Куделка – Куделка, Йозеф — Википедия

Куделка, Йозеф — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 1 июля 2016; проверки требуют 3 правки. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 1 июля 2016; проверки требуют 3 правки. В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Куделка.

Йозеф Куделка (англ. Josef Koudelka; 10 января 1938 (1938-01-10), Чехословакия) — фотограф, один из важнейших представителей документальной фотографии.

Родился в 1938 году в деревне Босковицы (население около 10 000) в Южноморавском крае. Учился в Пражском Техническом Университете, где в 1961 году получил степень. С 1961 года по 1967 год работает авиаинженером в Праге и Братиславе. 1967 год стал переломным: в доминиканском монастыре в Кракове устраивается выставка работ, накопленных за предыдущие годы, и Коуделка признаётся профессиональным фотографом. Наступает 10-летний «цыганский период», благодаря которому и прославился Йозеф. Итогом этого периода была книга «Цыгане» (1975 г.)

21 августа 1968 года запечатлел окончание «Пражской весны», когда танки государств — членов Варшавского договора — появлялись на улицах Праги. В это время был замечен работником известного фотоагентства «Магнум» Яном Берри, которого поразило бесстрашие фотографа. С 1971 года становится работником «Магнума», где сотрудничает с Анри Картье-Брессоном и с которым они впоследствии станут близкими друзьями. В 1980 году переезжает во Францию и получает французское гражданство. В 1994 году участвует в съёмках фильма Тео Ангелопулоса «Взгляд Уилисса». И по настоящий момент Йозеф Коуделка остаётся действующим фотографом, который путешествует по разным странам и отображает их действительность.

  • «Цыгане» (1975)
  • «Изгнанники» (1988)
  • «Черный треугольник» (1994)
  • «Хаос» (1999)

ru.wikipedia.org

«Хорошая фотография – чудо» — Российское фото

Живая легенда чешской фотографии Йозеф Куделка нечасто дает интервью. Вместо того чтобы рассказывать о своих заслугах, он предпочитает продолжать снимать. Единственный фотограф, который мог открыто критиковать Брессона, за 50 лет создал не менее сотни известных на весь мир работ, но продолжает стремиться к большему.


Родина великого мастера фотографии — городок Босковице в Южной Моравии (Чехия). Куделка родился 10 января 1938 года. В 1961 году он окончил Пражский технический университет, а потом шесть лет проработал авиаинженером в Праге и Братиславе. Одновременно Куделка занялся фотографией, работал театральным фотографом в столице, снимал цыганские поселения в Словакии. По воспоминаниям, первую камеру он приобрел на средства, вырученные от продажи клубники местному мороженщику.

1967 год изменил всю его жизнь. В доминиканском монастыре в Кракове состоялась фотовыставка, на которой были представлены работы Куделки. Его признали профессиональным фотографом.

В 1968 году он приступил к плотной работе над начатым цыганским циклом уже на территории Румынии. Этот период занимает важнейшее место в творчестве фотографа. Куделка посвятил ему 10 лет, а в 1975 году в свет вышла его книга «Цыгане».

— Когда моя первая книга о цыганах вышла в свет, мне было трудно смириться с мыслью, что я больше не могу выбрать людей, которым покажу свои фотографии, — любой мог купить их, — вспоминал впоследствии Куделка.

21 августа 1968 года он снял конец Пражской весны — вторжение в столицу Чехии войск пяти государств — участников Варшавского договора. Бесстрашного фотографа заметил участник агентства «Магнум» Ян Берри, позднее эти работы тайно вывезли из страны.

Снимки попали к Эллиотту Эрвитту, в то время главе Magnum Photos, и были напечатаны во многих международных журналах без указания имени автора.

В 1971 году Йозеф Куделка начал работать в «Магнуме» вместе с Анри Картье-Брессоном, с которым они стали близкими друзьями, несмотря на абсолютно разное понимание фотосъемки.

— Мы с Брессоном встретились в 1971 году. Я не слушал его советов о фотографии, а он ненавидел мои панорамы, — рассказал Куделка в беседе с журналистом Тимом Ноуксом. — Я был практически единственным человеком, который говорил ему то, что думает. Он считал меня младшим братом. Мы ругались, но оставались друзьями. Однажды он пришел ко мне и сказал: «Йозеф, я здоров и прекрасно себя чувствую, но временами у меня бывают проблемы с сердцем, потому что ты сильно меня достаешь. Если это случится вновь, выйди, пожалуйста, из комнаты». А я ответил ему: «Анри, мы дружим потому, что я принимаю тебя таким, какой ты есть, а ты принимаешь меня; поэтому выйти из комнаты должен будешь ты, а не я». Я мог сказать Брессону все что угодно, но если бы на его месте оказался другой член «Магнума», на меня бы сильно обиделись.

В 1980 году Куделка переехал во Францию и получил французское гражданство. В 1994 году он принял участие в съемках фильма Тео Ангелопулоса «Взгляд Улисса». Куделка до сих пор остается действующим фотографом, который путешествует по разным странам и отображает их действительность.

В 1984 году умер его отец, и так как больше членов семьи в Чехословакии у него не было, фотограф впервые официально объявил о своем авторстве тех снимков советского вторжения в Прагу.

Всю свою жизнь Куделка был верен черно-белой фотографии.

— Как-то раз я сделал цветные снимки, — говорил он, — но в результате мой выбор пал на черно-белую пленку, и вот почему. В 1970-х годах все цветные пленки были разными, и контролировать композицию было трудно. Кроме того, я начал сомневаться в своих черно-белых работах и потому забросил цветную фотографию.

В 1988 году была издана его книга «Изгнанники», собравшая многочисленные образы, которые рассказывают о поиске своего места в мире. Настроение созерцания, отчужденности, ностальгии — все это итог невозможности на протяжении долгих лет вернуться в родную страну.

— Я всегда фотографирую тех же самых людей и те же самые ситуации, потому что хочу знать пределы: и тех людей, и тех ситуаций, и свои собственные, — говорил фотограф.

В Чехию он вернулся в 1990 году, будучи гражданином Франции.

Йозеф Куделка — обладатель золотой медали Роберта Капы (за фотографии Пражской весны) и премии Картье-Брессона. Сегодня он все еще продолжает путешествовать по миру и снимать. Как говорит мастер, «хорошая фотография — это когда ситуация находится в своем максимуме, а я — в своем».

Как мы уже сказали, Куделка не часто беседует с журналистами. Вот пара его размышлений, которыми он поделился с Тимом Ноуксом.

— Многие фотографы, такие как Роберт Франк и Анри Картье-Брессон, перестали снимать после 70, поскольку почувствовали, что им нечего больше сказать, — сказал Йозеф Куделка. — Я же и по сей день просыпаюсь с желанием фотографировать, и с годами оно стало только сильнее. Но я вижу, что есть фотография, которой пришел конец, поскольку не существуют сами ее герои. С 1961 по 1966 год я снимал цыган, потому что мне нравились их музыка и культура. Мы с ними были во многом похожи. А сегодня все меньше и меньше остается таких же людей, как те, прежние цыгане. Но я могу продолжить своей проект «Черный треугольник», ведь его цель — продемонстрировать пейзажи, которых больше нет. Я могу показать, какой эта земля была раньше и какая она сейчас, чтобы люди увидели разницу. Это дает мне стимул.

— Я не знаю, что важно для людей, которые смотрят на мои фотографии, но для меня важно то, что я должен сделать. Самое главное — получить позитив из негатива. Как только ты поймешь, кто ты есть и для чего живешь, ты на верном пути, — сказал когда-то Йозеф Куделка. — Наверное, так и должно быть, ведь каждый воспринимает фотографию через призму собственного мировоззрения. А уж познание своего предназначения — самое большое счастье в жизни.

rosphoto.com

Йозеф Куделка/Josef Koudelka (часть 1)

«Хорошая фотография — это когда ситуация в своем максимуме и когда я сам — в своем максимуме…»
Йозеф Куделка.
Josef Koudelka (b. January 10, 1938 in Boskovice, Czechoslovakia)

«Однажды я встретил отличного парня, югославского цыгана. Мы подружились. Как-то раз он спросил меня: «Йозеф, ты путешествуешь столько лет не останавливаясь, ты видел стольких людей, столько стран, посмотрел все уголки природы. Скажи мне, где лучше всего? Где бы ты хотел остановиться?..». Я ничего не ответил тогда. Когда я встретился с ним в следующий раз, он повторил свой вопрос. Я снова не хотел отвечать, но мой друг настаивал. Наконец он сказал: «Ты не хочешь говорить потому, что еще не отыскал такого места!». «Мой друг», — ответил я, — «ты совсем не прав, я безнадежно стараюсь НЕ найти такого места

«. Йозеф Куделка

Влюблен по собственному желанию… Влюблен в жизнь и окружающий мир безоглядно и безгранично. Влюблен в свободу и людей.  Влюблен в родные, до боли знакомые с детства места и в те далекие уголки земного шара, где еще никогда не был, но которые собирается открыть, как для себя, так и для всего остального мира, посредством подвластного ему способа – фотографирования.

Знакомьтесь, Йозеф Куделка – поэт и философ от фотографии. Фотография, вот еще одно то, и, возможно, самое главное, во что Куделка влюблен без остатка. Фотография – это не просто смысл его жизни, профессия или способ зарабатывания денег. Фотография для Йозефа Куделки – это что-то гораздо большее, насыщеннее и важнее. Это больше, чем страсть. Не раз и два ему приходилось в своей практике нетрадиционного фотографа с маниакальным упорством подвергать свою жизнь смертельному риску, и все ради одного единственного кадра. Поэтому, с уверенностью можно сказать, что фотография для Йозефа Куделки — это даже больше, чем сама жизнь.

Ведь, с помощью фотоаппарата он мог запечатлеть любой момент или событие, даже не глядя в видоискатель, а просто «навскидку». Но получалось это у него так же гениально, как будто щелчку затвора предшествовало долгое выстраивание композиции. И фотография становилась шедевром. Хотя моменты, прочувствованные им и схваченные объективом были разными. Они могли быть прекрасными и невинными, как улыбка ребенка, непосредственными и непредсказуемыми, как бег животного, трагическими и непоправимыми, как смерть осужденного. Они могли быть окрыленными надеждой и унылыми от безысходности.

Вечный странник и изгнанник, persona non grata и аутсайдер для своей Родины, цыган поневоле, странствующий менестрель XX столетия. Только в руках вместо музыкального инструмента – фотокамера, вместо струн – катушки с пленкой, а вместо баллад – фотографии. Зато каждая фотография, не меньше, чем любая баллада, могла рассказать о человеке всю его историю. Каждая была, словно музыка – простой и утонченной одновременно, грустной и жизнеутверждающей, понятной всем и каждому, кто смотрел на них.

А начал Йозеф Куделка свой путь в большую фотографию, как и все великие мастера того времени еще подростком, фотографируя на простую бакелитовую камеру 6х6 улицы небольшой чехословацкой деревушки Босковицы, располагающейся на территории Моравии, с населением в 10000 человек, где он родился в 1938 году. Главными персонажами его фотографий того времени становились родные и друзья. Но увлечение фотографией вполне могло так и остаться всего лишь увлечением. Молодой Йозеф в 1956 году поступает в пражский Технический университет, закончив который в 1961 году по специальности инженера-механика, вплоть до 1967 года работает авиаинженером в Праге и Братиславе. Но, благодаря, то ли злому року, то ли Божьему провидению, параллельно со своей основной работой, Куделка стал подрабатывать фотографом в театральных журналах.

В его обязанности входило фотографирование театральных постановок, проходивших на сцене пражского театра «За воротами». Возможно, именно с этого времени к нему пришел вкус к профессиональной съемке и осознание того, что фотография может стать смыслом его жизни. И, возможно, именно от актеров он научился любить и понимать свободу, уходить от обыденности в творчество и искать реальность там, где другим она не доступна. Возможно от пражских артистов, а может быть, от словацких цыган, которые становятся главной страстью его жизни и постоянными героями его фотографий. Сейчас уже не важно, как именно это стремление свободы пришло к нему, самое главное, что придя однажды, это в нем осталось навсегда. Мир открыл для себя непревзойденного фотографа Йозефа Куделку, а мы получили возможность видеть, восхищаться, и каждый раз, вновь и вновь удивляться тому, как четко он видит все грани этого непростого мира и так мастерски запечатлевает их в своих работах.


27 июня 1967 года проходит его первая выставка «Цыгане», в основу которой легли работы, на которых запечатлена вся жизнь этого извечнокочующего в поисках счастья народа. Пойдя по, казалось бы, изначально проторенному пути, по которому уже прошли многие известные мастера (ведь цыган снимали Анри Картье-Брессон, Андре Кертеш, Роберт Франк и многие другие гении фотографии, цыгане также были любимой кинематографической темой Эмира Кустурицы), Йозеф Куделка сумел проложить свою дорогу и показать совсем другую сторону этого особого мира, его колорит и фольклор. Только он смог воссоздать реальный, не приукрашенный ретушью портрет этого народа. Романтику, которой наполнены работы других авторов, он заменяет жестокой прозой жизни. Совершенству, необыкновенности и поэтичности цыган, он противопоставляет фанатично задокументированную каждую деталь их быта: от одежды до мелких предметов повседневного обихода. Но именно это позволяет фотографу с удивительной точностью воссоздать целостный портрет этого свободолюбивого народа.

Цыгане всегда были символом сопротивления всеобщей одинаковости и самоотверженного сохранения традиций своей общины. Однако в своих фотографиях Куделка уходит не только от романтики, присущей другим фотографам, в его снимках так же отсутствует и философия, и поучительство, и оголение социальных проблем. Без излишней вычурности, он просто снимает то, на что смотрит и что ему самому интересно. Как он сам говорит о своей работе: «…Я не пытаюсь понять. Для меня удовольствие фотосъемки состоит в том, чтобы проснуться, выйти и смотреть. На все. Я не говорю себе — «Ты должен смотреть на это или это». Я смотрю на все и пытаюсь найти то, что интересует меня, потому что, когда отправляюсь снимать, я еще не знаю, что заинтересует меня. Иногда я фотографирую вещи, которые другие сочли бы глупым, но с которыми я могу играть я пытаюсь реагировать на происходящее. Впоследствии я могу возвратиться к тому, что меня заинтересовало, возможно, я буду возвращаться туда каждый год, десять лет подряд. Понимание придет в конце работы. Придет понимание, и тема будет закончена».

Ему интересны люди – и он помещает их в центр кадра, создавая уникальную типологию образов, составляющих общую картину жизни цыган, с их уникальной историей и особенностью взглядов. Его интересует, где спят эти люди ночью, чем накрыта кровать, что стоит на столе и что висит на стене цыганской комнаты, и все это мы видим уже в готовых снимках. Его интересует подтекст, ситуация либо людская история и мы видим повествовательный рассказ, такой же темный, тягучий, простой и печальный, как цыганская музыка. По словам самого Куделки, начав фотографировать цыган еще в начале 60-х годов, он настолько увлекся, что уже не смог остановиться. Поэтому после цыган Чехословакии, в его арсенале появились фотографии цыган Румынии, Югославии и других стран Европы. Почти десять лет он был поглощен жизнью этого народа.

Итогом этой многолетней работы стала его первая книга «Цыгане», увидевшая свет в 1975 году, куда вошли очень многие работы этого периода. Как вспоминает сам фотограф в одном из своих интервью: «У меня есть немного портретов, которыми я действительно восхищаюсь. Однажды произошла забавная вещь. Я был недалеко от Рима с паломничеством цыган из Югославии, организованной католическими священниками. Не конкретными священниками, а непрофессиональными добровольцами, они зарабатывали на жизнь и были хорошими людьми. В разговоре со мной они узнали, что я был автором книги о цыганах. Они сказали мне, что у них была такая книга и что они выдергивали из нее страницы, чтобы развесить их на стенах лачуги, которую они использовали для часовни. И под каждой фотографией цыгане написали имя кого то, кого они знали».

Но все это было гораздо позже. А в 1967 году, после первой успешной выставки его работ, Йозеф окончательно принимает решение бросить карьеру инженера и посвятить себя профессиональной фотографии.

И опять в его жизнь, круто меняя ее и задавая направление на многие годы, вмешивается случай. Трагический случай в истории его родной Чехословакии. В августе 1968 года танки государств членов Варшавского договора появились на улицах Праги. Это положило конец короткому периоду политической либерализации в Чехословакии, вошедшему в аналоги мировой истории под названием «Пражская весна». Молодой тридцатилетний Йозеф, только что вернувшийся из Румынии, где снимал румынских цыган, с головой окунается в атмосферу почти боевой ситуации. Он, до этого снимавший мирные бытовые и театральные сцены, стал фотографом новостных репортажей, сам даже не подозревая об этом. Не думая об опасности, поджидавшей его на каждом шагу, он без страха взбирался на танки, входил в горящие дома, фотографировал советских солдат и жителей растоптанной Праги.

Позже некоторые люди, которые видели его перед танками, видели, как он работает и что снимает, признавались ему при последующих встречах, что считали его погибшим. Но он, в то время, не думал об этом. Он не боялся за свою жизнь, хотя по его же словам не отличался особым бесстрашием, единственное, чего он боялся в тот момент – это, что у него может вдруг закончится пленка или его схватят переодетые агенты КГБ. Не будучи профессиональным фотожурналистом, он сумел снять не только излом отдельно взятой человеческой судьбы, он запечатлел боль и крушение надежд целой страны. Куделка забывал о еде, сне и отдыхе. Вспоминая те дни, Йозеф говорит: «Это был максимум моей жизни. Через десять дней все, что могло произойти в моей жизни, действительно произошло. Я был в своем собственном максимуме и ситуации в ее максимуме. Это, возможно, было причиной, почему я «отработал» ее лучше, чем все те профессиональные репортеры, которые приехали со всех континентов. Я ведь не был фотожурналистом. Те, кто хорошо знали меня, сказали бы, что я мог преуспеть в любом виде фотографии, кроме репортажа».

Позже поисками этого максимума в себе самом и в ситуациях он занимался всю последующую жизнь. Хотя сам же понимал, что и в жизни и в работе может случиться так, что этот пик достигается в самый первый раз, и совершенно случайно. И, что возвращаясь в то первоначальное место еще десять раз, более чем десять лет, у него может не получится лучше, чем получилось в первый раз. Но именно в постоянном поиске того единственно истинного максимума, он находил что-то еще, до этого не замеченного им самим, что даже он не мог себе представить. Именно этот поиск каждый раз побуждал его идти дальше. И возможно, та колоссальная работа, которую он почти интуитивно, но так филигранно провел в те незабываемые десять дней «Пражской весны», была следствием поиска максимума во всей предыдущей его работе на протяжении десяти прошлых лет. Это было своего рода подготовкой, без которой он бы не был в состоянии сфотографировать «Пражскую весну», так как он это сделал тогда.

Другая причина, по которой все что он снимал в августе 1968 на улицах Праги стало прямым попаданием и в сердца, и в души тех, кто смотрел эти фотографии, состояла в том, что он не был заброшен в Прагу, как остальные. Он был чехом, фотографировал в стране, на языке которой говорил, чьи проблемы были его собственными проблемами. И он работал только для себя. Пока другие «обменивали свой талант на деньги» – он фотографировал. Он всегда фотографировал с мыслью, что никто не будет интересоваться его фотографиями, что никто не заплатит ему. Что, если он сделал что-то – это только для себя. Он выбрал себе профессию, которую действительно любил и которой отдавался без остатка. Это единственная привилегия, которую Йозеф Куделка мог себе позволить.

Позже, его фотографии, отснятые в повергнутой Праге, были тайно вывезены из Чехословакии и напечатаны без указания имени автора. Агентство «Магнум», взявшееся за их распространение по всему миру, во избежание репрессий по отношению к самому Куделке и его семье, приписывало их создание «неизвестному чешскому фотографу», поэтому его фотографии вышли в свет под инициалами P.P. ( Prague Photographer, Пражский фотограф). За остроту и выразительность политического и фото высказывания, за мужество при их создании Куделка, оставаясь неизвестным, получил премию Роберта Капа в 1969г. И только спустя 16 лет он смог признать свое авторство, не опасаясь преследования властей. И уже гораздо позже, спустя сорок лет после вторжения, лучшие 250 снимков, посвященные тем незабываемым «максимальным» десяти дням, отобранные самим автором вошли во вторую книгу Куделки. Кроме фотографий в его книгу также вошли пропагандистские тексты и газетные хроники тех лет, отобранные фотографом, а также тексты чешских историков.

Именно эти фотографии, сделанные в Праге 1968 года, и принесли Йозефу Куделке мировую славу. Ему, никогда не пользовавшемуся ни ретушью, ни другими «подобными глупостями», от которых, по его мнению, снимок становился лживым, удалось создать, возможно, самую острую фотопублицистику того времени. Он сумел показать на своих снимках не человека на фоне танков и разрушенных домов, а руины и клубы дыма на фоне человека. И десятилетия спустя, зритель, все так же «видит человеческую судьбу на срезе эпохи, а не просто живую фигурку среди обломков», как говорил сам Йозеф Куделка. Но кроме всемирной славы, эти фотографии приносят Куделке и изгнание из Родины.

В 1970 году Йозеф Куделка покидает Чехословакию и уезжает в Англию. По рекомендации Элиота Эрвитта в 1971г. он вступает в фотоагентство «Магнум», где работает в тесном содружестве с Генри Картье-Брессоном. В 1980-х годах Куделка переезжает во Францию и получает французское гражданство. Но даже полученное гражданство не позволяет ему чувствовать себя в этой стране как дома. Он сравнивал себя с рабочим-иммигрантом, который не зная местного языка и даже имея деньги, не может, добиться обслуживания в ресторане. Большую часть своего времени он был один, в итоге его переполняли идеи, которые, возможно, не всегда соответствовали действительности. Невольно, он становился заложником этих идей. Более 20-ти лет вынужденного изгнания оставляют свой трагический и неизгладимый след и в жизни, и в творчестве Йозефа Куделки. Только в 1990 году он смог вернуться в Чехословакию.

А вся грусть и безысходность его существования на чужбине были отображены в книге «Изгнанники», которая вышла в 1988 году. В многочисленных образах, собранных в этой книге фотограф хотел рассказать о поиске самого себя и своего места под солнцем. В образы таких же «изгнанников», каким был и он все эти 20 лет, Куделка вложил ностальгию, созерцание и отчуждение, которые переполняли его самого все эти годы.

Но, возвратившись домой, он, по-прежнему, путешествует по всей Европе, фотографируя быстро меняющийся европейский мир и продолжая снимать жизнь цыган, одновременно укрепляя репутацию одиночки и нетрадиционного фотографа, который «живет в спальном мешке». Не смотря на все трудности и скудность быта, на непонимание окружающих и многолетнюю планиду отверженного, Йозеф Куделка считал, что ему в жизни несказанно повезло. Потому что он всегда имел возможность делать то, что он хотел, и никогда не работал на других. Понимая, что это, возможно и глупый принцип, все же он не мог отказаться от идеи, что никто не может его купить. Это было очень важно для него. Уже в то время он отказывался от контрактных обязательств даже в тех проектах, которые он все равно реализовывал в дальнейшем. Ему порой бывало даже трудно смириться с мыслью, что его книги, вышедшие в свет, теперь может купить каждый и он больше не сможет самостоятельно выбирать людей, которым хотел бы их показать. Поэтому Куделка в основном занимался собственными проектами за счет премий и грантов, которые ему выделяли организации Франции, Великобритании и Соединенных Штатов Америки.

И каждый раз, начиная новый проект и доводя его до совершенства, он не уставал бросать все, продвигаться вперед и начинать что-то новое на абсолютно пустом месте. Самым страшным для него было стать рабом того, что он уже построил и позволить результатам выходить автоматически. Его не интересовало повторение. И он категорически не хотел достигать в своем творчестве той точки, где он не знал бы, куда пойти дальше. Он умел устанавливать для себя пределы, но только для того, чтобы определить момент, когда он должен разрушить все то, что построил ранее.

Наверное, поэтому творчество Куделки настолько бесконечно разнообразно и многогранно, что восхищает и поражает своей неординарностью, внутренней напряженностью, трагизмом, а иногда и сложностью. Каждый новый этап его не легкой жизни можно прочувствовать в его творчестве разных годов.

Так на очередном витке поиска своего максимума, пораженный формой и широтой пейзажа, Куделка открыл новую главу в своем творчестве. В 90-х годах Йозеф Куделка начал использовать панорамный формат для пейзажных съемок. Он с упоением рассказывает в своих работах о всем том прекрасном, что нас окружает и о жестокости и равнодушии человека, который это прекрасное разрушает. Именно этому, теме уничтожения человеком окружающей среды, была посвящена его следующая книга «Черный треугольник», выпущенная в 1994 году. Для этой книги автор отобрал фотографии, которые были сделаны в Рудных горах, что находятся в северо-западной части Чешской Республики. Безлюдные, покинутые области, заброшенные угольные шахты, электростанции, загрязняющие атмосферу соединениями серы, все это вместе составляет зону экологической катастрофы и приводит к исчезновению горных лесов. Книга нашла свое продолжение в выставке под одноименным названием. В основу выставки вошли 35 черно-белых фотографий из книги.

Расширяя пределы своих возможностей, в том же 1994 году Йозеф Куделка рассматривает предложение режиссера Эрика Хеуманна и берет участие как консультант в съемках фильма «Взгляд Уилисса» Тео Ангелопулоса. Он вместе со съемочной группой путешествует по странам Европы, в которых до этого бывал не раз, но в которые ему все еще интересно возвращаться. В своем непревзойденном стиле Куделка снимает нагромождения колонн Афин, соединяя руины древней античности и современность с ее темпом и динамикой, индустриальные пейзажи Англии, растрескавшиеся автострады севера Франции, заброшенные станции метро Парижа, железные фермы мостов и лестничных клеток Праги, обломки Берлинской Стены, разрушенные дома Бейрута и результаты бомбардировок Югославии. Одним словом, хаос созданный человеком внутри и снаружи себя. Пейзажные фотографии, сделанные в Греции, Албании, Румынии и бывшей Югославии в тот период входят в книгу, изданную в 1999 году, которая так и была названа — «Хаос».

Но и сегодня Йозеф Куделка не перестает удивлять почитателей своего таланта. Совсем недавно в Риме во время известного фестиваля FotoGrafia, он презентовал свой новый проект «Театр времени». В нем мастер, по прежнему, не изменил себе и своему нетрадиционному видению окружающего мира. Поэтому такой древний и такой современный Рим предстает перед нами не легендарными термами, памятниками и храмами, а всего лишь небольшой частью мостовой со спящими на солнце кошками и маленьким фрагментом выложенной на полу мозаики.

Работы Йозефа Куделки были неоднократно отмечены престижными наградами и премиями, такими как Prix Nadar (1978), Гран-при Национальной de-la-Photographie в (1989), Гранд Карье-Брессона (1991) и Премия «Хассельблад» — международная премия в области фотографии (1992). Его фотоработы были показаны в Музее современного искусства и Международном центре фотографии в Нью-Йорке, в Лондонском Hayward Gallery, городском музее современного искуства в Амстердаме и Palais de Tokyo в Париже.

Известность, талант, всеобщее признание, награды, книги, интервью и тысячи фотографий не убеждают самого Йозефа Куделку в том, что он действительно хороший фотограф. Он не раз говорил о том, что ему нравятся далеко не все его роботы. «Если я неудовлетворен — это просто потому, что хороших фотографий мало. Хорошая фотография — чудо».

Когда-то, еще в молодости, установив возрастной предел для фотографа в сорок лет, он с каждым новым годом своей жизни, с каждой новой фотографией, новым проектом, новой книгой или путешествием сам себе доказывает обратное. По сей день, он продолжает познавать свой максимум и пределы, радоваться жизни и любимому делу и в то же время боясь остановиться хотя бы на миг.

Йозеф Куделка: «Я родился таким. Это во мне от кого-то, кто был там, передо мной. Но в некотором смысле я хотел быть таким, какой я есть, и именно поэтому я не считаю свой образ жизни рабством. Кому-то, кто смотрит на меня извне, это может казаться рабством, но для меня это — свобода. Это не означает, что ничего не может измениться. Я теперь отец маленькой девочки и должен зарабатывать деньги как все остальные. Мне пятьдесят лет, а это время подведения итогов. Я сделал то, что хотел и теперь должен правильно использовать оставшееся время и силы. Смотри: во всех этих файлах хранятся мои контактные отпечатки — это не означает, что они содержат много хороших фотографий, а только то, что я проделал большую работу. Потребуются годы, чтобы действительно внимательно рассмотреть все это. Даже если я заболею или если мне придется остановиться по некоторой другой причине, есть много работы, которая должна быть сделана».

www.takefoto.ru

Куделка. 1 — Цыгане — Kunst_Camera — ЖЖ

Josef Koudelka — FRANCE. Brittany. 1973. Gipsies.

Когда Куделка первый раз полетел в Штаты, его друг Картье-Брессон послал Корнеллу Капе рекомендательное письмо.  Оно было кратким: «Посылаю тебе безумца, которого зовут  Йозеф».

Человек со смешной фамилией Куделка – уже давно легенда, классик, один из главных фоторепортёров XX-го века.  Вечный бродяга с бородой и в круглых очках, истинный репортёр, подвижник-передвижник.

«Пятнадцать лет я ни на кого не работал. Не брался за заказы, не снимал за деньги. Я делал снимки только для себя. Я жил на минимуме средств, да мне и не нужно было много: хороший спальный мешок и немного одежды – пара ботинок, два пары носков и штаны на год. Одной куртки и двух рубашек хватало на три года».

Это, конечно, круто. Когда я читаю интервью и биографию Куделки, мне многие фотографы кажутся какими-то… клопами.  Мещанами, всё-таки не сильно выходящими за типичную зону комфорта.  А этот человек точно был одержим, его вела жажда хороших кадров, а всё остальное, все эти наши житейские ценности были для него делом десятым.
В то же время, если уж говорить об известности,  то в американских списках «главных хроникёров века» его частенько забывают или упоминают вскользь – поскольку он европеец, чех, и его главные темы – тоже европейские, не совсем близкие американскому зрителю.   Поэтому в Европе он известен больше, а в позднем СССР и России имя Куделки стало ориентиром для многих фотографов. И материалов в сети, пусть разрозненных, но уже хватает. И можно просто посмотреть архивы Куделки на сайте «Магнума» и убедиться – он гений.  Но я всё-таки хочу сделать свой рассказ о Куделке, и это будет в четырёх частях. Часть первая – конечно «Цыгане».

Josef Koudelka — CZECHOSLOVAKIA. Slovakia. Kadan. 1963. Gypsies.
Он начинал, как театральный фотограф, и съёмка театра дала ему первые навыки репортёра – умение снимать по принципу максимального невмешательства, умение двигаться среди актёров, не нарушая хода репетиции, умение выделять главное в характерах и сюжете.

Первой личной темой Куделки стали съёмки цыган, которые он начал в Чехословакии в середине 60-х. Он буквально жил среди цыган, внедрялся в их среду, снимал их быт и праздники, свадьбы и похороны. Цыгане тогда уже становились «уходящей натурой» — именно это уходящее и интересовало Куделку. И здесь проступает его характерное отношение – не только фотографа, но этнографа и антрополога, наблюдателя за родом человеческим. Любимых своих уходящих цыган он продолжал снимать почти всю жизнь, уже в других европейских странах.

«Меня всегда притягивало уходящее, то, что скоро исчезнет»
«Цыгане меня увлекли в первую очередь своей музыкой. Если вы послушаете их музыку – вы поймёте, почему я снимал цыган».



Josef Koudelka — СZECHOSLOVAKIA. Straznice. 1966. Festival of gypsy music.Josef Koudelka — ROMANIA. 1968. Gypsies.
Josef Koudelka — CZECHOSLOVAKIA. 1969.

Серия «Цыгане» снята в основном широкоугольником – в то время главным «рабочим» объективом Куделки был объектив Flectogon, 25мм. Отчасти это было вынужденной мерой – фотографу часто приходилось снимать в тесных комнатках, наполненных людьми.  Но именно широкоугольник давал эффект присутствия, и  пространство было насыщено — главными героями, фигурами второго плана,  мелочами и деталями быта.  И при всей  неподдельной, честной документальности эта цыганская серия тоже довольно-таки театральна.


CZECHOSLOVAKIA. Kadan. 1963. Gypsies.

Josef Koudelka — CZECHOSLOVAKIA. Slovakia. Michalovce. 1966. Gypsies.

Josef Koudelka — CZECHOSLOVAKIA. Slovakia. Rakusy. 1966. Gypsy.

Josef Koudelka — CZECHOSLOVAKIA. Slovakia. Jarabina. Gypsies. 1963.

Josef Koudelka — CZECHOSLOVAKIA. Slovakia. Zehra. 1967. Gypsies.

Josef Koudelka — CZECHOSLOVAKIA. South Moravia. Straznice. 1965.

Josef Koudelka — CZECHOSLOVAKIA. Slovakia. Velka Lomnica. 1966. Gypsy.

Josef Koudelka — ROMANIA. 1968. Gypsies.

Josef Koudelka — SPAIN. 1971. Gypsy.

kunst-camera.livejournal.com

Йозеф Куделка (Josef Koudelka) (часть 2)

Йозеф Куделка (Josef Koudelka) — безошибочно определяет грани этого мира и отображает их в своих фото-работах. Он целиком и полностью поглощен своим делом. Он совсем не похож на привычно окружающих Вас людей. Речь пойдет о Йозефе Куделке. Неподдельный интерес вызывает непосредственно то, как он работает. Он всюду ездит один, спит где придется, для него совершенно не имеет значения, понравятся ли кому-либо его работы. Он просто просыпается рано утром и начинает фотографировать 


Часто случалось так, что он работал без перерыва, пока не обнаруживал, что у него заканчивается пленка. Он взял себе за правило работать так, как будто каждый новый день мог стать последним.

 


Йозеф Куделка родился в далеком 1938 году в маленькой деревеньке на территории Моравии. Естественно, увлечение фотографией, как и у большинства настоящих художников, у него появилось рано. Подростком он начал свое знакомство с фотоискусством с простенькой бакелитовой камеры. Он фотографировал своих родных и ближайшее окружение. Чуть позже он поступил в Технический университет в Праге, который закончил в 1961 году, получив степень. После учебы, в течение 6 лет он работает авиаинженером и, как и положено, занимается своим любимым делом – фотографией.
 


Он снимает постановки театра «За воротами». Но его настоящей страстью становятся словацкие цыгане. В 1967 году он организует свою первую выставку в доминиканском монастыре в городе Кракове. В это же время Куделка окончательно принимает решение посвятить свою жизнь фотографическому искусству и бросает карьеру инженера. 
Известность Йозефу, как фотомастеру, принесли упомянутые выше цыгане. Он запечатлевал их жизнь и быт в Чехословакии, а позже и в Румынии, и в других европейских странах. Жизнь цыган поглотила Йозефа почти на 10 лет!

 


Цыгане были интересны многим мастерам фотографии и кино, но Куделка по праву считается лучшим фотографом, сумевшим с невероятной точностью и целостностью передать все грани жизни этого свободолюбивого народа. Он фотографировал всё до мельчайших деталей. Как правило, герои его снимков были расположены в центре кадра, что позволяло зрителю полностью ощутить картину жизни и уникальность взглядов этой народности. 

Одна из фотографий, сделанных в 963 году очень глубоко передает историю убийцы, которого ведут на казнь. Фото сделано таким образом, что человек, расположенный в центре кадра, как бы немного наклонен. Это как бы дает понять зрителю, что скоро его тело безжизненно упадет на землю. Человек на фото идет по грязной дороге, изъезженной машинами. Зртелю очень красочно дается понять, что грязная дорога – это своего рода жизненный путь человека, который в конечном счете ведет его к смерти. При этом, автор говорит о том, что его работы не несут в себе никакого философского подтекста, он просто рассказывает истории. 

Результатом почти десятилетней работы на цыганскую тему становится книга «Цыгане», вышедшая в 1975 году и вобравшая в себя наиболее яркий материал данной темы. В 1968 году он снимает окончание «Пражской весны» в Праге. Он снимает танки, двигающиеся по городу. Ян Берри, член известного фотоагентства «Магнум», который в это же время присутствовал на месте событий, назвал Йозефа маньяком. Куделка забирался на русские танки и фотографировал всё вокруг. Сам он позже говорил, что в те моменты совсем не думал о какой-либо опасности, хотя не считает себя бесстрашным человеком.  


Фотографии, сделанные в это непростое время, были тайно вывезены за пределы страны с помощью агентства «Магнум» и напечатаны без указания авторства Куделки, дабы уберечь мастера и его семью от политических гонений. Позже, в 1969 году эти работы получили золотую медаль имени Роберта Капы, как фотографии, потребовавшие большого мужества. Куделка все ещё не был отмечен, как автор данных работ. Через какое-то время Куделка перебрался в Англию по рабочей визе, и ему удалось получить политическое убежище. И только через 16 долгих лет Йозеф смог открыто признаться  в авторстве фотографий, сделанных во время «Пражской весны». Эти работы в последствии принесли ему мировую известность. Спустя 40 лет, увидела свет книга, посвященная тем событиям. Автор отобрал для неё 250 фоторабот, а также хроники и агитационные тексты. 


По рекомендации Эллиота Эрвита Йозеф Куделка в 1971 году становится членом фотоагентства «Магнум, где знакомится с Анри Картье-Бресоном, который впоследствии стал его хорошим другом. В этот период он по прежнему отказывается от коммерческих работ и продолжает свои одинокие путешествия по Европе. Он опять фотографирует цыган. За ним прочно закрепляется статус одиночки, и, можно даже сказать, что он сам становится в какой-то мере цыганом. Он занимается своими проектами на средства грантов, выделяемых различными организациями Франции, США и Великобритании. Отсутствие денег для него никогда не было проблемой.  


Позже Йозеф получает французское гражданство. В 1986 году он начинает использовать в работе панорамную камеру, благодаря чему открывается новая веха в творчестве мастера. Он с присущим ему фанатизмом снимает пейзажи, рассказывая о величественной красоте окружающей природы и о наглом вмешательстве человека в её владения.  


 Долгие годы скитания по разным странам не прошли бесследно для мастера. Как бы там ни было, он тосковал по родной стране. В 1988 году выходит его новая книга многоговорящем названием «Изгнанники», в которой он рассказал при помощи фотографии о поиске человеком своего места, то есть о самом себе. Работы были переполнены ностальгией и отчуждением. Вернуться на родину в Чехословакию ему удалось только в 1990 году. В 1994 году выходит его новая книга под названием «Черный треугольник». Автор посвятил её разрушениям, которые несет человек в окружающую среду. Также, на основе этих снимков прошла выставка под тем же названием.  


Вскоре Куделка получает предложение от режиссера Эрика Хеуманна присутствовать на съемках фильма Ангелопулоса «Взгляд Уилисса». Он путешествует со съемочной группой по разным странам Европы, продолжает делать панорамные снимки. Ему интересно всё, что было создано и разрушено человеком. Он снимает обломки Берлинской стены, заброшенные станции Парижа, колонны в Афинах. Героем его работ становится хаос, созданный человеком как вокруг, так и внутри себя. В 1999 году выходит книга «Хаос».
 


 Всемирная известность и признание всё равно не дали уверенности самому мастеру в том, что он хороший фотограф. Далеко не все его работы нравились ему самому. И по сей день мастер продолжает познавать свои пределы. Он продолжает путешествовать и снимать, несмотря на то, что когда-то был уверен, что фотограф заканчивается в 40 лет.

 

 

 



 

 

 

 

 

Источник: creativestudio.ru

www.takefoto.ru

Википедия — свободная энциклопедия

Избранная статья

Первое сражение при реке Булл-Ран (англ. First Battle of Bull Run), также Первое сражение при Манассасе) — первое крупное сухопутное сражение Гражданской войны в США. Состоялось 21 июля 1861 года возле Манассаса (штат Виргиния). Федеральная армия под командованием генерала Ирвина Макдауэлла атаковала армию Конфедерации под командованием генералов Джонстона и Борегара, но была остановлена, а затем обращена в бегство. Федеральная армия ставила своей целью захват важного транспортного узла — Манассаса, а армия Борегара заняла оборону на рубеже небольшой реки Булл-Ран. 21 июля Макдауэлл отправил три дивизии в обход левого фланга противника; им удалось атаковать и отбросить несколько бригад конфедератов. Через несколько часов Макдауэлл отправил вперёд две артиллерийские батареи и несколько пехотных полков, но южане встретили их на холме Генри и отбили все атаки. Федеральная армия потеряла в этих боях 11 орудий, и, надеясь их отбить, командование посылало в бой полк за полком, пока не были израсходованы все резервы. Между тем на поле боя подошли свежие бригады армии Юга и заставили отступить последний резерв северян — бригаду Ховарда. Отступление Ховарда инициировало общий отход всей федеральной армии, который превратился в беспорядочное бегство. Южане смогли выделить для преследования всего несколько полков, поэтому им не удалось нанести противнику существенного урона.

Хорошая статья

«Хлеб» (укр. «Хліб») — одна из наиболее известных картин украинской советской художницы Татьяны Яблонской, созданная в 1949 году, за которую ей в 1950 году была присуждена Сталинская премия II степени. Картина также была награждена бронзовой медалью Всемирной выставки 1958 года в Брюсселе, она экспонировалась на многих крупных международных выставках.

В работе над полотном художница использовала наброски, сделанные летом 1948 года в одном из наиболее благополучных колхозов Советской Украины — колхозе имени В. И. Ленина Чемеровецкого района Каменец-Подольской области, в котором в то время было одиннадцать Героев Социалистического Труда. Яблонская была восхищена масштабами сельскохозяйственных работ и людьми, которые там трудились. Советские искусствоведы отмечали, что Яблонская изобразила на своей картине «новых людей», которые могут существовать только в социалистическом государстве. Это настоящие хозяева своей жизни, которые по-новому воспринимают свою жизнь и деятельность. Произведение было задумано и создано художницей как «обобщённый образ радостной, свободной творческой работы». По мнению французского искусствоведа Марка Дюпети, эта картина стала для своего времени программным произведением и образцом украинской реалистической живописи XX столетия.

Изображение дня

Рассвет в деревне Бёрнсте в окрестностях Дюльмена, Северный Рейн-Вестфалия

ru.wikipedia.green

«Я снимал в цвете один раз в жизни» — «Фотодеятели»

Йозеф Куделка – замечательный человек и фотограф. Биографических справок о нем написано много, но лучше всего о мастере говорят те, кто с ним общался лично.

«…За прошедшие пятьдесят лет Йозеф Куделка снял сотни замечательных фотографий. В редком интервью с фотографом мне удалось расспросить Куделку об его захватывающей карьере и о том, почему Куделка был единственным человеком, который мог открыто критиковать Анри Картье-Брессона.

45 лет назад фотограф впервые решился продемонстрировать свои фотографии, и сегодня его считают человеком-загадкой. Его работы открывают красоту абстрактных форм и пластику угрожающих теней в пустынных ландшафтах, в них люди лишены права голоса. В агентстве «Магнум», где работает Куделка, говорят, что 74-летний фотограф скорее заснет на полу офиса, чем снимет номер в гостинице. Его друзья и критики утверждают, что Йозеф Куделка совмещает в себе качества добродушного гения и хладнокровного профессионала, который предпочитает много работать и мало говорить. Так что же из этого правда?

Когда я прибыл в Прагу, чтобы взять интервью у мастера, эти противоречивые мнения столпились в моей голове. Личность Куделки действительно окутана тайной – его домашний адрес официально не обозначен, а общается мастер по факсу. Если ему нужно поговорить, он сам выходит на связь, а не наоборот. За час до назначенного интервью зазвонил телефон.

«Алло? Я пытался связаться с вами раньше, но не смог дозвониться», — говорил в трубке восточно-европейский голос. «Это Йозеф Куделка. Добро пожаловать в Прагу. Вот мой адрес».

Через двадцать минут прогулки по центру города я завернул за угол дома и услышал в утренней тишине свое имя. Подняв голову, я увидел силуэт мужчины на третьем этаже. На вопрос, как меня узнали, мужчина ответил: «У меня хорошая интуиция».

С этим нельзя поспорить. Йозеф Куделка – фотограф мирового значения с потрясающим чувством интуиции. Мастер родился 10 января 1938 года в небольшой моравской деревушке. Он начал снимать в 14 лет, вдохновившись пейзажными фотографиями, которые показал ему друг семьи. Продавая клубнику местному мороженщику, Йозеф Куделка накопил средства на компактную камеру Bakelite. Позднее, будучи студентом инженерного отделения, он приобрел Rolleiflex, и с 1961 года использовал его для съемки представлений театра для пражского журнала “Divaldo”. Все знают, что эти фотографии привнесли художественный смысл в публикации издания, которое ранее считали чисто рекламным. На постановках «Короля Лира» и «В ожидании Годо» Йозеф Куделка ходил среди актеров, снимая их так, как будто действие происходит на улице. Так мастер научился рассказывать целую историю в рамках одного кадра, что помогло ему при съемке повседневной жизни чехословацких цыган и впоследствии – советского вторжения в Прагу в 1968 году.

И вот открылась дверь – и передо мной стоит легендарный фотограф. Он спокоен. Куделка уже прожил жизнь, но его озорной взгляд говорит о том, что внутри он еще молод. Он приглашает меня в свой современный пентхаус, где я увижу много толстых книг с его именем на обложке и огромную коллекцию негативов и напечатанных фотографий.

«Об идеальном доме я никогда не мечтал, и никогда не хотел быть к нему привязан», — говорит Куделка, провожая меня в комнату, посреди которой стоит огромный белый стол. «Когда я купил эту квартиру, я организовал ее для работы. Я живу в Париже, и это лишь очередной перевал для путешественника. Я не испытываю необходимости заполнять дом вещами. За последние три года я купил всего две рубашки. Я даже сплю в них. В одном кармане я храню паспорт, а в другом – деньги. Они легко стираются и сохнут. Я вожу с собой только нужные вещи – мои камеры, пленку и запасную пару очков».

 «Первое, чему я научился за годы выступлений с волынкой на народных фестивалях», — говорит он, нарезая хлеб и ветчину, — «если ты играешь и пьешь всю ночь, нужно обязательно поесть».

Йозеф Куделка, с которым я познакомился, был совсем не похож на необщительного и неприветливого человека, каким его описали. Напротив, он показался мне добрым и дружелюбным. Куделка много видел и может обо всем рассказать; на всякий счет у него есть свое мнение. Мастер не удовлетворен тем, чего достиг, и стремится к большему.

«Многие фотографы, такие как Роберт Фрэнк и Картье-Брессон, перестали фотографировать после 70, поскольку почувствовали, что им нечего больше сказать», — говорит Йозеф Куделка. «Я же по сей день просыпаюсь с желанием фотографировать, и оно стало только сильнее. Но я вижу, что есть фотография, которой пришел конец, поскольку не существуют сами герои. С 1961 по 1966 год я снимал цыган, потому что мне нравилась их музыка и культура. Они были во многом на меня похожи. А сегодня все меньше и меньше людей похожи на тех, прежних цыган. Но я могу продолжить проект «Черный треугольник», поскольку его цель – снять пейзажи, которых больше нет. Я могу показать, какой эта земля была раньше, и какая она сейчас, чтобы люди поняли разницу. Это дает мне стимул».

На мой вопрос о нарушении Варшавского пакта в 1968 году, когда советские войска вторглись в Прагу, чтобы навести социалистический порядок в Чехословакии, Куделка задумчиво посмотрел в тихий небосклон города.

«Я вернулся из Румынии, где снимал цыган, и моя девушка позвонила мне несколько раз, чтобы сообщить, что наступают русские. Я открыл окно и услышал, как каждые две минуты над головой пролетают самолеты, и понял, что случится что-то масштабное. Мне повезло, что у меня осталась пленка, я вышел на улицы города и начал фотографировать танки и солдат. Люди говорили, что я сумасшедший, потому что русские стреляли во всех, кого видели с камерой – а я стоял прямо перед танками! Через несколько лет фотограф Ян Берри, который также снимал эти события, сказал, что, увидев меня там, подумал, что я либо полный идиот, либо очень отважен. Но дело было не в смелости, я просто хотел это снять».

В 1969 году фотографии тайком вывезли из страны, и они оказались в руках у Эллиота Эрвитта, который был тогда главой «Магнума». Фотографии появились во всех международных журналах без указания авторства, чтобы защитить Куделку и его семью от возможного преследования. При содействии агентства «Магнум» фотограф смог уехать из Чехословакии в 1970 году на Запад, чтобы фотографировать цыган. Однако на родину он вернуться не смог и получил политическое прибежище в Англии, где в течение девяти лет Йозеф Куделка жил между Брик Лейн и Бэттерси.

В Лондоне он встретился с Анри Картье-Брессоном, который почти оставил фотографию, чтобы полностью посвятить себя живописи. В отличие от других фотографов «Магнума», которые считали Брессона неприкосновенным кумиром, Куделка говорил с Брессоном честно и прямо.

«Я встретил Брессона в 1971 году. Я не слушал его советов о фотографии, а он ненавидел мои панорамы», — усмехнулся Куделка. «Я был, фактически, единственным человеком, который говорил ему то, что думает. Он говорил, что считает меня младшим братом. Мы ругались, но оставались братьями. Однажды он пришел ко мне и сказал: «Йозеф, я здоров и прекрасно себя чувствую, но временами случаются проблемы с сердцем, потому что ты сильно меня заводишь. Если это случится вновь, выйди, пожалуйста, из комнаты». А я ответил ему: «Анри, мы дружим потому, что я принимаю тебя таким, как ты есть, а ты принимаешь меня, поэтому, выйти из комнаты должен будешь ты, а не я». Я мог сказать Брессону все что угодно, но если бы я сказал подобное другому члену «Магнума», на меня бы сильно обиделись».

Путешествуя по Европе и фотографируя жизнь, Йозеф Куделка держался на плаву за счет дотаций и побед в конкурсах, а не гонораров от глянцевых журналов. Кроме того, он не использовал цветную пленку.

«Я снимал в цвете один раз в жизни», — сказал он. «Но мой выбор пал на черно-белую пленку, и на это повлияло несколько фактов. В 1970 годах все цветные пленки были разными, и контролировать композицию было трудно. Кроме того, я начал сомневаться в своих черно-белых работах и потому забросил цветную фотографию».

В 1984 году в лондонской галерее Хейворд состоялась личная выставка Йозефа Куделки. Фотографии мастера были представлены в экспозиции наряду с работами Анри Матисса. В том же году умер отец Куделки, но из-за своего политического статуса Йозеф не смог приехать на похорны отца. Поскольку в Чехословакии у фотографа не осталось семьи, Йозеф Куделка впервые официально заявил о своем авторстве в отношении фотографий советского вторжения в Прагу. Шесть лет спустя, будучи гражданином Франции, он прилетел домой и организовал первую выставку своих фотографий. В родной стране он не был 20 лет. 

Последние двадцать лет Куделка провел в путешествиях по Восточной Европе с панорамной камерой, дегустируя вино и документируя все страны от Бейрута, до «Черного треугольника». В 2004 году Куделка был награжден премией Infinity Корнелла Капы (Cornell Capa). Четыре месяца спустя из жизни ушел Брессон.

«Я был единственным фотографом на его похоронах», — вспоминает Куделка с улыбкой. «Я рад, что смог присутствовать на церемонии, потому что не смог проводить отца. Забавно, но когда я прихожу в музей и вижу хорошую картину, я всегда покупаю открытку, чтобы отправить ему, но затем вспоминаю, что его больше нет. Для меня он жив во многом».

Затем Куделка пригласил меня выпить кружку пива «Гамбринус» и попробовать местное блюдо, куриную грудку, запеченную в картофельном пироге. Перед уходом я задал ему последний вопрос: снимает ли он для того, чтобы его запомнили.

«Неважно, как люди будут использовать мои фотографии», — ответил он, надевая куртку. «Важно фотографировать. Другим фотографам нравится, когда их печатают на развороте The Sunday Times. Я мыслю иначе. Самое главное – получить позитив из негатива. Как только ты поймешь, кто ты есть, и для чего ты живешь, ты – на верном пути».»

Источники: www.si-foto.com    phototour.pro

ergofoto.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о