Петросян александр: «Как я фотографирую вопреки, так же и Петербург существует». Александр Петросян — об ускользающей красоте города, уличных снимках и проблемах со зрением

Содержание

«Как я фотографирую вопреки, так же и Петербург существует». Александр Петросян — об ускользающей красоте города, уличных снимках и проблемах со зрением

— В одном из интервью вы говорили, что пытаетесь «запечатлеть ускользающую красоту» Петербурга. Как, на ваш взгляд, меняется город?

— Каждый, кто живет в Петербурге, может заметить изменения, которые произошли в нулевые. Даже если сравнить фотографии 1970-х, 1980-х и 1990-х годов с нынешними, вы увидите, что очень многое изменилось в плане визуальных элементов: стало больше проводов, вывесок, рекламы, знаков и так далее. Что-то отреставрировалось и выглядит уже не так аутентично, что-то исчезло.

Понятно, что город живой — и всё меняется. Но для фотографа Петербург был более приятен для съемки в те годы, потому что было меньше визуального мусора. С другой стороны, тогда было и меньше технических возможностей.

— Вы родились во Львове и переехали в Петербург школьником. Помните первые впечатления?

— Это было ошеломительно, я будто попал в другой мир. Все эти горизонтальные просторы, архитектурные пиршества. Хотя во Львове тоже архитектура весьма старинная и интересная, там скорее стиль средневековой Европы, а здесь — более поздняя эпоха.

Конечно, в детстве я о подобном не думал. Тогда просто некоторые вещи казались мне удивительными и вызывали массу фантазий: например, знаменитая колесница на арке Генштаба казалась отголоском каких-то древних времен. Первым делом, когда я стал снимать, то забрался [на крышу], чтобы посмотреть на колесницу вблизи. Потом я исследовал все городские достопримечательности и снизу, и сверху, и отовсюду.

— Можете описать, как вы видите Петербург?

— Я вижу некоторую созвучность города со своей ситуацией. Как я фотографирую вопреки тому, что условия очень не способствуют, так же существует и город. Вопреки здравому смыслу Петербург возник на топком и гибельном месте, вопреки всем историческим катаклизмам выстоял, живет и развивается.

Петербург — это город вопреки всему. Даже хорошие кадры здесь получаются не потому, что ты всё хорошо задумал и сделал правильно, а вопреки: когда что-то пошло наперекосяк и вмешался тот самый уникальный случай, который нельзя заранее предусмотреть.

Фото: Александр Петросян

— Вам не кажется, что с теми переменами в Петербурге за последние десятилетия он перестает быть городом-«вопреки»?

— Аутентичности становится меньше, и это не старческое брюзжание типа «Вот я помню тот самый Питер». Действительно очень много меняется и теряется, приходится сильно изощряться, чтобы отснять какие-то всамделишные места, а не декорации.

Но мне вспоминается мнение, которое я где-то прочитал, что Петербург сродни тем редким людям, которые в гробу хорошеют (вероятно, речь о цитате поэта Владислава Ходасевича: «Есть люди, которые в гробу хорошеют: так, кажется, было с Пушкиным. Несомненно, так было с Петербургом» — прим. «Бумаги»).

В моменты катаклизмов, на мой взгляд, Петербург за счет своего драматичного вида смотрелся очень впечатляюще. Возможно, это какой-то феномен из серии «чем драматичнее жизнь, тем ярче фотографии», но в любом случае пластмассовый новодел, который у нас часто возникает после реставрации, мне менее интересен, чем исконные вещи, покрытые патиной времени.

Наверное, нужно найти какую-то золотую середину. Если мы хотим что-то восстанавливать, это должно быть максимально аутентично и не нарушать подлинности.

— У вас есть любимые места в городе?

— Я в основном снимаю в центре. На окраинах, если и бываю, то только по надобности. Мне там неинтересно: новые районы во всех городах похожи. Там не видно, что это Петербург.

Моя основная локация — это маленький сектор, который называют золотым треугольником. Все эти годы я там и фотографирую.

Фото: Александр Петросян

— При этом вы продолжаете узнавать город?

— Конечно, даже в этой малой локации бывают удивительные открытия. Вы можете сами за собой проследить. Я, например, недавно шел по своей улице, где живу уже 40 лет, и жена сказал «Посмотри». Я поднял голову и увидел каких-то кариатид, которых никогда не замечал, потому что в этом месте шел не поднимая головы.

То же самое случается и с другими локальными вещами. Бывает, зайдешь в какую-то парадную — и сделаешь для себя открытие.

Получается уникальная ситуация. Есть сотни людей, которые пытаются рисовать или фотографировать город, — казалось бы, все ракурсы уже сняты и пересняты. Но чудом за счет каких-то незначительных изменений всегда находится что-то свежее, что еще способно удивлять.

— Что вас больше всего вдохновляет в городе?

— Это что-то, что уже трудно повторить. Но, во-первых, ты сам бываешь в разном состоянии и по-разному видишь. Во-вторых, появляются возможности для других ракурсов, которые ты никогда не пробовал. И в-третьих — самое главное, — всё время меняется состояние природы и световые кондиции.

Это всё как калейдоскоп. Вроде стеклышки те же, но при одном повороте уже немножко по-другому, и это создает свой эффект. Это вечно живой организм, который можно постигать бесконечно и не постигнуть.

Фото: Александр Петросян

— Демьян Кудрявцев написал, что если бы вы жили в США или Европе, то были бы «запредельно обеспечены и знамениты». Вы не думали о переезде?

— Думал. В 2015-м я даже выиграл грин-карту и пару раз съездил в Нью-Йорк. И всё равно решил остаться здесь. Хоть мне там и очень нравилось, как я уже говорил, здесь я себя чувствую максимально аутентично. Это может показаться глупым, но я с Петербургом на одной частоте.

— Вы себя представляете кем-то, кроме как фотографом?

— Я из семьи музыкантов, и я с удовольствием бы занимался музыкой, если бы в детстве не бросил. При этом считаю, что в идеале фотография должна считываться не за счет смысловой и повествовательной нагрузки, а непосредственно проникать в душу, сознание, кровь — как музыка. Музыка, которая есть в хороших фотографиях, — это то, к чему я стремлюсь в своем творчестве.

— Вы думали, что когда-то придется уйти из фотографии?

— Всё когда-нибудь заканчивается, к этому всегда нужно быть готовым. Но вообще, фотография — это же просто вид общения. Самый главный формат общения — это любовь, а фотография просто ее разновидность. Так что стремление к абсолюту не ограничивается фотографией.

Я считаю, что если что-то уходит, то что-то приходит взамен. Я спокойно отношусь к ситуации, когда не будет возможности фотографировать. Одна дверь закрывается, другая открывается: будет что-то еще.

Моя фотография — это рассказ. Плюс я часто писал рассказы к фотографиям, мне это нравилось. Возможно, продолжу. Если тебе есть что рассказать, не важно, как ты это делаешь: фотоаппаратом, устно или письменно.

— Я правильно понимаю, что у вас есть вероятность полной потери зрения?

— Мне не хотелось бы об этом говорить. Мне нравится думать, что всё будет хорошо. В моей жизни всегда складывалось так, что даже в самый критический момент, когда кажется, что уже всё, приходит чудо, спасение, помощь. А раз так всё время бывает, то это действительно есть. Стало быть, глупо думать о плохом. В любом случае всё будет замечательно. Это не голый ничем не обоснованный оптимизм. Так у меня сложилось из личного опыта.

Мне не очень приятно, когда на разных сайтах и даже некоторых телеканалах пишут и говорят: «Александр Петросян слепнет», «Александр Петросян ослеп» и так далее. Читаю новости и вспоминаю, как Марк Твен сказал: «слухи о моей смерти несколько преувеличены». Пока всё хоть как-то различимо, можно жить и радоваться.

Александр Петросян: С крыш ушла романтика — Город — Новости Санкт-Петербурга

Александр Петросян, фото Михаила ОгневаПоделиться

Пользователи социальных сетей второй день обсуждают снимок башни «Лахта-центра», сделанный Александром Петросяном через шпиль Петропавловской крепости. Фотограф, виды Петербурга которого обсуждают далеко за пределами страны, в интервью «Фонтанке» рассказал, как ему удалось добиться такого ракурса и почему он идет по пути наименьшего сопротивления.

— Александр, пользователи социальных сетей, в том числе ваши подписчики, спорят: фотошоп – не фотошоп, с квадрокоптера снято или нет, где снимали? Раскроете секреты?

– Я просто увидел днем раньше у своего товарища и коллеги Антона Ваганова почти такой же снимок. Пошел, быстро нашел эту точку и снял свой вариант фотографии с нее. Точка действительно существует, это обычный дом, высотка. Для того чтобы фотографировать, нет даже смысла лезть на крышу, потому что на последнем этаже – открытый балкон и с него все прекрасно видно.

— У вас был чисто спортивный интерес переснять карточку Антона?

– Дело в том, что мы все ходим по одному и тому же городу, и когда какие-то интересные объекты появляются, все их фотографируем. У каждого фотографа все равно получается своя версия, свой взгляд. И – да, интересно было.

— Насколько длиннофокусный объектив вы использовали?

– Если приводить эквивалент, примерно как 20-кратный бинокль.

— А если в миллиметрах? 300-ник? 400-ник?

– Примерно около 1000.

— Какое в целом впечатление у вас сейчас оставляет вид города сверху – радостное или удручающее? Вы же часто снимаете с верхних точек, и эти фотографии хорошо известны.

– Поскольку я занимаюсь этим лет 15, это, скорее, попытка запечатлеть ускользающую красоту. Потому что она реально ускользает – за счет застройки, появления новых объектов инфраструктуры и прочих коммуникаций. Тот вид, к которому мы привыкли на рубеже веков, стремительно исчезает, и хочется успеть его запечатлеть.

— Насколько большая часть вашей работы – поиск той самой точки? Или вы «выжимаете» результат из каждого похода?

– Тут нет точной статистики. Ходишь, ищешь, смотришь, иногда появляются идеи. Иногда они оказываются пустыми, иногда что-то получается. Если бы это было слишком просто и предсказуемо – не было бы так интересно. А поскольку всегда есть элемент неожиданности – до сих пор не скучно.

— Крыши в каких районах ваши любимые и пользуетесь ли вы крышами жилых домов или организаций?

– С крышами сейчас, вы знаете, такая болезненная тема… Если раньше можно было сидеть и наслаждаться, чувствуя себя наедине с городом, то со временем некоторые из прогулок по крышам сделали прибыльный бизнес со всеми вытекающими отсюда последствиями. Стало больше проблем – и с доступом, и с жильцами, и с кучей еще вещей. А кроме того, ушла часть романтики. Тем более когда появились коптеры, определенная часть необходимости забираться на крыши тоже исчезла. Если нет нужды пользоваться сильным телевиком, можно снять с коптера.

Фото: Михаил ОгневПоделиться

— Но с коптера не получишь вдохновения, которое получаешь, сидя на крыше сам.

– Это конечно. Но это чисто такой fun, удовольствие, уже не связанное с фотографией. Наверное, поэтому так много людей готовы платить за экскурсии по крышам, что для них это все непривычно. Но если ты ходишь по крышам уже больше 20 лет, то, могу вас уверить, это не так сильно впечатляет, как в первый раз.

— А как вы налаживаете отношения с жителями? Не все же интересуются, кто пришел, да и не всем есть разница – профессионал это или очередная свадьба.

– По-разному бывает. Бывает, диалог получается, бывает – не получается. Я сторонник более легких и логичных решений, поэтому ни с кем не конфликтую, не пытаюсь ломать замки. Действую по пути наименьшего сопротивления: получается – хорошо, не получается – ну и бог с ним.

— Какими человеческими качествами, помимо профессионального умения видеть и снимать, должен обладать фотограф?

– Умением находить контакт с разными людьми. Потому что эта профессия построена на тонких нюансах психологических взаимоотношений, и от того, как ты говоришь, как ты держишься, какая у тебя поза, какие глаза, лицо, жесты, очень многое зависит. Может быть, важно даже не что ты скажешь, а как ты скажешь. И от твоей способности быть убедительным зависит успех.

— Жители Петербурга предстают на многих ваших фотографиях особым образом: они становятся обитателями какого-то особого сказочного или литературного мира. Как часто вам встречаются подобные персонажи? Или под определенным углом – каждый из нас тот еще персонаж?

– Я бы не сказал, что они такие уж персонажи, это просто необычные люди, которые чем-то интересны. Если ты идешь по городу, вполне может быть, что в безликой толпе вдруг появляется человек, который резко отличается. Его облик просто кричит: вот, смотри, какой я, я не такой, я другой! Разве мимо этого кто-нибудь может пройти? Конечно, нет. И вы не пройдете тоже, если у вас будет фотоаппарат. Эти ситуации сами просятся в кадр. Но это слишком простой путь. Гораздо интереснее в обычных людях, в повседневной жизни умудриться разглядеть что-нибудь эдакое.

— Вы вот предположили, что я бы тоже ухватилась за фотоаппарат, а я бы в половине случаев постеснялась, потому что неизвестно, как человек отреагирует.

– Вам-то в любом случае проще, потому что у вас, во-первых, скорее всего, под рукой будет телефон, а во-вторых, практика моего общения с моими учениками показывает, что если фотоаппарат в руках девушки, то в 99% случаев реакция будет благосклонной. Соответственно, если девушка с телефоном – вообще можно не бояться.

— А вы спрашиваете разрешения у людей на съемку?

– Я, как правило, не спрашиваю, потому что, скорее всего, откажут, или момент будет уже не такой яркий, или еще что-нибудь помешает. Спрашивать имеет смысл, если собираешься снимать долго, более спокойно или связную фотоисторию. Обычно же все происходит в доли секунды: человек даже не успел осознать, как 60 кадров с его изображением уже остались на карточке, а я растворился в толпе.

Фото: Михаил ОгневПоделиться

— Будете ли вы снимать, если человек просит не снимать?

– Если просит не снимать – конечно, не надо снимать, это 100%, без вопросов. Потому что это уважение личного права каждого, это святое.

— Хотели бы вы встретить ваших героев вновь? И что бы вы им сказали, когда бы они увидели ваши карточки?

– Так я их периодически встречаю. Иногда кто-то просит подарить фотографию – я дарю, такое бывало уже не раз.

— То есть у вас с ними мирные, дружелюбные отношения.

– Иногда кто-то начинает возмущаться: «Что у меня за рожа такая?» Но всегда же можно поговорить с человеком, объяснить, что это, наоборот, какой-то необычный аспект его личности. Но за все эти годы у меня таких ситуаций было меньше, чем пальцев на одной руке.

— Чему вы бы еще хотели научиться как профессионал?

– Видеть какой-то более глубинный пласт, нежели саму ситуацию. Не само движение, а намек, подтекст, нечто более глубокоуровневое. Что-то менее очевидное. Это гораздо сложнее. Одно дело – снять простую вещь, которая сразу всем понятна, однозначна. Констатация факта – и все. А другое дело – послевкусие.

Беседовала Алина Циопа, «Фонтанка.ру»


© Фонтанка.Ру

Фото: Михаил ОгневФото: Михаил Огнев

Адреса Петербурга | Обычные Петербурги Александра Петросяна

Вы регулярно проводите авторские мастер-классы по фотографии: были ли ситуации, когда вы понимали, что у вашего ученика нет таланта именно в этой сфере? Что вы делаете в таком случае?

Так обычно и бывает. В каждой группе (чаще всего из 12 человек), в среднем, двое — это чистый порох, которым достаточно лишь искры, а остальных нужно долго-долго «разогревать».

Но и тот, кто не слишком талантлив, на мастер-классе получает хорошую порцию «ремесла», которая явно не будет лишней даже в утилитарном плане. Так что смысл всегда есть.

В эфире «Школы злословия» вы говорили, что 60-е — это годы поэтов. В наши времена коллективный разум увлёкся фотографией. Можете спрогнозировать, что станет идеей фикс следующего поколения?

Сейчас мы не можем предугадать, какие возможности откроются людям будущего. Вдруг появятся какие-нибудь квантовые нейроинтерфейсы, и все смогут коллективно взаимодействовать с помощью мыслеформ, выстраивая из них совершенно невообразимые субстанции.

Представим, что современный коллективный фотографический разум принадлежит какому-то организму. На каком уровне развития этот организм? Сколько ему лет? Давайте пофантазируем.

Скорее, это даже не личность, а планетарный гиперперсонаж — некий гуманоидный нарцисс, весь смысл существования которого заключен в непрерывном, ежесекундном селфи! С приходом мобильных гаджетов фотография стала уже некой пандемией. Конечно, без знакомства с тем, что было сделано до тебя, Всё это смахивает на своеобразный «день сурка», в котором очередные поколения только и делают что «открывают Америку» и «изобретают велосипед». Причём с не меньшим усердием, радостью и, конечно, одними и теми же ошибками.

Взять те же питерские крыши: новички стабильно открывают те ракурсы, которые уже были многократно отработаны и забыты до них. И так во всём.

Каких фотографов будет знать следующее поколение, помимо вас, Максимишина, Смелова?

Мне кажется, тех, кто обновит или изменит фотографический язык. Его структура, как и структура обычного языка, непрерывно видоизменяется. Поэтика фотографии — не пустой звук. И те, кто создаст новую лексику в существующей системе, наверняка останутся в памяти.

В начале октября вы провели выездной мастер-класс в Тбилиси. Почему он проходил в грузинской столице с культурным кодом, совершенно отличным от петербургского?

В Тбилиси я провел первые годы детства и до сих пор помню свои яркие впечатления от этого благословенного места. И, кстати, я уже пытался провести мастер-класс в Грузии в 2013-м, но остался недоволен результатом. Тогда я, как и большинство неискушенных Грузией людей, попал в ловушку: жаждешь увидеть этнографию, прочувствовать дух и колорит страны, но местные гиды переводят все твои чаяния с фотографического плана исключительно на гастротуристический. Привозят в бутафорские поселения для туристов, где театрализованные «местные жители» исполняют дежурную лезгинку, попутно вливая в вас изрядное количество вина и чачи вперемешку с хинкали и шашлыками… В итоге ты видишь некую стилизованную декорацию вместо города. Поэтому пришлось вернуться в Грузию этой осенью (авт. — улыбается).

Общеизвестно, что Тбилиси — very friendly место, но нужно попасть именно в нетуристическое время в нетуристическую обстановку. Там все кадры. Поэтому мы ходили с утра на рынок, когда на нём разгружали мясо и прочие продукты, и это было зрелищно! Кроме того, нам удалось попасть на местный день города — праздник «Тбилисоба», когда гуляют все и вся, что просто супер для уличных фотографов. Но самое большее впечатление, конечно, — это люди! Представьте: толпа из 15 «фотиков» заходит в ваш незапертый двор, а оттуда и в вашу открытую квартиру, и тут же начинает у вас в доме свободно снимать все вокруг, а вы не только не возмущаетесь и не звоните в полицию, но, напротив, с удовольствием балагурите с непрошенными гостями, и даже угощаете их чем-нибудь вкусненьким! Так вот — для Тбилиси это нормально, во всяком случае пока. А для нас — неожиданность и «разрыв шаблона». Но именно это мне и нравится! Это мой любимый стиль: «Если тебе дают линованную бумагу, пиши поперёк». Не делай то, чего от тебя ожидают, а посмотри с другой стороны, где всё не так очевидно.

«Армения и Грузия — уникальные места, где к людям относятся с теплом и радушием» — Армянский музей Москвы и культуры наций

— Что вам доставляет в вашей работе особое удовольствие? Процесс или результат?

Результат — это, естественно, конечная фаза. Процесс иногда бывает и мучительным, и непредсказуемым, и далёким от результата. Здесь, наверное, правильно сказать, что идёшь не от успеха к успеху, а от поражения к поражению. Иными словами, попробовал — не получилось, попробовал так — снова не получилось, ещё попробовал — получилось всё то, что уже было, снова повторяешь себя и пытаешься вырваться за рамки своих рутины, штампа и привычки. Когда наконец вдруг происходит что-то неожиданное и что-то идёт не так, как раз и вмешивается тот фактор неопределенности, который ты так ищешь и жаждешь. Тогда ты можешь сам себя удивить. Возникающая от этого радость покрывает все издержки.

— Вы работаете в жанрах репортажа и уличной фотографии. Какие есть сложности, с которыми приходится сталкиваться уличному фотографу?

В первую очередь, этические. Ведь я фотографирую посторонних и незнакомых мне людей без их разрешения. Представьте, вы идёте по улице, внезапно прямо перед вами, как чёрт из табакерки, выскакивает какой-то гражданин, щёлкает вас и убегает. Какое у вас будет ощущение? Наверное, вы испытаете как минимум чувство неожиданности. Так вот, у фотографа, мне кажется, должна быть та же заповедь, что и у врача, — не навреди. Никакое искусство и никакие фотографии не стоят того, чтобы сделать этим кому-то плохо. Безусловно, надо быть максимально деликатным и экологичным в своём поведении, в идеале — незаметным настолько, насколько это бывает возможным. По идее, фотограф должен стать прозрачным и никак не влиять на ситуацию, но это чаще всего практически нереально. Потому что человек с фотоаппаратом как бы запускает всё то, что вокруг него случается, он словно катализатор реакций и событий. И вот что интересно. Говорят, мысли материализуются. Я столько раз в этом убеждался. Идёшь, ничего не происходит. Начинаешь фантазировать, что хорошо бы что-то такое случилось. И вдруг вокруг начинают сыпаться приблизительно такие, как представлял, сюжеты. Это фантастика какая-то.

— Самый удачный кадр — случайный? Или приходится долго выискивать какие-то интересные сюжеты?

Я сторонник того мнения, что сколько бы ты ни выискивал, сколько бы конструкций у себя ни выстраивал — всё, что из головы, оно, как правило, предсказуемо и поэтому не так интересно, как те случаи, когда вмешивается фактор неопределенности. Ты думал, сделаю так и так, а в цепочке предполагаемого сценария случилось иначе. Эта самая неожиданность и придаёт аромат неповторимости фотографии, ту самую живинку и уникальность. Понимаете? Поэтому, конечно, хорошие фотографии получаются из «плохих». Грубо говоря, когда что-то в ваших планах нарушилось и вмешалась внезапность. Если так рассуждать, то вся моя заслуга заключается только лишь в том, что я долго и упорно пробую. И иногда в качестве награды за труды мне посылается тот самый случай.

Знаете, если работа совпадает с хобби, это особый кайф. Я даже не понимаю, когда работаю, а когда нет. Мне всегда интересно. От своего любимого дела нельзя устать. Ведь когда интересно, то и не страшно, и не утомительно. Очень здорово, если человек увлечён своим занятием всерьёз, а иначе всё выходит вымученно.

Использование кожно-фасциального локтевого лоскута при устранении дефектов мягких тканей челюстно-лицевой области

Петросян Александр Артурович

Петросян Александр Артурович

Использование кожно-фасциального локтевого лоскута при устранении дефектов мягких тканей челюстно-лицевой области

14.01.14, 14.01.17

медицинские науки

Д 208.111.01                      

ФГБУ «Центральный научно-исследовательский институт стоматологии и челюстно-лицевой хирургии» Минздрава России

119991, г. Москва,  ул. Тимура Фрунзе д. 16.  

тел. 8-499-246-09-73

Email: [email protected]

Размещение диссертации на сайте 15.06.2016

скачать диссертацию

Размещено на сайте 28.06.2016

28.06.2016 г.

Диссертация Петросяна Александра Артуровича на тему: «Использование кожно-фасциального локтевого лоскута при устранении дефектов мягких тканей челюстно-лицевой области» принята к защите на заседании диссертационного совета 23.06.2016 г., протокол № 21 в качестве официальных оппонентов утверждены:

Дробышев Алексей Юрьевич – доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой челюстно-лицевой хирургии ГБОУ ВПО «Московский государственный медико-стоматологический университет им. А.И. Евдокимова» Минздрава России,

Старцева Олеся Игоревна – доктор медицинских наук, профессор кафедры пластической хирургии ГБОУ ВПО «Первый московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова» Минздрава России.

Ведущая организация:

ФГБУ «Научно-клинический центр отоларингологии» ФМБА России

Предполагаемая дата защиты: 22 сентября   2016 года

скачать автореферат

отзыв научного руководителя

Размещение на сайте 07.09.2016

отзыв ведущей организации

сведения о ведущей организации

отзыв официального оппонента Дробышева А.Ю.

сведения об официальном оппоненте Дробышеве А.Ю.

отзыв официального оппонента Старцевой О.И.

сведения об официальном оппоненте Старцевой О.И.

Размещено на сайте 26.09.2016

Диссертационным советом Д 208.111.01 при ФГБУ «ЦНИИСиЧЛХ» Минздрава России 22.09.2016 г. (протокол № 22) принято решение о присуждении ученой степени кандидата медицинских наук по специальностям 14.01.14 – стоматология, 14.01.17 – хирургия, медицинские науки, Петросяну Александру Артуровичу на тему: «Использование кожно-фасциального локтевого лоскута при устранении дефектов мягких тканей челюстно-лицевой области».

На заседании присутствовали члены диссертационного совета:

д. мед.наук, профессор Кулаков Анатолий Алексеевич, д. мед.наук, профессор Рабинович Илья Михайлович, д. мед.наук, профессор Грудянов Александр Иванович, к. мед.наук Гусева Ирина Евгеньевна, д. мед.наук, профессор Алимский Анатолий Васильевич, д. мед.наук, профессор Аржанцев Андрей Павлович, д. мед.наук, профессор Боровский Евгений Власович, д. мед.наук Брайловская Татьяна Владиславовна, д. мед.наук, профессор Вагнер Владимир Давыдович, д. мед.наук Вербо Елена Викторовна, д. мед.наук, профессор Винниченко Юрий Алексеевич, д. мед.наук, профессор Гветадзе Рамаз Шалвович, д. мед.наук, профессор Кречина Елена Константиновна, д. мед.наук, профессор Лосев Фёдор Фёдорович, д. мед.наук, профессор Надточий Андрей Геннадьевич, д. мед.наук, профессор Рогинский Виталий Владиславович, д. мед.наук, профессор Ряховский Александр Николаевич, д. мед.наук, профессор Сёмкин Василий Александрович, д.мед.наук, профессор Климов Алексей Евгеньевич, д.мед.наук, профессор Лебедев Николай Вячеславович, д.мед.наук, профессор Протасов Андрей Витальевич.

Размещено на сайте 30.09.2016

Заключение диссертационного совета

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Кунсткамера

Александр Петросян Авторская книга с автографом

5000 P

Издатель: Treemedia Content Oy и «Галерея Печати»
Формат: 170х240 мм
Объем: 192 стр
Переплет: твердый
Фотографии: 128 шт
Тираж: 1500 экз
Дата выхода: 2016

Нет в продаже


Все книги проданы.
Спасибо за поддержку.


«Кунсткамера» Александра Петросяна – книга о Санкт-Петербурге и его обитателях, добрых и наивных, злых и страшных, скоморохов и блаженных, про сильных и слабых мира сего. Автор книги — один из лучших современных фотографов, работающих в жанре репортажной и уличной фотографии. Его «кунсткамера» – это квинтэссенция петербургской мифологии и эстетики, портрет прекрасного и безобразного, подпитывающихся друг от друга, из которого нельзя изъять одну составляющую – рухнет и другая.

Об авторе:
Александр Петросян родился в 1965 г. Серьёзно занялся фотографией в 2000 г. В 2003-2008 гг. работал фотокорреспондентом в городском еженедельнике «Мой район», c 2008 г. работает в издательском доме «Коммерсантъ».

Публикации:
В журналах: Newsweek, National Geographic, GEO, «Русский репортёр», «Огонёк», «Деньги», «Власть», а также в газетах: «Коммерсантъ», «Известия», «Аргументы и факты», «Комсомольская правда», «Деловой Петербург» и многих других.

Награды:
2009, 2012 —  первая открытая национальная премия «Лучший фотограф» — 1-е место в номинации «архитектура»; 1-е и 2-е место в номинации «Жанр».
2009 — гран-при Премии Фонда развития фотожурналистики, также 1-е место в номинациях «Повседневная жизнь»; «Природа и окружающая среда», 3-е место в номинации «Культура и искусство».
2008 — победитель второго всероссийского фотоконкурса «Мой город. Взгляд сквозь объектив».
2007 — петербургская премия «Фотограф года» (номинация «Фоторепортаж»).
2006 — петербургская премия «Фотограф года» (номинация «Фоторепортаж»).
2003 — знак отличия (Award of Exellence) в категории «Фотожурналистика» на 25 всемирном конкурсе Society of New Design в г. Сиракузы (штат Нью-Йорк, США).

Лимитированный тираж этой книги был издан по подписке.

Книга «Кунсткамера», Александр Петросян

«Кунсткамера» Александра Петросяна — это книга про Санкт-Петербург и его обитателей, добрых и наивных, злых и страшных, про скоморохов и блаженных, про сильных и слабых мира сего. Автор — один из лучших современных фотографов, работающих в жанре репортажной и уличной фотографии.

В новой книге Александра Петросяна нет фантастических видов Санкт-Петербурга, панорам и архитектурных ансамблей, снятых зачастую с труднодоступных точек, известных только самому художнику и птицам. «Кунсткамера» – это особый альбом, без великолепия видовых картин. Здесь собраны репортажные фотографии — с различными героями и сюжетами, с забавными или тревожными историями. Но в этих работах город Петербург играет не менее значимую роль, чем на прекрасных открытках.

Этот альбом заставляет по новому оценить пространственно-временной континуум северного города. В Петербурге время может течь не только вспять (как Нева), тут оно может двигаться и развиваться в любом направлении. В пределах одного кадра (одной улицы, одной минуты) одновременно можно наблюдать истории любой эпохи. Петербург — город морской и воинской славы или авансцена, на которой деревенские скоморохи примеряют венецианские маски, колыбель трех революций или единственный «европеец» среди городов российских. И то, и другое, и пятое с шестым — все сразу.

Непрекращающийся карнавал — ряженые и юродивые, ангелы и силовики, коммунисты с плакатами и священнослужители с хоругвями, все они составляют свои колонны в общем праздничном шествии по улицам современного города.

Это очень петербургские фотографии. Угадываются не только памятные даты или праздники, не только узнаваемые декорации тех или иных событий, но сами лица персонажей Петросяна — иногда прекрасные и наивные, иногда злые и отталкивающие — на них всех лежит печать северной столицы.

Балы и маскарады сменяются пролетарскими демонстрациями и митингами, церкви строятся и разрушаются, и возводятся заново, вековой атеизм сменяется всеобщим воцерковлением, город выдерживает блокаду, дважды меняет имя и возвращает свое изначальное, Летний сад перекраивают до неузнаваемости, а вот лица жителей остаются все те же. Как и городские легенды, которые повторяются и рифмуются. И в обновленном саду снова звучит лютневая музыка, а ряженый для потехи туристов царь-Петр пьет пиво у ограды с ряженым Лениным.

Изначально многонациональный, многоязычный город, фактически придуманный, нарисованный и созданный иностранцами (художниками, архитекторами, скульптурами, инженерами), немцами и итальянцами, англичанами и французами, теперь принимает в свои ряды жителей бывших южных республик. Они надевают яркие жилеты и чистят городские улицы от снега, который сами возможно видят впервые. Все мы тут приезжие, нету коренных, все гастарбайтеры, пускай и в седьмом колене. И город Петербург — он всех примет, перемелет, перекроит по своему образцу, наложит свою суровую северную печать.

Погружаясь в мир фотографий Петросяна, начинаешь верить в петербургскую мифологию. Верить в легенды про древние капища и захоронения на дне Обводного канала, которые провоцировали волны самоубийств. Про трех ангелов — золотого, серебряного и бронзового, чья стража гарантирует благополучие Петербурга. Про жестокие царские потехи и про свадьбу шута Анны Иоанновны на козе. Про отрубленную и заспиртованную голову Марии Гамильтон, фрейлина была казнена за детоубийство, но народная молва уверяла, что просто слишком красива оказалась девица Гамильтон, вот и срубил ей царь Петр голову собственноручно и выставил для общего внимания как образец дивной красоты. Про польскую графиню, которую царь Павел выслал из Петербурга — «за уродство!». Про оживающие памятники, про мистических двойников, искушающих разум и предсказывающих несчастье, про дворцовых и музейных привидений. Про петербургских святых и блаженных, которые по сей день являются страждущим, спасая и благославляя их.

Абсурд и мистицизм в истории Петербурга шествуют параллельно. Пешком по Невскому — через Дворцовый мост — к стрелке Васильевского острова — в Кунсткамеру. Кунсткамера Петросяна, как квинтэссенция петербургской мифологии и эстетики, потому что эстетика — это наука о прекрасном и безобразном, внутри прекрасной петербургской архитектуры существуют чудовища и уродцы, и они подпитываются друг от друга — красивое и чудовищное, нельзя изъять одну составляющую — рухнет и другая.

Об авторе «Петросян Александр

После того, как в 2000 году занялся фотографией, Александр Петросян понял, что для того, чтобы по-настоящему понять окружающий его мир, он должен сначала попытаться запечатлеть его через объектив камеры, что ему постоянно удавалось. Петросян находит истинное удовольствие в исследовании и изображении своих предметов новаторскими способами, фотографируя не только прекрасные, но и гротескные аспекты жизни.

Работая в журнале «Мой район» с 2003 по 2008 год, Петросян стал настоящим профессионалом, способным точно представить трехмерность только в двух измерениях и осветить бесконечные уровни своего окружения на одной фотографии.

В настоящее время Петросян является штатным фотографом «Коммерсанта», где он продолжает раздвигать границы своего окружения, доказывая, что даже в самых, казалось бы, обычных аспектах жизни есть что-то экстраординарное.

Публикации

Работы Петросяна были отмечены во множестве известных изданий, включая, помимо прочего: «Newsweek», «National Geographic», «GEO», «Le Monde», «Русский репортер», «Spark», «Money». , «Власть», «Коммерсантъ», «Новости», «Аргументы и факты», «Комсомольская правда», «Деловой Петербург».

Награды

2017 — Победитель Санкт-Петербургского конкурса журналистов «Золотое перо» в номинации «Фото года».

2015 г. — Победитель международного фотоконкурса «Наследие поколений» в номинации «Историческое наследие».

2014 г. — победитель IV Международного фотоконкурса им. Карла Буллы «Эпоха видимых черт» в категории «Новости».

2009, 2012 — Первая открытая национальная премия «Лучший фотограф» — 1 место в категории «Архитектура», 1 и 2 место в категории «Жанр.«

2009 г. — Гран-при призового фонда фотожурналистики, 1 место в номинациях «Повседневная жизнь», «Природа и окружающая среда», 3 место «За искусство и культуру».

2008 г. — Победитель второго Всероссийского конкурса «Мой город. Взгляд через объектив».

2007 г. — Лауреат Санкт-Петербургской премии «Фотограф года» (номинация: фото).

2006 г. — Лауреат Санкт-Петербургской премии «Фотограф года» (номинация: фото).

2003 г. — Почетная медаль (Award of Exellence) в категории «Фотожурналистика» 25-го всемирного конкурса «Society of New Design» в Сиракузах (Нью-Йорк, США).

В 2011 году торговый дом «Медный всадник» выпустил книгу фотографий Петросяна «Санкт-Петербург». В 2016 году издательство «Галерея печати» выпустило вторую книгу — «Кунсткамера».

Россия, которую вы никогда не увидите на открытках через объектив фотографа Александра Петросяна


Александр Петросян

Отмеченный наградами фотограф Александр Петросян на протяжении десятилетий обнаруживал, что движет его родным городом: повседневная комедия и драма города, построенного на противоречиях.Александр Петросян не думает, что изображения могут изменить мир, но он верит, что они могут помочь вам немного лучше его понять. Получив свою первую камеру в подарок на день рождения в возрасте 12 лет, фотограф уволился и несколько раз возвращался к практике, прежде чем стать профессионалом в 2000 году.

Более подробная информация: Александр Петросян, Instagram (h / t: huckmagazine)


Александр Петросян

Постоянное вдохновение — улицы Санкт-Петербурга.Петербург, где он прожил всю свою жизнь. Исторический центр города занимает всего несколько десятков квадратных миль, и Александр знает наизусть каждый уголок. По его словам, любые фотографии, которые он делает во время путешествия, лучше держать в секрете — взгляд туриста может дать лишь мимолетный взгляд со стороны. «Это мой мир», — говорит он о Санкт-Петербурге.


Александр Петросян

«Самое сложное — не повторяться», — говорит он. «Отойдите от собственного фирменного стиля и традиций; вы должны обновлять свое мышление и постоянно искать перемены.”


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян


Александр Петросян

(Посещений 1 раз, сегодня 52)

Россия, которую вы никогда не увидите на открытках…

Уличный фотограф Александр Петросян на протяжении десятилетий обнаруживал, что движет его родным городом: повседневная драма города, построенного на противоречиях.

Отмеченный наградами фотограф Александр Петросян на протяжении десятилетий обнаруживал, что движет его родным городом: повседневная комедия и драма города, построенного на противоречиях.

Александр Петросян не думает, что изображения могут изменить мир, но он верит, что они могут помочь вам немного лучше его понять.

Получив свою первую камеру в подарок на день рождения в возрасте 12 лет, фотограф уволился и несколько раз возвращался к практике, прежде чем стать профессионалом в 2000 году.



Его постоянное вдохновение — улицы Санкт-Петербурга, где он прожил всю свою жизнь. Исторический центр города занимает всего несколько десятков квадратных миль, и Александр знает наизусть каждый уголок.



Любые фотографии, которые он делает во время путешествия, по его словам, лучше держать в секрете — взгляд туриста может дать лишь мимолетный взгляд со стороны.«Это мой мир», — говорит он о Санкт-Петербурге.

Это город с богатой историей, со времен Российской империи до ее почти полного разрушения во время Второй мировой войны, от периода провинциальной глубинки до возрождения при Владимире Путине.



Но, поскольку это место окутано холодом и тьмой большую часть года, люди стараются добраться туда, куда они идут, с минимальной суетой.

По мнению Александра, эта повседневная живость делает откровенные моменты еще более заметными, помогая ему уточнить внимание оппортуниста к деталям.



«Каждый видит жизнь со своей стороны, но меня всегда больше интересует парадоксальное и неожиданное», — говорит он.



«Все непредсказуемо. Иногда кажется, что это правильно в момент съемки, но часто это происходит только спустя годы ».



Теперь штатный фотокорреспондент российской газеты Коммерсант , с работами, опубликованными в National Geographic и Newsweek , Александр везде берет с собой фотоаппарат — с резервной батареей на случай холода. лишает жизни своего основного.



Снимки, которые он делает, напоминают короткие рассказы — многослойные виньетки, наполненные контрастом, будь то встреча необычных персонажей или просто комический сценарий, но они не ограничиваются случайными встречами.



Беглый просмотр блога Александра — его название переводится как «реальность немного отличается, чем она есть на самом деле» — отрывает характер столицы со всех мыслимых сторон, будь то панорама с крыши или крупный план человека, лежащего в ней. желоб.



«Восприятие зависит от множества различных факторов», — говорит он. «Но если снимок сделан с определенной энергией, зритель это почувствует независимо от географии и культуры».

«С другой стороны, вы, вероятно, можете быть независимым, беспристрастным и стремиться к беспристрастному мнению, но равнодушное фото никогда не коснется зрителя».



Александр уподобляет себя рыбаку: он терпеливо осматривает местность, зная, что будут дни тяжелой работы, которая ничего не даст, а иногда, когда все идет не так, как нужно.

Сама камера, поясняет он, всего лишь инструмент, который никогда не должен мешать или раздражать фотографа своими недостатками.


«Гораздо важнее наблюдать и анализировать», — говорит он. «Ничто иное не имеет значения, кроме постоянной практики.

«Самое сложное — не повторяться», — говорит он. «Отойдите от собственного фирменного стиля и традиций; вы должны обновлять свое мышление и постоянно искать перемены ».



Начав с творчества Анри, а также великих русских Бориса Смелова и Сергея Максимишина, Александр стал одним из петербуржцев.Самые известные стрит-фотографы Петербурга за последние несколько лет.

Но он по-прежнему немногословен, сопротивляется похвале и предпочитает, чтобы образы говорили сами за себя.



«Я не вижу смысла чем-то гордиться», — говорит он. «Вы всегда можете попытаться улучшить даже свои величайшие достижения.

«Но, говоря другими словами, давайте просто скажем, что я рад, что до сих пор не потерял интерес».



Посмотрите портфолио Александра Петросяна, просмотрите его блог или подпишитесь на него в Instagram.

Понравилась статья? Поставьте лайк Huck на Facebook или подпишитесь на нас в Twitter .

Интервью с Александром Петросяном | Уличная фотография души

Российский фотограф Александр Петросян в последнее время стал очень популярным среди фотографов в Интернете. В его фотографиях вы найдете почти все ресурсы фотографического выражения, но вы также найдете его собственный стиль в каждом из них.Для него очень важны гротескная, декадентская, но и счастливая и гордая Россия. В этом интервью мы спрашиваем его о композиции, различиях между документальной и уличной фотографией, цветной или черно-белой…

В Интернете очень мало информации о вас, какова история Александра Петросяна? (место рождения, вещи, которые повлияли на вашу жизнь, как вы увлеклись фотографией…)

Моя история очень банальна (как и у миллионов других фотографов).Во время учебы в средней школе я получила фотоаппарат в подарок от отца на день рождения. И с тех пор как-то моя жизнь прямо или косвенно была связана с фотографией. В этом плане были перерывы и даже откаты, но в 2000 году, уже совсем повзрослев, я наконец понял, что меня гораздо больше интересует творческая составляющая этой профессии. — Я бросаю все свои коммерческие фотопроекты, я снова стал фотографом-любителем и остаюсь им до сих пор, несмотря на 15-летний опыт работы газовым фотографом и фотографом.

От портретов до пейзажей, мы можем увидеть в ваших работах множество различных дисциплин. Как вы думаете, разумно ли заниматься фотографией только одного вида / стиля / дисциплины или что многопрофильные подходы богаче и делают вас лучшим фотографом?
Я считаю, что стоит попробовать все виды, жанры и стили, хотя бы для того, чтобы более четко представить вектор их интересов и найти место во всем многообразии современной фотографии. В конце концов, правда проста: делайте то, что действительно интересно! Поскольку периодически меняются интересы, меняются и жанрово-стилистические предпочтения.

Поскольку Street Soul Photography — это сайт, посвященный «уличной фотографии», я должен спросить вас: почему вы думаете, что так много людей говорят, что «документальная фотография» НЕ МОЖЕТ быть «уличной фотографией»? Может быть, речь идет просто о стратегиях маркетинга и самопродажи, или, может быть, так называемым уличным фотографам нужно назвать то, что они делают?
Я не считаю себя достаточно компетентным в фундаментальных вопросах фотографии, в данном случае это работы Сьюзан Зонтаг и других титанов теории, но, по моему скромному мнению, уличная фотография — довольно широкое явление, чтобы втиснуть его в какой-то жесткий каркас.Это было бы из-за разницы в стилистической направленности. Автор может сосредоточиться на формальной стороне: уловить интересные сочетания форм, предметов, линий, света, цвета, продемонстрировав при этом, насколько умело и искусно он умеет оперировать выразительным языком фотографии. Совсем другое, когда фотографический аскетизм с лихвой компенсируется внутренней драматичностью сюжета, где что-то беспрецедентно маленькое, локализованное и, казалось бы, незначительное, вдруг читается нечто неизмеримо большее, глубокое и вечное! Мне ближе второй случай, хотя я нисколько не отвергаю значения прямых, как в музыке, эффектов изображения, непосредственно на подсознательном уровне, минуя повествование.

А теперь большой вопрос: черно-белое или цветное? что заставляет вас чувствовать себя более комфортно и что является ключевым фактором при принятии решения, какой из них вы выберете?
Честно говоря, ответ на этот вопрос откровенно вульгарный. Изначально я занимался черно-белой фотографией из-за неразвитости цвета в те времена. Затем, с появлением мини-лабораторий, я напал на цвет, не совсем понимая его значение. И, наконец, с появлением рисунка весь вопрос свелся к простому решению (кроме случаев, когда изначально и принципиально удалено черное и белое): все файлы удаляются в цвете, по той причине, что покупают в основном только цветные изображения.А для личного портфолио следую известному совету: если рамка в черно-белом цвете смотрится хотя бы не хуже, чем в цвете, то цвет лишний.

У вас очень необычный и богатый образ хладнокровия. Вы сочиняете цвета, диагонали, люди, близкие и далекие объекты на одной картинке… вы используете все! И все же удается сохранить богатое повествование. Вы сначала смотрите историю, а потом выбираете композицию или наоборот? Что важнее: сюжет или композиция?
Изначально для меня самое важное — это чувство; Фото «из виду» — не мои.. Перед тем, как спустить затвор, самому надо быть хотя бы не равнодушным, чем сильнее это ощущение, тем больше сюжет вдохновляет на поиски и эксперименты в его реализации, причем происходит это не столько осознанно, сколько интуитивно.

Итак … у нас есть история, композиция, объекты … есть ли что-то, чего вам не хватает на ваших фотографиях? Что вы ненавидите и что любите видеть на сделанных фотографиях?
Самое главное и ценное в фотографии для меня — это то, что заранее просчитать и смоделировать невозможно.Проще говоря, все самые лучшие снимки получаются тогда, когда что-то вдруг пошло не так, как и планировалось, но неожиданно и наперекосяк! Поэтому самое ценное в картине — это всегда подарок свыше. Да подарок! За трудолюбие, за поиск, за равнодушие, за что-то еще, но — за подарок.
Поэтому меня абсолютно не интересуют никакие, даже виртуозно выполненные работы, если в них нет этого х-фактора ..

Амстердам, Израиль, Балканы, Тенерифе, Нью-Йорк, Южная Африка, Австрия и многие другие места.Как получилось, что вы так много путешествовали в последние годы? Какой город вам больше понравился на сайте фотографий?
Это были, в основном, командировки, и очень кратковременные.
За 2-3 дня еле успеваешь разобраться в новом месте и снять что-то стоящее, кроме туристических зарисовок .. Да и само по себе, как не смешно, нигде не ездил; Возможно, этот период еще впереди!) Многие мои коллеги предпочитают проводить свои мастер-классы по уличной фотографии в тех местах, где снимать легко и продуктивно: например, в каком-нибудь индианке или кубе, где люди практически проводят на улице большой неполный рабочий день, больше текстуры, больше колоритных персонажей и т. д.Лично меня там не было, не знаю. Но из увиденного больше всего мне понравился Нью-Йорк, где я бывал пару раз за несколько дней. Почему-то я там чувствовал себя как дома: улицы Манхэттена, как на моем родном Васильевском острове в Санкт-Петербурге, много приезжих, которые тоже плохо говорят по-английски, как я, а главное, это один из лучших В мире мест для уличной жизни, ведь там, как в древнем Вавилоне, невероятная смесь всего и вся, при этом до вас почти никого, стрелять, никакого дела!

Большая часть ваших работ из России, что кажется логичным, поскольку вы проводите там больше времени, чем где-либо еще.Считаете ли вы, что гротескная точка зрения, которую вы передаете на некоторых своих фотографиях, отражает российское общество? В чем основные отличия сельской местности от больших городов?
Да, я ближе к такому восприятию местной действительности, иначе, наверное, давно бы сошел с ума. Общество, где все не так, черное и белое меняются местами, нормой считается безумие и наоборот, это выглядит трагикомично, недаром моя вторая книга местных фотографий называется «Кунткамера».Но здесь не скучно! Но, например, в соседнем благополучном Хельсинки, в Финляндии, все по-другому: комфортно, спокойно, нормально устроена, нормальная цивилизованная жизнь, а вот в съемках я там чувствую себя почти беспомощным. В целом, я склонен думать, что мое пребывание в этом месте и в это время совсем не случайно, так как оно так цепляет меня.

И последнее, но не менее важное: какие проекты у Александра будут следующие? Не могли бы вы рассказать нам что-нибудь о том, что собираетесь опубликовать в ближайшее время?
Совершенно еще не зная ответа на этот вопрос, ведь судьбы часто ведут нас совсем не туда, где мы собрались изначально.Поэтому я предпочитаю, как в старой поговорке, «делай, что должен, и что бы ни случилось». Одно знаю точно: пока оказывается, стрелять надо!

Больше работ Александра можно увидеть на его личном сайте.

Также рекомендуем подписаться на его аккаунт в Instagram: @petrosphotos

Александр Петросян и темная сторона Санкт-Петербурга

Александр Петросян считается величайшим современным фотографом России. Родился в 1965 году на Украине, более 40 лет живет в Санкт-Петербурге. А его фотографии завоевали бесчисленные призы по всему миру. Петросян начал фотографировать случайно, фотографировал свой квартал и проходящих мимо людей. Только в 2000 году он решил профессионально заняться своим увлечением. Так он начал работать в таких журналах, как «Newsweek», «National Geographic», «Коммерсантъ», «Комсомольская правда» и «Деловой Петербург».Два года подряд, 2006 и 2007, он побеждал в номинации «Лучший фотограф года» на конкурсе «Санкт-Петербург».

Александр Петросян, Белые ночи

Он любит выходить из дома со своим Reflex, чтобы снимать каждую деталь, которая привлекает его внимание. От больных в больнице до Зимнего дворца. От беженцев и диссидентов до заброшенных домов. От опасных пожаров до военных парадов.

Санкт-Петербург, безусловно, один из самых привлекательных городов мира. Роскошные дворцы, романтические каналы, мосты, церкви и тот разреженный воздух, типичный для северных городов. Петросян не хочет просто прославлять город во всем его имперском величии: он больше всего хочет найти эту темную, скрытую сторону, невидимую для туристов. Ленинград, город героев, город Путина, бедная и деградировавшая часть этой жемчужины, но и сила его жителей.

Александр Петросян, Нарьян-Мар

«У меня два субъекта: город и люди.Санкт-Петербург — моя любимая сцена. Но мне также повезло, что я могу много путешествовать со своей работой. И вдохнуть других реалий, сильно отличающихся от российских ».

«Я дал всем своим фотографиям название, посвященное ощущениям, которые я испытывал во время их съемки. Это полностью личные названия, хотя Я думаю, что красивое фото вообще не нуждается в названии: оно просто должно поразить сердце того, кто его наблюдает, и нет ни одного имени или названия, которое могло бы выразить такое субъективное мнение. Эмоциональный язык .

Александр Петросян, День ВМФ

Часто критикуемый за откровенные изображения в жесткой стране, такой как Россия, через свои изображения Петросян хочет передать два важных сообщения: красота с одной стороны, социальные проблемы с другой .

В начале 2016 года Петросян оказался в центре загадки из-за своей фотографии «Ветеран войны гуляет один во время Парада Победы». Фактически, фотография была размещена в Интернете тысячи раз и переместила людей со всего мира .Но даже сейчас фотограф все еще ищет того ветерана, чтобы узнать, кто он и кого оплакивает. Некоторые говорят, что он был австралийцем, другие англичанином или американцем. «Все мои попытки провалились: на данный момент, я думаю, он всегда будет героем без имени».

Александр Петросян, ветеран

Кунсткамера (Кьюриосити) — так называется его первая фотокнига : в библиотеках в начале этого года представлены 120 фотографий с изображением Санкт-Петербурга и его жителей.Он хочет представить город и его эстетику, его сильные и слабые стороны, портрет того, как хорошее и плохое питают друг друга.

Александр Петросян, Санкт-Петербург

Его коллекция впервые будет показана в Дрездене, в Kulturhaus Loschwitz, начиная с 28 сентября 2016 года.

Сказки от уличного фотографа в Санкт-Петербурге

Когда я попросил Александра Петросяна рассказать, почему Санкт-Петербург — прекрасное место для уличной фотографии, он ответил честно.Это не так. Обычно холодно, а улицы никогда не бывают хорошо освещенными. Улицы в основном пусты, потому что все всегда куда-то спешат. Он фотографирует здесь не потому, что это легко, а потому, что это был его дом более четырех десятилетий.

Петросян везде носит с собой фотоаппарат. Он говорит, что больше не замечает резкую жару, когда оттачивает кого-то или что-то интересное, хотя иногда приносит с собой дополнительную батарею на случай, если оригинал умрет на морозе.

«Я не верю, что фотография может изменить мир», — говорит художник. И это никогда не было его намерением. На самом деле он предпочитает оставаться несколько отстраненным, но это не значит, что его картинам не хватает эмоциональной значимости.

Он понимает, что рассказы, которые он рассказывает, по очереди остроумны и меланхоличны — например, есть одна, в которой бездомная кошка и бездомная собака застряли на морозе. Кошка нашла временное убежище в ближайшей машине, а собака осталась в снегу.

«Время идет, и через фотографии воспоминания об их возникновении такие же яркие, как если бы они были вчера», — пишет Петросян. «Глядя на фотографии, я снова и снова переживаю эти моменты».

В конце концов, для фотографа может оказаться невозможным оставаться полностью беспристрастным — в конце концов, это его город, и это его вечные напоминания о местах, где он побывал. Может быть, он прав, когда говорит, что его фотографии не изменят мир, но в таком уединенном городе, как Санкт-Петербург, они предлагают редкую возможность для сочувствия и связи.

Следите за работами Александра Петросяна в Instagram или на его сайте.

Все изображения © Александр Петросян

Узнать больше

Получайте еженедельные возможности для фотосъемки, функции и новости.

Отдать отпечаток

Получить распечатку

александр петросян | Фото Pathway

Недавно написал пост о великолепном фотографе Александре Петросяне.Я был очень впечатлен его работой, поэтому написал ему электронное письмо с просьбой дать интервью для моего блога. И угадайте, что? Он любезно согласился!

Поприветствуйте, Александр Петросян.

Нажмите на фото для увеличения.

Расскажите немного о себе. Чем вы занимаетесь, как увлеклись фотографией?

Мое знакомство с фотографией было до ужаса банальным: мне, как и многим моим сверстникам в те годы, на день рождения подарили фотоаппарат «Смена» 🙂 С тех пор я периодически бросал и много раз возвращался к фотографии.В настоящее время я штатный фотокорреспондент ИД «Коммерсантъ».

Фото Александра Петросяна. Нажмите на фото для увеличения.

Сколько ваших снимков изначально было задумано в вашей голове, а затем «материализовано»?

У меня не так много таких снимков. Гораздо чаще происходит следующий сценарий — у меня в голове есть идея, но в зависимости от ситуации эта идея трансформируется во что-то другое, что, в свою очередь, на фотографии снова выглядит иначе, и зритель видит то, что видит.Вот почему мой блог называется «На самом деле все несколько иначе, чем в реальной жизни…»

Фото Александра Петросяна. Нажмите на фото для увеличения.

Какова история вашего снимка под названием «Выпускники»?

Фото Александра Петросяна. Нажмите на фото для увеличения.

Это фото было сделано самым обычным способом — я увидел эту пару, которая сильно отличалась от остальной толпы выпускников, и я просто бежал перед ними, непрерывно стреляя.Технически это было непросто сделать с помощью Canon 20D, потому что его максимальное значение ISO составляло 1600, в то время как мне приходилось снимать с рук, бегая задом наперед перед девушками. Тем не менее мне удалось сделать довольно резкий снимок.

Как удается оказаться в нужном месте в нужное время?

Это случается не слишком часто, по крайней мере, не так часто, как хотелось бы… в простых случаях помогает анализ и прогноз ситуации. В более сложных ситуациях я просто надеюсь на удачу.

Фото Александра Петросяна. Нажмите на фото для увеличения.

Исаак Ньютон однажды сказал: «Я видел дальше, стоя на плечах гигантов». Кто ваши гиганты?

Поговорка, которая на самом деле ближе к моему восприятию, — «Не сотвори себе кумира». В фотографии не так много ключевых фигур, и они известны каждому, кто интересуется этой тематикой. Но чтобы сузить круг и взять, к примеру, моих коллег из Питера.В Петербурге, с которым я встречался лично, я бы назвал городского фотографа Бориса Смелова и фотоэссеиста Сергея Максимишина.

Фото Александра Петросяна. Нажмите на фото для увеличения.

Что вы думаете о работе Картье-Брессон?

Что я думаю о Картье-Брессон? Ну, это все равно что спросить, например, физиков, что они думают о Ньютоне или Эйнштейне 🙂

Фото Александра Петросяна.Нажмите на фото для увеличения.

Какое оборудование вы используете и почему?

Я использую любое доступное мне оборудование. На данный момент это зеркалки от издательства, где я работаю со стандартным набором стекол: 16-35, 24-70, 70-200… ничего особенного, но этого достаточно для большинства моих работ.

Фото Александра Петросяна. Нажмите на фото для увеличения.

И последний, но не менее важный мой традиционный вопрос: если бы вы могли дать только один совет начинающему фотографу, что бы это было?

Мой совет для новичков не оригинален, но он основан на моем собственном опыте: смотрите на работы мастеров и снимайте столько, сколько сможете, много экспериментируя… и, конечно, не смущайтесь критикой или ее отсутствием и покажите свое работать с множеством разных людей… Но, пожалуй, самое главное — снимать то, что вам действительно нравится!

Фото Александра Петросяна.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *