Поселение староверов в россии – Как живут староверы в Сибири: традиции, обычаи, фото

Содержание

Русские староверы из деревни Дерсу

В октябре нам снова довелось побывать у староверов В Дерсу. На этот раз поездка несла благотворительный характер. Семье Мурачевых, у которых гостили в прошлый раз, мы передали сто кур-несушек и 5 мешков корма для них. Спонсорами этой поездки выступили: группа компаний «Sladva», основатель сети «Шинтоп» и Президент фонда гражданских инициатив «Русь» Дмитрий Царев, «Птицефабрика Уссурийская», а также родители младшей группы детского сада «Морячок». От себя лично, от моего коллеги Вадима Шкодина, написавшего проникновенные тексты о быте старообрядцев, а также от семьи Ивана и Александры Мурачевых выражаем всем огромную благодарность за помощь и неравнодушие!

Семь пакетов с детскими вещами, собранными родителями детского садика «Морячок», были погружены в кузов нашего небольшого грузовичка. Далее наш путь лежал на «Птицефабрику Уссурийскую», где нас ждали 100 кур-несушек и 5 мешков с кормом для них. Погрузив живой груз в кузов, мы двинулись дальше, уже до самого Дерсу, точнее до переправы, где в назначенное время нас должны были ждать Иван Мурачев с сыновьями и подмогой.

Небольшой грузовичок уносил нас все дальше и дальше от родного дома. Тесная кабина еле вмещала в себя водителя и двух пассажиров. Мои многострадальные коленки упирались в решетки дуйки, в бок впивалась ручка переключения скоростей, но все эти тяготы поездки отходили на второй план, т.к. голова была забита одной мыслью: «Хоть бы все куры дожили до конца поездки». А ехать нам пришлось добрых 14 часов.

На протяжении всего пути я не мог оторвать взгляд от сменяющихся пейзажей. Золотая осень разукрасила флору Приморья во все возможные цвета: отдающие золотом кукурузные, пшеничные поля уходили далеко за горизонт, деревья, сбрасывая свою радужную листву, укрывали проезжающие мимо автомобили мягкими тенями, воздух был прозрачным и свежим. Чем дальше мы пробивались к северу, там более мрачными становились окружающие виды. Но малая надежда на то, что деревня Дерсу будет окружена цветным буйством красок природы, все же оставалась. К середине пути природа как будто перевернулась вверх тормашками: деревья практически лысые, зато дорога устлана цветным ковром из опавших листьев, шуршащих под колесами нашего грузовичка, везущего ценный, изредка кудахтающий, груз.

День медленно сменился вечером, а мы все еще ехали и ехали. Казалось, что наша дорога не имеет своего конца, что мы так и будем вечно везти этот живой груз до староверов. Уже далеко затемно мы приехали в поселок Рощино, где нас заждался Федор Владимирович — геолог, общественник и краевед. Многие его знают как бывшего директора нацпарка «Удэгейская легенда». В эту поездку он решил отправиться с нами по просьбе главного научного сотрудника Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН Юлии Викторовны Аргудяевой, которая пишет книгу о быте и истории заселения староверов в Приморье, но по состоянию здоровья она так и не смогла сама выехать на место. Федор Владимирович, вооруженный блокнотом с вопросами от Юлии Викторовны ждал нас у магазина «с двумя львами». Среднего роста, крепкого телосложения, одет в песочного цвета куртку, на голове черная кепка с налобным фонариком, через плечо перекинут старый брезентовый походный рюкзак, где, как позже оказалось, лежала только тетрадка с вопросами к староверам, которую передала Федору Владимировичу Юлия Викторовна.

— Здравствуйте! Что же вы так долго ехали? — открыв дверь грузовика сходу выпалил Федор Викторович — А я куда здесь сяду?
— Так у нас и места нет. Мы думали вы на своей машине поедете.
— Ну что ж вы не сказали сразу? — захлопнув дверь Федор Викторович поспешил куда-то к частным домам — Ладно, езжайте, я вас догоню.

С Рощино мы выехали на грунтовую дорогу, по обе стороны которой стояли безжизненные скелеты некогда зеленых деревьев. Эта дорога связывает Рощино с Пластуном. Десятки лесовозных фур разбивают и так плохую дорогу изо дня в день. Из-за этого скорость нашего грузовичка не превышала 30 км/ч. Нас шкивало из стороны в сторону. «Бедные куры! Каково им там?», — не выходило из головы. Темная дорога уходила далеко вперед, свет от фар терялся где-то в темноте. Изредка, нам навстречу выезжали те самые грузовики, до отказа набитые спиленным лесом. Кажется, еще чуть-чуть и пилить будет нечего, останется одна безжизненная пустыня с множеством пеньков. Ближе к середине пути до переправы нас догнал и Федор Владимирович. Рычащий «Субару Форестер» обогнал нас и уже дальше показывал дорогу (впереди было много развилок, был шанс свернуть не туда). До переправы, где нас уже ждали Иван Мурачев со своими сыновьями, мы добрались только к 22.00 вечера. Завидев приближающиеся они автомобилей, далекие огоньки от фонариков, светившие на той стороне реки, засуетились, замелькали, забегали. Будто светлячки, подхваченные потоком воздуха, расправили крылья и планировали. Два светлячка по подвесному мостику приближались к нам. Это Савелий и Никон спешили в нашу сторону, чтобы помочь разгрузить кузов нашего грузовичка. Горячо поприветствовав друг друга, обменявшись несколькими словами, мы в спешке стали разгружать автомобиль. Водитель грузовичка нервничал и все время причитал: «Если бы я знал, что так далеко надо будет ехать, не поехал бы!», «Зачем я согласился?!», «Завтра в городе нужно уже быть, а поздно!». Это действовало на нервы. Пожилой мужчина, ждавший паром на своем микроавтобусе, очень громко ругался, то на нас, то на Савелия с Никоном.

— Вот куда вы этих кур везете? Небось староверам? – разорялся он – А чем они это заслужили? Почему вот мне или бабушке какой с Дальнего Кута ничего не привезли? Почему все им? Все им!

Таких людей полно по всей России. Обычно возмущаются те, кто ничего не хочет делать, а только ждет от кого-либо помощи: от государства, от местной власти, от незнакомых людей, от всех, только не от самого себя.

Погрузив все вещи на паром, попрощавшись с Вадимом, (ему пришлось ехать обратно во Владивосток) мы стали переправляться на противоположный берег. Мужчина, заехавший на баржу на своем микроавтобусе, высунувшись из окна все причитал о несправедливости жизни, о том, как всем в селе плохо живется, что работать негде, а помогают только староверам.

— Эти староверы – они же цыгане настоящие! – все не унимался он – Вы посмотрите сколько земли они себе отхапали и еще хотят. Все им мало! Вон трактора понакупали себе, даже комбайн есть! А почему бы им не приехать на своей техники и у нас в селе не вспахать огороды? Нет, только себе. Все себе! Цыгане.

Я, паромщик и его помощник вступили с разгневанным мужчиной в долгую полемику, Савелий и Никон смиренно молчали. Переправа заняла чуть больше 10-ти минут. Этого времени хватило недовольному человеку, глаза которого источали только черную зависть и злобу, чтобы высказать все, что он думает о старообрядцах, о действующей власти и всей той несправедливости, что преследует его, как мне показалось, всю его жизнь.

К староверам в этих местах неоднозначное отношение: кто-то их хвалит за трудолюбие, за подъем деревни и земель, где живут, за их любовь к Родине, предкам, истории и культуре; но есть и те, кстати, их большинство, кто ругает работяг, называя их, как вы уже читали, цыганами, захватившими эти земли. Я думаю, что этими людьми, кто недоволен, движет простая русская озлобленность и зависть, простая зависть к их трудолюбию. Вместо того, что бы взять себя в руки, они берут в руки стакан и спиваются, спиваются из-за своего желчности и озлобленности, виня всех в своих бедах, только не самих себя, святых и праведных.

— Мы привыкли к такому отношению — позже скажет мне Иван Мурачев – Те, кто хочет жить хорошо, кормить свою семью, возделывать землю, да скот держать, тот будет работать. Будет просыпаться в 6 и даже 5 утра, если понадобится, а не валяться пьяным до обеда, а потом, просыпаясь, снова браться за стакан. Это все бес, это он их подкосил и направил на путь этот. Они просто лентяи, лодыри. Все бы у них было, если сами этого сильно захотели. Правда одного желания тут будет мало, нужно брать и делать.

На противоположном берегу, куда прибыл наш, так называемый, «паром» нас уже ждали. Иван Мурачев на своем на своем стареньком Датсуне, да мужчина, тоже из староверов, на нанятом грузовике. После долгих и горячих приветствий все, даже тот самый ворчащий мужик с микроавтобуса, помогли выгрузить коробки с курами, мешки с кормом и пакеты с детскими вещами с парома. В процессе Иван быстро и громко, жестикулируя руками, рассказывал последние новости с деревни: кто куда собирается переехать, кто наоборот, приехал, кто жениться собирается, кого в гости ждать будут. Очень тепло благодарил и за привезенных кур, за корм и, особенно, за детские вещи, купить которые они бы никак не смогли бы.

— У нас девять детей. Вот зайдешь в магазин, а цены там! – разводит руками Иван – Очень тяжело приходится, но мы стараемся справляться!

Пока мы грузили подарки в грузовик паром успел перевезти и Федора Владимировича с его резвым транспортом. С ним я уже и доехал до Дерсу. По дороге он долго рассказывал о староверах, об Иване, о его проблемах с переездом, о том, как ему и его семье пришлось жить чуть ли не в сарае, пока нашлись люди, которые помогли ему со строительством дома. Я же рассказал ему и о своих планах тоже. Для проекта мне нужны были портреты этих людей, которые отказались фотографироваться в прошлый раз. Ну, как вы поняли, из заглавной фотографии – Федор Владимирович все же смог мне помочь с этим вопросом. За что ему огромное и человеческое спасибо!

В этот раз дорога заняла чуть меньше получаса – мостики были отремонтированы, нам не приходилось каждый раз останавливаться перед ними, да поправлять доски. Как позже рассказывал Иван, новый глава Дальнекутского поселения выбил технику, и теперь будут делать дорогу. Точнее, пройдутся по ней грейдером, что уже хорошо.

— В скором времени все должно наладится – говорил Иван – Дай Бог! Дай Бог! Да и как же иначе?!

А на самом деле, как же иначе?! У хороших людей все должно быть хорошо. Все оно как в русских сказках – добро всегда побеждает зло. Да и побеждено оно уже давно, ибо главное зло для староверов – лень. Но, что не говори, лениться им попросту некогда. Слишком большое хозяйство держат, да семью такую большую одной ленью не прокормишь. Нет, лень – это не про них.

В деревню мы въехали уже ближе к полуночи. Кругом темнота, тишина. Даже собаки не лают. Лишь редкие огни окон указывают на то, что в деревне есть жизнь, что здесь живут люди. Мурачевы в это время уже разгружали машины. Кур выгрузили в бывший сарай, теперь уже курятник. Некогда подсобное помещение, где Мурачевы хранили весь свои сельхозинвентарь, быстро переоборудовали в просторный курятник со светом и помостом. Осталось только утеплить его к зиме. Чтобы курица неслась в холодное время года, температура в помещении должна быть не ниже +15. Детские вещи и мешки с кормом отнесли в дом, куда пригласили и нас. После длительной беседы и ужина мы легли спать. За весь следующий день нужно было сделать очень много работы.

За время нашего пути Владивосток – Дерсу, курицы снесли 9 яиц.

Утро в доме староверов начинается еще ночью (по-нашему ночью). Первыми всегда встают взрослые, отец будет детей, мать хлопочет по кухне. Плотный завтрак необходим для поддержания силы в течении всего дня. Трудиться всем приходится очень много. Для каждого найдется работа, даже для тех, кто по нашим меркам должен еще ходить в садик или начальные классы. Постепенно дом начинает оживать: кто-то одевается, кто-то гремит посудой на кухне, Оля, младший ребенок в семье, хныкает у себя в комнате, видимо ей не нравится вставать так рано. Кошки мечутся из стороны в сторону в надежде найти укромный уголок, что бы дальше, свернувшись калачиком, лечь досматривать свои полосато-усатые сны.

После завтрака я попросил, пока все еще были полны сил и радости, о фотосъемке всех членов семьи. Правда к этому моменту парни, Никон, Савелий и Евстафий, ушли помогать по хозяйству. Поэтому отснять удалось только женскую половину семьи.

Саломания Мурачева
Евгения Мурачева
Улиния Мурачева
Неонила Мурачева
Ольга Мурачева

В соответствии с установленными канонами женщина должна иметь столько детей, «сколько Бог даст», и предохраняться от беременности считается грехом.

Иван, его супруга Александра и маленькая Ольга.

После непродолжительной фотосессии дети стали собираться в церковь. Чужаку, точнее не староверу, туда вход закрыт. Я остался в доме, где Иван принялся отвечать на вопросы Федора Владимировича, Александра взялась за рисование узоров для новой косоворотки, а маленькая Ольга с головой погрузилась в изучение новой игрушки.

— Каждая девочка должна уметь шить, вышивать — рассказывает Александра, продолжая аккуратно выводить цветы-колокольчике на лоскутке ткани — С 10ти лет учим. Выйдет замуж, а она должна уметь уже все делать: вышивать сарафаны, косоворотки, корову доить, есть готовить, да вообще все уметь должна. А ежели не умеет, то на кой такая жена нужна?

— Тренируются сначала на куклах — продолжает Александра, обмакивая кисточку в баночку с зеленой краской — Это будут листики. Зеленые. Так вот. Пока мальчишки, а потом уже парни, женихи помогают по хозяйству, девочки должны залатать износившуюся одёжу, пол подмести, кушать приготовить, с детьми позаниматься, да вообще очень много работы. Всем хватает. Очень редко можем себе позволить просто посидеть без дела. Вот вы приехали сейчас, так Иван хоть дома отдохнуть может, — улыбаясь косится на мужа (тот в это время рассказывал об истории семейных странствий Федору Владимировичу).- А не приехали бы, так и возился где-нибудь с чем-нибудь. Да, работы хватает всем.

— Умение вышивать, украшать одежду вы передаете своим детям, так сказать, из поколения в поколение?

— Кто может это делать, тот и передает. А есть и те, кто не умеет шить, рисовать не умеет, — сетует Александра, отложив кисточку — Нас никто не учил рисовать, как-то сами все. Вот я могу рисовать. Могу деток своих научить. А те, кто не умеет, те нам носят. Бывает приносят, скажем, штаны, суют, мол, соседка, выручи, зашей дырку. А как же так? Не умеют! Как так? Вот вместе с этим неумением все наши традиции и теряются. Жалко. Очень жалко.

Тем временем Иван рассказывал Федору Владимировичу о жизни в Боливии:

— В Боливии нам позволяли покупать земли! Здесь же нельзя. Все очень сложно в России с этим. Хочешь заняться сельским хозяйством, хочешь землю возделывать, а не дают, — возмущается Иван. — Там же, хочешь работать — пожалуйста. Покупай и работай себе на здоровье. В те времена, как мы там жили гектар земли с лесом можно было купить за 30 долларов, без леса за 300. Сейчас цены подняли сильно — с лесом 600 долларов, а без леса до 2000 доходит. От места зависит.

— Много земли у людей было в собственности? — Федор Владимирович все записывал в свою тетрадку.

— Были семьи, что по 1000 гектар земли имели,- с гордостью отвечает Иван — Они могли и техники много себе купить. Кстати, многие зарабатывали тем, что эту технику в аренду сдавали.

Дверь дома распахнулась и в комнату влетел запыхавшийся Никон: «Саша, пошли! Мы корову сейчас будем доить. Сфотографируешь! Ты же хотел.»

Пришлось в спешке собираться и пропустить интересное интервью с Иваном. О чем беседовал дальше Федор Владимирович со старообрядцем так и останется для меня загадкой, а значит и для моих читателей. После надоя первого ведра к нам подошли Александра с Саломанией.

— Так, быстро в курятник! Нужно помост доделать. Здесь мы сами управимся, — в приказном порядке «отлучили» нас от коровы.

Сделав один кадр в курятнике я отправился гулять по деревне. Савелий, младший сын Мурачевых, вызвался добровольцем чтобы провести мне небольшую экскурсию по окрестностям, а также попробовать помочь с налаживанием контакта с местными. Фотосъемки одной семьи мне было мало. Портретов нужно было куда больше.

В Дерсу я пробыл еще один день. За это время мне удалось договориться о съемке с еще одной семьей, остальные были категорически против.

Вторая семья, согласившаяся на фотосъемку. Это Яков Мурачев. Он со своей семьей в скором будущем переезжает в Самаргу. Он поменялся домами с одним из тамошних староверов.

Всего в их семье двое детей. Семья молодая. Второй ребенок — девочка. Она в это время спала.

Ирина Горбунова
Саша Мурачев
Семья Якова Мурачева

Часть старообрядцев Боливии и Уругвая (практически все – потомки приморских старообрядцев) прибыла в Приморье по краевой целевой программе «Об оказании содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, проживающих за рубежом». Рассчитанная на 6 лет, она реализуется в Приморском крае с 2007 года. Основная цель программы – стабилизация демографической ситуации в крае, которая характеризуется снижением общей численности населения за счет естественной убыли и миграционного оттока.

Первоначально программой были определены шесть территорий вселения: четыре городских округа (Артемовский, Дальнегорский, Находкинский, Уссурийский), Пограничный муниципальный район и поселок Восток Красноармейского района, но в дальнейшем была разработана новая редакция программы переселения сроком действия до конца 2012 года, в которой предусматривалось увеличение (с шести до 16) территорий вселения, скорректированы численность участников и объем финансирования, предусмотрена возможность компактного поселения религиозных общин для ведения сельскохозяйственной деятельности.

Дары технического прогресса давно вошли в обиход у староверов. Современная техника широко используется в хозяйственном и семейном быту. Практически в каждом доме есть холодильники, стиральные машины и другие электроприборы.

Под строгим запретом только «бесовская техника» — телевизоры и компьютеры, которые, по мнению староверов, развращают человека. Старообрядцы не читают светскую литературу, не пользуются интернетом. Сотовый телефон есть практически в каждой семье, но используется только далеко за пределами села (мобильной связи в Дерсу нет), да и то — в случае крайней необходимости.

В пищу употребляют в основном продуты натурального хозяйства. Но что-то – соль, сахар, растительное масло – приходится покупать в магазинах, самый ближний из которых находится в Дальнем Куте.

Устои духовной жизни староверы охраняют от внешнего влияния очень строго. Старообрядцы Дерсу принадлежат к одному из наиболее консервативных течений в старообрядчестве — так называемым «часовенным» (переходным между «поповцами» и «беспоповцами»). У «часовенных» функции духовных лидеров исполняют выбранные из числа мирян грамотные наставники.

Огромное место в жизни староверов занимает молитва — с ней просыпаются и засыпают, ей начинается и заканчивается прием пищи, начало и окончание работ.

У староверов много своих традиционных праздников, уходящих корнями в глубокое прошлое. Каждый праздник отмечается в строгом соответствии с устоявшимися канонами. Несмотря на то, что староверы не поют светских песен, стремясь сохранять благочестие, праздники они справляют очень торжественно, с песнями и танцами, которые не противоречат их религиозным установкам.

Курение табака — под строгим запретом, а вот употребление алкоголя запрещено только с понедельника по субботу. В воскресение, которое является обязательным днем, освобожденным от работы, старообрядцы могут немного выпить, но и здесь оригинальны — пьют только брагу собственного приготовления.

Утро следующего дня встретило меня морозным, золотым рассветом. Недолго думая, даже не позавтракав, на удивление Ивана, я выбежал на улицу и фотографировал. Фотографировал дымку, пасущихся коров, покрытые инеем дома и растения. Это было чудесное утро. В обед я уехал в Рощино. Переночевав в гостинице мой путь лежал дальше — на этот раз я решил далеко не ехать и посетил село Крутой Яр (материал на стадии подготовки). Меня очень радушно приняли в школе, в детском саду (даже покормили там), в местном клубе и слесарной мастерской, где ребятишки со школы на станках вытачивают из дерева различную кухонную утварь. А вот местные жители оказались не такими гостеприимными, практически все отказались давать мне интервью. Лишь одна женщина кратко и сухо ответила на несколько вопросов. Жаль. Очень жаль.

Автор текста и фотографий: Александр Хитров

Материал создан: 10.11.2015

создано на основе этого материала

комментарии к статье


iamruss.ru

Как живут современные старообрядцы

Старообрядчество привлекает пристальное внимание общественности. Любопытство вызывают люди, которые в XXI веке придерживаются традиций и устоев многовековой давности. В народе до сих пор существует стереотип, что старообрядцы живут исключительно в таежных скитах, отвергают блага цивилизации и существуют только за счет подсобного хозяйства и лесных даров. Доля правды в этом есть, однако не все так просто. В России, и в Иркутской области в частности, существует несколько согласий, представители которых живут не только в сельской местности, но и в крупных городах. Причем отличить городского старообрядца от светских людей сразу не получится. Современная одежда, модная прическа, социальный статус делают это практически невозможным. Однако, где бы ни проживали старообрядцы, их отличают глубина веры, сохранение традиций и семейных ценностей. О том, что сегодня представляют собой старообрядческие согласия в Прибайкалье и как устроен их родовой уклад жизни, мы поговорили с Александром Костровым, профессором кафедры мировой истории и международных отношений ИГУ.

Без имен и фотографий

Как отмечает Александр Костров, сегодня старообрядчество находится на определенном подъеме. Одна из причин этого заключается в том, что люди, отвергая влияние западной модели образа жизни, все чаще возвращаются к своим истокам, корням. И именно старообрядцы являются хранителями древней русской культуры. Сегодня многие из них возвращаются из-за границы на исконную родину в сельскую местность, развивают подсобное хозяйство, опираясь на семейные и религиозные традиции.

По примерным оценкам, в настоящее время в Прибайкалье насчитывается порядка 2,5 тысячи старообрядцев и интересующихся потомков. Точную цифру никто не сможет назвать, поскольку многие согласия не делятся числом своих последователей. Также есть общины, которые и вовсе себя не афишируют.

— В Иркутской области есть общины разных согласий. У каждого из них свои достижения, проблемы, житейские заботы. К ним, например, относится строительство храмов в областном центре. Для активизации положительного влияния старообрядцев на прибайкальское общество Восточно-Сибирским аналитико-просветительским центром «Согласие» создается межсогласийный Центр старообрядческой культуры. Также в рамках реализации проекта «Старообрядчество Иркутской области: роль в культурном развитии региона» предпринимаются экспедиционные исследования разных старообрядческих общин. Особый интерес исследователей вызывают старообрядческие роды, — подчеркивает Александр Валерьевич.

По его словам, именно старообрядческая семья, с одной стороны, является ценностью и хранителем старообрядческой традиции, а с другой стороны, проявляет специфику разных согласий и мест проживания их представителей. Будь то город или глухая тайга.

В этом году проводилось четыре экспедиции по разным территориям Восточной Сибири. Одна из них завела путешественников в глубокую северную тайгу. Там они познакомились с ярким представителем старообрядцев часовенного согласия. Сразу стоит оговориться, что его имени (как и других героев) мы называть не будем, так как последователи этого согласия стремятся не афишировать свои личные данные. Также они стараются не фотографироваться и тем более не попадать в Интернет. Представители же других согласий просто не любят рекламу.

Единственное, что можно сказать о первом герое, — это 40-летний мужчина, у которого 12 детей и большое хозяйство. Место под усадьбу он отвоевал у тайги с помощью топора, трактора и своих трудолюбивых рук.

Часовенные пришли в этот край из Западной Сибири в первой трети XX века. Тогда кругом плотной завесой стояла тайга. Однако им удалось расчистить поля, разбить покосы. Сейчас поселение насчитывает несколько десятков дворов. Это небольшая деревушка, в которой ведется свой устоявшийся уклад жизни. Несмотря на существующие стереотипы, старообрядцы довольно радушно приветили гостей. В доме хозяина, куда пригласили членов экспедиции, было чисто и хлебосольно. При этом на столе стояли угощения, приготовленные только из натуральных домашних и таежных продуктов. Другой еды здесь просто нет.

По словам Александра Кострова, глава семьи в повседневности носит косоворотку, подпоясанную тканым поясом. При этом на каждый случай у него имеется свой комплект одежды: кроме будничного еще есть праздничный и моленный.

— Когда он облачается в косоворотку и моленный кафтан, берет в руку лестовку (старообрядческие четки) и подручник (коврик для земных поклонов), то перед нами в полный рост стоит бородатый XVII век, — рассказывает без доли иронии историк. — То же самое можно сказать и о его жене и детях.

Без телевизора и Интернета

Практически все старообрядцы умеют читать по-церковно­славянски. Кроме того, они знают знаменное пение, которое, к сожалению, у других групп православного населения сегодня находится в забвении. Все семьи живут своим хозяйством и тайгой. При этом не принято брать незаработанные деньги, поэтому здесь не получают детские, пенсии, различные пособия.

Сельскохозяйственный труд у старообрядцев настолько развит, что они могут выращивать даже арбузы. Казалось бы, невозможная роскошь для северных территорий. В сезон они занимаются заготовкой даров леса, но основной достаток имеют за счет большой соболиной охоты. На три месяца мужчины отправляются далеко в тайгу, на охотничьи угодья, добывают соболя, а мех затем сдают. Плюс старообрядцы являются отличными строителями. Они виртуозно владеют техникой деревообработки. И для этого им не нужно специальное образование. Опыт и мастерство перенимаются от старшего поколения.

Одним словом, часовенные — коренные таежники. Тем не менее здесь все же можно увидеть признаки современной цивилизации. Так, например, в хозяйстве имеется техника: бензопилы, снегоходы, лодочные моторы, тракторы и т. д. Все, что необходимо для ведения сельскохозяйственной деятельности и промысла. Зачастую охотугодья находятся за 100 километров от дома, и без снегоходов в 40-градусный мороз по сугробам туда не добраться. Ремонтируют все агрегаты они сами. Поскольку денег на приобретение мощной дорогостоящей техники у старообрядцев нет, они приобретают старую и полностью перебирают ее до винтика. То есть от внешнего мира они берут только «полезную» технику, избегая при этом «бесполезной» и «вредной».

Примечательно, что в таких общинах имеется купец, который поддерживает их связь с внешним миром. Он выезжает в «свет» и закупает все необходимое. Причем его звание — купец, это традиционное слово. По-другому торгового агента здесь не называют.

Все жители говорят на красивом русском языке с архаизмами. Многих современных слов они не знают, и большинство из них никогда не видели советских фильмов. Поэтому когда члены экспедиции между собой приводили ставшие народными цитаты из отечественного кинематографа, часовенные невозмутимо и добродушно интересовались: «И что это? О чем?»

— На самом деле это ценный социокультурный заповедник, в котором сохраняются основы национальной религиозной, социальной и хозяйственной культуры. В доме богатая библиотека церковнославянских книг, иконы в стиле старого письма. Есть свои иконописцы. Службы проходят по старому уставу: вечерня с 17.00 до 19.00 в субботу, а воскресная служба продолжается с 3.00 ночи до 8 утра. При этом моленная во время служб полна людей всех возрастов. Мужчины и женщины, одетые в моленные кафтаны и сарафаны, стоят по разным сторонам храма. От мира они берут лишь то, что им необходимо, а излишки им не нужны. У них нет Интернета, телевизора. Крайне редко старообрядцы пользуются мобильными телефонами. Да и те, что есть, — это кнопочные устройства, единственная функция которых — связь. Причем не все даже их брали в руки. Жители считают, что если необходимо связаться с нужным человеком, можно просто сходить или съездить к нему и поговорить.

Строящийся старообрядческий храм в селе Моты.

«И в городе своих взглядов держатся крепко»

Наряду с таежными старообрядцами, больше всего вписывающимися в идеальное представление о них большинства людей, развиваются и городские общины. Их семьи менее традиционалистские и не такие многодетные, как у таежников. В центре их внимания — сохранение и развитие церковно-религиозной традиции на фоне включения в культуру современного общества.

С этой точки зрения представляют интерес новозыбковские старообрядцы. Их отличительная черта заключается в том, что представители этого согласия проживают как в селах, так и в городах. Они, в отличие от часовенных, пользуются современными коммуникациями: смотрят телевизор, используют Интернет и современные мобильные телефоны. Как говорит настоятель общины, «Бог дал, надо пользоваться». Внешне они не отличаются от других горожан, однако в церковном быту стараются соблюдать все строго. Каждое воскресенье активные представители иркутской общины собираются на службу в домовом храме по адресу ул. Медведева, д. 1. Также строится церковь в с. Моты и ведется работа, направленная на получение участка под строительство большого городского храма. В общину входят представители разных родов из Прибайкалья, Забайкалья, Хакасии, Красноярского края и Алтая. Эти местные и в разное время прибывшие из других регионов семьи заметно обогатили Иркутск, как с точки зрения социального капитала, так и с точки зрения сохранения и развития здесь глубокой традиционной культуры.

В качестве примера профессор ИГУ привел семью одного из активных представителей иркутской городской общины этого согласия. Члены семьи не только знают родословную до седьмого колена, но и поддерживают близкие отношения с близкими и дальними родственниками. Они почтительно относятся к старшему поколению, вместе воспитывают детей от многочисленной родни. В повседневной жизни трудятся на разных профессиональных поприщах: строительство, бухгалтерия, образование и т. д. При этом по каждому из этих направлений имеются достижения, которые в том числе отмечены государственными и общественными наградами. Глава семьи активно занимается общественной деятельностью и имеет широкий круг общения, в который входят как ученые, так и представители разных конфессиональных и культурных групп. Что характерно, в своих многочисленных путешествиях он всегда посещает старообрядческие святыни и местные общины, тем самым стараясь поддержать традицию в разных регионах и ознакомиться с местным опытом ее сохранения. Когда же приходит воскресенье или религиозные праздники, глава семьи надевает моленную одежду и вместе со своими близкими идет в храм или молится дома.

Современный городской старообрядец

Самым городским согласием старообрядчества можно назвать белокриницкое. В качестве примера Александр Костров приводит одну иркутскую предпринимательскую династию.

— Ее глава — городской старообрядец XXI века. Активно занимаясь предпринимательской деятельностью, он в 1994 году вместе с товарищами восстановил историческую общину своего согласия. Взамен изъятого в 1938 году храма было получено здание под церковь (по адресу Баррикад, 109) и чуть позже земельный участок под старообрядческое конфессиональное кладбище. Он был во многих странах, где в том числе изучал мемориальную культуру. Этот опыт он использовал для того, чтобы Покровский старообрядческий погост стал лучшим кладбищем на востоке России. Сегодня большую часть своего дела он передает дочери и внукам. Этот старообрядец активно включен не только в экономические, но и в социокультурные отношения современного общества, — рассказывает Александр Валерьевич.

— Это современный, модно одетый человек, который пользуется всеми благами современной цивилизации. При этом он оказывает благотворительную помощь клубу, в котором занимаются спортом люди с ограниченными возможностями. Также одним из направлений деятельности является помощь мигрантам, в том числе старообрядческим. Сейчас при его активном участии создан попечительский совет, в который вошли ученые, политики, архитекторы, строители и журналисты, объединившиеся для оптимизации развития погоста и строительства новой церкви.

— Сегодня мы воочию видим, насколько старообрядчество разнообразное и многоликое. Его представители проживают и в сельской местности, и в городской агломерации. И всех этих людей из разных старообрядческих согласий и мест проживания объединяет здоровый традиционализм, который предполагает глубокое знание отечественной религиозной и народной культуры, а также стремление к развитию на основе семейных ценностей и любви к Родине. Что меня особенно поражает, так это глубина веры, степень сохранения традиций, их здравомыслие. У них очень взвешенное отношение к себе, к миру, к обществу. Старообрядцы никому не навязывают свои взгляды, но своих взглядов держатся очень крепко. И это вызывает уважение, — подчеркивает Александр Костров.

По словам ученого, старообрядцы стали первыми поборниками системного традиционного патриотизма в нашей истории. Ибо в ситуации, когда нужно сделать выбор, они всегда выбирали свое, а чужое принимали только при необходимости и с условием, что это не навредит отечественному. Поэтому и в современности старообрядцы являются яркими хранителями российской национальной культуры.

baik-info.ru

Кто такие староверы?

Во что верят староверы и откуда они взялись? Историческая справка

Староверы в наши дни

В последние годы все большее количество наших сограждан интересуются вопросами здорового образа жизни, экологически чистых способов хозяйствования, выживания в экстремальных условиях, умения жить в гармонии с природой, духовного совершенствования. В этой связи многие обращаются к тысячелетнему опыту наших предков, сумевших освоить огромные территории нынешней России и создавших сельскохозяйственные, торговые и военные форпосты во всех отдаленных уголках нашей Родины.

Не в последнюю очередь в этом случае речь идет о староверах — людях, заселивших в свое время не только территории Российской империи, но и принесших русских язык, русскую культуру и русскую веру на берега Нила, в джунгли Боливии, пустоши Австралии и на заснеженные сопки Аляски. Опыт староверов поистине уникален: они смогли в самых сложных природных и политических условиях сохранить свою религиозную и культурную идентичность, не растерять язык и обычаи. Не случайно поэтому во всем мире так хорошо известна знаменитая отшельница Агафья Лыкова из семьи староверов Лыковых.

Однако о самих староверах известно не так много. Кто-то считает, что староверы — это люди с примитивным образованием, придерживающиеся устаревших способов хозяйства. Другие думают, что староверы — это люди, исповедующие язычество и поклоняющиеся древнерусским богам — Перуну, Велесу, Даждьбогу и другим. Третьи задаются вопросом: если есть староверы, то должна быть и какая-то старая вера? Ответ на эти и другие вопросы, касающиеся староверов, читайте в нашей статье.
 

Содержание

 

Старая и новая вера

Одним из самых трагических событий в истории России XVII века стал раскол Русской Церкви. Царь Алексей Михайлович Романов и его ближайший духовный сподвижник патриарх Никон (Минин) решили провести глобальную церковную реформу. Начавшись с незначительных, на первый взгляд, изменений — перемены в сложении перстов при крестном знамении с двуперстия на трехперстие и отмены земных поклонов, реформа в скором времени затронула все стороны Богослужения и Устава. Продолжаясь и развиваясь в той или иной мере вплоть до царствования императора Петра I, эта реформа изменила многие канонические правила, духовные установления, обычаи церковного управления, писаные и неписаные традиции. Изменениям подверглись практически все стороны религиозной, а затем и культурно-бытовой жизни русского народа.

Картина В. Г. Перова «Никита Пустосвят. Спор о вере»

Однако с началом реформ выяснилось, что значительное число русских христиан увидело в них попытку измены самого вероучения, разрушения религиозного и культурного уклада, который веками складывался на Руси после её Крещения. Против замыслов царя и патриарха выступило множество священников, иноков и мирян. Они писали челобитные, письма и воззвания, обличая нововведения и защищая веру, хранимую  сотни лет. В своих сочинениях апологеты указывали, что реформы не просто насильно, под страхом казней и гонений, перекраивают традиции и предания, но и затрагивают самое главное — разрушают и меняют саму христианскую веру. О том, что реформа Никона является отступнической и изменяет саму веру, писали практически все защитники древлецерковного предания. Так, священномученик протопоп Аввакум указывал:

Заб­лудили и отступили от истинныя веры с Никоном отступником злокозненным пагубником еретиком. Огнем, да кнутом, да висилицею хотят веру утвердить!

Он также призывал не бояться мучителей и пострадать за «старую христианскую Веру». В том же духе выражался известный писатель того времени, защитник Православия Спиридон Потёмкин:

Тщаться веру истинную повредит прилогами (прибавлениями) еретическими, чтобы не поняли верные христиане, но да прельстились на обман.

Потемкин осуждал Богослужение и обряды, совершаемые по новым книгам и новым чинам, которые называл «злой верой»:

Еретицы суть крещающии во злую свою веру, крестят хуляще Бога во Святой Троицы единаго.

О необходимости защиты отеческого предания и старой русской веры писал исповедник и священномученик диакон Феодор, приводя многочисленные примеры из истории Церкви:

Еретик, благочестивых людей, страждущих от него за старую веру, в ссылках морил гладом…И аще старую веру оправит Бог единым попом пред всем царством, всем властями срам бу­дет и поношение от всего мира.

Иноки-исповедники Соловецкого монастыря, отказавшиеся принять реформу патриарха Никона, писали царю Алексею Михайловичу в своей четвертой челобитной:

Повели, государь, нам быти в той же нашей Старой Вере, в которой отец твой государев и все благоверные цари и великие князи и отцы наши скончались, и преподобные отцы Зосима и Саватий, и Герман, и Филипп митрополит и все святии отцы угодили Богу.

Так постепенно и стало говориться, что до реформ патриарха Никона и царя Алексея Михайловича, до церковного раскола была одна вера, а после раскола — уже другая вера. Дораскольное исповедание стали называть старой верой, а послераскольное реформированное исповедание — новой верой.

Такое мнение не отрицали и сами сторонники реформ патриарха Никона. Так, патриарх Иоаким на известном диспуте в Грановитой палате говорил:

Прежде мене заведена новая вера; по совету и благословению святейших вселенских патриархов.

Еще будучи архимандритом он утверждал:

Не знаю я ни старой веры, ни новой веры, но что начальники велят то и творю.

Так постепенно и появилось понятие «старая вера», а людей, исповедующих её, стали называть «староверы», «староверцы». Таким образом, староверами стали называть людей, отказавшихся принять церковные реформы патриарха Никона и придерживающихся церковных установлений древней Руси, то есть старой веры. Принявших же реформу стали называть «нововеры» или «новолюбцы». Впрочем, термин «нововеры» надолго не прижился, а термин «староверы» существует и поныне.

 

Староверы или старообрядцы?

Долгое время в правительственных и церковных документах православных христиан, сохраняющих древние Богослужебные чины, старопечатные книги и обычаи, называли «раскольниками». В вину им ставилась верность церковному преданию, которая якобы повлекла церковный раскол. Долгие годы раскольников подвергали репрессиям, гонениям, ущемлению в гражданских правах.

Однако во времена правления Екатерины Великой отношение к староверам стало меняться. Императрица посчитала, что староверы могут быть весьма полезны для заселения необжитых районов расширяющейся Российской Империи.

По предложению князя Потемкина Екатерина подписала ряд документов, предоставляющих им права и льготы на проживание в особых районах страны. В этих документах староверы были поименованы не как «раскольники», а как «старообрядцы», что если и не было знаком благорасположения, то, несомненно, указывало на ослабление отрицательного отношения государства к староверам. Древлеправославные христиане, староверы, однако, не вдруг согласились на употребление этого названия. В апологетической литературе, постановлениях некоторых Соборов указывалось, что термин «старообрядцы» не вполне приемлем.

Писалось, что наименование «старообрядцы» подразумевает, что причины церковного разделения XVII века заключаются в одних церковных обрядах, а сама вера осталась совершенно неповрежденной. Так Иргизский староверческий собор 1805 года назвал «старообрядцами» единоверцев, т. е. христиан, употребляющих старые обряды и старопечатные книги, но подчиняющихся Синодальной Церкви. Постановление Иргизского собора гласило:

Иные отступили от нас к отщепенцам, называемым старообрядцами, которые, якоже и мы содержат старопечатныя книги, и по них службу отправляют, но со всеми сообщение во всем имеют незазорно, как в молитве, так и в ястии и питии.  

В исторических же и апологетических сочинениях древлеправославных христиан XVIII — первой половины XIX века продолжали использоваться термины «староверы» и «староверцы». Они используются, например, в «Истории Выговской пустыни» Ивана Филиппова, апологетическом сочинении «Диаконовы ответы» и других. Этот термин употреблялся и многочисленными новообрядческими авторами, такими как Н. И. Костомаров, С. Князьков. П. Знаменский, например, в «Руководстве к русской истории» издания 1870 года говорит:

Петр сделался гораздо строже к староверцам.

Вместе с тем с годами часть староверов все же стали употреблять термин «старообрядцы». Причем, как указывает известный староверческий писатель Павел Любопытный (1772–1848) в своем историческом словаре, наименование староверцы более присуще безпоповским согласиям, а «старообрядцы» — лицам, принадлежащим к согласиям, приемлющим бегствующее священство. 

И действительно, согласия, приемлющие священство (белокриницкое и беглопоповское), к началу XX века вместо термина «староверы, «староверцы» всё чаще стали употреблять «старообрядцы». Вскоре наименование старообрядцы было закреплено на законодательном уровне известным указом императора Николая II «Об укреплении начал веротерпимости». Седьмой пункт этого документа гласит:

Присвоить наименование старообрядцев, взамен ныне употребляемого названия раскольников, всем последователям толков и согласий, которые приемлют основные догматы Церкви Православной, но не признают некоторых принятых ею обрядов и отправляют свое богослужение по старопечатным книгам.

Однако и после этого многие старообрядцы продолжали называться староверами. Особенно тщательно сохраняли это название безпоповские согласия. Д. Михайлов, автор журнала «Родная старина», издаваемого староверческим кружком ревнителей русской старины в Риге (1927 г.), писал:

О «старой христианской вере» говорит протопоп Аввакум, а не об «обрядах». Вот почему нигде во всех исторических постановлениях и посланиях первых ревнителей древлего православия — нигде не встречается наименования «старообрядец.

 

Во что верят староверы?

Староверы, как наследники дораскольной, дореформенной Руси, стараются сохранять все догматы, канонические положения, чины и последования древнерусской Церкви.

В первую очередь, конечно, это касается главных церковных догматов: исповедания св. Троицы, воплощения Бога Слова, двух ипостасей Исуса Христа, искупительной его Крестной Жертвы и Воскресения. Главным же отличием исповедания староверов от других христианских исповеданий является употребление форм богопочитания и церковного благочестия, характерных для древней Церкви.

Среди них — двуперстное крестное знамение, погружательное крещение, унисонное пение, каноническая иконопись, специальная молитвенная одежда. Для Богослужения староверы используют старопечатные богослужебные книги, изданные до 1652 года (главным образом изданные при последнем благочестивом патриархе Иосифе. Староверы, однако, не представляют собой единого сообщества или церкви — в течение сотен лет они разделились на два основных направления: поповцы и безпоповцы.
 

Староверыпоповцы

Староверыпоповцы, помимо прочих церковных установлений, признают трехчинную старообрядческую иерархию (священство) и все церковные таинства древней Церкви, среди которых наиболее известны: Крещение, Миропомазание, Евхаристия, Священство, Брак, Исповедь (Покаяние), Елеосвящение. Помимо этих семи таинств в староверии есть и другие, несколько менее известные таинства и священнодействия, а именно: пострижение в иноки (равночестное таинству Брака), большое и малое Освящение воды, освящение масла на Полиелеосе, священническое благословение.
 

Староверы-безпоповцы

Староверы-безпоповцы считают, что после церковного раскола, учиненного царем Алексеем Михайловичем, благочестивая церковная иерархия (епископы, священники, диаконы) исчезла. А потому часть церковных таинств в той форме, в которой они существовали до раскола Церкви, упразднилась. Сегодня все староверы-безпоповцы определенно признают только два таинства: Крещение и Исповедь (покаяние). Некоторые безпоповцы (Древлеправославная Поморская Церковь) признают еще и таинство Брака. Староверы часовенного согласия также допускают Евхаристию (Причащение) с помощью св. даров, освященных в старину и сохранившихся до наших дней. Также часовенные признают Большое освящение воды, которую в день Богоявления получают путем вливания в новую воду воды, освященной в старину, когда, по их мнению, еще оставались благочестивые священники.
 

Староверы или старообрядцы?

Периодически среди староверов всех согласий возникает дискуссия: «А можно ли им именоваться староверами?» Некоторые доказывают, что необходимо наименоваться исключительно христианами потому, что никакой старой веры и старых обрядов не существует, равно как и новой веры и новых обрядов. По мнению таковых, есть только одна истинная, одна правая вера и одни истинные православные обряды, а все остальное — это еретическое, неправославное, кривославное исповедание и мудрование.

Другие, как уже говорилось выше, считают непременно обязательным именоваться староверами, исповедующими старую веру, поскольку считают, что разница между древлеправославными христианами и последователями патриарха Никона не только в обрядах, но и в самой вере.

Третьи считают, что слово староверы нужно заменить на термин «старообрядцы». По их мнению, никакой разницы в вере между староверами и последователями патриарха Никона (никонианами) нет. Разница лишь есть в обрядах, которые у старообрядцев правильные, а у никониан — поврежденные или вовсе неправильные.

Есть и четвертое мнение относительно понятия староверов и старой веры. Его разделяют главным образом чада синодальной церкви. По их мнению, между староверами (старообрядцами) и нововерами (новообрядцами) нет не только разницы в вере, но и в обрядах. И старые, и новые обряды они называют одинаково равночестными и равноспасительными. Употребление тех или иных является лишь делом вкуса и историко-культурной традиции. Об этом гласит постановление Поместного собора Московской Патриархии от 1971 года.
 

Староверы и язычники

В конце XX века в России стали появляться религиозные и квазирелигиозные культурные объединения, исповедующие религиозные воззрения, не имеющие отношения к христианству и вообще к авраамическим, библейским религиям. Сторонники некоторых подобных объединений и сект провозглашают возрождение религиозных традиций дохристианской, языческой Руси. Чтобы выделиться, отделить свои воззрения от христианства, полученного на Руси во времена князя Владимира, некоторые неоязычники начали называть себя «староверами».

Христиане и язычники

И хотя употребление этого термина в данном контексте неправильно и ошибочно, в обществе стали распространяться воззрения, что староверы — это действительно язычники, которые возрождают старую веру в древних славянских богов — Перуна, Сварога, Дажьбога, Велеса и прочих. Не случайно поэтому, например, появилось религиозное объединение «Древнерусская инглиистическая церковь православных староверов-инглингов». Ее глава, Патер Дий (А. Ю. Хиневич), именовавшийся «патриархом Древнерусской Православной церкви староверов», даже заявлял:

Старообрядцы — это сторонники старого христианского обряда, а староверы — это старая дохристианская вера.

Существуют и другие неоязыческие общины и родноверческие культы, которые могут ошибочно восприниматься обществом как староверческие и православные. Среди них «Велесов круг», «Союз славянских общин славянской родной веры», «Русский Православный Круг» и другие. Большинство этих объединений возникли на почве псевдоисторической реконструкции и фальсификации исторических источников. На самом деле, кроме фольклорных народных поверий, никаких достоверных сведений о язычниках дохристианской Руси не сохранилось.

В какой-то момент, в начале 2000-х годов, термин «староверы» стал весьма широко восприниматься как синоним язычников. Однако благодаря широкой разъяснительной работе, а также ряду серьезных судебных процессов против «староверов-инглингов» и других экстремистских неоязыческих группировок, популярность этого лингвистического феномена сегодня пошла на спад. В последние годы подавляющее большинство неоязчников предпочитают все же называться «родноверами».


Г. С. Чистяков


Материалы по теме:

— храмы староверов на карте;
— фото староверов;
— выдающиеся личности староверов.

ruvera.ru

Староверы – кто они? История и традиции

Староверы, кто они? Таким вопросом задаются рано или поздно все, кто интересовался историей Церкви. Раскол русской Церкви стал значимым событием для всего XVII века. Староверы, отличие от православных которых очевидно и неоспоримо, принесли русскую культуру в другие регионы, но разница с православной культурой все же стала «камнем преткновения» между верующими людьми.

Содержание статьи

Староверы: история раскола

На самом деле, староверы, их обычаи и традиции далеки от ложных представлений о том, что «староверы – это те, кто до сих пор приносит жертвы Зевсу и Перуну».  Причиной раскола в свое время послужила реформа, которую решили провести царь Алексей Романов и патриарх Никон (Минин). Староверы и их отличие от православных началось с разницы в осенении крестным знамением. Реформа предлагала изменить двуперстие на трехперстие, упразднить земные поклоны, позднее реформа затронула все формы устава Церкви и порядка богослужения. Вплоть до эпохи правления Петра I в церковной жизни происходили изменения, которые староверы, ценившие старые обычаи и традиции восприняли как посягательство на традиционный и правильный, с их точки зрения, религиозный уклад.

Протопоп Аввакум призывал сохранить старую веру, в том числе, старообрядческий крест, и пострадать за «старую веру», если потребуется. Не принимали реформу патриарха Никона и в Соловецком монастыре, насельники монастыря обратились к царю Алексею Романову с челобитной в защиту старой веры. Староверы в России сегодня — это последователи тех, кто в XVII веке не принял реформу.

Кто же такие староверы и, в чем их отличие от православных, в чем разница между двумя традициями?

Староверы сохранили позицию древней Церкви по поводу исповедания святой Троицы, воплощения Бога Слова, а также двух ипостасей Иисуса Христа. Старообрядческий крест представляет собой восьмиконечный крест внутри четырехконечного. Такие кресты встречаются и в Русской Православной Церкви, наряду с Сербской Церковью, поэтому считать старообрядческий крест исключительно старообрядческим все же нельзя. При этом на старообрядческом кресте нет изображения Распятия.

Фото: http://providenie.narod2.ru

Читайте также — Старовер-«никонианин» (Конкурс)

Староверы, их обычаи и традиции во многом пересекаются с традициями тех, кто отнесся к реформе благосклонно и принял ее. Староверы — это те, кто признает крещение погружением, каноническую иконопись… При этом для Богослужения используются лишь церковные книги, изданные до 1652 года, при патриархе Иосифе или ранее. Имя Христа в этих книгах пишется, как Исус, а не Иисус.

Образ жизни

Считается, что в быту староверы очень скромны и даже аскетичны, а их культура полна архаики. Многие староверы носят бороды, не употребляют спиртных напитков, учат старославянский язык, а некоторые носят в повседневной жизни традиционную одежду.

«Поповцы» и «Безпоповцы»

Чтобы узнать о староверах больше и понять, кто они надо знать также и то, что сами староверы делят себя на «поповцев» и «безпоповцев». И, если «поповцы» признают трехчинную старообрядческую иерархию и таинства древней Церкви, то «безпоповцы» уверены — после реформы благочестивая церковная иерархия была утеряна, а потому многие таинства упразднились. Староверы-«безпоповцы» признают только два таинства и их главное отличие от православных заключается в том, что таинствами для них являются только Крещение и Исповедь, а разница между староверами-«безпоповцами» и староверами часовенного согласия заключается в том, что вторые также признают таинствами Евхаристию и Большое освящение воды.

В конце XX века «староверами» стали называть себя неоязычники, поэтому староверы в России сегодня — это не только противники реформы, но и сторонники различных религиозных объединений и сект. Тем не менее, неправильно полагать, что настоящие староверы, их обычаи и традиции каким-то образом связаны с язычеством.

О староверах на Правмире:

Фильмы о староверах:

 

www.pravmir.ru

Новая карта старообрядчества на сайте «Русская вера»

Карта старообрядчества на нашем сайте расширяет свои границы

Сегодня на сайте «Русская вера» в разделе «Храмы и общины» находится информация почти о 300 старообрядческих общинах. Наполнение этого важного, не побоимся этого слова, уникального раздела продолжается. Однако многочисленные письма читателей показали, что сформировался запрос на расширение и углубление этого раздела. В частности, высказываются пожелания получать информацию о большем числе согласий старообрядчества, храмах, общинах, монастырях и иных объектах.

В прошлом году на сайте был проведен социологический опрос. Читателям было предложено несколько вариантов наполнения раздела «Храмы и общины». Голоса разделились следующим образом.

  • За формирование информационных разделов, касающихся только четырех основных согласий старообрядчества (РПсЦ, РДЦ, ДПЦ, старопоморцы), проголосовало 29.95% респондентов;
  • За основные согласия + ныне  малочисленные, но в прошлом известные согласия XVIII-XIX вв. (часовенные, спасовцы, филипповцы и прочие) отдало свои голоса 10.15%;
  • За все выше перечисленные согласия + общины новых согласий, возникших в XX-XXI веке, высказалось 1 %;
  • Идею собирать информацию по 4 основным согласиям + бывшим старообрядческим храмам, которые в настоящее время переданы иным конфессиям, поддержало 6 %;
  • И наконец, больше всего читателей, 53 %, поддержали идею создать вселенскую карту старообрядчества — самую полную базу «старообрядных» объектов, включая все вышеперечисленные и объекты, связанные со старообрядными общинами новообрядческих церквей (РПЦ МП, РПЦЗ, РПЦЗ (В-В), РИПЦ и прочие).

Таким образом, читателями одобрено создание самой полной карты старообрядчества, где вопрос точности научного знания будет поставлен превыше «партийной» принадлежности. Без сомнения, сделать это непросто. Некоторые согласия не ведут какой-либо активной общественной деятельности. Другие слишком законспирированы. Приходы третьих территориально малодоступны. Тем не менее дорогу осилит идущий.

В этой связи приняты следующие решения.

Во-первых, в раздел будут заноситься все старообрядческие согласия, имеющие хотя бы одну реально существующую общину или храм.

Во-вторых, все характеристики общин будут даваться в информационно-нейтральном духе, не допускающем полемической и тем более обличительно-оскорбительной тональности, так распространенной в современном старообрядческом интернете.

В-третьих, титулование священно-церковнослужителей и мирян  будет производиться в соответствии с самоназванием, полномочными соборными определениями согласий.

В-четвертых, появится раздел, посвященный единоверческим (старообрядным) приходам различных новообрядческих юрисдикций. Этот раздел предположительно будет вынесен в отдельную ветку, чтобы не вызывать путаницы.

И последнее, на новой карте появятся исторические, духовные и культурные объекты, связанные со старообрядчеством. Это могут быть места бывших старообрядческих монастырей, заброшенные часовни, старообрядческие храмы, переданные нестарообрядческим конфессиям, могилы почитаемых подвижников, святые источники, озера и многое другое. 

В свою очередь, мы ждем от читателей пожелания по совершенствованию раздела, а также информацию о  старообрядческих общинах, храмах и прочих объектах, которая поможет наполнять и уточнять эту карту.

ruvera.ru

История старообрядчества

Основной позицией старообрядцев в отношении светского государства (ситуативно угнетавшего их) и огосударствленной новообрядческой церкви был категорический протест. Но этот протест редко выражался в активных формах — чаще всего он принимал вид эмиграции, чему основанием была традиционная христианская позиция непротивления властям, даже богоборческим. Исследователи также указывают на священную миссию труда староверов — на труд было возложено не только материальное обеспечение общины христиан, но сохранение последних «останков Веры Христовой».

Одной из важных черт церковно-общественной жизни старообрядчества является соборность — участие членов общин в самых разных церковных служениях, включая принятие решений на приходском и более высоких уровнях. В безпоповских согласиях, то есть не приемлющих священство, церковное управление осуществляется непосредственно мирянами — членами общин. Одним из наиболее важных событий в жизни любой такой общины является избрание наставника, главная обязанность которого возглавлять богослужение и исполнять основные таинства и требы. Сегодня мы расскажем об институте наставничества в Древлеправославной Поморской Церкви.

Вот уже три года на Рогожском после окончания Соборов в Духовном училище проходят встречи со студентами и молодыми клириками по каноническим и богослужебным вопросам. Очередная такая встреча прошла в октябре 2019 года. Ведущий о. Вадим Коровин не знающего церковных правил клирика сравнил с водителем, не знающим правил дорожного движения. На встрече побывал игумен РПЦ Кирилл (Сахаров) и поделился записями.

Пугачевский район Саратовской области был издревле заселен колонистами-старообрядцами и переселенцами из-за границы. Скиты староверов-безпоповцев создавались в пределах Саратовского края уже с конца ХVII века. Об истории беспоповского течения в этой местности и о сегодняшнем дне общин рассказывает учитель истории МБОУ СОШ № 17 города Кузнецка Степанов Дмитрий Владимирович.

Сайт «Русская вера» продолжает серию репортажей о старинных русских городах, чьи топонимы вписаны в историю первых веков существования нашего государства и которые поныне являются известными и посещаемыми историко-культурными центрами. Также мы постараемся рассказать о реликвиях и святынях, находящихся в этих городах. Наш новый репортаж из старинного Углича. 

На прошедшем 22–23 октября 2019 года Освященном Соборе Русской Православной старообрядческой Церкви, в частности, рассматривали вопрос о взимании платы за требы. Докладчиком по этой теме был настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в г. Ржеве протоиерей Евгений Чунин. Публикуем его доклад.

Как возник епископат в Древней Церкви? Какова была процедура выдвижения епископов? По каким критериям выбирались кандидаты во епископы и какое участие в этом принимала община? Предлагаем статью историка Кирилла Михайлова.

В мае 2019 года состоялась премьера пятисерийного исторического драматического мини-сериала «Чернобыль», созданного телеканалом HBO и посвященного аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году, ликвидации последствий этой аварии и расследованию её причин. Политобозреватели и кинокритики задаются вопросом: «Почему подобный фильм не был снят в нашей стране?» Ответ прост: кинематографические отображения ряда исторических событий не одобряются и не поддерживаются. В случае с аварией на ЧАЭС не только в кино, но и в прессе очень мало информации об уроне, которое понесло население регионов, подвергшихся радиоактивному заражению. Сегодня сайт «Русская вера» рассказывает о совсем малоизвестной теме — о трагедии старообрядческих поселений Стародубья и Ветки, попавших в зону последствий аварии на Чернобыльской АЭС.

В наши дни многим согражданам, жителям России, не говоря уже об иностранцах, совершенно неясна разница между старообрядчеством и новообрядчеством. Кто-то считает, что церковный раскол произошел исключительно из-за погрешностей старых книг и обрядов и излишней приверженности простого народа к ним. Другие полагают, что разделение между старообрядцами и новообрядцами обусловлено различиями культурно-исторической традиции. Третьи высказывают мнение, что церковный раскол был вызван социально-политическими причинами и стал неизбежным в ходе модернизации нашей страны в конце XVII — начале XVIII века. Во всём этом нам поможет разобраться статья Г. С. Чистякова «Чем старая вера отличается от новой».

Несколько лет назад в бывшем центре старообрядческого движения на Средней Печоре, деревне Медвежской Республики Коми, был открыт общественный музей «История старообрядческой деревни». Основательницей  этого хранилища истории стала внучатая племянница наставника старообрядцев деревни Медвежской Самоила Мамонтова — Вера Копытова. Автора репортажа потрясли жители деревни — искренние, глубоко порядочные, бескорыстные, трудолюбивые и так бережно относящиеся к своей истории. Поэтому ей захотелось рассказать о них.

Кол-во на странице: 102550200500Все

ruvera.ru

5 мест в мире, где все еще сохраняется исконно русский дух

Настоящих русских за границей не так уж и мало — по разным оценкам, от 25 до 30 млн человек, а русская диаспора считается одной из крупнейших в мире. Что заставило людей сняться с насиженных мест и уехать в неизвестность, как их приняла новая родина и многим ли удалось сохранить русский язык?

БОЛИВИЯ

Кто живет
Старообрядцы, сохраняющие свою веру со времен реформ патриарха Никона 1650–1660-х годов.

Бежав от советской власти в 20–30-х годах сначала в Китай, предки нынешних боливийских эмигрантов столкнулись с коммунизмом и там, поэтому в Китае не задержались. Та волна миграции «раскидала» многочисленные семьи старообрядцев по всему свету (сегодня их общины живут в Румынии, Польше, США, Канаде, Австралии, Аргентине, Бразилии, Боливии). Новых слов боливийские старообрядцы не знают, поэтому придумывают их сами.
Жители деревни Тоборочи, основанной на юге провинции Санта-Крус в 1980 годах русскими эмигрантами-староверами, и сейчас выглядят будто сошедшими с исторических фотографий.


Мужчины бородаты и осанисты, в обязательных косоворотках, женщины носят сарафаны и убирают косы под платок. В джунглях Южной Америки староверы ведут простую сельскую жизнь: выращивают пшеницу, бобы, кукурузу, разводят амазонскую рыбу паку в искусственных прудах.
Им удается избегать смешанных браков, подыскивая пару в семьях единомышленников, в том числе в других странах и даже на других континентах (не без помощи интернета).


Их дети учатся в школе на испанском языке, но в домашнем общении используют русский язык образца XIX века. В нем немало старинных слов: дерево называется лесиной, любовница — ухажеркой, о кредитах говорят «взять на выплатку». Новых слов боливийские старообрядцы не знают, поэтому придумывают их сами. Мультфильмы называют поскакушками, гирлянды — помигушками, ободок на волосы — одевашкой. Некоторые слова образуют от испанских, но на русский манер. Например, автозаправку называют газолинкой от испанского слова gasolinera, а словосочетание «сельское хозяйство», незнакомое им по-русски, заменяют испанским agricultura: «Мы занимаемся агрикультурой, агрикульторы мы».


Любопытно, что на говор старообрядцев повлияла не Боливия, а Китай. Те, кто много времени прожил в провинции Синьцзян, стали заменять звук «ц» на «с», а «ч» на «щ»: говорить «сыпленок» и «сарь» вместо «цыпленок» и «царь» и искажать привычные слова: «сынощек», «щайник», «лавощка». Это вызывает усмешки у других старообрядцев, которые жили в Харбине: они считают свою речь более правильной — и действительно, она более похожа на российскую.


КАНАДА

Кто живет
Духоборы (духоборцы) — адепты христианской секты, появившейся в России в XVIII веке. Духоборы отвергают церковь, иконы, кресты и выступают за официальное равенство людей.

Одним из островков России в Канаде стал город Гранд-Форкс, где много надписей на русском языке, работает музей духоборов и рестораны с русской едой.


Прибыли они сюда в конце XIX — начале XX века, спасаясь от преследований царского режима. Духоборов в России ссылали и притесняли за отказ от военной службы, неуважительное отношение к церкви.


Первым поселенцам на новой земле пришлось нелегко. Канадские власти пытались отучить их жить в общинах и склонить к труду в одиночку — фермерству. Под прессингом законов эмигрантам пришлось уехать из Саскачевана и купить земли в Британской Колумбии, где они смогли наконец жить сообща, как привыкли в России. Свои новые владения площадью 10,9 млн м² они назвали символично: Долина Утешение.


Сейчас в Канаде проживает 30 000 потомков духоборов, 5000 из них хранят веру своих предков, многие все еще говорят на русском языке.
Сегодня духоборов трудно выделить из толпы — они ассимилировались с канадцами, но поддерживают связь друг с другом благодаря интернету и сообществам.


США

Кто живет
В США проживает более 3 млн русских, более 700 000 считают русский язык родным. Многочисленная русскоязычная диаспора есть в Чикаго, Лос-Анджелесе, Сан-Франциско, Хьюстоне, Нью-Йорке. Однако существует несколько мест, которые можно назвать островками России в США, например, поселок Владимирово в штате Иллинойс. Здесь живут потомки бывших военнопленных времен Второй мировой войны.

Поселение Владимирово было создано по инициативе прихода РПЦ и православных беженцев, которые по большей части были бывшими военнопленными. Освободившись из лагерей Германии после Второй мировой войны, люди не хотели возвращаться в СССР — они ехали в США за свободой, в том числе свободой вероисповедания. Большая часть потока беженцев поселилась в крупных городах, таких как Чикаго. Но некоторые, боясь потерять свою культуру и язык, хотели жить обособленно.


В 1961 года во Владимирове местная епархия открыла детский лагерь для православных русских эмигрантов, и вскоре это место стало обрастать домами поселенцев.


Владимирово состоит из улиц Чайковского, Пушкина, Игоря Сикорского. Здесь есть церковь, кладбище, работает детский лагерь.


Сегодня кроме русских там живут и поляки, и украинцы, и белорусы, и американцы. Стоимость участка в русском поселении составляет $12 000.


АЛЯСКА

Кто живет
Потомки русских покорителей Аляски.
Самое русское поселение на Аляске — Нинильчик на берегу залива Кука. Оно было основано работниками Российско-американской компании в 1847 году.

Когда в 1867 году Аляска перешла во владение США, часть жителей вернулась в Россию, а часть осталась в Америке, русские поселенцы построили православную церковь и школу и длительное время существовали в полной изоляции, так как в залив Кука не заходили корабли.


В 1917 году русская школа закрылась. Власти США делали все, чтобы население Аляски забыло родную речь. В отношении коренных народов проводилась политика ассимиляции, детей наказывали за использование родного языка в школах: заставляли мыть язык с мылом. Тем не менее, самые пожилые люди Нинильчика хоть и утратили кириллицу, еще не забыли русский окончательно.


Более 70% слов нинильчикского диалекта составляют обычные русские слова, которые несколько изменили звучание: «агорот», «бутилка», «бабачка», «чотка» (тетка), «остраф», «мишок», «скаска». Сохранились и старинные слова XIX века: «струш» (рубанок), «вишка» (второй этаж), «чихотка» (туберкулез). Часть слов позаимствована из английского языка: например, ребенка здесь называют «бейбичка» от англ. baby. Диалект богат образными названиями: например, крупный комар — «дедушка камар», а рыба скат — «марская чайка».


Самое любопытное, что произошло с русским языком на Аляске, — это утрата среднего рода и частично женского. Нинильчане говорят: «мой дочь пришел» или «краснай смародина». Также они смешивают языки, могут сказать: «евонай мать весь ночь television караулил». Часть слов русские на Аляске заимствовали от своих жен — эскимосок и алеуток. При этом и в Нинильчике, и даже в окрестных селениях, где не знают русского языка, сохранилась традиция кричать на свадьбах «горько!».


КИТАЙ

Кто живет
Потомки белогвардейцев, староверов и православных священников, казаков, зажиточных крестьян, боявшихся раскулачивания.
Пик русской эмиграции в Китай пришелся на начало XX века, когда в китайском Харбине селились бежавшие от советской власти. Сейчас здесь живут те, кто приехал на заработки или на учебу.

Самый русский город в Китае — Харбин. Его основали русские строители железной дороги в Китай — в 1898 году как одну из станций Трансманчжурской магистрали. После вторжения японской армии и создания Китайской Народной Республики многим пришлось уехать. Но в старых районах города до сих пор преобладает типично сибирская архитектура, город все еще хранит русский дух и пополняется новой волной эмигрантов. Работают православные храмы, русские школы, центральный парк носит имя Сталина. Под Харбином есть Русская деревня, которая служит иллюстрацией быта первых поселенцев — железнодорожников.


Еще одна русская деревня, но на сей раз обитаемая, находится на границе с Россией: это волость Шивэй на реке Аргунь. Около половины населения (более 2000 человек) — этнические русские: это одна из официально признанных малых народностей Китая. Они сохраняют традиционную культуру и уклад своих русских предков, однако по внешности больше похожи на китайцев: в основном это потомки смешанных браков китайцев с забайкальцами.


Русские семьи в Шивэе исповедуют православие, строят деревянные избы и мазанки, исполняют русские песни и танцы. Многие из них, особенно люди в возрасте, еще не забыли родной язык, хотя китайские власти пытались его искоренить в 1960-е годы, в период охлаждения отношений с СССР.


С недавних пор в поселке при поддержке властей стал развиваться этнографический туризм. Около сотни русских китайских семей заняты в сфере гостеприимства: они знакомят приезжих с обычаями, нравами и фольклором российской деревни. С 2008 года в Шивэе работает русский этнографический музей.


klikabol.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о