотографа Картье-Брессон во многом обязан образованию в качестве художника и графика.[8]

Путешествие и увлечение фотографией[править | править код]

В 1930 году, после начала обучения живописи и графике, он отправился в путешествие в Африку. Вернувшись во Францию в 1932 году, он решил посвятить себя фотографии. Его очень впечатлили несколько снимков, сделанных Эженом Атже и Андре Кертесом, но более всего его подтолкнул к фотоискусству снимок, сделанный Мартином Мункачи (англ.) в 1929-м или 1930 году, на котором изображены трое чернокожих людей, голышом бросающиеся в волны озера Танганьики (Танзания). Он высоко оценил эстетику этой фотографии и восхищенно писал:

«О! Это можно сделать при помощи фотоаппарата!!». В том же году в Марселе он приобрел новинку тогдашнего рынка, фотоаппарат фирмы Leica — лёгкую малоформатную камеру, позволившую наконец ему достичь необходимого мастерства в той фотографии, к которой он имел склонность.[9]

Основание «Магнум фото», выставки и книги[править | править код]

В 1947 году Картье-Брессон со своими коллегами Робертом Капой, Дэвидом Сеймуром (англ.), Джорджем Роджером (англ.), Марией Айснер (англ.), Биллом Вандивартом и Ритой Андиверт основывает содружество фотожурналистов — агентство «Магнум фото» (

Magnum Photos). После чего он посетил Индию, Пакистан, Бирму, Китай, Индонезию, Мексику, Японию, Кубу, Канаду, а так же бывший СССР.

В 1954 году стал первым зарубежным фотографом, посетившим СССР после смерти Сталина[10].

В 1954 году Лувр организовал свою первую выставку фотографий, и это были работы Картье-Брессона. Его работы выставлялись в самых известных галереях и музеях мира. Издано множество книг, в которых опубликованы его фотографии, в основном сопровождаемые анализом их художественных достоинств.

В 1966 году покинул агентство и поселился в горах Прованса, где увлёкся рисованием альпийских ландшафтов[11].

Умер 3 августа 2004 года в Монжюстене (Альпы Верхнего Прованса, Франция).

Семейная жизнь[править | править код]

Женат Анри Картье-Брессон был дважды:

Методы работы Анри Картье-Брессона стали легендой в мире фотографии. Например, он прославился своей способностью оставаться «невидимым» для людей, которых снимал. Бликующие металлические части фотоаппарата он заклеивал чёрной изолентой, чтобы они не блестели. Существует легенда что он всегда делал законченный снимок в момент съёмки, никогда не изменял, не кадрировал сделанную фотографию. Она ошибочна и опровергнута несколькими тестовыми отпечатками, значительные части которых заштрихованны для последующей перекадровки. Брессон никогда не печатал и не проявлял плёнку самостоятельно. Во многих источниках упоминается, что он принципиально снимал только объективом с «нормальным» фокусным расстоянием (не «телевиком»), что вынуждало его близко подходить к фотографируемому объекту и вступать с ним в непосредственный контакт. Также он известен тем, что старался снимать любую сцену в момент достижения наивысшего эмоционального напряжения, сопряжённого с его ощущением изобразительной формы, которое он называл

«решающим моментом», широко известное выражение в фотографическом мире, которое для Картье-Бресснона означало

моментальное распознавание, в долю секунды, значимости происходящего и одновременно точной организации форм, что придают этому событию соответствующую ему экспрессию

Об отношениях Картье-Брессона со временем Линкольн Кирштейн (англ.), писатель и специалист в области культуры и искусства, говорил, что Картье-Брессон

постоянно боксировал со временем, время было одновременно противником и товарищем … чтобы быть пораженным и нокаутированным; они танцуют вокруг мгновения, ожидая открытия, чтобы зафиксировать его, остановить, победить

Но для так называемого решающего момента, не только пойманного, но и эстетично зафиксированного, кроме большой чувствительности и понимания природы человека, которыми Анри Картье-Брессон обладал в высочайшей степени, требуется утончённая работа с художественной формой, с геометрией внутрикадрового пространства, умение создавать изысканные визуальные метафоры и т. д. В 1952-м году словосочетание решающий момент сделалось названием его книги.[12]

Некоторые наиболее известные запечатлённые личности[править | править код]

Он фотографировал как простых людей, так и весьма именитых персон и значительные события XX-го века. Вот только некоторые известные личности, которых он запечатлел: Ирен и Фредерик Жолио-Кюри (1944), Анри Матисс (1944), Альбер Камю (1944), Поль Валери (1946), Уильям Фолкнер (1947), Трумен Капоте (1947), Хоан Миро (1953), Шри Ауробиндо (1950), Жан Ренуар (1960), Андре Бретон (1961), Мэрилин Монро (1961), Ролан Барт (1963), Коко Шанель (1964), Жан-Поль Сартр, Эзра Паунд (1970), Луи Арагон (1971).

Работы в музейных коллекциях мира: список музеев[править | править код]

Право приобрести и напечатать «Основную коллекцию» работ было предоставлено 385 печатным изданиям, выбранным Анри Картье-Брессоном в 1979 году. Сейчас работы Анри Картье-Брессона находятся в коллекциях музеев во всем мире:

  • Bibliothèque Nationale de France, Париж, Франция.
  • De Menil Collection, Хьюстон, Техас, США.
  • University of Fine Arts, Осака, Япония.
  • Victoria and Albert Museum, Лондон, Великобритания.
  • Maison Européenne de la Photographie, Париж, Франция.
  • Musée Carnavalet, Париж, Франция.
  • Museum of Modern Art, Нью-Йорк, США.
  • The Art Institute of Chicago, Чикаго, США.
  • The Getty Museum, Лос Анджелес, США.
  • International Centre of Photography, Нью-Йорк, США.
  • The Philadelphia Art Institute, Филадельфия, США.
  • The Museum of Fine Arts, Хьюстон, США.
  • Kahitsukan Kyoto Museum of Contemporary Art, Киото, Япония.
  • Museum of Modern Art, Тель-Авив, Израиль.
  • Stockholm Modern Museet, Стокгольм, Швеция.
  • 1947. The Photographs of Henri Cartier-Bresson. Text by Lincoln Kirstein, Museum of Modern Art, New York.
  • 1952. The Decisive Moment. Texts and photographs by Henri Cartier-Bresson. Cover by Henri Matisse. Simon & Schuster, New York. French edition
  • 1954. Les Danses à Bali. Texts by Antonin Artaud on Balinese theater and commentary by Béryl de Zoete Delpire, Paris. German edition
  • 1955. The Europeans. Text and photographs by Henri Cartier-Bresson. Cover by Joan Miro. Simon & Schuster, New York. French edition
  • People of Moscow. Thames and Hudson, London. French, German and Italian editions
  • 1956. China in Transition. Thames and Hudson, London. French, German and Italian editions
  • 1958. Henri Cartier-Bresson : Fotografie. Text by Anna Farova. Statni nakladatelstvi krasné, Prague and Bratislava.
  • 1963. Photographs by Henri Cartier-Bresson. Grossman Publisher, New York. French, English, Japanese and Swiss editions
  • 1964. China. Photographs and notes on fifteen months spent in China. Text by Barbara Miller . Bantam Books, New York. French edition
  • 1968. The World of HCB. Viking Press, New York. French, German and Swiss editions
  • 1969. Man and Machine. commissioned by IBM. French, German, Italian and Spanish editions
  • 1970. France. Text by François Nourissier. Thames and Hudson, London. French and German editions
  • 1972. The Face of Asia. Introduction by Robert Shaplen. Published by John Weatherhill (New York and Tokyo) and Orientations Ltd. (Hong Kong). French edition
  • 1973. About Russia. Thames and Hudson, London. French, German and Swiss editions
  • 1976. Henri Cartier-Bresson. Texts by Henri Cartier-Bresson. History of Photography Series. History of Photography Series. French, German, Italian, Japanese and Italian editions
  • 1979. Henri Cartier-Bresson Photographer. Text by Yves Bonnefoy. Bulfinch, New York. French, English, German, Japanese and Italian editions
  • 1983. Henri Cartier-Bresson. Ritratti. Texts by André Pieyre de Mandiargues and Ferdinando Scianna. Coll. » I Grandi Fotografi «. Gruppo Editoriale Fabbri, Milan. English and Spanish editions
  • 1985. Henri Cartier-Bresson en Inde. Introduction de Satyajit Ray, photographies et notes d’Henri Cartier-Bresson. Texte d’Yves Véquaud. Centre National de la Photographie, Paris. Editions anglaise
  • Photoportraits. Texts by André Pieyre de Mandiargues. Thames and Hudson, London . French and German editions
  • 1987. Henri Cartier-Bresson. The Early Work. Texts by Peter Galassi. Museum of Modern Art, New York. French edition
  • Henri Cartier-Bresson in India. Introduction by Satyajit Ray, photographs and notes by Henri Cartier-Bresson, texts by Yves Véquaud. Thames and Hudson, London . French edition
  • 1989. L’Autre Chine. Introduction by Robert Guillain. Collection Photo Notes. Centre National de la Photographie, Paris
  • Line by Line. Henri Cartier-Bresson’s drawings. Introduction by Jean Clair and John Russell. Thames and Hudson, London. French and German editions
  • 1991. . America in Passing. Introduction by Gilles Mora. Bulfinch, New York. French, English, German, Italian, Portuguese and Danish editions
  • Alberto Giacometti photographié par Henri Cartier-Bresson. Texts by Henri Cartier-Bresson and Louis Clayeux. Franco Sciardelli, Milan
  • 1994. A propos de Paris. Texts by Véra Feyder and André Pieyre de Mandiargues. Thames and Hudson, London . French, German and Japanese editions
  • Double regard. Drawings and photographs. Texts by Jean Leymarie. Amiens : Le Nyctalope. French and English editions
  • Mexican Notebooks 1934—1964. Text by Carlos Fuentes. Thames and Hudson, London. French, Italian, and German editions
  • L’Art sans art. Texte de Jean-Pierre Montier. Editions Flammarion, Paris. Editions allemande, anglaise et italienne
  • 1996. L’Imaginaire d’après nature. Textes de Henri Cartier-Bresson. Fata Morgana, Paris. Editions allemande et américaine
  • 1997. Europeans. Texts by Jean Clair. Thames and Hudson, London. French, German, Italian and Portuguese editions
  • 1998. Tête à tête. texts by Ernst H.Gombrich. Thames & Hudson, London. French,German, Italian and Portuguese editions
  • 1999. The Mind’s eye. Texts by Henri Cartier-Bresson. Aperture, New York. French and German editions
  • 2001. Landscape Townscape. Texts by Erik Orsenna and Gérard Macé. Thames and Hudson, London. French, German and Italian editions
  • 2003. The man the image and the world Texts by Philippe Arbaizar, Jean Clair, Claude Cookman, Robert Delpire, Jean Leymarie, Jean-Noel Jeanneney, Serge Toubiana. Thames and Hudson, London 2003. German, French, Korean, Italian and Spanish editions.
  • 2008. Воображаемая реальность. — СПб-М.: Лимбус-Пресс, 2008. — 128 с. Перевод с французского Галины Соловьёвой.
  • Assouline, Pierre. Cartier-Bresson. El Ojo del Siglo, (ISBN 84-8109-403-X), 400 стр., Galaxia Gutenberg, Барселона, 2002. (Пер. на испанский Cartier-Bresson. L’oeil du siècle)
  • Bueno Ardila, Julian David, Henri Cartier-Bresson -El azar y el instante, ISBN 958-30-1704-3, Издательство: Panamericana Editorial, Богота, 2005
  • Great Photographers, из серии The Library of Photography, 246 стр., en:Time-Life, 1971, 1973, 1976.
  • Beceyro, Raúl. Henri Cartier-Bresson, (ISBN 968-5804-13-3), 68 стр., Независимый национальный университет Мексики, 1983.
  • Montier, Jean-Pierre. Henri Cartier-Bresson and the artless art, (ISBN 0-500-54204-X), 328 стр., Thames and Hudson, Лондон, 1995.
  • Bonnefoy, Yves. Henri Cartier-Bresson// Bonnefoy, Yves. Dessin, coileur et lumière. Paris: Mercure de France, 1995, p. 259—269.
  • Воображаемая реальность, ISBN 978-5-8370-0515-2 , ООО «Издательство К. Тублина», 2008

ru.wikipedia.org

Анри Картье-Брессон — легенда уличной фотографии

Анри Картье-Брессон — легендарный французский фотограф, основоположник репортажной съемки и уличного фото. Один из основателей агентства Magnum. 

Анри прожил долгую и насыщенную жизнь. Он объездил множество стран, фотографировал известных личностей: политиков, писателей, звезд шоу-бизнеса. Однако, главная роль в его снимках всегда была отведена жизни простых людей.

Портерт Анри Картье-Брессона, автор: Dmitri Kessel, 1955

Анри обладал своим видением фотографии. В своей работе он считал главными критериями геометрию и структуру. Он искренне радовался, когда после проявки и распечатки снимков рассматривал их и находил, что все элементы пазла на долю секунды сошлись воедино, а ему удалось запечатлеть этот момент.

В одном из своих последних интервью Брессон сказал, что нельзя жить ради фотографии, потому как сама жизнь даст тебе много материала для съемок. Нужно делать это, потому что сам процесс наполняет тебя жизнью.

Детство и юность

Анри Картье-Брессон родился 22 августа 1908 года в пригороде Парижа, городе Шантлу. Двойная фамилия будущего фотографа образовалась в результате слияния двух семей — крестьян Картье и семейства промышленников Брессон. Интерес к живописи и рисунку Анри проявил с юных лет, занимаясь обучением искусству в художественной школе. Родители же надеялись, что мальчик со временем унаследует управление семейной фабрикой.

В пятилетнем возрасте Анри познакомился со своим дядей Луи, оказавшим большое влияние на юного фотографа. После его смерти Картье-Брессон в течение семи лет учился в ателье художника Андре Лота, а в 21 год, в 1929-м, начал посещать лекции по живописи в Кембриджском университете. В этом же году Анри вернулся в Париж, где познакомился с представителями художественной и литературной богемы. 

Путешествие в Африку. Первый фотоаппарат.

В 1931 году Анри уехал в Кот-Д’Ивуар — страну на западе Африки. Брессон наткнулся на фотокарточку, на которой запечатлены трое мальчиков, прыгающих в озеро Танганьика. Автором работы выступил Мартин Мункачи. Снимок поразил Брессона своей динамикой и эстетикой, что послужило последним толчком в решении Анри заняться фотографией.

«Мальчики, бегущие к прибою. Озеро Танганьика» 1930 г. Martin Munkácsi, 1929-1930

Брессон приобрел свой первый фотоаппарат — громоздкую черную коробку, черную накидку и штатив. Такие камеры из-за своих технических особенностей позволяли снимать лишь статичные объекты. Первые снимки Анри вышли неудачными, да и сам аппарат приказал долго жить, не выдержав климата Африки.

Вскоре Брессон подхватил малярию, что вынудило его вернуться домой. Лечение растянулось на долгие месяцы. От скуки Анри приобрел свою первую малоформатную камеру Leica. Аппарат, совсем недавно появившийся на мировом рынке, благодаря своим небольшим размерам позволял вести репортажную съемку.

«Целыми днями я рыскал по улицам в напряжении, готовый в любой момент щелкнуть затвором, чтобы поймать жизнь в ловушку»

Франция, 1932 Бельгия, 1932 Франция, 1932 Франция, 1932

Жизнь в Мексике. Первая выставка.

В 24-летнем возрасте Анри отправился в Мексику, где прожил около года, фотографируя публичные дома и ночную жизнь этой, по его выражению, «самой сюрреалистичной страны». В 1935 году руководитель нью-йоркской галереи Жюльен Леви, с которым Брессона свел его давний друг, организовал выставку фоторабот, куда включил и снимки Анри.

Мексика, 1934

Начало карьеры

Когда успехи Анри в области фотографии пошли в гору, фотограф неожиданно решил заняться кинематографом. В течение года жизни в Нью-Йорке Брессон обучался принципам монтажа. В 1936 году он вернулся в Париж. Анри стал вторым помощником Жана Ренаура и вместе они сняли пропагандистский фильм La vie est à nous («Жизнь — наша»).

В 25 лет Анри устроился фотографом в коммунистическую газету. В мае 37-го он отправился в Великобританию, где снимал коронацию Георга VI. Оттуда Карьте-Брессон привез большое количество фотокарточек, на которых были запечатлены обычные люди, но не сам монарх.

Лондон, 1937 Лондон, 1937

Вторая мировая война. Движение Сопротивления

В 1939 году СССР подписал пакт о ненападении. Газета закрылась, а Анри в гневе сжег множество своих снимков и негативов. Некоторое время спустя началась Вторая мировая война. В мае 1940 года Брессон вступил в ряды французской армии в звании капрала армейского кинофотоподразделения. В самом начале конфликта Франция была захвачена нацистами, а Анри попал в плен. В заточении он находился в течение 36 месяцев, предприняв за это время 3 попытки к бегству, последняя из которых оказалась удачной.

«Я постоянно чувствую себя как беглый заключенный»

Брессон вернулся в Париж, где вступил в Движение Сопротивления. В рядах ДС Анри так же был задействован в качестве фотографа. Он объединил вокруг себя нескольких журналистов, ведших съемку внутри оккупации и во время отступления войск нацистов. В 1945 году 37-летний Брессон получил заказ из США и снял фильм «Возвращение». Вскоре Анри уехал в Нью-Йорк. Там он выставил свои работы в Музее современного искусства.

Нью-Йорк, 1947

Агентство «Magnum»

В 1947 году Анри Картье-Брессон вместе с четырьмя единомышленниками основал фотоагентство «Magnum». Название, согласно легенде, появилось благодаря выпитой в тот вечер бутылке шампанского, носившей аналогичное название. Фотографы разделили для себя рабочие территории: Брессону достались Индия и Китай. Анри призывал использовать в работе только фотоаппараты Leica, не кадрировать снимки и не заниматься постановочной фотографией.

«Главное — сделать так, чтобы люди забыли про камеру»

Картье-Брессон, открыв агентство, вместе с женой отправился в Индию. Полезные знакомства супруги позволили фотографу получить разрешение на съемку Махатму Ганди.

Брессону необходимо было сделать репортаж об этой выдающейся личности, особенно о его голодовке против дискриминации некоторых слоев населения Индии. Анри начал съемку, но не прошло и часа, как Ганди застрелили. Камера Брессона снова была в действии: фотограф запечатлел премьер-министра, объявившего скорбную новость, тело Ганди и толпы народа, пришедших попрощаться.

Позже супруги путешествовали по Пакистану, Мьянме, Малайе, Китаю. Анри Картье-Брессону удалось заснять Китай за несколько дней до провозглашения его республикой. В Индонезии фотограф запечатлел процесс борьбы за независимость страны от Нидерландов. Из своих поездок Анри отправлял негативы в различные журналы. Представители агентств после присылали ему письма с вырезками, чтобы Брессон увидел итог своей работы. Однако, он мало интересовался этим и говорил, что процесс съемки ему нравится больше, чем конечный результат.

«Решающий момент». Визит в СССР.

В 1952 году Анри Картье-Брессон выпустил книгу «Решающий момент». Издание, помимо статьи, включало порядка сотни лучших фотографий француза. Денег, вырученных с продажи книги, хватило на то, чтобы удержать на плаву тонущий «Магнум».

В 1954-м Анри Картье-Брессон одним из первых иностранных фотографов посетил СССР. Снимки, сделанные во время поездки, попали в книгу «Люди Москвы». Вокруг репортажа поднялся большой ажиотаж, но Брессон был к этому безразличен.

В это же время при разных обстоятельствах погибают двое основателей «Магнума». Анри после потери друзей долгое время пытался поддержать изначальную задумку «Магнума», чтобы агентство не стало полностью коммерческим проектом.

На стыке 60-х и 70-х годов Брессон публикует еще одну книгу, Vive la France («Да здравствует Франция») и снимает две киноленты для телеканала CBS News. Первый брак Брессона распался. Чуть позже он женился на Мартине Франк, коллеге по «Магнуму». В 1970-м Анри повторно посещает Советский Союз, засняв все те изменения, произошедшие внутри государства за этот период. В 1974 вышла еще одна книга с фотографиями из поездки.

Москва, 1954

Из-за возраста Анри постепенно оставил занятие фотографией и вернулся к живописи. Свою камеру он доставал только для того, чтобы заснять дочку, жену и котов.

Брессон скончался в 2004 году в возрасте 95 лет в городе Иль сюр ля Сорг. Его похоронили на частном кладбище. Анри при жизни шутил, что у него нет воображения, из-за чего он так и не стал художником и бросил режиссуру. Фотографировать, по его словам, всегда проще.

8 принципов Анри Картье-Брессона:

Уделять большое внимание геометрии кадра

«Сущностью фотографии для меня являются линии предметов. Содержание снимка должно быть постоянной заботой фотографа.»

Фотограф важнее фотоаппарата

«Это иллюзия, что снимки сделаны при помощи фотоаппарата. Они созданы при помощи глаз, руки и сердца.»

Больше путешествовать

«Я верю, что с открытием окружающего мира происходит открытие себя.»

Обращать внимание на мелочи

«В фотографии самая маленькая вещь может стать главным объектом.»

Иметь особый, художественный взгляд на мир

«Для меня фотография — это признание в доли секунды важности происходящего.»

Не делать кадрирования готового снимка

«Фотография хороша или плоха с момента ее попадания в камеру.»

Не зацикливаться на успехах своих работ, развиваться

«Сама фотография меня не интересует. Я хочу лишь запечатлеть долю секунды реальности.»

Не упускать момента для снимка

«Ваш глаз должен видеть композицию кадра, ту, что предлагает вам сама жизнь.»

Другие работы Брессона:

Симона де Бовуар, Париж, Франция, 1947 На берегах Марны, 1938 Жан-Поль Сартр, Париж, 1946 Мексика, 1963 Португалия, 1955 США, 1947 США, 1947 Таллин, 1973 Лондон, 1937 Германия, 1952 Художник Henri Matisse. Франция, 1944 Советский союз, 1954

Если вам понравилась статья про Анри Картье-Брессона, то также вас могут заинтересовать работы Хирохару Мацумото и Сола Лейтера.

А совсем недавно Losko делал статью о пяти классиках уличной фотографии, куда вошел и Брессон.

Следите за нами в социальных сетях, чтобы не пропускать новые материалы: Вконтакте, Facebook, Telegram — @loskomag, Instagram. Если вы цените свой и чужой труд, то всегда можете поддержать нас финансово на Patreon.

Фотографии © Magnum Photos

losko.ru

Анри Картье-Брессон (Henri Cartier-Bresson) — Вдохновение от мастеров фотографии

Когда дело доходит до уличной фотографии, первым о ком мы вспоминаем, является гений уличной съемки и фотожурналистики — Анри Картье-Брессон (Henri Cartier-Bresson). Этот французский фотограф, в наше время залужено считается отцом современного репортажа, фотожурналистики и образа жизни свободного уличного фотографа. Он одним из первых внедрил в работу пленку формата 35 мм. Анри первым использовал съемку и слежение с помощью скрытой камеры на улице и, тем самым, открыл путь многочисленным фотографам, которые сегодня следуют этому стилю. Термин «Решающий момент», в современной фотографии является одним из ключевых аспектов работы, и этот термин так же придуман Анри Картье-Брессоном. Мастер был твердо убежден в том, что в этом мире ничего невозможно без решающего момента.

 

Известный факт, что Анри, был чрезвычайно вдохновен работами Мартина Мункачи (Martin Munkacsi), а именно фотографией «Три мальчика на озере Танганьика». Именно благодаря этой работе, Анри начал работать с новой силой и полный энтузиазма. Munkacsi автора в картине стать полный рабочий день фотографа. Его часто ассоциируют с продукцией фирмы Leica Camera, которую фотограф часто использовал в своей работе. В свое время, у него были замечательные отношения с такими фотографами как Роберт Капа и Дэвид Сеймур, вместе они помогли развитию фотографии в те непростые времена.

«Будь фотожурналистом. Если ты не можешь сделать что-то, маневрируй и меняйся. Всегда держи сюрреализм в своем маленьком сердце. Не суетись. Двигайся веред» – таким был девиз гениев фотографии, и в эти слова они верили всей душой.

Эта дружба, на самом деле, стояла у истоков чего-то большего чем просто «дружба», именно тогда началось создание всемирного союза фотожурналистов «Магнум Фото» («Magnum Photos»). Создавалось фотоагентство вместе с Уильямом Вандивэром и Джорджем Роджером. На тот момент эти фотографы составляли основной состав Magnum и все права на агентство и фотографии принадлежали именно им. «Магнум Фото» до сих пор считается самым престижным, с точки зрения фотожурналистики, агентством фотографов.

После Второй мировой войны, Анри начал путешествовать по миру, попадая в самые горячие точки и фиксируя самые трогательные и жизненные моменты. Он стал первым западным фотографом, который имел право «свободно» фотографировать в послевоенном Советском Союзе.
Умер Анри Картье-Брессон в 2004 году, в возрасте 95 лет. Этот гениальный человек и непревзойденный фотограф своими фотографиями положил начало новой эпохи в мире фотоискусства. Его работы до сих пор потрясают воображение и служат великолепным примером для молодого поколения фотожурналистов.

Вы можете найти более подробную информацию о Анри Картье-Брессон:

Wikipedia
Magnum Photos
Официальный сайт
Facebook

Публикации:

Анри Картье-Брессон
Анри Картье-Брессон: Современный век
Анри Картье-Брессон в Индии
Анри Картье-Брессон: человек, образ и мир
Анри Картье-Брессон: Биография
Внутренняя тишина: портреты Анри Картье-Брессона
Анри Картье-Брессон: Страстные глаза

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

© Henri Cartier-Bresson / Magnum Photos

cameralabs.org

Творчество Анри Картье-Брессона. Часть 1: humus — LiveJournal


Анри́ Картье́-Брессо́н (фр. Henri Cartier-Bresson) (22 августа 1908 — 3 августа 2004) — французский фотограф, один из выдающихся фотографов XX века, фотохудожник, отец фоторепортажа и фотожурналистики.
Армения. Гости в деревне на озере Севан. 1972


Матерью Анри была Марта Ле Вердьер (девичья фамилия), а отцом — Андре Картье-Брессон.
Альберто Джакометти (итал. Alberto Giacometti, 10 октября 1901, Боргоново, Стампа, Швейцария — 11 января 1966, Кур, Швейцария, похоронен в Боргоново) — швейцарский скульптор, живописец и график, сын художника, один из крупнейших мастеров XX века.

Двойная фамилия отца, «Картье-Брессон», впервые зарегистрированная в 1901 году, получилась соединением фамилии крестьян Картье, родом из департамента Уаза, и фамилии промышленников Брессон, производителей хлопковой нити.
На гонках Ле Манн. 1966

Взаимоотношения начались, когда городская семья Брессонов поручила уход за своими детьми членам сельской семьи Картье. Позже два сына Картье (одного из них звали Анри) поступили учениками к Брессону — и, в конце концов, женившись на дочерях своего шефа, вошли в долю предприятия. Совместный бизнес двух семей процветал, и имя «Картье—Брессон» стало в начале XX-го века во Франции очень известной маркой хлопчатых ниток.
Танец баронг, Батубулан, Бали, Индонезия 1949

22 августа 1908 года у Марты и Андре Картье-Брессонов рождается первенец. В память о дедушке с отцовской стороны, Анри Картье, мальчику (старшему из пяти детей) дают имя Анри.
Брюссель, 1932

Живописью он интересовался с юности. В декабре 1913 года Анри познакомился со своим дядей Луи, художником, который ввел его в мир искусства. К сожалению, дядя умер в 1915 году, но Анри продолжал следовать его советам. Он учился в ателье художника Андре Лота. Выдающаяся фотография Картье-Брессона во многом обязана его образованию как художника и графика.
Каир, 1950

В 1930 году, после начала обучения живописи и графике, он отправился в путешествие в Африку. Вернувшись во Францию в 1932 году, он решил посвятить себя фотографии. Его очень впечатлили несколько снимков, сделанных Эженом Атже и Андре Кертесом, но более всего его подтолкнул к фотоискусству снимок, сделанный Мартином Мункачи в 1929-м или 1930 году, на котором изображены трое чернокожих людей, голышом бросающиеся в волны озера Танганьики (Танзания).
Кристиан Диор, Париж, 1953

Он высоко оценил эстетику этой фотографии и восхищенно писал: «О! Это можно сделать при помощи фотоаппарата!!». В том же году в Марселе он приобрел новинку тогдашнего рынка, фотоаппарат фирмы Leica — лёгкую 35-миллиметровую камеру, позволившую наконец ему достичь необходимого мастерства в той фотографии, к которой он имел склонность.
Конни-Айленд 1946

В 1947 году Картье-Брессон со своими коллегами Робертом Капой, Дэвидом Сеймуром (англ.), Джорджем Роджером (англ.), Марией Айснер (англ.), Биллом Вандивартом и Ритой Андиверт основывает содружество фотожурналистов — агентство «Магнум фото» (Magnum Photos).
Коронация Георга VI, Лондон, 1937

В 1954 году музей Лувр организовал свою первую выставку фотографий, и это были работы Картье-Брессона. Он выставлял свои работы в самых известных галереях и музеях мира. Издано множество книг, в которых опубликованы его фотографии, в основном сопровождаемые анализом их художественных достоинств.
Дессау, Германия, апрель1945

Женат Анри Картье-Брессон был дважды:
с 1937 по 1967 годы на Ратне Мохини, танцовщице, приехавшей из Джакарты
с 1970 года на фотографе Мартине Франк, которая родила ему дочь Мелани.
Вперед, Китай 1958


Умер 3 августа 2004 года в Montjustin (Альпы Верхнего Прованса, Франция).
Нью Йорк, 1947.

Уильям Фолкнер

Парикмахерская, Рим, 1951

День Бастилии, Париж, 1936

Севилья, Испания,1944

Париж,1954

Гринфилд, Индиана. 1960

Италия, 1951

Без подписи



humus.livejournal.com

Анри Картье-Брессон (Henri Cartier-Bresson) | Блогер alfa-omega на сайте SPLETNIK.RU 22 марта 2014

«Я, как и многие другие дети, попал в мир фотографии с камерой Brownie-box, которую использовал для сохранения воспоминаний о летних каникулах. … Но постепенно передо мной открывались все новые и новые стороны фотографии. Когда я начал думать о том что фотографирую, глупым картинкам с выходных и фотографиям друзей пришел конец. Я стал серьезным. Я чувствовал, что в моей жизни что-то вот-вот должно произойти и старался понять что именно».

Так начинает свою коротенькую автобиографию самый знаменитый фотограф XX века Анри Картье-Брессон (Henri Cartier-Bresson). В начале его жизненного пути не было ничего необычного. Будущий великий фотограф родился 22 августа 1908 года в небольшом городке Шантлу недалеко от Парижа. Когда ему было пять лет, он познакомился со своим дядей Луи, одаренным художником. В рождественские каникулы 1913 года дядя привел Анри в свою студию. «Здесь я ощутил атмосферу живописи; казалось даже воздух пропитан полотнами», — вспоминал он свои детские ощущения. И хотя два года спустя дядя Луи погиб, его уроки определили всю дальнейшую жизнь мальчика – он решил стать художником.

В 1927 году 19-летний Картье-Брессон поступил в частную школу скульптора и художника-кубиста Андре Лота. У молодого человека были противоречивые воспоминания о своем учителе. С одной стороны он говорил что Лот, сам того не ведая, научил его «фотографировать без фотоаппарата» и заразил «вирусом геометрии». С другой стороны, слишком строгий и требовательный учитель раздражал упрямого ученика и после службы в армии он решил не возвращаться: «Я покинул студию Лота потому что не хотел пропитаться этим школярским духом», — говорил он, — «Я хотел быть собой. Передо мной стояли весьма важные цели: заняться живописью и изменить мир».

Дьепп, Франция, 1927

Видимо стремясь поскорее выполнить свою миссию, в 1931 году Картье-Брессон уезжает в Африку в Кот-д’Ивуар (другое, более романтичное название — Берег Слоновой Кости). Поездку трудно назвать успешной: с живописью не ладилось, первые фотографические опыты тоже ничего хорошего не предвещали; вдобавок ко всему он заболел лихорадкой едва не стоившей ему жизни. Анри даже написал инструкцию о своих похоронах и послал ее своему деду. Молодой художник пожелал быть похороненным в Нормандии, на опушке леса, под звуки музыки струнного квартета Дебюсси. В ответ он получил письмо от дяди: «Твой дед сказал, что все это чересчур дорого. Лучше бы ты сначала вернулся во Францию». На этот раз внук решил послушаться.

Во Франции Картье-Брессон некоторое время проходил курс лечения в Марселе. Он продолжил заниматься фотографией, впервые стал задумываться о ней как о профессии. Последней каплей оказался знаменитый снимок венгерского фотожурналиста Мартина Мункачи «Три мальчика на озере Танганьика».

«Я неожиданно понял, что с помощью фотографии можно зафиксировать бесконечность в одном моменте времени», — писал Картье-Брессон много лет спустя, — «И именно эта фотография убедила меня в этом. В этом снимке столько напряжения, столько непосредственности, столько радости жизни, столько сверхъестественности, что даже сегодня я не могу спокойно смотреть на него».

Там же в Марселе молодой фотограф впервые взял в руки фотоаппарат Лейка, с тех пор на сорок с лишним лет ставший «продолжением его глаза». Он бродил по марсельским улицам, выискивая достойные снимка сцены. «Это не были спокойные прогулки, это была напряженная работа», — писал он, — «Моим главным желанием было поймать в одном изображении основной смысл возникшей сцены. Мне тогда даже в голову не приходила мысль делать фоторепортажи, то есть рассказывать истории в нескольких фотографиях. Только позже, глядя на работы моих друзей по профессии, на иллюстрированные журналы, и работая для них, я понемногу научился их снимать».

Марсель, 1932

Франция, Йер, 1932

Париж, 1932

Вылечившись Картье-Брессон отправился в путешествие по странам Европы, а позднее побывал в Мексике и США. Уже в 1932 году состоялась первая выставка его фотографий в Нью-Йорке, несколько позднее в Мадриде, а в 1934– в Мехико. 

Марокко, 1933

Испания, Севилья, 1933

Испания, Аликанте, 1933

Испания, Мадрид, 1933

Салерно, Италия, 1933

Сиена, Италия, 1933

Флоренция, Италия, 1933

Италия, 1933

 

Мексика, 1934

Мексика, 1934-1935

Мексика, 1934

В 1935 году в США он с треском провалил задание журнала «Harper’s Bazaar» снять коллекцию модной одежды: гений фоторепортажа обнаружил полную неспособность руководить моделями. В это же время он пробует свои силы в кинематографе, сначала в США в сотрудничестве с фотографом Полем Стрэндом, потом во Франции под руководством знаменитого кинорежиссера Жана Ренуара. Картье-Брессон продолжает фотографировать, но особого успеха на этом поприще не добивается. Тем не менее, его стиль начинает вырисовываться. В 1937 году был опубликован его первый фоторепортаж, сделанный в Великобритании во время коронации Георга VI. Интересный факт: этот репортаж не содержал ни одной фотографии августейшей особы!

Лондон, Гайд Парк, 1937

Лондон, коронация Георга IV, 1937

С началом Второй Мировой Войны Картье-Брессон вступает в армию, а в июне 1940 года попадает в плен. Следующие 35 месяцев он проводит в лагере для военнопленных, где выполнял «тридцать два вида грязной, неквалифицированной работы», делая это «насколько возможно плохо и медленно». Он бежал с третьей попытки, по фальшивым документам пробрался в Париж и стал участником Сопротивления. Он фиксировал события времен оккупации и освобождения Франции от фашистских захватчиков, суды над предателями, возвращение французских солдат и военнопленных. О военнопленных он рассказал также в фильме «Возвращение» («Le Retour») который снял по заданию американской службы военной информации.

Франция, Эльзас, Мост около Страсбурга,  1944

Германия, Дассау 1945

В 1947 году Картье-Брессон стал одним из основателей фотоагентства «Магнум» («Magnum Photos»). Самым деятельным, предприимчивым и целеустремленным (да и самым знаменитым) из первых членов был Роберт Капа, ставший его первым директором. Картье-Брессон на всю жизнь запомнил отповедь, которую Капа ему устроил, когда он попробовал подражать Ман Рею: «Тебе не место среди сюрреалистов. Будь фотожурналистом. Иначе ударишься в маньеризм. Оставь сюрреализм в сердце, приятель. Прекрати скулить и принимайся за работу».

США, Нью-Йорк, Брукли, 1946

США, Луизиана, писатель, 1946

США, Нью-Йорк, Бруклин,  кафе, 1947

Нью-Йорк, Манхэттен, 1947

США, Нью-Джерси, 1947

США, Лос-Анджелес, 1947

США, Миссисипи, 1947

США, Нью-ЙОРК, Гарлем, 1947

США, Масачусетс, Бостон, 1947

Трудно себе представить, что такое преуспевающие объединение фотографов-документалистов, каковым является «Магнум» в наши дни, в конце 1940-х годов едва сводило концы с концами. Чего только не делали его основатели, чтобы помочь своему детищу – чтобы добыть денег на зарплату секретаршам Роберт Капа даже играл на скачках. Но благодаря реальной помощи, которую агентство оказывало своим членам, а также громким именам и таланту основателей, «Магнум» развивался необычайно быстро и эффективно и вскоре достиг финансовой независимости.

Фотографы агентства разделили земной шар на «сферы влияния» и Картье-Брессону досталась Азия. Репортажи сделанные им в странах получивших или борющихся за независимость — Индии, Китае, Индонезии – сделали его фотожурналистом мирового масштаба. Всеобщая слава пришла к маэстро после ряда выставок в Европе и Америке в начале 1950-х годов; в 1955 году состоялась первая персональная выставка Картье-Брессона в Париже и не где-нибудь, а в Лувре, до тех пор остававшихся одним из немногих музеев закрытых для фотографии.

Кашмир, 1947

Пекин, 1948

Индия, 1947

Индия, 1949

Индия,1950

Индия, 1966

Индонезия, 1949

В 1952 году вышла в свет первая книга фотографа «Решающий момент». Книга включала 126 фотографий отобранных мастером из уже достаточно большого архива, но, может быть, самым главным было предисловие, в котором он рассказывал о себе и своей работе. В качестве эпиграфа он взял фразу кардинала Ретца жившего в XVII веке: «В этом мире нет ничего, что бы не имело своего решающего момента». Это понятие стало ключевым в его теории фотографии, практически синонимом его имени. «Фотографирование», — писал он, — «это нечто вроде предчувствия жизни, когда фотограф, воспринимая меняющуюся пластическую информацию, в доли секунды захватывает выразительное равновесие, вдруг возникшее в бесконечном движении».

Картье-Брессон дважды был в СССР – в 1954 и 1972 годах. Результатами стали фотоальбомы «Москвичи» (1955) и «О России» (1974). Его российские работы встретили довольно спокойные отзывы: «Эта вполне доброжелательная книга состоит совсем не из одних шедевров, но все снимки, опубликованные на ее страницах, отражают фотографическое кредо автора», — писал о «Москвичах» Валерий Генде-Роте. Сам фотограф выразил свое отношение еще более определенно: отбирая в начале XXI века снимки для своего официального портфолио он не оставил ни одной фотографии из России.

Москва, 1954

Россия, Владимировская область, 1972

Баку, 1972

Иркутск, 1972

Москва, 1972

Ленинград, 1973

В конце 1960-х, начале 1970-х годов в жизни Картье-Брессона происходят большие перемены. Он выходит из состава «Магнум», разводится со своей первой женой и женится на Мартине Франк (Martine Franck), талантливом фотографе, одной из немногих женщин в составе «Магнума». В 1972 году Мартина, которая была на 30 лет моложе мужа, родила ему дочь Мелани. Но самым важным стало решение маэстро оставить фотографию. Существует легенда, что около 1968 года его друг, известный художественный критик и издатель Эжен Териад сказал фотографу: «В фотографии ты сделал все, что мог. Сказал все, что должен был сказать, и тебе более нечего доказывать. Пойти дальше того чего достиг ты бы не смог, затем споткнулся бы, стал повторяться и превратился в окаменелость. Тебе нужно вернуться к живописи и рисунку». Послушался ли фотограф своего издателя или, что более вероятно, пришел к этому самостоятельно мы, скорее всего, никогда не узнаем. Так или иначе, к середине 1970-х годов его верная «Лейка» оказалась запертой в сейфе, а сам маэстро с тех пор занимался живописью и графикой.

Лишь изредка хозяин открывал сейф и «выводил» камеру на прогулку. Его друг Хельмут Ньютон – видимо самый знаменитый фотограф в жанре модной и эротической фотографии – любил рассказывать, как во время их совместной прогулки Анри вдруг неожиданно достал фотоаппарат и стал снимать что-то совершенно непонятное. Из-за возраста его рука была слаба и дрожала; было очевидно, что снимки получатся нерезкими. «Резкость — буржуазный предрассудок», — проворчал Картье-Брессон в ответ на замечание товарища. «Буржуазный предрассудок. … Божественно!» — умилялся Ньютон.

В 2003 году фотограф вместе с женой и дочерью создал «Фонд Анри Картье-Брессона», главная задача которого – сохранение и распространение его наследия. Он умер менее чем год после этого, 3 августа 2004 года, не дожив трех недель до своего 96-летия. После смерти его имя обрастает все новыми и новыми легендами, его называют гением, величайшим фотографом XX века, а сам XX век – эрой Брессона. На его фотографиях, книгах, идеях выросло несколько поколений фотографов – и сколько их еще впереди!

Париж,  воскресенье на лодке на реке Марне,1938

Жан-Поль Сартр, 1946

Анри Матис, 1951

Италия, Абруццо, 1951

Турция, Стамбул, 1964

Торчелло, 1953

Париж, Сена, Понт-Неф, 1951

Франция, Сена, 1955

Париж, Сена, 1953

Париж, Сена,  1956

США, Миссури, Железнодорожная станция, 1957

Италия, Неаполь, 1960

Мерилин Монро, 1961

Греция, 1961

Франция, Прованс, 1951

Франция, 1954

Франция, Бургундия, 1955

Франция, Британь, 1956

Франция, Прованс, 1962

Франция, Бри, 1968

Коко Шанель, 1964

Мадам Ланвин, 1945

Кристиан Диор, Париж, 1953

Кристобаль Баленсиага,  1968

Сан-Франциско, 1960

Париж, 1969

Ноги Мартины, 1967

Нидерланды, 1956

Ирландия, 1952

Ирландия, 1962

Испания, 1953

Мексика, 1962

Венгрия, 1964

США, Нью Джерси, 1964

Матера, Италия 1973

США, Нью-Джерси, 1975

Франция, Париж, Сад Тюильри, 1976

www.spletnik.ru

Биография Анри Картье-Брессона — Fototips.ru

Анри Картье-Брессон

История жизни самого знаменитого “беглеца” и “анархиста” мира фотографии.

FRANCE. The Var department. Hyères. 1932.

В январе 1948 года Анри Картье-Брессон приехал в Индии по заданию агентства “Магнум” — он должен был сделать репортаж о Махатме Ганди и его голодовке в знак протеста против насилия между индуистами и мусульманами. Не прошло и часа после съемки, как Ганди застрелили, и Картье-Брессон снова был рядом: его камера запечатлела Неру, объявляющего стране о смерти “Великой души”, истощенное тело погибшего, толпы людей, пришедших попрощаться, простой погребальный костер и Ганг, над которым развеяли прах. Эти удивительной силы снимки были опубликованы в журнале Life — и стали пиком в и так славной карьере 40-летнего французского фотографа.

Картье-Брессон был одним из самых уважаемых летописцев минувшего века, человеком, который, казалось, всегда оказывался в нужное время в нужном месте, чтобы запечатлеть поворотные моменты истории. Он вел насыщенную, беспокойную жизнь: снимал Великую депрессию в Америке, борьбу Азии за независимость, приход коммунизма в Китай, “оттепель” в России. Он был дружен с целой плеядой артистов, писателей, танцоров, актеров, политиков, драматургов — его неизменная Leica запечатлела Пикассо, Эзру Паунда, Альбера Камю, Трумана Капоте и многих других.

INDIA. Punjab. Kurukshetra. A refugee camp for 300.000 people. Refugees exercising in the camp to drive away lethargy and despair. Autumn 1947.

В быстро меняющемся мире он был своего рода этнографом, спешащим запечатлеть жизнь до того, как она превратится во что-то совершенно другое. Богатство его семьи давало ему финансовую независимость, но его работы, словно в пику, всегда требовали справедливости и равенства для всех.

Как писал о его послевоенных фотографиях знаменитый драматург Артур Миллер: “Его снимки задают неизбежный вопрос: какой будет наша следующая глава? Куда мы пойдем дальше?”

Бурная юность

Дед Картье-Брессона по отцу был богатым промышленником; нитки, производимые на его фабрике, шли на экспорт по всему миру. Мать Анри была потомком Шарлотты Корде, французской аристократки, которая убила Жана Поля Марата. Судьба старшего сына Андре Картье-Брессона и Марты Ле Вердьер, родившегося 22 августа 1908 года, была распланирована заранее — школа, университет, работа на семейной фабрике, которую он унаследует за своим отцом. Но у решительного и волевого Анри были свои планы.

Отучившись в католической школе, той же, которую окончили Марсель Пруст и Андре Мальро, он провалил экзамены в университет и решил стать художником, как его дядя, погибший в Первой Мировой войне. Отец не был в восторге от этой идеи, но дал денег на художественные занятия. Анри стал учеником у кубиста Андре Лота, который научил юношу ценить графические формы. После этого Картье-Брессон провел год в колледже Магдалины при Кембриджском университете в Великобритании (английский он знал с детства, благодаря гувернантке-англичанке). Там он познакомился и подружился с историком и шпионом Антони Блантом и легендарным антропологом и этнологом сэром Джеймсом Фрэзером.

SOVIET UNION. Russia. Moscow. 1954.

Вернувшись в Париж в 1929-м, он вошел в художественные и литературные салоны французской столицы благодаря знакомству с портретистом Жаком-Эмилем Бланшем. Богема приняла его по-разному: Гертруда Стайн, посмотрев картины Анри, порекомендовала ему вернуться к семейному бизнесу, но Рене Кревель взял молодого человека под свое крыло и познакомил с сюрреализмом (течению было тогда всего четыре года). Слушая Андре Бретона, Луи Арагона, Макса Эрнста, Картье-Брессон впитывал их идеи о снах, совпадениях, сознании и коммунизме.

Участие в этой романтической революции привело к знакомству с американским поэтом Гарри Кросби, который тоже бежал в авангардистские круги от буржуазности и обязательств своего круга. Друг Кросби побудил Анри заняться фотографией, а его жена, с которой у Кросби были свободные отношения, стала первым серьезным романом в жизни Картье-Брессона. Их отношения окончились в 1931-м, и Анри уехал лечить разбитое сердце в Кот-Д’Ивуар.

Здесь, потратив все деньги, что у него были с собой, Брессон начал стрелять дичь и продавать ее местным жителям. Подхватив малярию, которая едва не убила его, он вернулся домой — лечиться и отходить от увиденного в колонии. Именно в это время он наткнулся в журнале на фотографию Мартина Мункачи, на которой трое мальчишек бегут в воды озера Танганька, и окончательно “заболел” фотографией.

Фотография и сожженные идеалы

Навсегда сменив ружье на фотоаппарат, Анри начал охотиться за хорошими кадрами. “Целыми днями я рыскал по улицам”, — писал он, — “в напряжении, готовый в любой момент щелкнуть затвором, чтобы поймать жизнь в ловушку, запечатлеть ее в процессе”. Недовольный устройством мира, потрясенный ужасами колониального режима, требующий социальной революции, Брессон, тем не менее, позволял себе развеять свой общественный гнев ледяным шампанским и роскошным ужином — за такие деньги, на какие в Кот-Д’Ивуаре можно было прожить почти год.

Но параллельно он неустанно совершенствовал свое мастерство фотографии. Его снимки появились в журналах Voilà и Photographies. Почти 12 месяцев он провел в Мексике, стране, которую Бретон называл “самой сюрреалистичной в мире”, снимая ее бордели и уличную жизнь. В 35-м владелец нью-йоркской галереи Жюльен Леви, друг Гарри Кросби и человек, познакомивший Америку с сюрреализмом, выставил фотографии Брессона вместе с работами таких заслуженных фотографов как Уолкер Эванс и Мануэль Альварес Браво.

SOVIET UNION. Moscow. 1954. Elementary school.

И тут, когда его репутация фотографа только начала устанавливаться, неугомонный Анри решил сменить карьеру и стать кинорежиссером. Он провел год в Нью-Йорке, обучаясь принципам монтажа, и вернулся в Париж в 36-м, с намерением запечатлеть на камеру ухудшающийся политический климат в Европе. Вместе с Жаном Ренуаром он снял пропагандистский фильм, который Луи Арагон заказал последнему для коммунистической партии. Лента под названием La vie est à nous (“Жизнь — наша”) подвергала нападкам 200 ведущих семей, контролировавших Францию. Одной из них была и семья самого Картье-Брессона. Следующий фильм Ренуара, La Regle du Jeu (“Правила игры”), в котором Анри сыграл английского дворецкого, и вовсе снимался в огромном шато его отца.

В 37-м Картье-Брессон снова вернулся к фотографии и стал работать в коммунистической газете Ce Soir, вместе с Робертом Капой и Дэвидом Сеймуром, с которыми он десять лет спустя создаст агентство Magnum Photos. В том же году он женился на Ратне Мохини, гламурной яванской танцовщице и поэтессе. В мае его отправили в Великобританию — снимать коронацию Георга VI, откуда он привез множество снимков простых людей на улицах, но не самого короля. В 39-м, после того, как СССР подписал Пакт о ненападении, газета закрылась, а Брессон в порыве разочарования в своих идеалах, сжег многие свои фотографии и негативы.

Война и “Магнум”

В мае 1940-го он вступил во французскую армию, а через месяц попал в плен к немцам. Следующие три года он провел в фашистских лагерях, вынужденно работая на Германию и безуспешно пытаясь сбежать. Получилось только на третий раз — он долго скрывался, потом по поддельным документам жил в Париже, помогая Сопротивлению. “Я постоянно чувствую себя как беглый заключенный”, — утверждал он уже в мирное время. Даже постарев и перестав метаться по миру, он говорил, что на его истории можно ставить штамп “неисправимый беглец”.

GERMANY. April 1945.
Dessau. A transit camp was located between the American and Soviet zones organised for refugees; political prisoners, POW’s, STO’s (Forced Labourers), displaced persons, returning from the Eastern front of Germany that had been liberated by the Soviet Army.
A young Belgian woman and former Gestapo informer, being identified as she tried to hide in the crowd.

В 45-м, уже после победы, Картье-Брессона попросили снова вернуться за камеру — снять документальный фильм о возвращении военнопленных и угнанных на принудительные работы.

GERMANY. Dessau. April 1945.

Закончив эту работу, он уехал в Нью-Йорк, где выставлял свои сюрреалистические фотографии в Музее современного искусства. Но Капа предостерег его от упоения успехом и посоветовал быть не “мелким фотографом-сюрреалистом”, а фотожурналистом. В итоге пару месяцев спустя, в ресторане музея родилось фотоагентство “Магнум” — организация, призванная распространять репортажные снимки в печати. В тот момент оно состояло всего из пяти фотографов, но фотографов с мировыми амбициями. Друзья разделили между собой территории, на которых будут работать. Джорджу Роджеру досталась Африка и Средний Восток, Дэвиду Сеймуру — Европа (поляк по происхождению, он знал много европейских языков), Уильяму Вэндиверту — Америка, Картье-Брессону — Индия и Китай, а Капе — все остальное.

Брессон сразу же приступил к работе и вместе с женой отправился в Индию — Ратна была подругой сестры Джавахарлала Неру, благодаря чему Анри допустили снимать Ганди, как при жизни, так и после смерти. Позже пара путешествовала по Пакистану, Мьянме, Малайе, Китаю (Брессон заснял Пекин за несколько дней до провозглашения Китайской народной республики и сразу после этого). В Индонезии он наблюдал за борьбой страны за независимость от Нидерландов. Правительство в Амстердаме утверждало, что колонии еще рано жить своей жизнью, ведь там до сих пор нет среднего класса. На это Картье-Брессон едко заметил: “Интересно, сколько еще лет нужно Нидерландам, если последних трехсот не хватило, чтобы его построить”.

ITALY. Naples. 1960.

Из своих путешествий фотограф отправлял негативы в Нью-Йорк и редко видел, как они получились, до того, как редакторы Life, Harper’s Bazaar, Paris Match, Saturday Evening Post или New York Times отправляли ему вырезанные из журналов страницы с его снимками. Результаты его интересовали мало — он любил сам процесс съемки. Как-то однажды он обмолвился, что большое влияние на него оказала книга немецкого философа Ойгена Херригеля “Дзен в искусстве стрельбы из лука”. Она рекомендует читателю ослабить сознательный контроль над собой, представить себя луком и вообразить стрелу, которая попадает в цель. Все, что нужно фотографу, говорил Брессон, — быть терпеливым и открытым для возможностей, уметь вопрошать и иметь хорошее чувство формы.

Решающий момент

В 52-м вышла его первая собственная книга Images à la sauvette (“Решающий момент”), настолько успешная, что практически ее одной хватило для поддержания на плаву идущего ко дну “Магнума”. В 1954-м, после смерти Сталина, Картье-Брессон первым из иностранных журналистов получил разрешение и побывал в СССР (подборка лучших снимков Брессона из СССР). Большая шумиха, которую вызвал его фоторепортаж, не принесла ему особой радости. 1954 год нанес фотоагентству и Картье-Брессону серьезный удар — погиб Роберт Капа, подорвавшись на мине в Индокитае. Два года спустя в Египте застрелили Дэвида Сеймура.

SOVIET UNION. Russia. Leningrad. 1973. A portrait of LENIN decorates a facade of the Winter Palace; for May Day celebrations and to commemorate the victory over the Nazis (9 May).

Долгое время после потери друзей фотограф пытался поддерживать изначальный дух “Магнума”, стараясь избавить его от неминуемой коммерциализации. Много путешествовал — в Китай, Мексику, Кубу, Японию, Индию. По заказу IBM сделал серию снимков о взаимоотношениях людей и механизмов. В конце 60-х и начале 70-х он опубликовал еще одну книгу, Vive la France (“Да здравствует Франция”) и снял два документальных фильма для американского канала CBS News. Его 30-летний брак с Ратни Мохини распался; Брессон женился во второй раз, на Мартине Франк, фотографе и члене “Магнума”. Ему было 64, когда родился его первенец, дочка Мелани.

Постепенно начал сказываться возраст — Картье-Брессон оставил фотографию и посвятил себя своему первому увлечению — рисованию. Драгоценную Leica он доставал из сейфа только чтобы заснять своих близких — жену, дочку и котов. Кошачьих Анри очень любил — за их сопротивление дисциплине и власти — и часто фотографировал: гуляющих по улицам, сидящих за окном, возлежащих на руках своих знаменитых хозяев. Себя он тоже сравнивал с кошкой: “Я анархист, да. Я против людей у власти и того, что дает эта власть… Спросите кошку. Она знает, что такое анархия. Собаку учат подчиняться, но кошек подчинить нельзя. Они приносят хаос”.

Анри Картье-Брессон умер в 2004 году, в возрасте 95 лет, до последних дней сохраняя характерное остроумие и бодрость духа. Он часто шутил, что у него нет воображения — поэтому он не стал художником и оставил работу режиссера. Делать фотографии, утверждал он, куда проще. Тем более что “жизнь меняется каждую минуту и каждую минуту рождается и умирает новый мир”.

fototips.ru

Классик фотографии Анри Картье-Брессон и его наставления в манифесте «Решающий момент»

Открывается текст цитатой кардинала де Ретца, давшей название всей статье: «В мире нет ничего, что не имело бы своего решающего момента». Как можно понять, под решающим моментом Картье-Брессон подразумевает ту долю секунды, в которую следует нажать на спуск фотоаппарата. Но мастер не был бы мастером, если бы не рассказал в первую очередь о том, как он пришёл к фотографии; какие люди и явления сформировали его уникальное видение. Самое главное, рассказывая равно о жизни и профессиональных навыках, делает он это откровенно и порой в иронической манере, располагающей к себе читателя.


Неаполь. Италия (1960)

Нет ничего удивительного, что практически ровесник века (будущий мастер родился в 1908 году и умер 2004) Картье-Брессон с детских лет рисовал – тогдашняя фототехника не позволяла обращаться с ней ребёнку, хотя финансы родителей позволяли одарить мальчика камерой ещё в колыбели. Именно рисованию Анри отдавал большую часть свободного времени, даже такие драгоценные для школьника выходные. Но первая камера марки «Box Brownie» заставила мальчика позабыть о живописи. От ранних опытов фото, как способа развлечь себя, Анри вскоре перешёл к фотографированию вдумчивому. Произошло это не без влияния кинематографа, бегущие по экрану кадры, по словам Картье-Брессона, учили его «видеть, смотреть…». «Броненосец Потёмкин» Сергея Эйзенштейна, «Сломанные побеги» Гриффита, «Алчность» Штрогейма, «Жанна Д`Арк» Дрейера – именно эти работы мастер считает своими вдохновительницами, а их режиссёров – учителями.

Первой профессиональной фотокамерой Анри была каноническая коробка на треноге, объектив которой должен был открывать фотограф перед снимком. С помощью подобной техники можно было снимать лишь статичные, не требующие мгновенной реакции образы и сюжеты. Это, само собой, больно ударило по «притязаниям» начинающего фотографа. Здесь же, однако, Картье-Брессон успевает поиронизировать над собой, добавляя, что остальной инструментарий тогдашних фотографов делился в его глазах на «слишком сложный» и «любительский», и то и иное тогда не имело по его мнению ничего общего с Искусством (обязательно с большой буквы). Признаётся мастер и в присущем тогдашнему себе неумении заниматься проявкой снимков – юный Анри не знал, что разная фотобумага способна придавать снимкам необходимую мягкость или наоборот контрастность.


Сан-Франциско (1960)

В 1931 году, отправляясь в Кот-д`Ивуар, фотограф покупает миникамеру фирмы «Krauss» и продолжает снимать на неё в течение года. Несмотря на то, что Картье-Брессон на протяжении жизни часто и много ездил по миру, он признаётся, что толком ничего не понимает в путешествиях – привыкая к новой стране он скоро может представить её своей «родиной», которую вовсе не обязательно покидать. Но лишь вернувшись из Африки обратно во Францию, Картье-Брессон встретил свою «любовь» – фотоаппарат немецкой фирмы «Leikа», которая, по словам мастера, стала «продолжением его глаза» и с которой он не расставался больше никогда. Анри стал скитаться по улицам, его снедало желание запечатлеть, ухватить некий секундный момент, который без его фотоаппарата испарится, исчезнет навсегда. Этот процесс мастер сравнивает с попыткой поймать жизнь «в ловушку». Но молодому экспериментатору было далеко ещё от идеи «фоторепортажа», последовательности снимков, которые рассказывали бы целую историю. Несколько лет творческих поисков, наблюдений за коллегами потребовалось ему, чтобы сформировать свой уникальный стиль.

Фоторепортаж

С вершины прожитых лет Картье-Брессон замечает, что редко удаётся сделать снимок, который охватил бы значительное событие, впитал его в себя и представил зрителям. Такая удача, когда «рассеянные в пространстве и времени элементы изображения» создают единое целое, заставляя фотографию «излучать внутренний свет», очень редка. Решением, способным компенсировать недостаточность и обрывочность отдельного снимка является фоторепортаж, способный «свести воедино элементы, разбросанные по разным фотографиям». Нужно это для того, чтобы запечатлеть процесс разворачивания некоего события и максимально точно передать впечатление от него. Чтобы провернуть такую спецоперацию, фотограф должен задействовать одновременно зрение, сознание и чутьё, иными словами – интуицию. Последний пункт важен в силу того, что большинство событий несут в себе одновременно несколько разных смыслов и нужно быть достаточно «подвижным», чтобы успеть ухватить их все. Останавливаться нельзя – мир всё время в движении и, задержавшись на секунду, ты рискуешь его не догнать. Всё вышеперечисленное является единственной постоянной в уравнении фотосъёмки, отмечает Картье-Брессон – только личные качества могут прийти на выручку, ведь никаких готовых схем и концепций в этом деле нет и быть не может.


Армения. Гости в деревне на озере Севан (1972)

При этом фотограф должен уметь воздерживаться – слишком много вещей хотят привлечь его внимание, заставить снимать себя, настоящий мастер должен уметь противостоять соблазну «охватить всё на свете». Подобно скульптору, отсекающему всё лишнее, фотограф должен избирательно и осторожно избавляться от несущественного. Картье-Брессон замечает, что часто, даже сделав по ощущениям самый главный снимок, фотограф продолжает снимать не в силах предугадать куда повернёт ситуация дальше, рискуя впасть в состояние «механической» бессмысленной съёмки. Для этого нужна постоянная работа памяти – фотографу следует держать в голове сделанные им только что снимки, что позволяет не только не плодить лишний материал, но и не создать невосполнимых пустот. «Фотограф никогда не сможет повернуть время вспять, чтобы отснять сцену заново».

Далее Картье-Брессон размышляет над не менее сложным процессом – отбором фотографий, который, согласно его мнению, делится на два этапа. Первый происходит непосредственно в момент фотографирования, «через объектив». Второй же наступает после проявки снимков. В этот момент фотографу нужно выбрать лучшие снимки из хороших (наличие плохих мастер, видимо, не предполагает). Это момент истины, в который ты можешь осознать, вспомнить чувство, что твой палец, нажимая на спуск, дрогнул, глаз моргнул и вообще ум был в смятении перед открывшейся ситуацией. В общем, момент, в который была совершена ошибка.


Япония (1956)

Картье-Брессон делает акцент на том, что фотография – единственное искусство, которому под силу запечатлеть, остановить мгновенье. Писателю и художнику позволительно связывать и менять местами элементы своих произведений даже много лет спустя; создавать черновики и наброски – фотограф начисто лишён такой возможности. Но в этой же слабости, мастер находит и силу, сокрытую в собственной профессии. Документальная фотография по Картье-Брессону – искусство, лишённое искусственности. Фотограф не подтасовывает условия, не манипулирует реальностью (с чем поспорила бы Сьюзен Зонтаг в своём сборнике эссе «О фотографии»).

Больше того, мастер как будто и вовсе противопоставляет фотографа реальности. Тот должен быть как бы шпионом, обладающим «бесшумным ходом и орлиным взором», чувствующим себя всюду незваным гостем, даже если он просто снимает натюрморт(!). Отсюда же вытекает совет использовать вспышку только в крайних случаях. Фотограф не имеет права быть агрессивным и назойливым типом. Если «люди-объекты» воспримут его таким, нельзя и надеяться на качественную съёмку (существуют даже истории о том, что мастер для незаметности заклеивал металлические части фотоаппарата чёрной изолентой). С другой же стороны – при умелой работе фотограф сможет проникнуть камерой даже туда, куда обычно закрыт ход глазам. Здесь Картье-Брессон опять же оговаривается: нет универсальных подходов, каждый вырабатывается сиюсекундно с учётом местного менталитета, социальной группы и множества других условностей. Вообще, читая статью мастера, создаётся впечатление, что тот не только и не столько хотел поделиться с потомками профессиональными секретами, сколько хотел побудить их к размышлению, анализированию своего увлечения, своей профессии.


Любовники. Италия (1933)

Портрет

Переходя к осмыслению человека, как объекта изображения, мастер говорит, что нужно быть предельно честными в отношении собственных чувств и ясно осмыслять происходящее вокруг. Картье-Брессон замечает, что фотография в данный момент «отвоевала» у живописи некоторые жанры, «обесценившиеся» после появления фотокамер, например – портрет, на ниве которого трудятся лишь старорежимные живописцы, наследники канувшей викторианской эпохи. К тому же, мастер упрекает как художников, так и заказчиков, заинтересованных в создании льстивого, но далёкого от реальности образа.

Постановочный фотопортрет, пришедший на смену позированию перед художником, по мнению Картье-Брессона обезличивает человека, создавая иллюзию «единообразия рода людского». При этом Картье-Брессон отмечает, что многие фотографы приводят всех своих моделей к некоему общему знаменателю, делая их неосознанно похожими друг на друга, что, конечно же, неверно: настоящий портрет – отражение индивидуальности, изображённого на нём человека. В противном случае, заявляет мэтр, лучше смотреть на фотографии, сделанные для вклейки в паспорт.

А вот для того, чтобы запечатлеть человека настоящим, требуется поместить его «в естественную среду обитания». Ещё до появления Пола Экмана с его теорией о микромимике Картье-Брессон вопрошает: «Что может быть мимолётнее и неуловимее выражения человеческого лица?». Для того чтобы передать характер и душу подопечного, фотограф должен хотя бы на время «сжиться» с ним. Здесь психологизм и проникновение в суть снимаемого стоят выше технических формальностей. Должна соблюдаться неизменная пропорция между внешностью объекта и его внутренними скрытыми качествами. Как тут не вспомнить портрет Дэвида Линча, сделанный Уильямом Эгглстоном, оказавшийся по мнению режиссёра «расфокусированным, но хорошим». Но разве Линч, всю жизнь отдавший киносюрреализму должен был получиться глянцевым и причёсанным?


Портрет Мартина Лютера Кинга (1961)

Композиция

Переходя к композиции, Картье-Брессон обозначает её, как органичную взаимосвязь нескольких элементов, объединённых, ухваченных глазом фотографа, а следовательно и объективом, которая должна быть «необратимостью себя самой», т.е. включать только те элементы, которые не требуют прибавлений или убавлений. Для того, чтобы сделать снимок, фотограф, как уже говорилось, должен быть подвижен; не просто следуя за моментом, но как бы пытаясь его опередить и предвидеть, однако, само фото, сама композиция, когда наступает «решающий момент», должна находится в некоем гармоническом покое.

При этом не следует забывать, что гармония предопределяется не сама собой, но взглядом фотографа, который движением головы, наклоном туловища или приседанием может регулировать запечатлеваемую действительность. Именно эта попытка уловить неуловимое и формирует композицию снимка. При этом дискуссии о возможных ракурсах съёмки мастер считает необоснованными: совершенно неважно, падает ли фотограф на живот или выделывает иные па, чтобы добиться эффекта – не ракурс определяет удачность снимка, а та самая внутренняя «геометрическая» гармония.

Картье-Брессон буквально в каждой из глав настаивает на том, что шаблонный подход в фотосъёмке недопустим и композиция не есть уравнение из сборника задач по геометрии. «Я надеюсь, не наступит тот день, когда фотомагазины будут продавать схемы-решётки для наложения на видоискатели и мы не найдём на матовых стёклах наших аппаратов выгравированный шаблон золотого сечения». Необходимость последующей обрезки или иной «корректировки» готового снимка мастер оценивает как смерть жизни, сложившейся внутри снимка. Ни больше, ни меньше.


Замок Буживаль (1956)

Цвет

Эта глава несёт на себе ощутимый отпечаток времени, ведь в ней мастер сетует на несовершенство цветных плёнок, необходимость использования вместе с ними искусственного освещения, однако, и здесь обнаруживаются нюансы актуальные по сей день. Говоря о печати в изданиях, Картье-Брессон замечает, что постобработка снимков сторонними специалистами может свести на нет результат, к которому стремился фотограф. Сейчас, во времена «корпоративных» фильтров и страсти к постобработке эта проблема выглядит едва ли не более угрожающей. Мастер не любил цветных фото, но не отрицал их перспектив. Впрочем, отбросив «уловки» со стороны технической, Картье-Брессон говорил о том, что цветным снимкам трудно уловить тот «жизненный нерв», с которым мастерски управляется чёрно-белая фотография. Через два простейших цвета, акцентировал он, нецветные фото передают всё цветное многообразие мира, преломляя его в себе, добавляя к впечатляющему результату труднодостижимые для цветной фотографии возможности контраста.

Если же браться за работу с цветной фотографией, то стоит уделить огромное внимание отстаиваемой ещё импрессионистами теории соположенных контрастов, согласно которой каждый цвет, взаимодействуя с пространством фотографии, влияет не только на соседние цвета, но и на композицию, невольно увеличивая или уменьшая объекты в угоду оптической иллюзии; два соседствующих цвета неизбежно создают третий; сталкиваясь, они усиливают или наоборот обесцвечивают друг друга. Таким образом, фотограф, пользующийся цветной плёнкой, должен контролировать не только композицию снимка, его геометрическую зарифмованность, но и «внутреннюю цветовую драматургию происходящего».

Т.е. в представлении Картье-Брессона чёрно-белая и цветная съёмки подчиняются разным законам и являются разными течениями или направлениями в фотографии. На тот момент мастер связывал возможности распространения цветных фото не только с мастерством фотохудожников, но и с техническим совершенствованием, реформированием отрасли. На исполнение пророчества понадобилось почти двадцать лет – Уильям Эгглстон, о которого мы упоминали выше, смог преодолеть чёрно-белую изоляцию консервативного «чёрно-белого» сообщества.


Мехико (неизвестно)

Техника

Техника – ещё одна категория, которая в нынешнее время воспринимается несколько иначе, впрочем, и здесь мастер уронил несколько обязательных зёрен мудрости. Кстати, весьма показательно, что технические категории отложены напоследок, ставя во главу угла работу самого фотографа, а не его «инвентаря». Как бы подтверждая сказанное, Картье-Брессон заявляет: «Техника важна только в той мере, в какой ты можешь овладеть ею, чтобы передать своё видение реальности». А подтверждением состоятельности фотографа является только удачный снимок, распечатанный и действительный, говорит мастер, иронизируя над фотографами, бравирующими что они «вот-чуть-было-не-сняли» нечто гениальное. Допускает промахи не камера, являющаяся по сути инструментом, а фотограф, который подчас, слишком уповая на техническое совершенство, забывает о выработке и постоянной «тренировке» собственного видения. Картье-Брессон сетует на то, что одной из граней «техничности», к которой стремятся многие фотографы, является необъяснимое желание достигнуть максимальной контрастности и резкости, сделать фото ещё более реалистичным чем сама жизнь. Такой типаж в глазах мастера полностью уравновешивает фотографов, наоборот пытающихся спрятать свою несостоятельность в чрезмерной размытости снимков.

Камера, как и любой другой инструмент, должна быть в первую очередь удобной фотографу и выполнять его «приказы». Действие же самого фотографа, вроде работы с выдержкой и диафрагмой должны быть попросту доведены до автоматизма, как привычка пользоваться коробкой передач при обращении с автомобилем. Картье-Брессон оговаривается, что все остальные «технические» советы можно прочитать в инструкции к фотоаппарату, он же пишет для того, чтобы заставить читателя задуматься о природе фотографии. Весь «постпродакшн» мастер также относит к категории технической, замечая лишь что при вмешательстве в фотографию нужно руководствоваться тем видением, которое было у фотографа непосредственно в момент съёмки, т.е., как бы это ни звучало, изменения не должны менять первоначальный снимок. Много позже Картье-Брессон говорил: «Работа в лаборатории или в студии у меня вызывает тошноту. Ненавижу манипулировать — ни во время съемки, ни после, в темной комнате. Хороший глаз всегда заметит такие манипуляции…».


За вокзалом Сен-Лазар (1935)

Заказчики

Картье-Брессон утверждает, что любой фотограф несёт ответственность за сделанные им снимки, потому что  те, вольно или не вольно, дают оценку окружающей действительности. Фотограф, даже воспринимающий свои снимки, как личный дневник, выбирает, что именно он сохранит для истории и какие коннотации будет нести его фотоистория (здесь напротив, мастер вторит уже помянутой выше Зонтаг). При этом, сам фотограф зависит от своих «заказчиков», тех, кто публикует его снимки. Самое сложное не стать заложником редакционной политики того или иного журнала, либо же СМИ. Неправильно подобранный журналистами и редакторами сопровождающий текст может бросить тень на саму фотографию и её создателя; работа верстальщика также может не только приукрасить снимок, но и испортить его.

Заключение

Дав меткие и нетривиальные наставления, а также рассказав о предостерегающих фотографа опасностях самого разного происхождения, Картье-Брессон делает сдержанный поклон в сторону всех не подпадающих под его мерки жанров фотографии (от рекламы до мгновенной съёмки) и формирует своё кредо.

Для того чтобы создать хорошую фотографию, следует «найти равновесие» между миром внутри нас и миром нас окружающим, добиться того, чтобы наше воздействие на мир, осуществляемое с помощью фотоаппарата, не превалировало на воздействием мира на нас и наоборот. Тогда, сплотив эти миры в единое целое, фотограф может передать «опознавание значения того или иного события», организованное в выразительные «смыслоформы» другим людям. Это касается содержания снимка, неотделимая же от него форма должна также конкретизировать и преобразовать «концептуальное видение реальности» фотографа в доступные каждому образы, способные вызывать у зрителя эмоциональное сопереживание.

Довольно просто, не так ли?

Йер. Франция (1932)

cameralabs.org

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о