Мирослав тихий: Мирослав Тихий. Безумец или гений искусства фотографии?

Содержание

Мирослав Тихий. Безумец или гений искусства фотографии?

«Главное – это иметь плохой фотоаппарат. Если хочешь стать знаменитым – то делай свое дело плохо, хуже всех на свете. Красивое, пригожее, выпестованное – это уже никого не интересует.»

Порой чей-то сознательный выбор скитальческого образа жизни ставит нас в тупик, а прежде даст хорошего пинка под зад или вовсе растлит навязчивый голос нашего рассудка, что, вопреки всему, неустанно продолжает твердить об идеалистических нормах поведения, поддерживая тем самым баланс коллективного разума.

Чешский фотограф Мирослав Тихий — персона загадочная и значимая, прежде всего для обывателей крупных городов, где циркуляция жизни также активна, как блохи в шерсти дворового пса. Для кого-то Тихий был всего лишь обычным городским сумасшедшим с самодельным фотоаппаратом в руках и седой шевелюрой, некоторые видели в нем философа и очень успешного реакционера, другие же считали Мирослава эпатажной знаменитостью, чей образ существования — всего лишь перформанс. Однако, с полной уверенностью никто не сможет ответить, кем в действительности он был.

История Мирослава Тихого – это агония длиной в жизнь. Он был воплощением всего, что оскорбляло коммунистическую элиту небольшого городка, в котором он родился и вырос — Нетчице (сейчас Кийов). Он бросил вызов прогрессивной мысли и марксистской теории, согласно которой история неуклонно движется вперед; Тихий расстался с общественными обычаями и ушел во внутреннюю эмиграцию, наблюдая за общественной жизнью со стороны. Но все по порядку.

Тихий родился 20 ноября 1926 года в моравском селе, краю виноградников и народных песен. Был единственным ребенком в семье. Его отец занимался закройкой одежды, а мать была дочерью сельской старосты, что было не маловажно и делало их семью довольно уважаемой в округе. Юношей Мирослав поступил в гимназию на подготовительный факультет Пражской Академии изобразительных искусств к известному чешскому импрессионисту и профессору Яну Желибскому. Все слаживалось довольно не плохо, и даже в мастерской пресловутого преподавателя Тихий стал признанным лидером. Но, спустя три года он был отчислен. В ходе коммунистического переворота в Академии начались безжалостные гонения. Известные профессора и педагоги были изгнаны, студентам было запрещено работать с обнаженной натурой, вместо них на пьедесталах поставили рабочих в спецовках. Тихий перестал ходить на занятия, общаться с друзьями, а вскоре его и вовсе забрали в армию.

Мирослав Тихий: ‘При коммунизме нам было запрещено рисовать обнаженных женщин. Мол, это уводит в сторону от построения социализма и от трудовых масс. Как только это запретили, я перестал ходить в Академию. Гулял в соседнем парке Стромовка все дни, но потом все-таки зашел посмотреть, что там происходит. И увидел, что в мастерской сидит парочка моих старых друзей и ничего не делают. Пришел ассистент профессора и обращается ко мне: ‘Господин Тихий, а почему вы не работаете?’. А на постаменте для моделей стоял такой молодой парень и как-то странно держал одну руку. Я ответил: ‘Почему он так странно держит руку?’ — ‘Он держит молоток’. – ‘Но я никакого молотка не вижу’. – ‘Мы в спешке не нашли никакого молотка, пишите по памяти. Молоток ищут и скоро принесут’.

друг семьи Тихого, вспоминает: ‘Он был лучшим другом моего дяди, наши дома стояли рядом, и когда у них дом национализировали, то комнату для мастерской ему предоставила моя бабушка, с которой он подолгу беседовал на кухне. Я помню его, как члена нашей семьи, он приходил ежедневно, и они с бабушкой обсуждали все возможное на свете. А я был тогда еще маленьким и всего, конечно, не понимал’

По возвращению со службы с психикой Мирослава случилось что-то непоправимое – он загремел в тюрьму, после чего был переведен по просьбе матери в психиатрическую лечебницу в городе Опава. Через несколько лет, началась хрущевская оттепель, и он вернулся в родной Кийов, где живя у родителей, стал писать картины, упорно соблюдая модернистский стиль, импрессионизм и кубизм. Недолго выставлялся в Брно, а вскоре и вовсе забросил это дело. К началу 60-тых он перестал следить за внешним видом, отпустил бороду и стал носить лохмотья. Это был антипод идеала нового социалистического человека, за что его собственно вновь и упрятали в психушку на последующие восемь лет.

Выйдя на свет, Мирослав открыл для себя фотографию, но по-прежнему продолжал придерживаться принципов импрессионизма. Это было новое десятилетие, которое он навеки запечатлел на своих снимках. Тихий сознательно отказался от современных фотоаппаратов. Он отказался от достижений века, чтобы не подчиняться его требованиям вообще. Сперва он поселился у соседки в коморке; вручную изобрел фотоаппарат из металлических пластин, картона и линз от найденных им очков и стал фотографировать прохожих на улицах родного города — исключительно женщин. Он бродил окрестностями целыми днями, высматривая дам в парках и бассейнах, на что, конечно же, сразу обратила внимание местная милиция и не раз задерживала того. Однако в действиях бродяги не было ничего незаконного — к женщинам он не приставал никогда. Отчаявшись, милиция обвиняла его в нарушениях гигиены, но вскоре отпускала.

Мирослав Тихий: ‘Главное – это иметь плохой фотоаппарат. Если хочешь стать знаменитым – то делай свое дело плохо, хуже всех на свете. Красивое, пригожее, выпестованное – это уже никого не интересует’.

Снимки Тихий проявлял и печатал вручную, каждый из его отпечатков уникален оттого, что фотобумагу он зачастую отрывал руками, вовсе не переживая о кривых углах и зачастую выделял очертания карандашом. Пленку, фотобумагу и химикаты он покупал в местной аптеке, а также принципиально отказывался от оборудования, которое ему предлагали.

Спустя десятки лет, Мирослав Тихий стал знаменит. В 2004 году известный куратор и теоретик современного искусства Гарольд Зееман, устроил персональную выставку фотографий бездомного на Бьеннале в Севильи. В 2005 году последовала большая ретроспектива работ Тихого в Музее Кунстхауст (Цюрих). Его незаурядные, но значимые для мира фотографии разлетелись по всем крупнейшим выставочным залам мира – в Нью-Йорке, Берлине, Антверпене и Лондоне. После многочисленных выставок, спустя долгие годы его наконец-то признали и в родном городе. Но, Тихий так и не изменил себе и своему образу жизни – он не стал ездить на выставки, в первую очередь европейские, ибо считал, что ‘Европа вырождается и обречена на гибель.

Возможно, Тихий отказался от удобств, предоставленных современным миром, чтобы освободиться от необходимости соответствовать его требованиям, либо нарочно призрел эстетические идеалы чистоты и красоты. И не стань он так жестоко обращаться с собой, возможно женские образы, запечатленные им, не вышли бы столь мягкими, грациозными и чувственными. Ведь данные снимки – будто сон, окутанный легкой дымкой, в котором совершенная красота женского тела столь прекрасна и трепетна, что, кажется можно ее сломать одним лишь дыханием.

‘Для меня женщины — это просто лейтмотив, Я никогда не гонялся безудержно за юбками. Даже когда я вижу женщину, которая мне нравится — и возможно я мог бы попробовать заговорить с ней — я понимаю, что мне это на самом деле неинтересно. Вместо этого я беру карандаш и рисую ее. Эротизм это все равно просто сон. Мир — иллюзия, наша иллюзия’.

Мирослав Тихий скончался в своём родном чехословацком городке Кийов 12 апреля 2011 года в возрасте 84 лет.

«Мирослав Тихий. Художник с плохой камерой»: Он снимал только женщин

Элегантно обрамленные в аккуратные белоснежные паспарту грязные – в прямом, но не переносном значении слова – фотографии чеха Мирослава Тихого неприятны. Порванные, помятые, засвеченные, обгаженные, с неясным изображением одного и того же: женщин и девушек, их грудей, спин, ягодиц, спущенных чулок, тесных бюстгальтеров, ну и их милых лиц, редко смотрящих в объектив.

Фотограф за моделями явно подсматривал, но никакого болезненного соглядатайства в бросовых снимках не заметно. Удачные – в фокусе, с композицией – вполне приятные, нежные, трогательные, но и только. Не от мира сего художник восхищает, если он гений, а если нет – то и не интересно. Тихий не гений, и надо разобраться, почему, собственно, ты смотришь множество его неказистых карточек, радуясь, когда находишь ясную.

Мирослав Тихий был нищенствующим безумцем с незаконченной Академией искусств в анамнезе. Он не смог – или не захотел – справиться с испытаниями, выпавшими на долю его поколения: пришедший за советской оккупацией режим требовал от художников следования правилам, противоречащим естественному развитию искусства. С сопротивляющимися новые власти обходились жестко.

К тридцати пяти годам Тихий был сломлен, забросил живопись, жил в родном городке, где по приказу местных властей перед государственными праздниками претерпевал принудительную помывку или отправку в больницу. По снимкам диагноз не поставишь, но обывательский взгляд неизбежно опознает в его снимках безумие.

На долгие годы фотографирование стало единственной его деятельностью, а самодельные камеры – связью с миром, исключительно женским, другие его не интересовали. Он снимал женщин тайком, не надеясь, что какая-то станет ему – немытому, заросшему, в антисанитарном отцовском пальто – натурщицей.

По фотографиям хочется думать, что влекло Тихого к женщинам не вожделение, а неподавляемая любовь к живописи – так картинны бывают позы его героинь, так охотно он вырезал и раскрашивал рамки для фотографий, похожих на классические женские портреты. Со снимками он обходился так же жестоко, как и со своей живописью: рвал, мял, выбрасывал. Кто поймет почему – от ощущения их ненужности, от недовольства результатом, от экзистенциального отчаяния или помутнения рассудка.

Тихого явили миру в начале нулевых, с тех пор прошло несколько его выставок, в том числе в Центре Помпиду и на фотофестивалях в Севилье и Арле. Ольга Свиблова открыла им Фотобиеннале 2012. Открытие получилось неординарное, хотя соседние выставки представляют понятных знаменитостей от фотоискусства, снимающих высококлассно.

К вернисажу перевели и маленькую книжечку с лестными и восторженными высказываниями о Тихом известных людей, рок-музыкант Ник Кейв написал о подглядывающем фотографе красивые стихи. Но и прочитав ее внимательно, трудно сказать, почему стоит смотреть выставку неопрятных снимков. Возможно, из сострадания к художнику, крепко держащемуся за самодельную камеру – только она связывала его с искусством и жизнью.

Мультимедиа Арт Музей, Москва | Выставки | Мирослав Тихий

Мирослав Тихий родился в 1926 году в маленьком моравском селе и еще в детстве начал рисовать. В 1946 году он был зачислен на курс живописи в Пражскую Академию Искусств, где быстро стал одним из самых успешных рисовальщиков. Однако через 2 года в Чехословакии случился политический переворот, и в академии начались гонения на профессоров и студентов, не придерживавшихся коммунистических взглядов. Тихий перестал посещать занятия, был отчислен и отправлен на военную службу в Словакию. По возвращении с военной службы Тихий продолжил заниматься живописью и стал одним из «Пятерки из Брно» (вместе с В.Васичеком, Б.Маталем, Р.Фремундом и И.Вацульковой). Эти пять художников осмелились противостоять официальной доктрине социалистического реализма в пользу модернистских и экспрессионистских идеалов.

К середине 1950-х постоянное давление режима на культурную жизнь и слишком пристальное внимание чиновников от культуры (а также полиции) к работе Тихого привели к серьезному психическому расстройству, мании преследования и творческому бессилию. Много раз он выбрасывал и уничтожал картины, в 1960-х перестал заботиться о своей внешности, окончательно потерял интерес к рисунку и живописи и начал заниматься фотографией.

Фотоаппараты Тихий конструировал из фанеры, картона, дренажных труб, катушек из-под ниток, детских телескопов и линз от старых очков, скреплял детали с помощью клея и собранного на улице асфальта. С такой камерой он украдкой фотографировал женщин — быстро, незаметно и с достаточно большого расстояния. Исследование женской натуры стало главным и единственным мотивом его творчества.

Тихий собственноручно обрамлял фотографии. Из бумажных пакетов, газет, книжных страниц, рисунков и картона он делал подложки, подходящие по цвету к снимкам. Потом художник приклеивал фотографию или вырезал рамку. После того, как снимок получал паспарту, он разрисовывал его красками или цветными карандашами.

Широкой публике работы Тихого открыл в конце 1990-е его давний друг Роман Буксбаум. Первая персональная выставка была организована куратором Харольдом Зееманом на Биеннале в Севилье в 2004 году, за ней последовала ретроспектива в Кунстхаусе Цюриха и премия «Открытие года» на фестивале «Фотографические встречи в Арле» в 2005, большая персональная выставка в Чехии и признание во всем мире.

Мирослав Тихий: девиант-гений — Российское фото

Фотограф с тараканами в голове. В прямом смысле. Однажды мужчина был арестован полицией и обвинён в нарушении гигиены. Мирослав Тихий (Miroslav Tichy, Чехия) был настоящим фриком. Он ходил по улицам словно блаженный и снимал на самодельные камеры, сделанные из картона, старых очков, тюбиков из-под зубной пасты.

Он брал эти очень разные предметы, превращая их в симфонию, и создавал фотоаппарат. Ходил по улицам. Много. Снимал. Много. Не менее 100 фотографий за день. Ловил мгновения так, что они не успевали ничего сделать, Тихий словно забрасывал лассо и затягивал решающие моменты, собирая их аккуратно в карман, как это делают бедняки. А такие монеты дороже всего. Что же изображено на них? Прежде всего, полуобнаженные женщины. Мирослав Тихий снимал их незаметно, похоже, что его фетишем было подглядывание. Можно его осуждать, можно долго говорить о правах на privacy, но работы именного этого фотографа теперь стоят огромных денег, именно Мирослава ходят видеть люди в галереях. Нью-Йорк, Берлин, Антверпен, Лондон, Париж — фотограф никогда не выезжал за пределы Чехословакии, зато его работы облетели весь мир.

Мирослав Тихий родился в моравийской деревне Нэтчице, неподалёку от Брно, в 1926 году. Он обучался живописи в Пражской Академии Художеств. В 1948 году случился коммунистический переворот, начались гонения на студентов и преподавателей. Говорят, что студентам было запрещено рисовать с обнаженной натуры, вместо этого им были предложены рабочие в спецовках. Тихий бунтарь не мог этого терпеть — теперь понятно, откуда появилось желание фотографировать полуобнажённых женщин.

«Для меня женщины — это просто лейтмотив. Я никогда не гонялся безудержно за юбками. Даже когда я вижу женщину, которая мне нравится — и возможно я мог бы попробовать заговорить с ней — я понимаю, что мне это на самом деле неинтересно», — признаётся мастер.

Мирослав долгое время сидел в тюрьме (8 лет) из-за противостояния режиму. В 1972 году года картины Тихого были выброшены полицией на улицу, также власти отобрали мастерскую в доме бабушки Буксбаум. Тогда он начинает снимать комнату. Живёт там не один. «Мыши — это мои сестры. Убивать их в мышеловках я не могу и хочу быть похоронен рядом с ними», — рассказывает Мирослав.

Жить в каморке тесно, а особенно тесно жить при коммунистическом режиме, поэтому Тихий старался расширить своё пространство, фотографируя окружающий мир. Когда живёшь во время больших изменений, начинаешь держаться за каждый миг, мгновение, день — возможно, поэтому работы чешского фотографа напоминают импрессионизм— он снимал впечатления, снимал с пояса. Рассказываю,что он спал и ел рядом со своими фотографиями. Такой обсессивно-фотографический синдром.

Работы Мирослава нерезкие, недодержанные или передержанные. Ремесленник скажет, что это брак. Гений скажет, что это прекрасно.

Источник фотографий — http://artpages.org.ua

Мирослав Тихий: фотомусор — PHOTOPLAY — ЖЖ


© Miroslav Tichy
В Музее фотографии на Остоженке до 1 апреля будет открыта выставка удивительного чешского фотографа Мирослава Тихого. Вряд ли даже его можно назвать фотографом — он сам был подобием фотографической пленки, на которой жизнь оставляла свои следы. Его фотографии невозможно понять отдельно от его жизни, а его жизнь — без его фотографий. Одно служит перекрестным комментарием к другому.
Интересно посмотреть на мир глазами мухи или рыбы.
Чешский фотограф Мирослав Тихий предоставляет нам возможность взглянуть на мир глазами памяти.
Так наверно видятся события далекого прошлого: сквозь прищуренные ресницы.
Уходят детали, пропадает резкость, путаются лица, теряется смысл. Слабеет зрение и память.
Традиционные фотографии предоставляют нам совершенно другую картину — значительно искаженную неимоверным количеством выпуклых деталей и визуальных связей.
Традиционные фотографии прошлого пытаются мимикрировать под настоящее, в то время как такого прошлого в природе не существует.>>>


© Miroslav Tichy

Гиперреализм этих фотографий  безусловно интересен историкам и антикварам, но к реальной модели памяти он вряд ли имеет какое-либо отношение.
Память скорее сохраняет прошедшие дни в виде вот такого визуального мусора и тихо разрисовывает некоторые картинки аляповатыми виньетками в стиле Мирослава Тихого. >>>
Глядя на эти совершенно нефотографические фотографии,  начинаешь думать о сути фотографии.
Путем вычитания свойств — резкости, цвета, жизнеподобия, сюжета, смысла — мы получаем квинт-эссенцию фотографии — ее сухой остаток.
Сухой остаток — никому не нужная память, фотокарточки найденные на помойке.
Мирослав Тихий умер в апреле 2011 года в возрасте 84 лет, после него остались тысячи помятых кусочков фотопамяти.


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


© Miroslav Tichy


Мирослав Тихий


Камера Мирослава Тихого мне почему-то напоминает пистолетики из костей из культового фильма Дэвида Кроненберга «eXistenZ». Несколько витрин подобных камер, засыпанных прочим фотомусором можно увидеть на выставке в Музее Фотографии на Остоженке.

Мирослав Тихий

Параллельно с просмотром этих карточек рекомендую посмотреть интереснейший архив найденных анонимных фотографий


текст: д. орлов/photoplay.ru

Мирослав Тихий «Художник с плохой камерой»

Впервые в Москве будут показаны работы известного чешского фотографа Мирослава Тихого, судьба которого стала одной из главных легенд в истории искусства ХХ века. Около 150 фотографий на оригинальных бумажных подложках будут сопровождаться видеоматериалом о жизни и творчестве знаменитого «пророка распада и пионера хаоса»

Мирослав Тихий родился в 1926 году в маленьком моравском селе и еще в детстве начал рисовать. В 1946 году он был зачислен на курс живописи в Пражскую Академию Искусств, где быстро стал одним из самых успешных рисовальщиков. Однако через 2 года в Чехословакии случился политический переворот, и в академии начались гонения на профессоров и студентов, не придерживавшихся коммунистических взглядов. Тихий перестал посещать занятия, был отчислен и отправлен на военную службу в Словакию. По возвращении с военной службы Тихий продолжил заниматься живописью и стал одним из «Пятерки из Брно» (вместе с В.Васичеком, Б.Маталем, Р.Фремундом и И.Вацульковой). Эти пять художников осмелились противостоять официальной доктрине социалистического реализма в пользу модернистских и экспрессионистских идеалов.

К середине 1950-х постоянное давление режима на культурную жизнь и слишком пристальное внимание чиновников от культуры (а также полиции) к работе Тихого привели к серьезному психическому расстройству, мании преследования и творческому бессилию. Много раз он выбрасывал и уничтожал картины, в 1960-х перестал заботиться о своей внешности, окончательно потерял интерес к рисунку и живописи и начал заниматься фотографией.

Мирослав Тихий. 1990-е гг. Courtesy Foundation Tichý Ocean

Фотоаппараты Тихий конструировал из фанеры, картона, дренажных труб, катушек из-под ниток, детских телескопов и линз от старых очков, скреплял детали с помощью клея и собранного на улице асфальта. С такой камерой он украдкой фотографировал женщин – быстро, незаметно и с достаточно большого расстояния. Исследование женской натуры стало главным и единственным мотивом его творчества.

Мирослав Тихий. 1990-е гг. Courtesy Foundation Tichý Ocean

Тихий собственноручно обрамлял фотографии. Из бумажных пакетов, газет, книжных страниц, рисунков и картона он делал подложки, подходящие по цвету к снимкам. Потом художник приклеивал фотографию или вырезал рамку. После того, как снимок получал паспарту, он разрисовывал его красками или цветными карандашами.

Мирослав Тихий. Без названия. 1960-1980-е гг. Courtesy Foundation Tichý Ocean

Широкой публике работы Тихого открыл в конце 1990-е его давний друг Роман Буксбаум. Первая персональная выставка была организована куратором Харольдом Зееманом на Биеннале в Севилье в 2004 году, за ней последовала ретроспектива в Кунстхаусе Цюриха и премия «Открытие года» на фестивале «Фотографические встречи в Арле» в 2005, большая персональная выставка в Чехии и признание во всем мире.

23 февраля в 19:00 в лектории Мультимедиа Арт Музея состоится лекция куратора выставки Романа Буксбаума. Вход свободный, регистрация по адресу [email protected].

При поддержке MasterCard.

Мирослав Тихий. Без названия. 1960-1980-е гг. Courtesy Foundation Tichý Ocean

Одиночная плохая камера – Газета Коммерсантъ № 36 (4821) от 29.02.2012

Фестиваль фотография

В Мультимедиа Арт Музее (МАММ) показывают пролог к IX Фотобиеннале — выставку «Мирослав Тихий. Художник с плохой камерой», сделанную его учеником, другом и пропагандистом Романом Буксбаумом при поддержке MasterCard. Плохие камеры, плохие фотографии, странного художника и хорошую кураторскую работу увидела АННА ТОЛСТОВА.

Первую выставку Мирослава Тихого (1926-2011) успел устроить за год до собственной смерти Харальд Зееман, человек, считающийся изобретателем кураторства. Предисловие к альбомчику Тихого, изданному к нынешней выставке, написала Каролин Кристов-Бакарджиев, куратор будущей documenta. Там еще есть панегирик Ричарда Принса, художника-апроприатора, сделавшего на присвоении чужих фотографий не только имя, но и состояние, поскольку он сегодня самый дорогой фотограф мира. Если Принс хвалит Тихого, значит, дело верное. И еще есть ода (натурально стихотворение) Ника Кейва, тоже, оказывается, большого поклонника фотографического самородка из Киева. Все это полезно иметь в виду, когда смотришь выставку, потому что самое интересное на ней — именно что «плохие камеры».

Камеры, грязные и мерзкие, как сам Мирослав Тихий в последние свои пятьдесят лет, опустившийся, грязный, мерзкий, вонючий, не сказать фланер (это красивое слово не вяжется с его немытой и нечесаной наружностью), а попросту бродяга, шляющийся по улочкам моравского городка Киев в поисках добычи, занимают две витрины. Камеры самодельные: куча каких-то дощечек, железяк, консервных банок, жестянок из-под кофе или чая, обмотанных веревочками и скрепленных проволочками, как и знаменитое пальто Тихого, доставшееся ему от отца-портного и прослужившее всю жизнь; линзы, отполированные зубным порошком пополам с сигаретным пеплом. Все это красиво выложено в витринах на манер инсталляции: камеры, объективы, рисунки с голыми грудастыми бабами, пленка, очки, коробочки, футлярчики, тряпки, портянки. Прямо-таки одиннадцатый кабаковский персонаж: человек, который фотографировал и совсем спятил. Он и правда был безумен.

Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ

То, что с помощью этих самодельных камер снимал Мирослав Тихий, производит впечатление не столько художественное, сколько судебно-медицинское. Он снимал женщин. Вернее, части женщин: груди, животы, попы, спины, колени, ляжки, реже — головы, еще реже — лица. Расчленял, в смысле кадрировал. Царапал, колол и резал, в смысле ретушировал отпечатки. Он подстерегал их на улицах, в парке, чаще всего — у городского открытого бассейна, за сетчатой оградой которого они, будто звери в зоопарке. Нет, конечно, он работал с отснятым материалом, как художник: отбирал лучшие кадры (хотя все они, с точки зрения профессионала, чудовищны: размыты, засвечены или черны), доводил до совершенства снимки, царапая и поливая какой-нибудь гадостью, вставлял их в самодельные рисованные рамочки. Но избавиться от ощущения, что перед нами выбранные места из ежедневника маньяка, невозможно.

История фотографии всегда нуждалась в фигурах, что подтверждали бы личным примером некоторые положения теории фотографии. Фотограф, как коллекционер-вуайер, символически похищающий и присваивающий объект съемки,— о нем пишут и эссеисты, и романисты. Так что Мирослав Тихий со своим дневником эротического помешательства выглядит живой иллюстрацией к «Коллекционеру» Джона Фаулза или «Лесному царю» Мишеля Турнье. Только в его подвале полиция не нашла бы трупа, как у фаулзовского героя. Кураторы (во многом стараниями Романа Буксбаума) набрели на киевского городского сумасшедшего, когда ему было под восемьдесят, и извлекли из его подвала тайную биографию, хорошо смотрящуюся и в выставочном каталоге, и в кино.

Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ

Отчисление из пражской Академии художеств в 1948-м, полуподпольные выставки «Пятерки из Брно», закончившиеся для него в 1957-м психиатрической лечебницей, постепенное расставание с живописью, категорический отказ выставляться, демонстративно асоциальное поведение, регулярно приводившее его то в участок, то в дурдом… Кажется, в случае Мирослава Тихого персональный душевный кризис накладывался на политический, отчего его диссидентство приобретало всеобъемлющий характер: не просто сопротивление одному малосимпатичному режиму в одной отдельно взятой стране социалистического лагеря, а сопротивление всему так называемому прогрессу человечества. Он отрицал его своим пещерным видом и своим пещерным искусством, словно бы пустившим историю фотографии вспять, чтобы прийти к истокам, к началу XIX века, к фотоаппаратам, недалеко ушедшим от камеры-обскуры, и к отпечаткам, недалеко ушедшим от технического брака. Сегодняшний феноменальный интерес к Мирославу Тихому объясняется все же, видимо, не только тем, что это очередной занятный сюжет, очередная биография вместо фотографии, очередной концептуально-жизненный проект, очередной диссидент, романтик, бунтарь-одиночка, очередная «поэзия неудачи», очередная порция «бедного» и «подлинного» искусства в нашу гламурную и фальшивую эпоху. Мирослав Тихий, грязный художник, сросшийся со своими грязными камерами в одно грязное целое, просил передать, что вся наша цивилизация с ее мелочным потребительством, репрессивной гигиеной и систематическим промыванием мозгов омерзительна, что ничего хорошего, кроме женских поп, грудей и ляжек, он в ней не видит и что жить по нашим правилам не станет. Ну а мы, естественно, можем сколько угодно считать его психопатом.

Мирослав Клозе из «Баварии»: «Тихий» выходит | Спорт | Новости футбола Германии и основные международные спортивные новости | DW

Мирослав Клозе, один из последних выдающихся нападающих, всегда впечатлял своими движениями и таймингом. Даже на пенсии 41-летний мужчина доказал, что он знает, когда действовать, и знает, как важно оказаться в нужном месте в нужное время.

Клозе перешел в состав основной команды мюнхенской Баварии, оставив свое место в клубе в качестве главного тренера U17, чтобы присоединиться к главному тренеру Ханси Флик.Это просто последний из умных шагов в карьерном плане, который, похоже, предназначен для достижения вершины.

Присоединение к Flick имеет большой смысл. У пары крепкие отношения, построенные на совместной работе в 2014 году, когда Германия выиграла чемпионат мира в Бразилии. С тех пор пара признала доверие, лояльность и отличные социальные навыки, присущие друг другу.

Многие поспешат предположить, что его блестящая игровая карьера, которая включала 71 гол за сборную, 137 матчей за сборную и победу на чемпионате мира, является причиной его подъема в тренерском мире.И все же при более внимательном рассмотрении становится ясно, как усердно работал Клозе, чтобы заработать свои полосы.

Нет ярлыков

После ухода на пенсию в 2016 году Клозе был послом Баварии, а затем присоединился к тренерскому штабу Германии на чемпионате мира 2018 года в России в качестве тренера нападающих. В то время как турнир закончился катастрофическим ранним выходом для Германии, Клозе многое узнал о тактическом изяществе и сплоченности команды. Хотя он, возможно, не признает это публично, эта кампания, вероятно, дала много информации о текущем состоянии немецкой национальной сборной и тренерского штаба.

Победитель чемпионата мира 2014 года, Клозе привнес в эту роль большой опыт

После чемпионата мира Клозе стал главным тренером «Баварии» до 17 лет и в том первом сезоне выиграл молодежную лигу региона, прежде чем проиграть Кельну в национальных полуфиналах. . В этом сезоне его команда была на пять очков ниже лидера, когда из-за коронавируса футбол остановился.

Таков уровень профессионализма молодежной игры в Германии и, в свою очередь, уровень уважения, которого она требует, чтобы работа Клозе не осталась незамеченной.Выбор Клозе продвигаться вверх тоже не повлиял.

Бывший помощник тренера мюнхенской «Баварии» Петер Херманн недавно сказал «Спорт 1», что он считает решение Клозе, как бывшего игрока, пойти и изучить тренерскую профессию в молодежном футболе. А в январе этого года Клозе раскрыл истинную степень своего внутреннего желания «делать это правильно» в немецкой национальной ежедневной газете Die Welt:

«Если бы я хотел прогрессировать, то все, что я должен был бы сделать, и извините, если это звучит глупо, но щелкни пальцами.Это вообще не работает. То, что вы были профессионалом, не означает, что вы также являетесь тренером основной команды. Это как новая работа, с совершенно другой точки зрения. Я бы никогда не стал утверждать, что я был суперзвездой, которая могла все ».

При этом Клозе не лишен веры в свой план. Прошлым летом, возможно, впервые стало ясно, что Клозе не сбился с пути.

В Германии многие главные тренеры U19 перешли на должности главных тренеров из-за своих результатов.Когда «Бавария» предложила Клозе работу, Клозе заявил, что не готов. Может быть, он не был, а может, он просто ждал подходящего времени, чтобы сделать свой ход. Перенесемся в май 2020 года, и Клозе не только получил шанс поработать с основной командой, но и сделал это благодаря более непрерывной тренерской карьере на молодежном уровне.

В 2009 году Клозе играл с человеком, которого он теперь будет тренировать, а именно с Томасом Мюллером

Внимание к деталям

Жизнь Клозе играет роль в его способности тренировать.Клозе родился в Польше, переехал во Францию, затем вернулся в Польшу, а затем приехал в Германию в возрасте восьми с половиной лет. Его родители посоветовали ему научиться ремеслу, потому что футбол не был гарантией, и поэтому Клозе занялся плотницкими работами. Он играл в низших лигах, прежде чем дебютировать в Бундеслиге в возрасте 22 лет. Короче говоря, он много путешествовал, изучил профессию, основанную на точности и планах, а затем сделал карьеру в профессиональном футболе, что очень необычно в современную эпоху.

Неудивительно, что Клозе, как сообщается, дотошен, когда дело доходит до деталей, или что он хочет, чтобы молодежные игроки были более честны в отношении своих способностей, а молодежные тренеры признавали ценность своей работы, а не всегда стремятся -командная работа.

В июне он станет одним из 25 человек, прошедших высший тренерский квалификационный курс Германии: Fußball-Lehrer (национальный эквивалент лицензии UEFA Pro). В то время как курс может потребовать перерыва для выполнения требований квалификации, следующий год Клозе может стать годом, когда он совершит самый большой прыжок.

Он будет на одном из лучших тренерских курсов в мире, член сильного тренерского штаба, в который входит прославленный Дэнни Рель, и работать с игроками, которых он знает.

Его работа с Германией в 2018 году также помогает ему работать в Баварии

«Тихий»

Клозе за свою карьеру забивал голы и выступал в качестве отличного товарища по команде, но он также был известен тем, что был одним из более спокойных. персонажи в раздевалке.

Юрген Клопп долгое время считался лучшим тренером Германии. Для многих его страстный, забавный и харизматичный стиль коучинга рассматривается как образец современного тренера. В то время как его манеры привлекательны, и их трудно не увлечь, приход Клозе в мир тренеров является своевременным напоминанием о том, что не существует единственного способа стать успешным тренером.

Клозе явно тише, осторожнее. Первые шаги Клозе в тренерском мире предполагают, что если Клопп — «Нормальный», то Клозе может быть недалеко от того, чтобы стать «Тихим».

Комментарий к проповеди — Мирослав Вольф

Ниже приводится отрывок из проповеди Мирослава Вольфа на прошлой неделе.

Мой тезис состоит в том, что практика ненасилия требует веры в божественную месть. Моя диссертация будет непопулярна среди многих на Западе, но представьте, что я говорю с людьми, как я, чьи города и деревни сначала были разграблены, затем сожжены и сровнены с землей, чьи дочери и сестры были изнасилованы, чьи отцы и братьям перерезали глотки.Ваша точка зрения на них: мы не должны мстить? Почему нет? [Что когда-либо удержит их от возмездия?] Я говорю следующее: единственный способ запретить насилие с нашей стороны — это настаивать на том, что насилие законно только тогда, когда оно исходит от Бога. Насилие процветает сегодня, тайно питаемое верой в то, что Бог отказывается взять меч. Оно берет тишину пригорода за рождение тезиса о том, что человеческое ненасилие является результатом Бога, который отказывается судить. В выжженной земле, пропитанной кровью невинных, эта идея неизбежно умрет, как и другие приятные увлечения либерального ума.Если бы Бог не гневался на несправедливость и обман и не положил конец насилию, этот Бог не был бы достоин нашего поклонения. Мирослав Вольф пересказ книги «Исключение и объятие»

Комментарий

Я никогда не забуду, что сказал один из моих профессоров во время моего лекции по войне и дипломатии. Он сказал, что не может быть одновременно мира и справедливости, чтобы положить конец конфликту войны. Это просто потому, что мир требует прощения невыплаченных долгов, а справедливость требует, чтобы долги оплачивала другая сторона.Обычно в конфликте осуществляется человеческое правосудие, ведущее к дальнейшей смерти и разрушениям. Кто хочет мира, который приходит, когда вы прощаете кого-то за убийство семьи, родителей и друзей?

Вот почему очень трудно достичь мира после жестокого конфликта. Воспоминания остаются спустя десятилетия и ненависть, которая может таиться в умах людей даже после того, как может быть достигнут первоначальный мир. Однако, как только месть (справедливость) осуществлена, война продолжается, и мир теряется.

Это конфликт, в котором мы живем сегодня.Даже вне войн трудно кому-то простить другого и принести мир, оставив справедливость на пороге. К счастью, у нас есть Бог, который принесет абсолютную справедливость и окончательный мир. Только с Богом мы можем по-настоящему прощать и любить наших врагов.

Послание к Римлянам 5: 7-8 гласит:

Очень редко кто-нибудь умирает за праведника, хотя за хорошего человека кто-то может рискнуть умереть. Но Бог демонстрирует Свою любовь к нам в этом: когда мы были еще грешниками, Христос умер за нас.

Если у нас есть Бог, который приносит мир через любовь, у нас есть прекрасный пример того, как мы заявляем о своем праве на месть и оставляем его Богу. У нас есть мир, зная, что Бог будет требовать от каждого и каждого ответственного и что Он будет судить праведно и справедливо. Как Павел продолжает в Послании к Римлянам 12: 19,21, заявляя:

Не мстите, мои дорогие друзья, но оставьте место для гнева Божьего, ибо написано: «Мне мстить; Я отплачу », — говорит Господь. Не будь побежден злом, но побеждай зло добром.

Мы можем простить, потому что Он сначала простил нас. Все мы по своей природе заслуживаем гнева (Еф. 2: 3), и если бы Бог мог спуститься, чтобы простить нас, тогда мы могли бы прощать других. Будьте светом и миротворцем для окружающих. У нас есть уверенность в том, что мы знаем, что Бог будет судить всех в последний день.

Последняя мысль Мирослава Вольфа. Не пытайтесь поставить себя на место кого-то, кто испытал крайние трудности. Легко вести мирную жизнь без лишних трудностей и считать, что прощать легко.Это может быть для вас, но может быть чрезвычайно трудным для других. Я оставляю вас всех с этим видео Корри тен Боом о прощении.


Корри тен Бум о прощении врагов

Био — Мирослав Петрович

Я приехал в Австралию в качестве беженца в возрасте 4 лет. По неизвестной причине у меня возникли проблемы с речью, что означало, что я не мог ». Я говорю без заикания. В кругу близких друзей я был в порядке, но, разговаривая с кем-либо еще, слова просто не выходили.Я знал, что это такое. Я знал, как их произносить, но мое тело не позволяло мне говорить. Он просто заикался, и мне было бы стыдно, потому что люди думали, что я инвалид. Это было неприятно, и я прожил так большую часть своей жизни. Это было неловко, и я прекрасно осознавал свою неловкость, но в течение тех первых 20 лет моей жизни я действительно ничего не мог с этим поделать. Надо мной издевались. Я плакал. Я научился сдерживать слезы, сделав смелое лицо и не плакать. Я продолжал жить, но никогда не чувствовал себя счастливым.

Люди часто спрашивали моих друзей или окружающих: «Он когда-нибудь разговаривает?» они просто предположили, что это не так. И было больно — было больно не постоять за себя. Сказать то, что я хочу. Быть услышанным.

Несмотря на мое величайшее желание быть «нормальным» и просто говорить, мне казалось, что я был приговорен к жизни в тюрьме в моем собственном теле. Я был отстранен даже от самых близких мне людей. (Чувак, это отстой).

Когда это изменилось?
Медитация. Медитация была моей линией жизни.Было ощущение, что наконец-то вдохнул воздух, когда вы были под водой, испытывая кислородный голод, дольше, чем вы могли себе представить, задерживая дыхание. Медитация позволила мне снова почувствовать, соединиться с самим собой. За годы этого путешествия внутрь себя я полюбил ощущение внутреннего, но я все еще жаждал иметь это чувство «связи» с открытыми глазами. С другими людьми. Глубокая часть меня тосковала по этому. Я начал задавать вопрос: « Как я могу испытать это с другими?

Будьте осторожны в своих просьбах.
Я никогда не мог себе представить, что это так. Но чем больше я сидел с этим вопросом, тем больше людей просили меня учить их, учиться у меня. Они видели, что то, что я делаю, работает. И довольно скоро я перешла от семинаров к публичным выступлениям. И всякий раз, когда я поднимался на сцену, мой разум затихал. Как будто смотрел, как слова проходят сквозь меня.

В первый раз, когда я вышел на сцену, я застенчивый и несколько часов нервничал, прежде чем попытаться написать и создать какое-то ощущение того, о чем я говорю (Ха-ха, это не сработало, не беспокойтесь об этом методе ).Когда я, наконец, вышел на сцену, все еще не зная, что произойдет, мой разум замолчал, , и пока я говорил, это было похоже на наблюдение за движением слов через меня. Как серфер, находящий под своей доской океан. У меня практически не было тренировок, но на сцене только чувствовал себя естественным . Как я делал это раньше, на протяжении многих жизней.

Речь и преподавание стали для меня «активной медитацией». Я был так же поглощен тем, что говорю, как и аудитория.Я обнаружил, что вопрос, который я задавал, стал проявляться для меня через жизненный опыт. Это был воплощение, живой ответ.

”Ого, Мирослав, это было потрясающе — как будто все мысли тихие, когда ты говоришь! В комнате можно было услышать пиндроп ».

Так вот, я знал, что Я имел этот опыт, поэтому я был так опьянен им. НО, это было потрясающе, когда я снова и снова начал получать размышления от разных членов аудитории, что это тоже их опыт .Я довольно рано осознал, что у меня есть дар, и что развивать его и погружаться в разговоры, обучение и фасилитацию — это все, что я хотел делать! Чем больше я мог полагаться на свою прозрачность, свою подлинность, тем больше это влияло на мою аудиторию.

… и как забавно думать, что я пришел из-за того, что вообще не мог говорить.

Чем больше я говорил, тем больше открывалось мое осознание, и я все острее осознавал все более тонкие различия в сфере публичных выступлений и фасилитации.Это стало для меня путем мастерства. Опьяняющий источник, из которого я продолжаю пить, он меняет меня и моих слушателей, когда мы позволяем себе туда идти.

Эта практика открыла мне гораздо больше, чем я мог вообразить.

В результате моей работы с людьми и сценами в течение последних 12 лет были разработаны две ключевые работы, о которых я сейчас пишу книгу:

• Первая, о которой я также дал Tedx, — это Meta-Fear . Искусство использовать страх как инструмент личной и духовной эволюции.Способность различать тонкие слои и различия в страхе, чтобы, нюхая его, мы могли пройти через него.

• Второй, который является делом моей жизни, — это Воплощенная речь, обучение и содействие — искусство использовать то, чем мы в полной мере являемся, все наше воплощение, для презентации и обучения. Это включает в себя выход за рамки дидактических моделей обучения и вместо этого выворачивание себя наизнанку, чтобы пробудить в нашей аудитории то, на что они действительно способны. Это полная приверженность пути обучения, разговора и фасилитации, не для ношения шляпы или использования ее в качестве занятия, а в качестве любовного романа с жизнью.Путь самообладания.

Я скромен и благодарен за все, что мне было дано в жизни. И я надеюсь, что я тоже смогу осуществить и научить тому, что было даровано мне, умереть, зная, что я отдал все, что мог, и что я был там, чтобы научить тех, кто желал большей легкости и силы в их выражении, будь то это будет победа над их страхом публичных выступлений, выражение любви к самым близким людям или регулярные выступления. Обучал тех, чьим желанием было говорить, учить и помогать в любых способностях.И просто «явился» к жизни.

ВИДЕНИЕ

• Мир, в котором мы можем Just Speak без всех головоломок, связанных с обусловливанием. Где выразить наши сердца, это , нормальная вещь, которую нужно сделать . Мир, в котором мы стоим друг за друга, чтобы выразить свое выражение. Я вижу мир, в котором присутствие сильнее притворства. Мир, в котором мы жаждем этого, желаем этого и празднуем это внутри себя и друг друга. Пришло время обозначить этот мир .

«работа» — Мирослав Срнка

дома резюме работает События аудио Нажмите контакт

Мирослав Срнка
работы

ход 04 ‘Память заполнена’ для оркестра (2020) комиссия Бамбергской симфонии для конкурса дирижеров Густава Малера
Млечный Путь для трубы (2019) комиссия Эльбской филармонии, Кельнской филармонии, Концертхауса Дортмунда и ECHO
Скорость истины для кларнета, хора и оркестра (2019) комиссия Musica viva / Symphonieorchester des Bayerischen Rundfunks
Перегрев для ансамбля (2018) комиссия Филармонической ассоциации Лос-Анджелеса, Густаво Дудамель, музыкальный и художественный руководитель
Срабатывание для клавесина (2018) комиссия Contempuls
Смайлы, лайки и рингтоны для фортепианного трио (2018) комиссия ARD Music Competition 2018 / Ernst von Siemens Music Foundation
Семья будущего для струнного квартета (2017) комиссия Парижской филармонии, ProQuartet, Bozar de Bruxelles и Streichquartettfest Heidelberg
ход 03 для большого оркестра (2016) комиссия фестиваля Printemps des Arts de Monte-Carlo
Южный полюс двойная опера в двух частях (2015) комиссия Bayerische Staatsoper München
ход 01 / ход 02 для большого оркестра (2015) комиссия Symphonieorchester des Bayerischen Rundfunks
Origami для аккордеона (2015) комиссия WDR для Теодоро Анзеллотти
docudrama01 — Орф и Эври для духового трио (2014) комиссия Ultraschall Berlin для ансамбля recherche
Нет ночи, нет земли, нет неба для камерного оркестра (2014) комиссия Филармонии Кельна для Немецкой Каммерфилармонии и PKF — Пражская филармония
дорожка 01 для скрипки и фортепиано (2014) комиссия к 30-летнему юбилею Printemps des Arts de Monte-Carlo и SO.GE.DA.
дорожка 02 для фортепиано (2014) комиссия Дэвида Калхауса
Моя жизнь без меня для сопрано и ансамбля (2008/2013) по заказу Ensemble Intercontemporain
Концерт для фортепиано (2012) по заказу RSO ORF Vienna
Восемнадцать агентов для 19 струн (2012) по заказу Мюнхенского камерного оркестра
Глаза слушателя инсталляция Катерины Винкоуровой со звуком Мирослава Срнки (2012) по заказу компании Prague Modern
Здесь с тобой для скрипки и виолончели (2011, ред.2016)
Якуб Флюгельбунт … Und Magdalena Rotenband oder: Wie tief ein Vogel singen kann (комиксы для трех певцов и оркестра, 2011) по заказу Semperoper Dresden
Не шумят камерная опера (2011) по заказу Bayerische Staatsoper и при поддержке Aldeburgh Music через Jerwood Opera Writing Fellowship
Энграммы для струнного квартета (2011) комиссия MMSG для Printemps des Arts de Monte-Carlo
Сборка для ансамбля (2011) комиссия Ансамбля Модерн к 30-летию
Вариация для виолончели (2010) для Ансси Карттунен в подарок на день рождения
Процедуры побега для кларнета, скрипки, альта, виолончели и арфы (2010) комиссия Музыкального фонда Терезина
Небесное дерево для скрипки, альта и виолончели (2010) по заказу WDR
Корона для валторны (2010) по заказу Ансамбля Модерн
Fan Faire для духовых инструментов и ударных (2009) по заказу Ernst von Siemens Musikstiftung или для 8-10 валторн (2011)
Pouhou vlnou / Qu’une vague для фортепианного квинтета (2008) по заказу Баварской государственной оперы в Мюнхене
Dreizehn Lieder для среднего голоса и фортепиано на тексты из открыток Юрека Беккера его сыну Джонатану (2007)
Резервуары для ансамбля (2007) по заказу Остравского центра новой музыки
Вымышленный гул для гобоя, кларнета, фортепиано и струнного квартета (2007) по заказу Филармонии Эссена для Пражской филармонии
Уроки чтения для оркестра (2007) по заказу филармонического оркестра Гейдельберга
Кратер Брамс для виолончели соло и струнного оркестра (2007) по заказу филармонического оркестра Гейдельберга
Prostý prostor / Простое пространство для виолончели соло и одного гармонического инструмента (2006) для Ансси Карттунена и Магнуса Линдберга
Выбор Марии для флейты, кларнета, двух саксофонов и ударных (2006) по заказу Festival Musiques Demesurées для Ensemble Hic et Nunc
Když mne stará matka, Struna naladěna инструментовка песен Дворжака для сопрано, фортепиано и оркестра (2006) для Кариты Маттила, Эмануэля Акс, Сусанны Мэлкки и Аванти! Камерный оркестр
ta větší одна вариация финальной сцены из «Енуфы» для фортепиано (2006)
Стенка короткая камерная опера (2005) по заказу Deutsche Staatsoper Unter den Linden
Магнетудо 9.0 для флейты, кларнета, скрипки, виолончели и ударных (2005) по заказу Jeunesse Moderne
Wills wohl einmal hinübersehn? для ансамбля (2005) сдан в эксплуатацию для Leipzig Sinfonietta
Moldau Remixed для гобоя, альта и арфы (2005) заказан для ансамбля Itinéraire
Les Adieux для ансамбля (2004/2007) Маттиасу Пинчеру и Сусанне Мэлкки
этот длинный город Уайт пересечь для скрипки соло (2004) по заказу Concentus Moraviae для Hana Kotková
Пчелы Эмили для сопрано, кларнета и фортепиано (2004) по заказу Concentus Moraviae
Smyčcový kvartet / Струнный квартет (2004) по заказу Экспозиции новой музыки для Arditti Quartet
Так клид./ Тихо сейчас. для оркестра (2003-2005)
Rodíme! / Рожаем! звуковое искусство (2003) по заказу Чешского радио
Сюрпризы в темноте для флейты, кларнета, скрипки, альта, виолончели и фортепиано (2002) по заказу Минэнерго
Прима Безумный для альт-саксофона или флейты (2002)
Psát tvoje oči / Чтобы написать своими глазами для сопрано и камерного оркестра на тексты Петра Борковца (2002)
Сонет 64 (…высокие башни я вижу снесены) для высокого сопрано и большого барабана на текст Уильяма Шекспира (2001)
Разрушение для басовой флейты соло, сопрано-саксофона соло и двух альтовых флейт, двух флейт до мажор и флейты пикколо (2001) Камилле Хойтенге
Ранни Хаджау / Утреннее Хаджаху для девяти ударных инструментов (1999)
Подврины / Фальсификации для мужского вокального ансамбля (1998) кому: Schola Gregoriana Pragensis

, последнее обновление: 06/2016

Выставка | Мирослав Тихи | Галерея Роберта Коха

Галерея Роберта Коха рада представить выставку фотографий чешского фотографа-затворника Мирослава Тихи .Используя камеры, которые он сделал из картонных трубок, резиновых лент и деревянных катушек, с линзами из оргстекла, которые он отполировал наждачной бумагой, золой и зубной пастой, Тихи, чьи работы только недавно привлекли внимание общественности, провел десятилетия, фотографируя женщин в своем родном городе Кийов. . Фотографии, часто сделанные тайком, выглядят вуайеристически и исчерпывающе описывают женскую форму. Перипатетические блуждания Тихи с его камерой создавали образы, которые превращали фрагменты повседневной жизни во что-то более таинственное и поэтическое.

С середины 1960-х до середины 1980-х Мирослав Тихи фотографировал женщин Кийова, которые часто не подозревали, что их задокументировали. Он фотографировал с уровня пояса, пряча камеру под лохматым свитером, или издалека, через сетчатые заборы и через улицы, используя телеобъектив, который он разработал из найденного материала. Результатом является сказочная коллекция фигур, часто размытых и обрезанных, каждая из которых представляет собой совершенно уникальный объект. Изображения напоминают ранние черно-белые картины Герхарда Рихтера и напоминают фотографии, тайно сделанные Уокером Эвансом в метро Нью-Йорка в 1930-х годах.

Хотя его интуитивный и дилетантский процесс и низкое качество гравюр могут указывать на наивность в отношении художественной техники, Мирослав Тихи изучал живопись в Академии художеств в Праге после Второй мировой войны. Он бросил учебу в 1948 году, после того, как коммунистический захват Чехословакии привел к изменению учебной программы в Академии, которая требовала социального реализма над индивидуальным художественным выражением. Тихи ненадолго выставлялся с Брненской пятеркой, группой художников-диссидентов-антиреалистов, но перед выставкой в ​​1957 году потерпел психическое расстройство и удалился в свой родной город Кийов, где приобрел репутацию безобидного, но необычного члена общества.Хотя он продолжал рисовать, фотография стала его основным способом выражения; его фотографии можно сопоставить с тихой подрывной деятельностью, которая характеризовала диссидентское движение в Праге после весны 1968 года, когда протестующие отреагировали на советское вторжение ненасильственным подходом. Образы Тихи тихо восставали против санкционированного правительством соцреализма и отражали разногласия среди других чешских художников и писателей.

В 1981 году работы Тихи были обнаружены его давним соседом, психиатром Романом Буксбаумом, который начал попытки задокументировать художника и сохранить ухудшающиеся фотографии.С тех пор фотографии и камеры были показаны на персональных выставках в Центре Помпиду в Париже, Кунстхаусе Цюриха и Международном центре фотографии в Нью-Йорке, выставка получила положительную оценку в New York Times . Фотографии также находятся в постоянных коллекциях Музея современного искусства Сан-Франциско и Музея изящных искусств в Хьюстоне. В галерее будет показан документальный фильм «Буксбаум» 2004 года « Мирослав Тихи: Тарзан на пенсии, ».

Министр приветствует возвращение страницы Мирославского Евангелия как большой успех Сербии — Общество и культура

БЕЛГРАД, 15 июня. / ТАСС /. Соглашение об обмене картин известного художника Николая Рериха, хранящихся в Сербии, на 166-ю страницу Мирославского Евангелия, национального достояния Сербии, которое долгое время хранилось в России, является большим успехом сербской культурной политики, заявил министр культуры Сербии и Об этом в понедельник ТАСС сообщил СМИ Владан Вукосавлевич.

«Ключевым успехом нашего министерства за последние четыре года, несомненно, является завершение реставрации двух крупных национальных музеев — Национального музея и Музея современного искусства — и активно применяемый принцип децентрализации культурной политики. Наша международная деятельность также заслуживала внимание — возрождение культурных центров Сербии по всему миру, открытие культурного центра в Пекине и планы по запуску культурных центров в Москве, Берлине и других мировых столицах », — сказал министр.«Подписанное министрами культуры России и Сербии соглашение о возврате пропавшей страницы старинной сербской рукописной книги Мирославовское Евангелие также имеет символическое значение в сфере международного сотрудничества. В настоящее время проект реализуется».

Технические вопросы остаются

Вукосавлевич сообщил, что нижняя палата российского парламента должна дать зеленый свет соглашению, которое ожидается в ближайшее время, а затем состоится технический обмен.

«Сербия одобрила это соглашение в парламенте, на очереди обмен ратификационными грамотами.В российском парламенте соглашение еще не принято, но оно уже внесено в повестку дня пленарного заседания. Мы ожидаем, что это соглашение получит зеленый свет быстро, через пару недель, а позже во время предстоящего визита на высоком уровне будут изложены условия для технического обмена. Теперь дело за дипломатами двух стран, которые оценят, когда этот обмен будет иметь наибольшее символическое и политическое значение, это технические детали. Между тем, мы завершили работу, заложившую основу для такого обмена, остальное дело дипломатов », — отметил министр.

Комментируя попытки западных СМИ неверно истолковать обмен культурными сокровищами, министр назвал его «большим событием для культуры двух стран». «Во многих странах, в том числе в Сербии, оно бывает, когда происходит что-то умное, важное или хорошее, 3, 5 или 7% людей, часть общества, начинают злобно нападать на такую ​​инициативу, пытаясь испортить и отвергнуть ее. Это определенно большое и важное соглашение для двух стран в сфере культуры, важное для России и очень важное для Сербии.Определенно по этой причине ни у одного критика не хватило смелости выступить на дебаты или телевизионную дуэль, поскольку их аргументы совершенно бессмысленны », — подчеркнул он.

Министр культуры также высоко оценил свое исключительно хорошее сотрудничество с бывшим министром культуры России Владимиром Мединским, результатом которого стало подписание соглашения.

Соглашение об обмене сокровищ было достигнуто Белградом и Москвой во время визита президента России Владимира Путина в сербскую столицу 17 января.Само соглашение о передаче страницы средневековой кириллической рукописи Белграду было подписано во время визита в Белград тогдашнего премьер-министра России Дмитрия Медведева в Белград в октябре. В документе также говорится, что Сербия передаст России семь ранних картин Рериха.

Вопрос о возвращении страницы древней кириллической рукописи в Белград обсуждался десятилетиями. Что касается картин Рериха, то они просто исчезли в 1941 году, пока в марте 2017 года корреспондент ТАСС не обнаружил шедевры в Национальном музее Сербии.

Мирославовское Евангелие

Мирославское Евангелие было написано примерно в 1180 году. Это старейшая рукопись Сербии, написанная кириллицей, которая хранится в Национальном музее Сербии в Белграде. В 2005 году Мирославовское Евангелие было внесено в список ЮНЕСКО «Память мира». В последнее время возникла новая традиция, когда сербские президенты приносили клятву на евангельском экземпляре и приносили присягу при вступлении в должность.

Написанная диаконом Григорием, рукопись была заказана князем Мирославом Завидовичем, братом Стефана Немани, основателя династии Неманичей.Позже Евангелие было названо в честь князя Мирослава. Примерно в 1845 году архимандрит Порфирий (Успенский) обнаружил рукопись в монастыре Хиландар на горе Афон. Он вынул из нее одну страницу и привез ее в Россию.

Картины Рериха

Судьба рассматриваемых картин Николая Рериха, обнаруженных в коллекции Национального музея Сербии, оставалась неизвестной с момента нападения нацистской Германии на Югославию в апреле 1941 года. Семь картин в списке: Деревня Берендей (1921), Святые гости ( 1923), Толлинг церковных колоколов (1919), Бургустан на Кавказе (1913), Св.Сергия Радонежского (1922) и два эскиза костюмов к опере Николая Римского-Корсакова «Снегурочка» (1921). Одна из картин в списке якобы была подарена Рерихом Белградскому музею. Остальные были привезены туда на персональную выставку. Вторая мировая война помешала возвращению экспонатов в Россию.

Отчет Concordia по четвергам ____________ 24 сентября 1998 г.

В ПАМЯТЬ

Мирослав Малик, 1931 — 1998

27 августа мой дорогой друг и коллега, которому более 27 лет, Мирослав Малик был похоронен на тихом кладбище в Саттоне, Квебек.Я разделяю его потерю со многими в этом университете и во всем мире.

Мирослав родился в Чехословакии, окончил FAMU в Праге по специальности «кинематограф» и приехал в Лойолу в 1967 году после своей работы над чрезвычайно успешными мультимедийными презентациями в чешском павильоне Expo 67.

При жизни он участвовал в 34 международных выставках. Его опыт был признан и востребован в Канаде, Северной Америке и, действительно, во всем мире. Он выступал с докладами и участвовал в конференциях и исследовательских проектах практически на всех континентах.

Доктор Малик был одним из основателей первого и лучшего канадского отдела коммуникационных исследований. Он создал и спроектировал курсы для Учебного центра кафедры. Благодаря крупному гранту он основал Исследовательскую лабораторию Майера Поллока, одну из первых исследовательских лабораторий в области биометрии, которая работала с 1974 года до его выхода на пенсию в 1988 году. Он был всемирно известен своим определением информации и открытиями в этой области. биокибернетики.

На пенсии около 10 лет, Мирослав поддерживал связь со многими из нас в университете — Владом Земаном, Деннисом Мерфи, Доном Таддео, Гейл Валаскакис, Тилли Яновиц и многими другими.Мирослав был чрезвычайно умным и чутким человеком, чья щедрость, готовность и рвение направлять, наставлять и помогать людям продолжались до самых последних дней. Он сыграл важную роль в моей карьере, и я всегда буду носить его память с собой.

От имени университета, ваших коллег и студентов факультетов коммуникационных искусств и коммуникационных исследований, мы будем скучать по тебе, Мирослав. Покойся спокойно.

Хэл Туэйтс,
Гифу, Япония,

Copyright 1998 Отчет Конкордии по четвергам.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *