Российский журналист: Российский журналист Левон Арзанов ранен при обстреле города Шуши в Нагорном Карабахе — Происшествия

Содержание

Пострадавший в Карабахе российский журналист вышел из комы :: Политика :: РБК

Фото: erebounihospital / Facebook

Российский военный обозреватель Юрий Котенок, получивший ранение при обстреле армянского города Шуши, вышел из комы. Об этом РБК сообщили в пресс-службе медицинского центра «Эребуни», где журналист проходит лечение.

«Юрий Котенок вышел из комы, его состояние тяжелое, но стабильное. Его отключили от аппарата искусственного дыхания, он начал разговаривать. Пока он будет в реанимации», — говорится в сообщении.

Пострадавших в Карабахе российских журналистов вывезут спецбортом

7 октября азербайджанская армия нанесла удар по собору Святого Христа Всеспасителя Казанчецоц в городе Шуши в непризнанном Нагорном Карабахе. Тогда в Министерстве иностранных дел Армении РБК сообщили, что при атаке пострадали Котенок и работающие с ним два журналиста. Позднее Минобороны Азербайджана опровергло сообщение об обстреле.

Video

Сотрудников НТВ задержали в Турции за съемку центра по разработке беспилотников

Автор фото, Mikhail Tereshchenko/TASS

Корреспондент и оператор НТВ не выходят на связь после задержания в пригороде Стамбула, сообщают телеканал и российский МИД.

«3 декабря в Стамбуле перестали выходить на связь журналисты программы НТВ «Центральное телевидение» Алексей Петрушко и Иван Малышкин. В последний раз полноценный контакт с ними был в четверг в 12:22, в ходе которого россияне сообщили, что их задерживают неизвестные и куда-то ведут», — говорится в сообщении МИД России в «Фейсбуке».

Посольство России в Анкаре и генконсульство в Стамбуле находятся в контакте с турецкими властями, проясняют информацию об их возможном задержании, предпринимают необходимые усилия по установлению местонахождения журналистов, сказано в заявлении.

Вечером в пятницу администрация Cтамбула подтвердила задержание двух россиян и гражданина Турции за несанкционированную съемку центра по производству беспилотников. Сообщение цитирует агентство РИА Новости. Срок задержания журналистов продлен до 3 дней, также заявили в администрации города. «Департамент полиции Стамбула задержал двух граждан России и гражданина Турции в 10.30 в четверг, обнаружив, что они проводили съемку без разрешения вблизи центра исследований и разработок беспилотных летательных аппаратов в нашей провинции, где фотографирование и съемка запрещены. Расследование продолжается», — говорится в сообщении.

РИА Новости ранее, ссылаясь на источник в турецком МИДе, сообщало, что сотрудников НТВ задержали в районе, где располагается производитель боевых беспилотников Baykar Savunma.

Утром в четверг Петрушко и Малышкин сообщили в редакцию о задержании полицейскими в пригороде Стамбула, потом связь с ними прервалась, говорится в сообщении пресс-службы НТВ.

В 21:00 по московскому времени Петрушко удалось отправить смс. «Нас почему-то до сих пор держат», — процитировала его пресс-служба. Больше на связь они не выходили и на звонки и сообщения не отвечали.

Какой сюжет снимали сотрудники НТВ, в телекомпании не уточнили.

Журналисты были задержаны в Стамбуле из-за отсутствия каких-либо разрешений на съемку, пишет ТАСС со ссылкой на источник в МИД Турции.

Это не первый инцидент с российскими журналистами в Турции. В марте этого года в Анкаре задержали трех сотрудников «Sputnik Турция» (часть МИА «Россия сегодня»). Сначала на их квартиры напали националисты, а после того, как пострадавшие обратились в полицию, их самих увезли на допрос, а в стамбульский офис пришли с обысками. Инцидент произошел накануне визита президента Реджепа Тайипа Эрдогана в Москву.

В 2015 году в Турции задержали съемочную группу программы «Специальный корреспондент» канала «Россия 1» — журналистов депортировали из страны в связи с «нарушениями правил деятельности иностранных журналистов». Россияне снимали сюжет недалеко от границы с Сирией.

Россия: Журналист получил три года за репортажи из Чечни

(Москва) – 5 сентября 2016 г. суд в Чечне приговорил независимого журналиста к трем годам колонии по очевидно сфабрикованному делу о хранении наркотиков, сообщает Хьюман Райтс Вотч.

23-летний Жалауди Гериев сотрудничал с «Кавказским узлом» — российским медиапорталом, освещающим события на Северном Кавказе и широко известным своими материалами о нарушениях прав человека в Чечне. Журналист намерен обжаловать приговор.

«У нас нет сомнений в том, что Гериеву таким образом мстят за его журналистскую деятельность. Остается надеется, что вышестоящий суд исправит ситуацию», — говорит Таня Локшина, программный директор Хьюман Райтс Вотч по России.

Рамзан Кадыров, стоящий во главе Чеченской Республики, последовательно проводит курс на искоренение любых проявлений инакомыслия и формирование режима личной тирании. С 2007 г. он руководит республикой по назначению из Москвы, и 18 сентября ему впервые предстоит пройти через прямые выборы.

Гериев был задержан сотрудниками чеченских силовых структур утром 16 апреля. На суде он рассказал, что трое вооруженных мужчин сняли его с маршрутки, когда он ехал из Курчалоя в Грозный, чтобы оттуда вылететь в Москву по делам.

Гериев утверждает, что похитители сняли его с маршрутки, ударили по голове и затащили в свою машину – LADA Priora черного цвета. У него забрали два телефона и рюкзак с паспортом, ноутбуком и другими личными вещами, связали руки проволокой и вывезли в лес рядом с селом Цоцин-юрт на территории Курчалоевского района, примерно в 35 км от Грозного.

В лесу Гериеву минут 30 – 40 задавали вопросы о характере его профессиональной деятельности, угрожали, настаивали, что он «подался в бега», чтобы присоединиться к «Исламскому государству» (организация признана в России террористической и запрещена). Затем на «Приоре» подъехал еще один человек, который надел Гериеву на голову пластиковый пакет и перекрывал доступ воздуха, пока Гериев не начал задыхаться. В итоге этот человек уехал, забрав с собой рюкзак Гериева, а самого Гериева остальные отвезли на кладбище на окраине Курчалоя. По версии следствия, именно там он был «задержан» полицией с марихуаной в рюкзаке и немедленно «сознался» в хранении наркотиков, которые якобы на курчалоевском кладбище и собирался употреблять.

Когда дело Гериева слушалось в Шалинском районном суде, он отказался от своих признательных показаний, заявив, что они не соответствуют действительности и были даны под давлением. Суд, однако, не принял его заявление во внимание и практически в отсутствие каких-либо весомых доказательств признал Гериева виновным в «хранении наркотических средств в крупном размере».

«Кавказский узел», Хьюман Райтс Вотч и другие группы, которые отслеживали ситуацию Гериева с момента его задержания, по настоянию родственников Гериева не придавали дело огласке до настоящего времени. «Кавказский узел» пояснил, что первые несколько недель после задержания Гериева родители надеялись на его освобождение, полагаясь на соответствующие заверения некоторых сотрудников правоохранительных органов Чечни, которые со своей стороны убеждали их, что в случае огласки сына не освободят. После передачи дела в суд семья опасалась, что внимание к процессу СМИ и правозащитных организаций может негативно сказаться на положении Гериева и привести к более суровому приговору.

«Дело против Гериева явно сфабриковано, — заявил Хьюман Райтс Вотч Григорий Шведов, главный редактор «Кавказского узла». – Таким образом, его наказывают за деятельность в сфере независимой журналистики и одновременно пытаются скомпрометировать в глазах чеченского общества».

В деле Гериева прослеживаются очевидные параллели с другим резонансным случаем манипулирования правосудием с целью преследования несогласных в Чечне. В 2014 г. против 57-летнего активиста Руслана Кутаева, который продемонстрировал критическое отношение к решению руководства республики запретить 23 февраля проведение мемориальных мероприятий о сталинской депортации чеченцев и ингушей, было сфабриковали дело о хранении наркотиков. Сотрудники полиции задержали Кутаева, со всей очевидностью подбросили ему наркотики, подвергли пыткам, включая побои и электрошок. В итоге Кутаев получил четыре года колонии.

В преддверии выборов главы республики власти Чечни развернули ожесточенные и тотальные гонения на критиков и вообще любых граждан, чья полная лояльность лично Рамзану Кадырову может вызывать хотя бы малейшие сомнения. За неделю до приговора по делу Гериева Хьюман Райтс Вотч опубликовала доклад «Как по минному полю: чеченские власти против несогласных», в котором детально описывается, как власти наказывают и публично унижают людей, которые негативно высказываются о тех или иных аспектах местной политики и общей ситуации в республике, либо не проявляют готовности восхвалять республиканское руководство.

Российские власти должны обеспечить немедленный пересмотр дела Гериева с учетом его заявлений о похищении и недозволенном обращении и решительно пресечь развернутые в Чечне репрессии, считает Хьюман Райтс Вотч.

«Ситуация с подавлением свободы выражения мнений особенно усугубилась за последний – предвыборный год, и Гериев одна из многих жертв, попавших под этот каток репрессий», — говорит Таня Локшина.

Нарушения прав российских журналистов за рубежом приобрели системный характер — доклад ОП | Российское агентство правовой и судебной информации

МОСКВА, 3 ноя — РАПСИ. За последние шесть лет случаи нарушения прав российских журналистов за рубежом приобрели системный характер, и даже формальные правовые нормы перестали соблюдаться, следует из соответствующего доклада Общественной палаты РФ. 

Доклад был презентован к Международному дню борьбы с безнаказанностью за преступления против журналистов.

«В последние шесть лет ситуация становилась все более нетерпимой, и сейчас нарушения прав российских журналистов, во-первых, приобрели системный характер, во-вторых, даже формальные правовые нормы перестали соблюдаться. Также нам приходится сталкиваться с тем, что на системной основе против российских СМИ разворачивается настоящая информационная война. Мы знаем о том, что блокируются публикации и каналы российских СМИ в Twitter и на Youtube, это все происходит в режиме ежедневного давления без объяснения причин. Мы решили, что от слов следует переходить к делам», — сказал первый заместитель председателя Комиссии по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций Александр Малькевич. 

По его словам, доклад будет передан в Федеральное собрание РФ, а именно председателю временной комиссии Совета Федерации по защите государственного суверенитета и предотвращению вмешательства во внутренние дела РФ Андрею Климову. Также рассматривается возможность передачи материалов доклада в Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ.

«То отношение, которое демонстрируется к нашим журналистам и СМИ, можно уместить в одном емком слове «бесправие». Несмотря на то что против лома нет приема, я считаю, что существуют определенные методы, которые позволят бороться со сложившейся ситуацией. Обстановка вокруг России приобретает черты ненависти, и в связи с этим мы должны говорить о формировании ненависти по отношении к нашим журналистам как к представителям государства. Любой российский журналист в другой стране приобретает черты военкора, даже если он прибыл освещать нейтральное мероприятие. Я считаю это возмутительным», — отметила член Комиссии по безопасности и взаимодействию с ОНК Мария Бутина.

По ее мнению, должна существовать некая система помощи российским журналистам, чьи права за рубежом были тем или иным образом нарушены. Также, считает она, одним из важнейших элементов работы журналиста за рубежом должна стать правовая грамотность.

Член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, исполнительный директор информационного агентства «Россия сегодня» Кирилл Вышинский отметил, что если раньше к российскому журналисту за рубежом относились настороженно, но с долей уважения, то сейчас к нему относятся как к потенциальному преступнику, при этом неважно, какая редакционная политика у СМИ, которое он представляет. 

«На мой взгляд, наиболее серьезная проблема, с которой мы будем вынуждены столкнуться в ближайшее время, — это не давление на журналистов как таковых, а распространение запрета на профессию через ограничение поля нашей деятельности. Бороться с этим необходимо уже сейчас», — считает Вышинский.

Докладчики предлагают ряд конкретных инициатив по решению проблемы нарушения прав российских журналистов за рубежом.

Так, по их мнению, необходимо обязать Министерство юстиции и Генеральную прокуратуру РФ, которые наделены правами и полномочиями представлять интересы России за рубежом, защищать права ее граждан, вести отдельную работу по отслеживанию подобных случаев. Или же возложить эти полномочия на Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ по отдельным направлениям юридической защиты российских СМИ и журналистов за рубежом.

Также предложено увеличить финансирование этих ведомств для того, чтобы они имели возможность заключать договоры с зарубежными юридическими компаниями, чтобы не вставал вопрос об оплате услуг адвокатов для защиты российских журналистов. 

Кроме того, общественники порекомендовали ужесточить политику работы со СМИ-иноагентами на территории РФ, а именно увеличить штрафы за нарушения прав российских СМИ и журналистов, в случае невыполнения требований — блокировать иноагентов в социальных сетях и прекращать сотрудничество с ними, а также сделать направление развития российских IT-площадок приоритетным в национальном проекте «Цифровая экономика».

«Против нас идет системная информационная война. Давление на российских журналистов и СМИ происходит методично, по плану. Фактически запрет на профессию вводится как со стороны руководства стран зарубежья, так и со стороны крупных IT-корпораций и новых медиа, ставящих себя выше любого общества и любого государства. Мы должны быть готовы к эвакуации российских СМИ с международных площадок, максимально усилить протекционистские меры в отношении российских разработчиков подобных сервисов. От слов мы должны переходить к делам: в отношении корпораций Google и Twiter должна проводиться более жесткая политика. Мы должны доказать, что в рамках правового поля мы можем наказывать тех, кто ограничивает наших журналистов в их профессиональной деятельности», — заключил Малькевич.

Анастасия Куприянова. Эссе «Имидж как главное оружие журналиста» | СГУ

Имидж как главное оружие журналиста

В современном мире каждый человек находится в погоне за неповторимостью. Кто-то выражает ее довольно примитивно: красит волосы в яркий цвет, носит необычную, а иногда и дикую одежду и так далее. Журналисты, например, выражают свою индивидуальность манерой вести теле — или радиопрограммы, написанием текстов в их собственном стиле. Так как для работников масс-медиа очень важно быть постоянно на слуху, то уникальный имидж – идеальный способ заинтересовать как можно больше людей и не дать забыть себя в случае ухода из популярной передачи.

 

Российский журналист и телеведущий Андрей Малахов является, пожалуй, одним из самых ярких примеров запоминающихся работников масс-медиа. Андрей Николаевич окончил факультет журналистики МГУ с красным дипломом. Полтора года стажировался в Мичиганском университете в США, еще во время учебы проходил практику в отделе культуры «Московских новостей» и был автором и ведущим программы «Стиль» на радио «Maximum».

 

Но настоящую популярность Малахову принесла скандально известное ток-шоу «Пусть говорят». Тематика ток — шоу заключается в обсуждении историй простых семей, зачастую связанных с конфликтами, изменами и частной жизни знаменитостей. Однако некоторые выпуски посвящены громким событиям, например «Евровидение» и Зимним Олимпийские Игры в Сочи 2014 года. Позднее появилась рубрика «Аффтар жжот» с участием героев популярных роликов на «ютюбе». 

 

Одним из самых запоминающихся выпусков стал выпуск с участием Дианы Шурыгиной. Андрей Малахов показал себя не только талантливым и профессиональным журналистом, но и психологом. Он постоянно менял интонацию, когда беседовал с Дианой, расспрашивая ее о подробностях злополучной вечеринки. Он то жалел ее и приободрял, то наоборот, старался разозлить, чтобы девушка на эмоциях рассказала то, о чем умолчала ранее. Кроме того, Андрей Николаевич задавал ей каверзные вопросы, которые не раз ставили героиню в тупик. Обращаясь к зрителям и другим гостям, телеведущий был вежлив, но настойчив. Он всегда выражает свою заинтересованность в разговоре с гостем, например устанавливает зрительный контакт, садится рядом и кивает головой, словно подтверждая слова собеседника.

 

В этом и заключается индивидуальность Андрея Малахова – тонко чувствовать психологическое состояние человека, чтобы вовремя задать важный вопрос и получить на него ответ. Также журналист умеет создать скандальную атмосферу передачи, которая так притягивает телезрителей. После его ухода с Первого канала, «Пусть говорят» теряет свои рейтинги, но Малахов также успешно ведет «Прямой эфир» на «России 1».

Анастасия Куприянова

журналист в современной России должен быть на стороне добра

Что такое «социальная журналистика» сегодня? Есть мнение, что социальный журналист – это человек, который правильно понимает свой профессиональный долг и что рано или поздно каждый профессионал займется социальной журналистикой.

Если позволить себе щепотку легкого пафоса, то я бы сказал, что социальная журналистика – это журналистика, которая ставит себе целью сделать мир лучше. И в этой ситуации, как мне кажется, могут быть разные варианты. Человек может быть социальным журналистом фулл-тайм, есть издания, которые этим занимаются постоянно. Человек или редакция также может заниматься социальной журналистикой от случая к случаю. Но при этом абсолютно нормально, если журналист или медиа никогда этим не занимаются, а делают что-то другое.

Ругать, осуждать или давить на человека, который не занимается благотворительностью, не жертвует ни на что деньги или не занимается социальной журналистикой – неправильно.

Мы же ничего не знаем о том, как этот человек живет: возможно, он заботится о своей бабушке или о своем родственнике-инвалиде. А на работе он пишет смешные тексты или рисует веселые картинки. Практика любого давления крайне опасна в нашем обществе. Рано или поздно сформируются каноны и такое давление будет осуществляться само по себе. В США, например, любой спортсмен, зарабатывающий в год значительную сумму денег, просто не задумывается о том, что у него может не быть какой-то социальной программы. Это так же странно, как не оставлять на чай в кафе.

Иными словами, со временем должна сформироваться определенная культура?

Это некий приобретенный рефлекс. Когда ты достигаешь определенного уровня благосостояния, то начинаешь тратить определенное количество денег на благотворительные программы. С моей точки зрения, в России бессмысленно и даже опасно форсировать этот процесс через осуждение и давление, через нажим. И точно так же не очень правильно форсировать эти процессы в медиа.

Должна ли социальная журналистика приводить к каким-то реальным изменениям или ее основная цель – это описание реальности, реального мира вокруг нас, о котором не каждый знает и задумывается? О том, что в соседнем подъезде живет человек с инвалидностью, который никогда не выходит из дома из-за отсутствия доступной среды. О том, что человек с аутизмом может учиться и работать наравне с остальными. Должен ли социальный журналист призывать к чему-то?

Нужно делать так, как будет комфортнее конкретному журналисту в каждой конкретной ситуации. Мне кажется не очень правильным искать ультимативное и единственно верное решение. Есть разные издания, есть разные люди, которые привыкли работать в разных жанрах.

С другой стороны, мы живем в не самое простое и благоприятное для нашей страны и нашего общества время. Понятие стопроцентной журналистской беспристрастности в нашем обществе неприменимо, журналист в современной России должен быть на стороне добра. Конечно, что такое «добро», каждый формулирует для себя по-своему, но оставаться человеком, делающим добрые вещи, в нашей стране не всегда просто. И если журналист, да и просто любой человек, остается на стороне добра – это правильно.

Для себя я сформулировал правило – просто старайся помогать хорошим и правильным людям.

В наше время хорошим и правильным людям, к сожалению, много мешают: другие люди, законы, обстоятельства. И если у тебя есть возможность хорошим людям помочь, то правильнее это сделать. У журналиста есть возможности, социальный капитал. Можно помочь кому-то стать муниципальным депутатом или, например, собрать денег на семейную благотворительную программу «Лыжи мечты».

Получается, что если ты российский журналист в современной России, то у тебя в придачу к профессиональному долгу есть еще некая социальная миссия.

Слово «миссия» меня немного смущает, а вот если сказать «возможности», это сразу не так давит и обязывает. Мне кажется, если у тебя есть возможности, то лучше ими пользоваться, чем нет.

Должна ли у социальной журналистики быть воспитательная функция?

Я отношусь к этому очень аккуратно. При неосторожном обращении воспитательная функция журналистики очень легко превращается в назидательную, а назидание – это плохо. Даже детей нужно воспитывать осторожно и не перегибать с дидактикой. Со взрослыми людьми, с которыми разговаривает большинство журналистов, нужно быть еще осторожнее. Для воспитания нужен большой талант. Кроме того, в большинстве ситуаций тебе не нужно воспитывать общество, иногда достаточно обратить на что-то внимание, пожертвовав каким-то количеством кликов.

В социальной журналистике необходим здравый смысл. Мы в редакции называем это «принципом разумной целесообразности».

Когда тебе кажется разумным и целесообразным просто что-то рассказать читателю – рассказывай. А когда ты считаешь, что можно на чем-то сделать акцент, поднажать, то делай это, если чувствуешь в себя силы и талант.

Если говорить не про воспитание, а про развитие, то как с помощью журналистских сюжетов развивать у людей навык и желание оказывать помощь регулярно?

Здесь очень важно чувство меры и игра вдолгую. В зарождающейся сегодня российской социальной журналистике мы зачастую видим перегиб и надрыв, когда создается шок-контент. Мы воздействуем на эмоции, давим, выжимаем из аудитории какую-то реакцию. Это может рождать черствость.

Вызывать иммунитет.

Да. Тебя регулярно пугают, тебе постоянно рассказывают об ужасах и стимулируют к эмоциональной реакции, у тебя, говоря прямо, вырабатывают стойкое чувство вины – если ты не помогаешь, то ты виноват. Это очень опасный путь. Это так же опасно, как игра с шокирующими и яркими заголовками.

Опасно подсаживать читателя и медиа на модель кликбейта, а модель социального кликбейта – еще опаснее. Ты надавил, нажал, нашел брешь в человеческой эмоциональной броне. И один раз у тебя, может быть, получилось, но мне кажется, что это билет в один конец.

Тем, кто системно, постоянно занимается социальной журналистикой, важно ставить долгосрочные цели. Чего мы хотим добиться через год, два, пять? Какой реакции читателя мы хотим? Каких цифр мы ждем, в какую сторону мы планируем развиваться? Эмоция быстро заканчивается, и каждый раз ее нужно больше, это как наркотик. Когда ты за год напугал читателя всем, чем только можно, то на следующий год пугать его будет уже сложнее. И здесь важно понимать, что ты читателя не только пугаешь, а ты еще его развлекаешь, информируешь, вовлекаешь во что-то, радуешь, удивляешь, задаешь вопросы.

Есть мнение, что журналисты сегодня активно поворачиваются в сторону социалки потому, что в России становится все сложнее писать, например, о политике или экономике. Так ли это?

Да, конечно, это так. Очевидно, что количество открытых дверей в журналистике сокращается. Все больше дверей закрывается, заколачивается. Все больше дверей требуют от тебя на входе каких-то неприемлемых компромиссов. Многие люди из классической общественно-политической, экономической журналистики уходят в смежные отрасли. Кто-то в социалку, кто-то в образование, кто-то в другие сферы. Люди готовы отказываться от денег, карьеры, ради возможности не идти на компромиссы, глобальные и ежедневные. Социальная журналистика, конечно, такую возможность дает.

Пусть здесь подчас бывает меньше денег или карьерных перспектив, но с точки зрения совести и психологического комфорта в социальной журналистике гораздо лучше, чем в огромном количестве других мест.

Получается, что один негативный тренд создает другой положительный – приток профессионалов в социальную журналистику.

Конечно, потому что есть какое-то количество людей, которые не готовы уходить из медиа. Люди, которые влюблены в медиа, – как вода. Они пытаются пробивать дорогу и обтекать препятствия. И социальная журналистика – это один из обходных путей вокруг плотин, которые в российской журналистике появились в последнее время и продолжают появляться.

Мир вокруг нас продолжает стремительно меняться, и медиа должны успевать подстраиваться под эти изменения. Какой должна быть социальная журналистика завтрашнего дня?

Она должна становиться максимально разнообразной и многоплановой. В последнее время мы видим, как можно рассказывать очень серьезные истории в разных форматах. Историю уралмашевской ОПГ можно рассказать с помощью теста в интернете, а проблему американского госдолга — раскрыть с помощью гифок с пандами. И социальная журналистика должна пробовать играть в этот тренд. Понятно, что есть бронебойные приемы: едешь в детский дом, делаешь пронзительную фотосессию или берешь воспитанников какой-нибудь программы, рассказываешь их истории. После первого абзаца кровь застывает в жилах, а ко второму она уже окончательно затвердела и сердце рассыпалось на тысячу кусочков. Это тупиковая история. В подавляющем большинстве случаев социальная журналистика конкурирует в ленте фейсбука с котиками, гифками и фотографиями из отпуска на Гоа. Эту конкуренцию нужно выигрывать.

За последний год мы увидели, что образование может быть разным: «1917», «Арзамас» и много других удачных и интересных проектов. Социальная журналистика тоже может быть разной, интересной, увлекательной. Мир большой, форматов и возможностей много.

Важно об этом думать, пробовать и не застывать в глубокомысленной позе роденовского мыслителя с кулаком у лба и говорить: «Ну мы же про важное, серьезное, мы не можем себе это позволить, потому что мы про другое». Это ловушка, потому что социальная журналистика – не «про другое», а про время, про внимание читателя и взаимодействие с ним.

Просто можно не продавать ему нативную рекламу новой банковской карты с повышенным кэшбэком, а продавать ему «нативку» чего-нибудь хорошего с кэшбэком в карму.

Справка

Интервью записано по следам конференции «ЗаЧем будущее социальной журналистики», которую организовали Агентство социальной информации и центр благотворительности и социальной активности «Благосфера» в честь 23-летия АСИ. В ней приняли участие известные журналисты, блогеры, медиаэксперты, преподаватели и студенты факультетов журналистики, сотрудники НКО, специалисты в области коммуникаций — прошлое, настоящее и будущее социальной журналистики.

Агентство благодарит всех участников дискуссий, приглашенных гостей, зрителей, центр «Благосфера» в лице директора Натальи Каминарской, ООО УК «Металлоинвест» в лице директора по социальной политике и корпоративным коммуникациям Юлии Мазановой, Российский государственный социальный университет в лице ректора Натальи Починок и декана факультета коммуникативного менеджмента Игоря Романова, факультет коммуникаций, медиа и дизайна НИУ-ВШЭ в лице Анны Качкаевой, руководство и преподавателей факультета журналистики МГУ за то, что конференция смогла состояться.

«Спасибо, что не расстреляли». Российский журналист — о задержании на акции протеста в Минске

Что произошло

Спецкорреспондент издания «Медуза» Максим Солопов, с которым, по данным его издания, более 36 часов после задержания на акции протеста в Минске не было никакой связи, рассказал «РИА Новости» о том, что с ним происходило в Белоруссии.

«Просто ощущения: спасибо, что не расстреляли», — описал случившееся Солопов. По его словам, его задержали в ночь с 9 на 10 августа в центре Минска, когда он освещал протестные акции. При задержании его сильно побили: «Сотрясение, рассечение, пара гематом и синяков, но живой», — рассказал журналист. Теперь он собирается зафиксировать побои.

Официальная претензия белорусских властей к нему, по словам Солопова, заключалась в том, что он работал в качестве журналиста без официальной аккредитации местного правительства. В Минске ему вменили за это административное правонарушение.

Утром 12 августа журналист уже сообщил, что он находится на территории России. «Всё хорошо. Немножко помятый, но всё нормально», — заверил Солопов.

Контекст

Связь с Солоповым пропала в ночь на 10 августа, когда в Белоруссии после выборов начались массовые акции протеста. Где он и был ли задержан, было неизвестно вплоть до 11 августа. Позже выяснилось, что всё это время журналист находился в следственном изоляторе на улице Окрестина в Минске.

Свидетелем задержания российского корреспондента был журналист Daily Storm Антон Старков, который позже сам был задержан. Он подтвердил, что во время задержания Солопова сильно избили, несмотря на то, что он говорил, что журналист. Помимо Солопова и Старкова, 10 августа в Белоруссии в СИЗО поместили ещё нескольких российских и белорусских журналистов. Освободить их впоследствии потребовал глава российского МИД Сергей Лавров.

Обратите внимание

В Белоруссии после выборов президента по всей стране начались массовые акции протеста. На улицы вышли несогласные с официальными результатами голосования, согласно которым победу на выборах с результатом 80% одержал действующий президент республики Александр Лукашенко, а его основную соперницу Светлану Тихановскую, митинги которой во время предвыборной кампании собирали тысячные митинги во всех городах Белоруссии, поддержали только 10%.

В некоторых городах силовики отказались противостоять демонстрантам и сложили щиты, в других — например, в Минске, Бресте и Гродно — уже третий день подряд идут жёсткие столкновения протестующих с ОМОНом. Чтобы разогнать демонстрантов, милиция использует светошумовые гранаты, слезоточивый газ, водомёты и резиновые пули. Накануне власти сообщили о первом погибшем в ходе протестов. Правозащитники говорят о сотнях пострадавших.

Власти России преследуют журналистов, участвующих в подавлении протестов

Сегодня московский суд приговорил Сергея Смирнова, главного редактора независимого информационного агентства «Медиазона», к 25 суткам лишения свободы за «неоднократное нарушение» правил проведения публичных собраний.

Его проступок? Ретвит юмористического твита о внешнем сходстве Смирнова с лидером российской рок-группы. В твите было размещено изображение рок-исполнителя, в котором говорилось, что он поддерживает Навального, а также указаны дата и время протеста 23 января.

«Повторный» характер нарушения был основан на ранее выдвинутом обвинении в том, что Смирнов присутствовал на мирной акции протеста, организованной другими журналистами в поддержку задержанных коллег.

Первоначально полиция пыталась обвинить Смирнова в нарушении движения во время акции протеста 23 января, но была вынуждена отказаться от этого, потому что он на самом деле не присутствовал на этой акции.

Судья отклонил ходатайства защиты о рассмотрении доказательств, включая лингвистическую экспертизу рассматриваемого твита.

Хотя задержание Смирнова не является прямым результатом его журналистской работы, оно явно связано. По меньшей мере 19 российских СМИ и несколько международных групп потребовали его освобождения.

Задержание Смирнова также является частью практики злоупотреблений в отношении независимых журналистов, освещающих недавние протесты. До и во время протестов полиция преследовала многих журналистов в желтых жилетах или ярких нарукавных повязках с надписью «Пресса» и с пресс-карточками. Социальные сети полны изображений полицейских, которые толкают, толкают, избивают и задерживают репортеров, когда они выполняют свою работу.

Другой журналист, Дмитрий Никитин, был задержан во время освещения вчерашних акций протеста, несмотря на то, что на нем был жилет для прессы и было удостоверение прессы. Ему пришлось переночевать в отделении милиции, и сегодня он был оштрафован за «нарушение движения транспорта».

Российские власти должны прекратить преследовать журналистов либо потому, что они освещают протесты, либо если они выражают солидарность с протестующими. Оба защищены правом на свободу выражения мнения. Вместо того чтобы преследовать журналистов, власти должны привлечь к ответственности полицию, которая нападает на журналистов и мешает их работе.

российских журналистов погибли в результате поджога после обыска | Россия

Российская журналистка погибла в результате поджога перед зданием местного управления МВД в Нижнем Новгороде через день после обыска ее квартиры полицией.

Перед самосожжением Ирина Славина написала на своей странице в Facebook: «Прошу вас обвинить Российскую Федерацию в моей смерти».

Славина работала главным редактором Koza Press, небольшого местного новостного агентства, которое рекламировало себя как не имеющее «цензуры и приказов сверху».

За день до смерти она написала в Facebook, что сотрудники милиции и следователи обыскали ее квартиру и искали «брошюры, листовки и отчеты» оппозиционной группы «Открытая Россия», которую финансирует кремлевский критик Михаил. Ходорковский.

По ее словам, они изъяли ноутбуки, ее ноутбук и другую электронику, а также ноутбук ее дочери и мобильный телефон ее мужа.

Следственный комитет России сообщил, что начинает предварительное расследование по факту самосожжения женщины в Нижнем Новгороде, городе 1.3 миллиона примерно в 250 милях (400 км) к востоку от Москвы. Славина в заявлении не упоминается.

Оппозиционеры России заявили, что Славина находилась под давлением властей.

«За последние годы силовики подвергли ее бесконечному преследованию из-за ее оппозиционной [деятельности]», — написал в Instagram оппозиционный политик Дмитрий Гудков.

«Какой кошмар», — написал в Twitter еще один критик Кремля Илья Яшин. «Все эти случаи, когда полиция развлекается, эти показы людей в масках — это не игры.Правительство действительно ломает людей психологически ».

В России с самаритянами (Череповец) можно связаться по телефону 007 (8202) 577-577. В Великобритании и Ирландии с самаритянами можно связаться по телефону 116 123 или по электронной почте [email protected] или [email protected] В США Национальная линия помощи по предотвращению самоубийств — 1-800-273-8255. В Австралии номер службы кризисной поддержки Lifeline составляет 13 11 14. Другие международные телефоны доверия можно найти на сайте www.befrienders.org.

Друзья, коллеги прощаются с российским журналистом, который поджег себя

НИЖНИЙ НОВГОРОД, Россия. Сотни друзей, родственников и коллег попрощались с российской журналисткой Ириной Славиной, которая скончалась после того, как подожгла себя в явной реакции на попытки следователей связать ее с оппозиционной группой.

Глеб Никитин, губернатор Нижегородской области, принял участие в церемонии чествования главного редактора новостного сайта Koza Press, который пообещал сделать все, чтобы найти причину трагедии.

Перед тем, как 2 октября поджечь себя перед зданием городской полиции, Славина написала в Facebook: «В моей смерти виновата Российская Федерация».

Днем ранее она написала в Facebook, что группа сотрудников правоохранительных органов обыскала ее квартиру, пытаясь найти доказательства ее связи с оппозиционной группой «Открытая Россия», и конфисковала ее компьютеры и мобильные телефоны.

«Они оставили меня без инструментов для моей деятельности», — писала тогда Славина, добавив, что никогда не имела отношения к «Открытой России».

Андрей Пивоваров, исполнительный директор «Открытой России», заявил 2 октября радиостанции «Эхо Москвы», что Славина не связана с его группой.

Одна из коллег Славиной, Наталья Резонтова, сообщила агентству «Эхо Москвы » 6 октября, что акт самосожжения Славиной был «высшим актом самопожертвования.«

«Это не было самоубийством … Она понимала, что ей не разрешат работать, выполнять свои журналистские обязанности так, как она хотела, в своем независимом СМИ. Это был ее окончательный ответ системе. То, что она выбрала была мучительной смертью, но это также был факел, который должен проснуться, послать жесткий сигнал тем, кто плохо с ней обращался в течение … лет », — сказала Резонтова.

Комиссия по свободе слова и защите журналистов и Комиссия по гражданским правам при Совете по правам человека при президенте РФ призвали Следственный комитет провести тщательное расследование обстоятельств самосожжения Славины.

лет преследований виновны в смерти российского журналиста, говорят друзья | Голос Америки

ST. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. Сотни скорбящих собрались в среду в Нижнем Новгороде в центральном российском городе, чтобы отдать дань уважения Ирине Славиной, российской журналистке, которая, по словам коллег, была привержена истине.

В пятницу главный редактор новостного сайта Koza Press Славина привязалась к скамейке возле МВД в Нижнем Новгороде и подожгла себя.Несколькими часами ранее 47-летний журналист написал в Facebook: «В моей смерти я прошу вас винить Российскую Федерацию».

Славина была широко известна в регионе своими репортажами о местных органах власти и прооппозиционных движениях, а также за помощь в координации маршей памяти Бориса Немцова, российского политика, убитого недалеко от Кремля в 2015 году.

Друзья и коллеги говорят, что Славина годами подвергалась преследованиям за свою работу, и они обвинили в смерти журналиста устрашающие действия сил безопасности.

1 октября милиция и члены Следственного комитета России провели обыск в квартире журналиста в рамках расследования уголовного дела в отношении Михаила Иоселевича, бизнесмена и оппозиционного активиста.

Иоселевич обвиняется в осуществлении деятельности организации, объявленной «нежелательной» в России — отсылка к группе «Открытая Россия». Власти обвиняют оппозиционную группу, которую финансирует критик Кремля Михаил Ходорковский, в финансировании протестов в регионе.

«Славина» и «Открытая Россия» отрицали связь журналиста с организацией.

Как минимум 12 агентов обыскали квартиру Славиной во время рейда ранним утром, забрав телефоны, ноутбуки и другие устройства, принадлежащие журналистке, ее мужу и дочери. «Я остался без средств производства», — написал журналист о рейде.

Ранее власти оштрафовали Славину за ее статьи о движении «Открытая Россия», а также за участие в митингах оппозиции и репортажи по вопросам, включая пандемию коронавируса.

Следственный комитет России (СКР) заявил, что начал расследование смерти журналиста и проведет «посмертную психологическую и психиатрическую экспертизу». Губернатор области Глеб Никитин принес цветы к ее мемориалу, а также пообещал провести расследование, сообщает Current Time.

Огромный убыток

Нижегородский экологический активист Асхат Каюмов охарактеризовал гибель Славины как «огромную человеческую трагедию» и «потерю для всего региона.”

«В стране очень мало честных журналистов, мы потеряли одного из них», — сказал Каюмов Русской службе «Голос Америки», прежде чем добавить, что больше ничего не может сказать. «Это слишком больно».

Аркадий Галкер, председатель нижегородского отделения Международного Мемориала, некоммерческой организации, исследующей политические репрессии в России, сказал, что Славина была самым известным независимым журналистом в регионе.

«За ее публикациями внимательно следили», — сказал Галкер.«Даже во властных кругах к статьям Ирины Славиной относились с особым вниманием, потому что они понимали, что это ценная информация».

«Если бы Ирина Славина написала что-то негативное о наших городских властях, у них могли бы возникнуть очень серьезные проблемы со своим начальством», — сказал Галкер. По словам Галкера,

Koza Press, новостное издание, основанное Славиной, зарекомендовало себя как серьезное издание, которое читали не только в регионе, но и за рубежом.

«Мы с Ириной очень хорошо знали друг друга, и особенно тесно работали вместе, когда они готовили марши памяти Бориса Немцова», — сказал Галкер.

«Ирина участвовала не только в их организации, но и освещала [марши] в своей публикации», — сказал Галкер. «Она оказалась самым храбрым человеком, который руководил теми, кто пришел почтить память Немцова в четвертую годовщину его убийства».

Галкер заявил, что считает расследование в отношении Иоселевича попыткой запугать активистов оппозиции в регионе.

Председатель Международного Мемориала сообщил, что сотрудники службы безопасности, совершившие обыск в квартире Славиной, прибыли, вооруженные бензопилой, которая могла прорезать дверь за считанные минуты.

«Я рассматриваю эти действия против Ирины как государственный террор, как преднамеренное давление и запугивание», — сказал Галкер.

«И в своих журналистских материалах, и в публичных выступлениях Ирина всегда была очень настойчивой и никогда не показывала, как она пострадала от кампании издевательств, развязанной против нее в Нижегородской области, когда ее пытались дискредитировать. И теперь ясно, что в какой-то момент она просто не выдержала этого ».

В региональном отделении ЮКО заявили, что смерть Славины не была связана с обыском в ее квартире, поскольку она была свидетелем, а не обвиняемой.

В ответ на это председатель Межрегионального комитета против пыток Игорь Каляпин написал в своем блоге: «По-видимому, по мнению Нижегородской СКР, только обвиняемый может получить психологическую травму от нападения на частное жилище. Закон- Послушный мужчина должен воспринимать утренний обыск бригадой из 12 человек с участием спецподразделения как нормальное явление. А изъятие при этом обыске цифровых носителей, ноутбуков и компьютера, законопослушного человека, профессионального журналиста следует воспринимать с радостью и радостью. благодарность.«

Александр Кынев, политолог, знавший Славину, сказал, что политическая ситуация в Нижнем Новгороде за последние три года ухудшилась.

«Что происходит в городе в последние годы? Бесконечные уголовные дела против всех. Все началось с демонтажа старой элиты бывшего мэра города. На этом не остановились: преследование журналистов; бесконечные штрафы; суды; поиски. Такое же давление было оказано и на общественность », — сказал Кынев.

Социолог и публицист Игорь Яковенко заявил «Голосу Америки», что дело Славиной иллюстрирует отчаяние и преследование российских журналистов.

«Я думаю, что любой журналист, если он хочет остаться в России, периодически или даже постоянно испытывает какое-то отчаяние, — сказал Яковенко. — Если вы хотите быть журналистом в России, вы начинаете писать для себя за небольшое вознаграждение, либо Вас убили или посадили в тюрьму.

Это сообщение создано российской службой VOA

российских журналистов погибло в результате поджога у здания министерства

Дата выдачи: Изменено:

Российская журналистка скончалась в пятницу после того, как подожгла себя перед местным отделением Министерства внутренних дел в Нижнем Новгороде, через день после обыска ее квартиры полицией, сообщило ее новостное издание.

Перед самосожжением Ирина Славина написала на своей странице в Facebook: «Прошу вас винить в моей смерти Российскую Федерацию».

Славина работала главным редактором Koza Press, небольшого местного новостного агентства, которое рекламировало себя как «не имеющее цензуры и приказов сверху».

За день до смерти она написала в Facebook, что сотрудники милиции и следователи обыскали ее квартиру, написав, что ищут «брошюры, листовки и счета» оппозиционной группы «Открытая Россия», которую финансирует кремлевский критик Михаил Ходорковский. .

По ее словам, они изъяли ноутбуки, ее ноутбук и другую электронику, а также ноутбук ее дочери и мобильный телефон ее мужа.

Следственный комитет России заявил, что начинает предварительное расследование после самосожжения женщины в Нижнем Новгороде, городе с населением 1,3 миллиона человек, расположенном примерно в 400 километрах (250 милях) к востоку от Москвы. Славина в заявлении не упоминается.

Представители российской оппозиции указали на давление властей на Славину.

«За последние годы силовики подвергли ее бесконечному преследованию из-за ее оппозиции (деятельности)», — написал в Instagram оппозиционный политик Дмитрий Гудков.

«Какой кошмар», — написал в Twitter еще один критик Кремля Илья Яшин. «Все эти случаи, когда полиция развлекается, эти показы людей в масках — это не игры. Правительство действительно ломает людей психологически».

(REUTERS)

российских журналистов погибло в результате поджога возле штаб-квартиры полиции

МОСКВА — Редактор российского независимого новостного сайта скончалась в пятницу после того, как подожгла себя в результате полицейского рейда в ходе расследования, направленного против оппозиционной группы, подтвердил ее веб-сайт.

Новостной сайт Koza.Press в промышленном городе Нижнем Новгороде сообщил, что его главный редактор Ирина Славина «подожгла себя перед зданием милиции».

Городские следователи позже подтвердили ее смерть в заявлении о том, что ее тело было найдено с «признаками термических ожогов», и заявили, что «нет оснований» связывать ее смерть с полицейскими рейдами, поскольку она была всего лишь свидетелем в ходе расследования. .

Получайте ежедневное издание The Times of Israel по электронной почте и никогда не пропустите наши главные новости Бесплатная регистрация

Журналист написала в Facebook за несколько часов до своей смерти: «Прошу вас обвинить в моей смерти Российскую Федерацию.”

Сообщается, что на видео, размещенном в социальных сетях, видно, как она подожгла себя на скамейке.

Веб-сайт Славиной проводил расследования и освещал оппозицию президенту Владимиру Путину, заявили ее друзья и сторонники в пятницу, что является редкостью в региональной журналистике, которая сталкивается с давлением со стороны местных властей.

Она «умерла от полученных травм», сообщило ее сайт, заявив, что ее муж подтвердил это. Вскоре после этого сайт стал недоступен.

Ее смерть вызвала дань уважения со стороны журналистов и активистов, в том числе правозащитника Павла Чикова, который написал в мессенджере Telegram, что дважды работал с ней, когда ее обвинили в неуважении к властям и публикации фейковых новостей.

Славина написала в социальных сетях в четверг, что полиция и федеральная охрана ворвались в ее квартиру во время рейда ранним утром.

На этой фотографии из архива от 24 июля 2018 года российский оппозиционер Михаил Ходорковский выступает во время интервью Associated Press в Лондоне. (AP Photo / Matt Dunham, файл)

Она сказала, что они искали доказательства связи с «Открытой Россией», оппозиционным движением, финансируемым критиком Кремля Михаилом Ходорковским, которое было признано властями нежелательным на фоне обвинений в том, что оно финансировало протесты в городе.

«У меня ничего нет», — сказала журналистка, добавив, что полиция конфисковала ее ноутбуки и компьютер, а также ноутбуки и телефоны, принадлежащие ей, ее мужу и дочери.

«У меня нет средств производства», — сказала она.

Лидер оппозиции Алексей Навальный, который выздоравливает в Берлине после отравления в России, по словам немецких врачей, нервно-паралитического агента военного назначения, назвал смерть Славины «ужасной».

«Против Славиной сфабриковано уголовное дело по политическому обвинению.Вчера в ее доме был произведен обыск, вырезали двери и конфисковали компьютеры », — написал он.

«Они абсолютно довели ее до самоубийства».

Местный новостной портал NN.ru сообщил, что люди устроили панихиду в память о Славине на одной из городских улиц, причем один мужчина держал плакат с надписью «Государство убивает».

Я горжусь тем, что работаю в The Times of Israel

Скажу вам правду: жизнь здесь, в Израиле, не всегда легка. Но он полон красоты и смысла.

Я горжусь тем, что работаю в The Times of Israel вместе с коллегами, которые изо дня в день вкладывают свое сердце в свою работу, чтобы запечатлеть всю сложность этого необычного места.

Я считаю, что наши репортажи задают важный тон честности и порядочности, необходимый для понимания того, что на самом деле происходит в Израиле. Это занимает много времени, целеустремленность и трудолюбие от нашей команды, чтобы получить это право.

Ваша поддержка через членство в The Times of Israel Community позволяет нам продолжать нашу работу.Вы бы присоединились к нашему Сообществу сегодня?

Спасибо,

Сара Таттл Сингер, редактор New Media

Присоединяйтесь к сообществу Times of Israel Присоединяйтесь к нашему сообществу Уже участник? Войдите, чтобы не видеть это

Ты серьезно. Мы ценим это!

Нам очень приятно, что вы прочитали статей X Times of Israel за последний месяц.

Вот почему мы приходим на работу каждый день — чтобы предоставить таким взыскательным читателям, как вы, обязательные к прочтению материалы об Израиле и еврейском мире.

Итак, теперь у нас есть запрос . В отличие от других новостных агентств, у нас нет платного доступа. Но поскольку журналистика, которую мы делаем, стоит дорого, мы приглашаем читателей, для которых The Times of Israel стала важной, поддержать нашу работу, присоединившись к The Times of Israel Community .

Всего за 6 долларов в месяц вы можете поддержать нашу качественную журналистику, наслаждаясь The Times of Israel AD-FREE , а также получая доступ к эксклюзивному контенту, доступному только для членов сообщества Times of Israel.

Присоединяйтесь к нашему сообществу Присоединяйтесь к нашему сообществу Уже участник? Войдите, чтобы не видеть это

Взгляд на российских журналистов, на которых напали или убили

МОСКВА (AP) — До того, как Служба безопасности Украины шокировала мир, заявив, что она инсценировала смерть изгнанного российского журналиста Аркадия Бабченко в Киеве во вторник вечером, сообщалось о его сфабрикованной кончине подчеркнул опасность работы журналистом в России.

Десятки российских журналистов были убиты или жестоко избиты в последние годы в явное возмездие за свою работу.В большинстве случаев нападавшие обходили стороной.

Вот некоторые из громких дел:

АННА ПОЛИТКОВСКАЯ

Анна Политковская была видным журналистом «Новой газеты», которая была известна своим критическим освещением войны в Чечне. Ее застрелили в своем многоквартирном доме в 2006 году.

Политковская вела хронику убийств и пыток мирных жителей российскими военными. Она написала книгу с критикой президента России Владимира Путина и его кампании в Чечне, задокументировав широко распространенные злоупотребления в отношении гражданских лиц со стороны правительственных войск.

Политковская часто получала угрозы, и государственные СМИ критиковали ее как непатриотичную.

Пятеро мужчин были осуждены за убийство, но следователи так и не нашли заказчиков убийства, а ее семья обвинила правительство в нежелании преследовать организаторов убийства.

___

МИХАИЛ БЕКЕТОВ

Бекетов получил повреждение мозга и потерял ногу в результате жестокого нападения в 2008 году после репортажа и кампании против строительства автомагистрали в Москве.Он умер пять лет спустя.

Бекетов писал о коррупции в Химках, городке недалеко от трассы стоимостью 8 миллиардов долларов. Основатель и редактор местной газеты Бекетов был одним из первых, кто поднял тревогу по поводу уничтожения местного леса и подозрений, что местные власти извлекали выгоду из проекта.

В ноябре 2008 года Бекетова настолько жестоко избили, что он не мог говорить. Он находился в коме несколько месяцев и более двух лет провел в больницах. Его нападавшие так и не были найдены.

___

АНАСТАСИЯ БАБУРОВА

Журналистка-фрилансер Бабурова была убита в 2009 году на тротуаре в центре Москвы, когда пыталась вмешаться, когда адвокат-правозащитник, известный своей работой по борьбе с нарушениями в Чечне, был также убит преступником в маске .

Адвокат Станислав Маркелов был ранен в затылок средь бела дня вооруженным преступником, следовавшим за ним с пресс-конференции. Бабурова, которая возвращалась с адвокатом с пресс-конференции, также была убита при попытке помочь Маркелову.

Бабурова, журналист-фрилансер, около 20-ти лет, работала в «Новой газете», которая также была работодателем Политковской.

___

ОЛЕГ КАШИН

Бесстрашный репортер Кашин был жестоко избит двумя неизвестными нападавшими возле своего дома в ноябре 2010 года и чудом избежал смерти. Он провел несколько дней в искусственной коме с переломом черепа, и ему частично ампутировали палец. Он выжил и в конце концов выздоровел.

Кашин писал по широкому кругу социальных и политических проблем, некоторые из которых были политически чувствительными.Вскоре после нападения Кашин заявил, что подозревает тогдашнего губернатора Пскова Андрея Турчака в покушении на его жизнь в ответ на критический пост, который он написал о нем в своем блоге.

Тогдашний президент России Дмитрий Медев пообещал раскрыть теракт. Первоначально Кашин хвалил следователей, которые, казалось, пытались найти нападавших, но вскоре после этого расследование было остановлено.

Разочарованный отсутствием прогресса в расследовании, Кашин провел собственное расследование нападения и несколько лет спустя публично обвинил Турчака в том, что он отдал приказ покалечить или убить его.Турчак ни разу не допрашивался, и обвинения отвергает. В настоящее время он занимает руководящий пост в правящей прокремлевской партии.

___

ХАДЖИМУРАД КАМАЛОВ

Камалов, основатель газеты на Северном Кавказе, критикующей власти, был застрелен возле своего офиса в Махачкале, столице Дагестанской области, в декабре 2011 года.

Ведущая независимая еженедельник Камалова Черновик много сообщает о злоупотреблениях милиции в борьбе с исламистским повстанческим движением, которое зародилось в соседней Чечне и распространилось по всему региону.

В 2008 году власти возбудили уголовное дело против нескольких журналистов «Черновика» по антиэкстремистскому законодательству после того, как они опубликовали интервью с бывшим лидером партизан. Ранее в этом году суд оправдал их.

Убийц Камалова так и не нашли.

___

АРКАДИЙ БАБЧЕНКО

Бабченко служил в российской армии и воевал во время двух российских войн в Чечне в 1990-х годах, сначала в качестве призывника, а затем в качестве военнослужащего-контрактника.Затем он стал журналистом и работал военным корреспондентом в нескольких российских СМИ. Он написал несколько мемуаров о солдатском времени.

Резкий критик правительства России, Бабченко освещал войну России с Грузией и сепаратистский конфликт на востоке Украины, обвиняя Россию в нападениях на мирных жителей.

В декабре 2016 года Бабченко возмутил многих, когда написал в своем сообщении в Facebook, что не сожалеет о военном оркестре и журналистах государственного телевидения, погибших в авиакатастрофе по пути на российскую военную базу в Сирии.Несколько российских законодателей даже призвали лишить Бабченко гражданства из-за этого комментария, а российские государственные СМИ назвали его предателем.

Бабченко бежал из России в феврале 2017 года, опасаясь за свою жизнь. Осенью прошлого года он переехал в Киев, где работал ведущим на крымскотатарском телеканале ATR.

Власти Украины сообщили, что Бабченко был застрелен в Киеве во вторник и был найден в своей квартире его женой. Но в шокирующем повороте событий он появился живым на пресс-конференции в среду, и Служба безопасности Украины заявила, что инсценировала его смерть, чтобы выследить людей, пытающихся его убить.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *